1.
Сегодня наша последняя прощальная вечеринка в университете, посвященная окончанию. Приглашены все, конечно же, что меня не может не радовать. Ведь сегодня их ожидает очень приятный сюрприз. Эти мысли вызывали во мне всплеск адреналина и, взяв свой рюкзак, я вышла навстречу к мечте. Игра отсюда и началась.
Не ожидала, что будет столько людей, но это лишь прибавляло краски. Я прошла к барной стойке, чтобы лучше осмотреть толпу и найти ее, но она меня опередила.
-Ты наконец пришла!
Стиснув меня в объятьях, одарила своей ослепительной улыбкой. Как тошно. Но она была единственным человеком, которой шла эта милость и её детская игривость. Поэтому и любили все в университете «ангелочка» Мелани. Однако, увы, она не сможет покорить этот мир своим обаянием, ведь это последний вечер, когда она так блестит. Поэтому я позволила ей уйти красиво.
Дождалась пока она победит на этом тупом конкурсе «красавиц». Стоя на сцене с короной в белоснежном платье, она точно выглядела как ангел. Жаль, что никто и не подозревал насколько её руки - были в крови и как она утонет сегодня в нем.
-Минни, хочешь немного подправить прическу? – я знала, что ее внешность - ее слабость и используя это, со всей своей обаятельностью спросила я.
-О, да, конечно. – ничего не подозревая ответила она. – Спасибо, ты такая заботливая.
Твоя заботливая подруга, которая была так предана тебе на протяжении долгих 15 лет, сегодня убьет тебя. Но ты слишком легкомысленна, чтобы думать о том, как месть все-таки восторжествует.
Пока она возилась со своей прической, я изучала ее движения. Плавные, грациозные, как и всегда. Как и подобает дочке мэра города.
-Мелани?
Она обернулась ко мне, ничего не подозревая, но потом закричала. Почти как я, когда узнала о том, что она скрывала. Движения этой твари больше не были похожи на лебединые. Наверное, потому, что с ее рук и лица свисала кожа, оголяя ее мышцы. От шока она просто с ужасом смотрела то на меня, то на бутылку в моей руке и в глазах застыл немой вопрос «что ты делаешь?». В следующую минуту мне уже не пришлось видеть этих больших карих глаз. Они уже смотрели на потолок, с застывшим ужасом.
Я медленно убрала свой нож, очистив его о подол ее платья. Было жаль пачкать его кровью Мелани, но точно стоил ее тонкой, белой шеи. Особенно в такие моменты он никогда не подводил меня. Мой Джозеф.
Накинув свой плащ, я вышла из зала и направилась к декану.
В 1918 и 1919 годах вНовом Орлеане орудовал серийный убийца, получивший кличку Дровосек за то, чтоубивал жертв топором. Перед убийствами он писал письма в городские газеты. И этотчеловек вдохновил меня на то, что я сделаю чуть позже.