встреча
Смотрю на время: уже девять, и десять минут придёт, нет? Жду у входа в кафе, очень жду и надеюсь. Да, как школьник, мне так всё равно, и вижу её. Т/и, родненькая, всё равно на всех. Я бросился к ней со всех ног и обнял её так сильно, как только мог, будто это не правда, и она сейчас растворится.
Т/и — тихо, шепотом, я повторяю её имя, чуть ли не стоная.
Ну, привет, Ллойд Гармадон, вожатый со второго отряда, давно не виделись, — начала т/и.
Т/и, я знаю, как я поступил, но у меня тогда выбора не было, я сейчас тебе всё расскажу, — увертд Ллойд.
Ну, давай, я слушаю, — в глазах холод, но искра немного сияет.
Я не хотел с тобой тогда расставаться, и я знаю, что разбил тебе сердце, но у меня просто не было выбора. Отец сказал: или расставайся сам, или он сделает. Он может сказать такое, что я окажусь самой последней мразью. Он бы говорил всё: что изменил, что не любил, что поиграл и бросил. Это отец, он сделает всё ради выгоды, а ему было выгодно, чтобы я вышел замуж за дочь его партнёра по бизнесу для прибыли. У меня не оставалось выбора. А если бы не поверила в рассказы, тогда бы в помощь вышло телесное насилие. Я не мог, чтобы ты пострадала из-за меня, лучше я буду знать, что ты счастлива с кем-то другим, нежели пострадала из-за меня, — рассказал Ллойд, а т/и молча слушала, не одной эмоции в глазах, по-прежнему холод.
— Я знаю, ужасно поступил, т/и, но мои "прости" уже никому не нужны. Но я любил тебя все года: и в первый день лагеря, и после него, и когда расстались, и все эти пять лет, и сейчас, и в будущем, и всегда.
Да, но у тебя жена, не удивлюсь, если и дети, — недовольно сказала она.
Дети? Не дай бог, а жена — только по паспорту, я к ней ничего не чувствую. Единственное, что нас связывает, — это мой чёртовый договор с отцом, — повторил Ллойд.
Егорову почему не отвечал? — поставила она вопрос ребром.
Я не знал, что ему ответить, я же понимал, что натворил, и исправить в тот момент я ничего не мог, — говорил Ллойд.
— А что изменится сейчас?
— Наверное, могу, но Алина обещала подать на развод, и я свободен.
— С чего мне верить? Если я пришла сегодня к тебе, ты даже виду не подал.
— Отец был в офисе и смотрел по камерам, как работаю, я не смог.
Что он мог сделать? — не понимая спросила т/и.
Там всё сложно, пожалуйста, давай не будем об этом, прошу, давай забудем это всё хотя бы на один вечер, молю, пусть побудет всё как раньше, — обещал Ллойд.
А мне уже не нужно как раньше, мне уже ничего не нужно, как до тебя, не дошло? — с недовольством объясняла она.
Если бы тебе было всё равно, ты не пришла, — прямо сказал блондин.
— А может, мне было интересно, почему ты так поступил? У меня может уже муж есть и дети, — хмыкнула она.
Ллойд улыбнулся: — Кольца нет, только то, которое я дарил пять лет назад, это раз, и в паспорте нет ни детей, ни браков. Я сегодня смотрел. Два, а третья — я уверен, что ты до сих пор меня любишь. Если бы тебе было интересно, ты бы просто спросила всё утром.
— Хорошо, может, у меня есть просто парень.
— У тебя его нет, в этом я просто уверена, я знаю тебя, т/и.
— Старую т/и.
— Даже если старую, я вижу тебе насквозь и знаю, что ты чувствуешь ко мне, а из-за упёртости ты не хочешь признаться, что ты всё ещё меня любишь.
Девушка хмыкнула: — Я этого никогда не скрывала, но никогда не относилась к тебе так, как ты ко мне. Взял и бросил, ничего не мог сказать в лицо и не думая. Какя там? У меня не было ни подруг, ни друзей, родителям сказать не могу, и с Кирой перестала дружить из-за тебя, потому что ты идиот, тупой. Ты был всем моим миром, я жила в своих мечтах о любви, а ты просто поиграл и бросил. Ты не представляешь, как мне сложно было, ты не представляешь, какого мне было. Я ночами ревела, а на утро, улыбавшись, шла на долбаные пары, запомнила весь сраный материал, а мысли лишь об одном: почему? Неужели мы бы не нашли бы выход? Я ничего не делала, даже если бы оно было неизбежно, тогда бы я просто смирилась и было бы проще. А никогда я жила в своём розовом мире, в мире любви. Я потеряла всё, когда полюбила тебя, а сейчас ты хочешь, чтобы я сказал: прости, я был козлом, и давай сначала? Когда у самого куча демонов за спиной, которые ты не мог сказать правду сразу в глаза? Да, у тебя элементарно жена есть, — выговорилась она, а на глазах появились слёзы.
Слов нет, как это правда. И я знал всё, но я не смог сказать тебе это в глаза, а жена — это дело времени, поверь, — коротко ответил я.
Вот что значит по правде чувствовать себя ублюдком. Просто прирос к земле, не зная, что сказать. Впрочем, я и знал, что так будет.
И к огромному сожалению, ребят, ты всё равно будешь прощён по одной причине: я тебе всё ещё люблю, — злобно сказала она, отвернувшись, выбирая слёзы.
То есть мы можем начать всё с начала? — уточнил Ллойд.
Нет, не сначала, а заново, оставить прошлое как травму и рассказами детям о неудавшейся любви и больше никогда о нём не упоминать, и жить настоящим, — уверенно заявляла т/и.
Она же стала моей копией, это ещё что? Неужели я так сильно сломал её?
Хорошо, ни слова не скажу. Пойдём? — спросил Ллойд.
Куда? — спросила она.
А куда хочешь? Мне всё равно, главное — с тобой, — улыбнулся Ллойд и протянул руку.
Она оглянулась, мысленно с чем-то боролась, но всё сказала: — А пошли в парк аттракционов?
Пошли, — согласился Ллойд, и их руки переплелись.
Божечки, т/и, моя родная т/и, т/ишка, любовь всей моей жизни, чёрт возьми!
Смотри, там автомат с игрушками, — она побежала к автомату. Как она только может бегать в юбке? И как давно она стала её носить? Она же её терпеть не может. Многое в ней поменялось.
Дай я попробую. Кого ты хочешь? — спросил Ллойд.
Мишку, — смущаясь, сказала она.
Терпеть не могу я эти автоматы — наебалово ведь. Но т/и хочет медведя, значит, будет ей медведь. После нескольких игр и различных комбинаций Ллойду всё же удалось вытащить т/и медведя.
Держи, — отдав медведя ей в руки, а она заулыбалась. Боже, как же я скучал по ней! Она снова радуется?
Куда дальше? — поинтересовался Ллойд.
Т/и пожала плечами, переплетя руки. Мы пошли дальше по парку. Удивительно, что словно ничего не было, всё как и прежде, но только оба стали взрослее.
Я ведь ни за что не признаюсь ей, что ревел ночами в подушку, что мне пришлось с ней расстаться.
Она рассматривала парк аттракционов, который работал круглосуточно. Вот чему, чему, а этому я рад. Домой всё равно не тянет. Домой? Мой дом — это она, которая сейчас веселится, как маленькая девочка, моя маленькая.
Боишься высоты? — спросил Ллойд, увидев колесо обозрения.
Хочешь предложить сходить мне на колесо обозрения? — уточнила она.
Именно, но если ты, конечно, согласишься, — улыбнулся блондин.
Пошли, — согласилась т/и.
И направились к кассе, купив билеты и оплатив их. Хоть т/и и пыталась заплатить, но Ллойд, конечно, её опередил.
Ничего не меняется, — ухмыльнулся Ллойд.
Какой ты упёртый, — заявила она.
Я не упёртый, просто платить за женщину должен мужчина, — уверил Ллойд.
Показав билеты и сев в кабинку, повисло молчание. Каждый думал о своём, но мысли явно были друг о друге.
— Ну, рассказывай, каких себе друзей нашла?
Нашла друзей? — удивилась т/и.
— Ну, я не поверю, что за это время ты не нашла друзей.
Я не искала, они у меня и были, — сообщила она.
С Кирой помирилась? — поинтересовался Ллойд.
Нет, мы с ней так и не поговорили ещё с того раза, — недовольно произнесла русая.
Что-то я не понимаю, — признался тот.
Но т/и вдруг достала телефон и включила видеосообщение. Ллойд с непонятной миной посмотрел на т/и, но она уже отправила сообщение, как вдруг у неё включилось голосовое сообщение:
Т/и, я ебала тебя, жизнь нечему не учит? — раздался девчачий голос.
Извиняюсь, — убрав телефон, улыбнулась она.
Что ж, просвети меня в своих подругах, которые тебе ебали, — ухмыльнулся блондин.
Егор и Алиса Егоровы, Алёна Захарова — вот мои верные друзья, вот кому и вправду нужна валерьянка, — улыбнулась т/и.
Вы до сих пор общаетесь? — вскрикнул удивлённый Ллойд.
Да, Егор собрался Алёне предложение делать, — спущено ответила девушка.
Внезапно взгляд Ллойда оказался на т/и, пристально смотря на неё.
Я схожу с ума с ней при одном виде.
Молчаливые переглядки.
Да к черту! — и Ллойд прильнул к губам т/и.
По началу т/и не понимала ничего, но всё сдаётся, и притягивает Ллойда к себе.
Не поняв, когда Ллойд прижал её руку к стене кабинки, а вторая на талии т/и притягивает ближе к себе.
Боже, она ответила, у меня сейчас снесёт крышу!
Когда они отошли, жадно вдыхали воздух, смотря друг другу в глаза.
У тебя помада размазалась, — Ллойд протянул руку, чтобы подправить помаду, как вдруг его повалила т/и и прильнула к его губам, аккуратно вытаскивая заправленную рубашку из штанов.
Руки Ллойда на талии т/и, немного забираясь под её укороченный кофту, вырисовываются узоры.
Я сейчас не сдержусь, — летали мысли у Ллойда.
И казалось бы, никакой пошлости, они и вправду скучали друг по другу, но бугорок в штанах увеличивается.
Когда кабинка начала спускаться вниз, они наконец оторвались друг от друга и стали поправлять одежду и прическу, и оба немного смущаются друг перед другом. Кабинка спустилась вниз, и, держась за руки, они вышли с неё и пошли дальше гулять, но уже по ночному городу, просто молча шли, как т/и прервала молчание:
— Ты думаешь, у нас получится?
— Получится что?
Она замялась, но всё же сказала: — Вернуть отношения.
Будет сложно, но думаю, да... — оборвал я, вспомнив.
Помню, ты сказал: если судьба, то будет сводить до последнего, — вспомнила т/и.
Ллойд улыбнулся: — Да, в лагере ближе к концу смены я тогда вообще не представлял, что я буду делать без тебя.
А тогда даже не о чём и не знала, думала, что мы типа друзья, — созналась она.
С такими намёками и ревностями точно дружба, — смеясь, сказал он.
— А я верила и надеялась, что в будущем мы будем всем вторым отрядом общаться.
— Ну, половина есть.
— Помню, даня, не мне сказал: «Порой, чтобы узнать о себе, нужно просто помолчать.» Тогда я даже значения этой фразе не придавала, а потом он оказался прав: я узнала себя со всех сторон, открыла себе мир без розовых очков.
— Да, Даня был неплохим психологом, но не лучше тебя, конечно.
— Не подлизывайся.
— Да ладно, успокойся, Даня был хорошим парнем. Если бы я не была трудным подростком, то, наверное, была бы как Даня.
— Тогда ты бы не поехала в лагерь.
— Всё, что не делается, — к лучшему.
— С какой стороны смотреть?
Т/и, прошу, давай не будем, мне разборок за сегодня уже хватило, — просил Ллойд.
Точно, как я могла забыть о твоей жене Алине, — напомнила т/и.
Т/и, ну хватит, я всё решу, и будет у Алины развод и девичья фамилия, — заверил Ллойд.
Алина Монтгомери даже не звучит, — недовольно прикинула т/и.
Не ревнуй, между нами никогда не было любви, — вывел Ллойд.
За пять лет прям ничего? — передразнивала та.
Ллойд вздохнул: — Был секс, но только когда я был в стельку пьяный. Но добавлю: представлял тебя, — подмигнул парень.
Ты реально озабоченный дядька, — выкинула т/и.
Может и так, а ты прям светая нашла, ещё скажи, что ни разу не представляла, как мы трахались, — возразил Ллойд.
Хм... — она задумалась. — По-моему, в кошмарах снилось что-то похожее.
Мелкая извращенка, — и наклонился к уху и прошептал: — Поверь, когда этот кошмар воплотится в жизнь, он будет лучшим.
Гуляя по ночному городу, говоря о всякой ерунде, Ллойд проводил т/и до дома. Оказывается, она переехала, хотя можно было догадаться — ей ведь уже не шестнадцать, она рано или поздно переехала бы.
Придя домой уже без настроения, потому что знаю, что меня ждёт так называемый дом, надеюсь, она спит, что вряд ли. Взглянул на часы — пол третьего. Ну, нормально, не высплюсь, похуй.
Но Алина ждала меня в гостиной.
Чо, не спишь? — грубо спросил Ллойд.
Ты сказал, нам надо поговорить, вот жду, а ты опять на своей работе, — сонно журила Алина.
А я по поводу развода хотел поговорить, и причём очень серьёзно, — пояснил Ллойд.
Я же пошутила в порыве гнева, сказала.Ну ты чего, Ллойдик?— Алина подошла к Ллойду и обвела руками его шею. Ллойд стал ещё недовольнее в лице.
Убери руки, — велел Ллойд.
Но Алина не унималась, пыталась похвалить Ллойда.
Ничего не будет, — с ходу ответил Ллойд.
Алина недовольно убрала руки от Ллойда и села за стол.
— Слушаю.
— Предлагаю сделать так: ты подаëшь, на развод со словами, что я холоден к тебе, и ты разлюбила меня и хочешь жить дальше. Я взамен оставляю тебе этот дом, он куплен, платить за него не надо никаких денег, я у тебя просить не буду, но попрошу, чтобы ты жила своей жизнью и не лезла в мою. Но мы сделаем это всё по рамкам закона, договор?
Алина задумалась.
Нравится другая, да? — неожиданно спросила она.
— Может, да, а может, нет, я не скажу, у меня всё равно чувств к тебе нет, я тебе говорил это сотни раз, и единственное, что нас связывает, — договор родителей и мой с отцом. Но если ты красиво нальёшь им в уши, они точно не смогут тебе отказать, но ты ещё останешься в огромном плюсе.
Хорошо, я согласна, — наконец сказала она.
Спасибо за понимание, спокойной ночи, посплю в гостевой, — уйдя из кухни-гостиной, зашёл в гостевую, стянул одежду, расправил кровать и взял телефон в руки, как пришло сообщение от т/и.
Ясно, сегодня мы не выспимся.