XI
Викторианна
Обман
Солнце освещало кованую скамейку и людей, сидящих на ней: плачущую девушку с каштановыми вьющимися волосами в старомодном платье и парня в лиловом фартучке, повязанном поверх серой футболки. Парень держал девушку за руку и, видно, старался успокоить.
– Вика, скажи, что случилось? – повторил он не в первый раз.
А она все молчала.
– Ты вспомнила что-то нехорошее?
Могильная тишина в ответ.
– Вичка, не пугай меня, прошу!
Принцесса вытерла свободной рукой слезы, катящиеся по щекам, и постаралась сделать глубокий вздох, но получился лишь рваный всхлип. Она покосилась на обеспокоенное лицо Паши. Ее сердце сжалось. Как ей надоело это вранье! Он беспокоится за свою лучшую подругу – Вику, а Викторианна не она!
– Иди на работу, – пробурчала девушка.
Она не хотела, чтобы друг сейчас был с ней. Потому что в таком состоянии, когда на нее навалилось и воспоминание о Лауре, и накручивание по поводу Паши, и вина за то, что рядом с Аленой и друзьями вовсе не Вика, а самозванка, принцесса могла сказать другу что угодно. Даже то, что не выгодно ей. В прошлый раз ей никто не поверил... Но она и не особо старалась что-то доказать.
– Я отпросился на полчаса. Ты хочешь, чтобы я ушел?
Викторианна не хотела, однако кивнула.
– Уйду, когда расскажешь, в чем причина твоих слез.
– Это уже мое дело рассказывать или нет!
Паша поджал губы:
– Согласен. Но зачем ты тогда пришла на место нашей с Аленой и Алисой работы? Я подумал, что тебе нужна помощь.
– Ничего мне не нужно!
– Вичка, не дури. Мы твои друзья, мы всегда будем на твоей стороне. Всегда поможем.
Девушка вырвала свою ладонь из его руки и повернула к парню лицо – заплаканное и неожиданно злое. Паша давно не видел такую эмоцию на лице Вики. Его сердце даже замерло на секунду от неожиданности.
– Я сказала: мне не нужна помощь!
– Мне все-таки уйти?
– Уходи!
– Ты не будешь жалеть, если я пойду работать дальше, не разобравшись в причине твоей истерики?
Викторианна знала, что будет. Она обязательно почувствует стыд, вину за свои слова. Но по-другому никак. Чем добрее Паша к ней относится, тем больше она хочет сказать правду. И со всеми доказательствами, чтобы он поверил.
– И вновь я слышу молчание... – угрюмо протянул друг. – Так я ухожу?
Тяжкий груз принцессы мешал ей, тянул, давил и она думала, что сойдет с ума. Именно он вынудил ее сказать:
– Ты мне не поверишь.
– Поверю!
– Тогда перестанешь со мной общаться.
– А это уже мне решать.
Викторианна улыбнулась зло и иронично, посмотрев на Пашу. Из-за его внимательного взгляда она захотела сказать правду еще больше. Девушка представляла этот момент много раз. В ее мыслях Алена или Паша начинали оскорблять принцессу и даже замахиваться на нее. В ее голове они требовали вернуть сестру. И Викторианна даже хотела увидеть ту реакцию, которую представляла. Потому что вина ела ее каждый день, хоть она и не была виновата в произошедшем. Пожирала и требовала, чтобы принцессу хоть как-то наказали.
– Я не Вика, – легко сказала девушка.
Паша приподнял брови. Хлопнув себя по бедрам, придвинулся к подруге ближе и проникновенно спросил:
– С чего ты взяла? Какая причина на этот раз? Алена сказала, что ты начала все вспоминать.
От принцессы последовала очередная саркастичная улыбка. Она раскрыла сумочку Вики, достала оттуда айфон и помахала им. Паша непонимающе взглянул на ярко красный чехол.
– Инстаграм – это обилие фактов о личной жизни Вики. Я просто прочитала переписки, посты и все запомнила. Как и фотографии знакомых твоей подруги.
Паша прикрыл глаза. То, что девушка говорила о себе в третьем лице, порождало неуютные ощущения. Ему было даже немного жутко.
– Этого не может быть, – произнес он, однако в слова знакомой поверил, потому что на Вику своим поведением она совсем не была похожа. И если в прошлый раз находились какие-то вялые оправдания, то сейчас... Сейчас не было ни единого.
– Я тоже так думала, пока не наступил день моего рождения.
Паша глубоко вздохнул, открывая глаза. Он старался не смотреть в сторону той, которая сидела справа от него.
– Если ты не Вика, то... То где она?
– Без понятия! Возможно, на моем месте.
– Вы якобы обменялись душами?
– Нет.
– А что тогда?
– Мы обменялись жизнями. Наши души находятся в наших телах, просто, судя по всему, у нас одинаковая внешность.
– Нет.
Викторианна вопросительно посмотрела на парня. А он перевел взгляд на нее. Испуганный такой взгляд.
– Что значит «нет»? – спросила принцесса.
– Ваша внешность не одинаковая. У Вики родинка справа, а у тебя слева.
Пожав плечами, принцесса продолжила глядеть на парня, ожидая хоть какую-то негативную реакцию. Но он сидел в молчаливом ступоре.
– Это бред! – наконец-то выдал он.
– Согласна.
– Мы же не в фантастическом романе!
– Ага.
– И даже не в фильме!
Викторианна кивнула.
– Я не могу в это поверить!
– Я тоже не могла. Все ждала, когда вернусь обратно домой. Так и не вернулась.
Паша вновь закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Палящее солнце ему с радостью мешало – мысли расплавлялись, едва только начинали появляться в голове. Наконец, он задал вопрос:
– Если вы с Викой поменялись жизнями, то... Может к ней поехать и вам поменяться обратно?
– Поехали, – согласилась Викторианна. – Вот только, по-моему, еще не придумали как путешествовать между мирами?
Паша ошалело взглянул на не-подругу.
– Что? Думал, все так просто? – ухмыльнулась принцесса. – Я из Флёрета. Знаешь, что это? Правильно, нет. Я тоже не знала о Земле, пока не очнулась здесь, в кустах сирени, от воплей Алены.
– Это бред! – вновь повторил друг.
– Согласна, – вновь сказала Викторианна. – Расскажем об этом бреде Алене, чтобы она выгнала меня из дома?
– Она не поверит.
– Тогда почему поверил ты?
Паша поставил руки локтями на колени, а лицо спрятал в ладонях.
– Потому что я тот еще придурок! – взвыл он. – Если бы я был адекватным, я бы посчитал, что ты, Вика, сошла с ума! Но я почему-то верю! Черт возьми, почему я такой идиот? Это все гадкие книги, уверен!
– Гадкие книги? Разве можно так о литературе? – пожурила принцесса.
Неожиданно резко выпрямившись, парень невежливо ткнул пальцем в Викторианну:
– Вот! А Вика бы на такую фразу никак не отреагировала!
– Кстати, если Вика сейчас на моем месте, то она – жена одного старичка-герцога.
Паша вытаращил глаза. Он и в это поверил сразу.
– Может, ты все же Вика, просто немного безумная, и тебе надо в психушке подлечиться?
– Что такое психушка?
– Заведение для людей с психическими заболеваниями. Для сумасшедших.
– А, – понятливо кивнула девушка. – Разочарую вновь, но я не Вика. Я – принцесса Морских владений, Викторианна Павлина Макрельская Третья.
Паша сразу вспомнил все грациозные величественные движения «Вички», ее манеры за столом и страдальчески поморщился, протянув: «Ну, не-е-ет».
– Значит, Алене ты не расскажешь?
– Ни за что! Тогда она отведет тебя к психиатру, а меня никогда не впустит в вашу квартиру.
– Будешь спокойно хранить мой секрет? – удивилась Викторианна.
Паша вскочил с лавки и крикнул:
– Конечно, блин! В такой секрет ни один адекватный человек не поверит! Это только я... Боже, я такой придурок все-таки.
– Ты теперь не намерен со мной общаться?
Повернувшись корпусом к принцессе, Павел нахмурился. Оглядел абсолютно спокойное лицо девушки, которая несколько минут назад билась в истерике. Он теперь увидел, что внешность этой «Викторианны Павлины Макрельской» хоть и была идентична Викиной, но все же отличалась. Ее взгляд, ее мимика превращали такое знакомое с детства лицо Вички в абсолютно другое, чужое. И как этого не заметила родная сестра Вики – Алена? Наверное, из-за своего адекватного мышления.
– Не знаю. Мне нужно все обдумать.
– Если перестанешь, я пойму.
– Зато не поймет Алена.
– Тебе так важно ее мнение?
– Нет. Но она будет лезть с расспросами именно к тебе.
Викторианна тоже встала. Поправила сумку и взглянула прямо в глаза Павлу. Его сердце пропустило удар – она такая другая и это так неожиданно! Хоть он и видел ее изменения до этого, рассмотрел их лишь сейчас.
– Ты все еще проявляешь заботу ко мне? – губы девушки тронула легкая улыбка. – Очень мило, только не стоит. Я не твоя подруга и сама разберусь.
Паша не выдержал ее взгляд, опуская глаза на асфальт.
– Знаешь, Вика как раз таки и не давала о себе заботиться. Она всегда была самостоятельной. И сейчас этими словами ты очень похожа на нее. Может, ты ошиблась? А я просто безумец, поверивший тебе?
– Увы, Паша, но нет.
– А она всегда звала меня Павлухой...
Вика
Гости
Светлая комната с тремя софами из зеленой парчи, находящаяся на первом этаже резиденции Аллион, оказалась очень удобной для приема гостей. Герцог и герцогиня сели на один диван, граф с графиней на другой, а баронесса на третий. Столик посередине украшала изящная фарфоровая ваза с яркой росписью. В ней стояли прекрасные розы, которыми хвалился в первый день приезда «Викторианны» Фауст. Пахли они сладко и сильно – аромат малины и дыни доходил до Вики. Подобного запаха роз девушка еще не встречала.
– Ох, это редкий сорт! – воскликнула Евангелина, едва все расселись по диванам. – Фортис-роса! Я их видела лишь на портретах в галерее!
Вика поморщилась от звонкого голоса девушки. Благо, этого никто не заметил, кроме Фауста.
– Да, я за ними плавал в Розею, страну, которая хвалится своими цветами.
– Она ведь так далеко! – округлила глаза девица.
– Целых два месяца меня не было на родине, – засмеялся Фауст. – Думал, как бы они не погибли в пути. А они выжили!
Евангелина закатила глаза от восторга:
– Потому что это фортис-роса!
Бровь Вики нервно дернулась. Просидеть спокойно несколько часов она явно не сможет. Зря она согласилась на эту авантюру мужа. Вот зачем вообще нужны эти гости, особенно такие занудные? К тому же незнакомые!
«Хотя, они ведь знакомые Фауста...» – появилась в голове девушки здравая мысль, но очередной вопль Евангелины убил ее, и Вика продолжила злиться и на гостей, и на герцога.
Подошла служанка. Вика оглядела ее ничем непримечательное лицо. Не Терра.
– Какой бы вы хотели чай? – поинтересовался Фауст у графа, графини и баронессы. – Может, с лепестками роз фортис-росы?
Конечно же, все с удовольствием приняли это предложение. Кроме Вики. Она угрюмо молчала, одаривая несчастные цветочки убийственным взглядом. Фауст повернулся к ней, заметил ее выражение лица и сказал служанке:
– А моей милой жене, пожалуйста, чай с ромашкой-лениендо.
Вика поджала губы. То, как пахла ромашка в сборе из аптеки, она ненавидела. Но говорить что-то не хотелось, поэтому она проигнорировала слова мужа и решила, что просто не будет пить гадкий чай.
– У Вас есть и ромашка-лениендо! – поразилась Евангелина. – Она тоже из родины фортис-росы?
– Нет, лениендо выращивают и у нас, только на границе нашей страны и Розеи. За ней я отправлял посыльного.
– Как интересно!
– Слушайте, Ваша Светлость, – вставил слово Корнелий Тин, – я давно у Вас хотел спросить, заказывали ли Вы новинки книг в этом месяце?
Дальше последовала какая-то белиберда, которая ничего Вике не дала. А лучше бы они говорили что-то о последних новостях в мире, чтобы девушка хоть немного узнала о происходящем вокруг.
Служанка принесла чай. Прекрасный запах фортис-росы распространился по комнате. Но к этому аромату примешался еще и лимонный. Вика взглянула на свою чашку. Может, попробовать этот чай с загадочной ромашкой? Лимоном пахло именно отсюда.
Она мельком взглянула на то, как отпивают напиток Эстелла и Евангелина и повторила за ними. В чае не было кислого плода, но вкус говорил об обратном.
– Вам понравилось, Викторианна? – спросил Фауст с улыбкой.
Вика его почти никогда не видела без улыбки. Вечно лыбится.
– Да, спасибо, – выдавила она из себя.
Разговаривать все еще не хотелось.
С каждым глотком плохое настроение и нервозность проходили. Девушка расслабилась, перестав слушать раздражающую болтовню гостей и особенно Евангелины. Ей захотелось спать и она, кажется, уснула, но с открытыми глазами. Ей показалось, что в комнату влетели какие-то птицы и принялись летать над ней. Она глядела на них и в один момент очнулась – птицы исчезли, как и гости. Рядом сидел лишь Фауст. Вика потерла глаза, подавив зевок.
– Простите, – произнес Фауст, – похоже, служанка немного переборщила с ромашкой-лениендо. А я не подумал, что Вы пьете такое впервые.
Вика недоуменно на него посмотрела.
– Дело в том, что лениендо – это что-то наподобие успокоительного. Растение расслабляет, снимает напряжение, но если его пьешь впервые или его положили в напиток слишком много, оно может усыпить.
– Я видела птиц...
– Вам приснился сон.
– А когда ушли графы и баронесса?
– Где-то полчаса назад, заметив, что Вы утомились.
– И Вы столько времени сидели рядом? – скептически сощурилась герцогиня.
Фауст кивнул, указав на книгу в руках. Вика заметила название – «100 видов роз».
– Вы не только создаете красивые кареты, но еще и разбираетесь в растениях?
– Совершенно верно.
– А Вы многогранная личность...
«Не то, что я», – мысленно добавила Вика.
– Где Вы храните все свои книги? – поинтересовалась герцогиня.
– В моей собственной библиотеке. Хотите ее увидеть?
Девушка едва не захлопала от радости. Она станет изучать этот мир, не выходя из дома. Хотя в резиденции сидеть надоело безумно. Вика желала эмоций, которых на Земле было в достатке. Здесь же ее окружали лишь унылость, скука и страх.
– Хочу!
– Тогда, пойдемте. Я Вам ее покажу. Надеюсь, Вас заинтересуют какие-нибудь книги. Вот только, боюсь Вас разочаровать, если Вы любите романы или стихи – у меня их крайне мало, я такое не читаю.
Вика отмахнулась. Она тоже не читает романы и стихи. Ей интересно то, что могло помочь адаптироваться в этом странном месте. А те книжонки, расположившиеся на внушительных полках, как раз таки подходили. Девушка едва ладони не потерла, узрев первую книгу, которую показал Фауст. Черная надпись гласила «Пять основных религий Флёрета». В ней девушка могла подробнее узнать о каменных овцах и козлах, висящих на каждом доме.
Оглядевшись, Вика навскидку прикинула количество книжных шкафов и едва не присвистнула. Их было больше двадцати. Они стояли по периметру стен. А в середине красовался еще один огромный шкаф, но его Фауст заполнил не полностью.
– Эта библиотека – моя гордость, – сказал герцог. – Надеюсь, она Вам придется по душе.
И она действительно понравилась Вике. Фауст удалился, а девушка осталась читать названия книг и выбирать необходимую для нее литературу по Флёрету. На одной из полок лежала карта – Вика шустро схватила ее, раскрыла и принялась разглядывать материки и океаны. То, что девушка увидела, даже отдаленно не походило на Землю. Разочарованно вздохнув, внимательнее вгляделась в место, набитое большим количеством островов. Над ними рукописно написали «Морские владения». Всего в этом месте было шесть больших и три маленьких островка. Самый крупный – Замковый остров, рядом с ним чуть поменьше – герцогство Аллион. Девушка поняла, что каждый остров – это отдельное герцогство, за исключением того, на котором обитают король с королевой. Морские владения находились в Макрельском море. Судя по всему, его так назвали из-за фамилии правителей или из-за того, что в нем обитает большое количество макрели.
– Гребаный мирок, – прошептала Вика, сворачивая карту обратно.
Она прогнала вновь появляющийся страх, схватила выбранную стопку литературы и присела на диванчик. Положила книги на столик, взяла самую верхнюю, о религии, и принялась листать.
В Морских владениях и большинстве других стран мира верили в одного Бога и, как и сказал Фауст, считали священными двух животных – овцу и козла. Изучив этот вопрос, Вика перешла к следующей книге, не читая о религии других стран. С помощью остальной литературы она узнала немного о «своей» семье, о династии Макрельских. Про это она читала тоже вскользь. Книга была 1765 года. Поэтому в конце писали и о короле Людовике Георге, и о королеве Антонии Юстине, и о принцессе Викторианне Павлине. Оказывается, эту принцесску назвали в честь прапрабабушки.
С помощью следующих книг Вика узнала и о местных растениях, и о культуре, и о моде. Утомившись, прилегла на диванчик и стала думать, что ей делать дальше. Определенно, выдавать себя нельзя. Поэтому придется изучить этикет, манеры, разные правила этого мира. Раньше Вика справлялась и без этого, потому что сидела у себя в комнате. Фауст ее не тревожил. А сейчас начались всякие похождения гостей. Они не поймут, если принцесса начнет пить то, чем, например, надо было ополоснуть руки.
– Гребаный мир, – тоскливо повторила Вика.
Оказывается, отвадить Фауста от брачной ночи было проще всего. А теперь ей предстоит то, что она больше всего ненавидела – учиться.
На пороге библиотеки появился герцог. Вика не сразу его заметила, поэтому продолжила лежать, развалившись и скрестив руки на груди. А как заметила, едва не подскочила.
– Отдыхайте-отдыхайте, – сказал Фауст. – Я всего лишь хотел спросить, не проголодались ли Вы? Вы здесь сидите уже часа четыре.
Вика действительно была голодна. Она встала с дивана, спрятав руки за спину, и криво улыбнулась мужу.
– Проголодалась. Можете попросить Терру принести еду в комнату?
– Не хотите ли Вы поесть со мной в столовой?
Девушка не хотела, потому что ее ждало куча приборов. Она отрицательно мотнула головой и ответила:
– Я устала... Может, в другой раз?
– Хорошо.
Выдохнув, Вика направилась в спальню. Как повезло, что Фауст такой ненаблюдательный и нелюбопытный. Любой другой давно бы уже заметил, что с его женушкой что-то не так.
Вместе с ужином герцогине принесли и запечатанный конверт с королевской печатью – макрелью с короной на голове (Вика знала об этой печати из книги по «своей» династии). Открыв его, девушка увидела внутри листок, исписанный витиеватым почерком. Писала королева.
Антония умела лить воду, поэтому часть исписанного – всего лишь вводные слова, ненужные эпитеты, метафоры. Вика не любила такое. Она предпочитала, когда писали и говорили по существу.
Королева сообщала о том, что у них с отцом все хорошо.
– Мне плевать, – хмыкнула Вика.
Далее писала о своей любви к дочери и о безумном скучании по ней.
– Вранье.
И уже под конец написала то, что раздражило девушку. Антония Юстина спрашивала, не получилось ли у их Викторианны забеременеть? Вика поджала губы, смяла листок и кинула куда-то за спину. Вырвала чистую страницу из своего дневника и написала «матери» ответ.
«Здравствуй, матушка! Я рада, что у Вас с батюшкой все прекрасно, а вот у меня дела не очень. Я очень долго болела, поэтому врач сказал, что ребенок в ближайший год мне не светит. Так что разочарую Вас, маменька. Мне очень жаль»!
Вика гадко хихикнула, сложила листок напополам и откинулась на спинку кресла. Пусть даже не думают о внуке! Внук у них появится, может быть, в следующей жизни. Девушка не собиралась выполнять прихоти родителей. Тем более не своих.
На следующий день герцогиня попросила мужа отправить письмо родителям, и он охотно согласился. А Вика вновь пошла в библиотеку.
Рыться на полках утомительно, поэтому девушка периодически отвлекалась на окно, за которым раскидывалось Макрельское море.
Вика устала читать нужную информацию о Флёрете, поэтому взяла что-то полегче – «Легенды Флёрета». Села на подоконник и распахнула книгу. Прямо посередине листа красиво вывели словосочетание «Параллельные сестры». Девушка зевнула, переворачивая страницу на начало легенды. Первое предложение заставило ее замереть – «На самом деле, Флёрет – не единственный мир, населенный живыми существами».