4.
Один грамм формальдегида способен привести взрослого человека к летальному исходу.
Химия - интересная наука, хоть и нудная порой. Нам с ним всегда нравился предмет химии в школе. Мы даже выучили все яды и создали жидкую бомбу. Нас всегда любил преподаватель по химии. Любил...
Я знала, что он сможет убежать и спасти себя, когда узнает, что за яд я использовала. И не сомневалась, что догадается.
Майкл не отказался, когда я протянула ему стакан воды, в которую добавила тот самый грамм. Он не обратил внимания ни на стакан, ни на воду, даже ни на запах. И не спросил зачем я протягиваю ему воду. Лишь смотрел куда-то в даль и медленно повернулся ко мне. И в этот момент вспомнила одну из фраз, которую читала в интернете: «люди особо красивы перед смертью». Сейчас я поняла весь её смысл.
Смотря мне в глаза, он залпом выпил её. Но на его лице не дрогнула ни одна мышца. При попадании этого яда даже в малейшей капле, вызывает сильное жжение в горле. Он не сможет долго сопротивляться.
Отводя глаза с горькой улыбкой, Майкл схватил голову руками, упираясь в колена.
-Ты... – его голос охрип. Вижу, как яд начинает действие. – великолепна.
И рассмеялся. Это был искренний смех. Такой же звонкий и счастливый, как в день нашего знакомства. Я была в замешательстве. Майкл давно так не смеялся. Но сразу пришла в себя, видя, как его тело слабеет от тошноты, вызванной ядом. Стоит признать, он держался достойно.
-Формальдегид – отличный ход, моя дорогая. Я знал, что всё не так просто в твоём визите после всего, что было. Я был готов. И догадываюсь за что плачу я, заплатила она и заплатят другие.
Майклу трудно давались эти слова. Ни столько из-за яда, сколько из-за гордости. Он выдавливал их из себя, как я зубную пасту из опустевшего тюбика. Мне определенно нравилось, как он уничтожается от моих же рук.
Его вырвало кровью. Много раз. Весь пол был в кровяной рвоте. Он уже не мог вырывать, но его рвота не прекращалась. Удерживал своё тело, цепляясь за стол, диван. С каждым разом вырывало сильнее, но вырывать было уже нечего. Выходила только зелёная слизь. Желудочный сок. Он достиг своего пика. По лицу было понятно, что он готов выплюнуть все внутренности лишь бы эта рвота прошла.
Отравление - одно из самых страшных заболеваний на самом деле. Когда из тебя вырывается абсолютно все и в тоже время ничего не выходит. Ты бьешься в конвульсиях, с каждой рвотой тебе кажется, что сейчас ты выплюнешь не то, что сердце, но даже душа выйдет из тебя. Но ничего из этого не случается и тебя продолжает рвать.
И вот оно. Физическая боль сильнее душевной. Душевную ты можешь контролировать. Она зависит от тебя в какой-то мере. В физической ты бессилен. Ты зависим от лекарств, без них ты на грани жизни. Видишь, как почти умираешь, но все, что можешь делать – ждать. Ждать смерти или пока лекарство не начнёт действие.
Теперь ты это понял.
Когда он кое-как сел на диван, я видела, как ему каждое движение даётся с трудом и как борется. Майкл протянул мне руку, но от бессилия, она просто упала на подушку.
-Я бы – начал он тихо говорить. – мог выбежать и спастись, но... я не вижу смысла в том мире, где я потерял всех своих любимых людей и тебя в том числе. Узнав правду, не жалей ни о чем. Я рад такой кончине.
Он и вправду мог бы потратить свои последние силы на то, чтобы выйти, а не на то, чтобы сказать эти глупые слова, которые ничего не изменят.
Когда я собиралась уходить, думая, что он уже мертв, я услышала, что он что-то бормочет. Обернувшись я увидела, как он улыбается и смотрит на меня.
«Особо красивы перед смертью» опять пронеслось в моей голове.
Но все, что я смогла услышать на последок - это «любить».
Мне было все равно, что он там мямлит. Я положила стакан в его руки. Прикрыв его веки, которые остались открыты, проверила пульс и дыхание. Ничего. Умер. За шесть минут. Не зная, как ему удалось так протянуть время, я ушла. Меня ждали в другом месте.
***
«Прощание сложнее, чем кажется. Когда тебе приходится сдерживать ком в горле, стоя перед человеком и тайком стирать слезы, что невольно стекают по щекам. Любимых сложно оставлять дальше сердца. С ними больно расставаться» - рассказывала как-то мне Мелани. Тогда она была для меня ещё ангелом. Мы смотрели на ночное небо в их загородном доме, наслаждаясь (уже) последним днём лета её жизни. Я не поняла почему вспомнила эти слова, покидая место, в котором лишила жизни человека, за которого готова была когда-то отдать свою.
Небо и сейчас было таким же звездным и приятный дым никотина дурманил воспоминания.
Жизнь и вправду невероятно забавна.