10 глава
Автор: Inn0centPervert
......
21 декабря 2018 года.
Привет, дневник! Рождество приближается, и я видел по телевизору, как дети составляли списки того, чего бы они хотели от Санты. Я не очень верю в Санту, и, наверное, я уже слишком взрослый для такого списка, но по телевизору это выглядело достаточно забавно. Так что я все равно напишу небольшой список и поделюсь им с тобой! Сохрани его!
Вещи, которые Элио хотел бы получить на рождество от Санты (или кого-либо еще):
1. Сходить в кино
2. Новая книга (На ваш выбор!)
3. Чтобы Клара могла благополучно родить.
4. Чтобы мама и папа приходили домой чаще.
5. Чтобы меня больше не били и не наказывали.
6. Чтобы больше не было больно...
7. Чтобы меня больше не оскорбляли.
8. И любовь. Много любви.
Кажется мой список получился слишком длинным. Прости, Санта, что я такой жадный.
......
POV Уэс:
Я увидел, как брат Элио вышел из больницы, держа за руку маленькую девочку. Он направился к машине, достал сигареты и закурил.
– Знаете, что нельзя курить при детях? – спросил я, привлекая его внимание. Он посмотрел на меня и злобно ухмыльнулся.
– Клянусь, у всех вас, медицинских работников, эта фраза запрограммирована в голове.
– Папочка, а кто этот высокий? – спросила маленькая девочка.
– Привет, ты должно быть, Фрейя. Я Уэс, друг Элио. Он так много рассказывал о тебе.
Ее глаза заблестели, а улыбка озарила лицо и она повернулась к отцу: – Папа, смотри! Это друг Элио!
– Фрейя, подожди меня в машине, пожалуйста. Папа сейчас докурит и придет. Я включу тебе музыку, хорошо? – сказал он, открывая дверь машины.
– Хорошо! Приятно познакомиться, высокий друг! – я помахал ей, и Зейн усадил ее в детское кресло.
Мы отошли от машины на несколько метров.
– Ну что, господин студент, вы меня ждали? Хотите покурить?
Я размышлял, как вести себя с ним. Естественно, я не мог рассказать ему все, что мне сказал Элио, это одно из главных правил психиатров, но мне все равно нужно было что-то сделать.
– Нет, спасибо. Скажу прямо. Я был бы признателен, если бы вы прекратили приходить к Элио. Мне кажется, ваши визиты негативно влияют на его психическое здоровье и только замедляют процесс выздоровления.
Он усмехнулся и затянулся сигаретой.
Я вообще не понимаю, о чем этот парень думает.
– Ах, как мило с вашей стороны, господин студент, сказать мне не навещать моего младшего брата, который чуть не покончил с собой у нас дома всего месяц назад. Самое время бросить его.
– Я понимаю, что вы пытаетесь сказать, но я считаю, что вы должно ставить его здоровье, выше личных чувств. Каждый раз, когда он, кажется, делает шаг вперед в своем выздоровление, стоит ему увидеть вас, он делает два шага назад. Если вы хотите увидеть его, в ваших же интересах дать ему возможность поправиться, чтобы он мог быстрее вернуться домой.
– Ты же знаешь, что его не навещают родители? – спросил он, взглянув на свою машину, проверяя дочь.
– Да, я знаю об этом.
– И что тогда? Ты хочешь полностью изолировать его от семьи? От остального мира? Ты хочешь, чтобы он жил в этом маленьком пузыре, созданном больницей, пока полностью не потеряет связь с реальность? Держу пари, из школы его тоже никто не навещает. Я не прав?
– Нет, это не так.
– Как ты можешь считать, что лишить его всякой связи с жизнью за пределами больницы, это хорошая идея? Он не может оставаться здесь вечно. Он подросток, ему нужно закончить школу, поступить в школу, жить полноценной жизнью...
– Он не сможет жить, если убьет себя.
– ...Уэс, правильно? – я нерешительно кивнул. – ...Ты хороший парень, Уэс, я вижу, ты хочешь добра Элио. Но я не могу перестать навещать брата. Ему тоже хочется видеть свою племянницу, он ее любит. Я даже не могу объяснить, как сильно он любит ее, он заботиться о ней, как о собственном ребенке. Я не могу разлучить их. Надеюсь, ты понимаешь это, – он потушил сигарету и продолжил.
– Я вижу, что ты меня недолюбливаешь, но я на самом деле люблю его и забочусь о нем. Я забочусь о нем с двух лет, мне тяжело без него. Такое чувство, будто я потерял своего ребенка. Пожалуйста, постарайся понять меня, – он пошел к машине, но потом снова повернулся ко мне.
– Я постараюсь приезжать реже, если ты считаешь, что это ему поможет. Я действительно ценю твое мнение, господин студент. Увидимся, – он сел и машину и уехал.
Блять. Гребанный кусок дерьма, ебаный придурок... он полностью перевернул наш разговор, выставляя меня плохим. Строит из себя доброго брата, говорит так искренне, словно ему и правда больно без Элио. Я не куплюсь на эту хуйню, не позволю себя обмануть, как бы искренне он не звучал. Черт, я его, блять, не понимаю. Блять...
– Вот ты где! Я везде тебя искала! – воскликнула Марианна. Она выглядела уставшей от беготни.
– Прости. Все в порядке?
– Ну, не то чтобы плохо, но и не хорошо. Элио перевели в отделение неотложной помощи.
По спине пробежал холодок.
– Что случилось?! – спросил я, уже спеша с ней в сторону больницы.
Насколько мне известно, у него случилась паническая атака, и он не хотел сотрудничать и ему ввели успокоительное. Это все, что мне сказали.
Вскоре мы пришли в отделение неотложной помощи. Я увидел Элио, спящего на одной из кроватей.
– Простите, как он?! Я его смотритель!
Медсестра слегка ухмыльнулась: – Так это ты знаменитый Уэс? Насколько мы можем судить, с ним все в порядке, но мы только что взяли несколько анализов, скоро будут готовы. Пока все выглядит хорошо.
Я вздохнул с облегчением и посмотрел на медсестру передо мной. Кажется, я ее раньше никогда не видел.
– Откуда вы знаете мое имя?
– Он все время звал тебя, кричал, что ты ему срочно нужен. Я рада, что ты действительно существуешь, я боялась, что у него галлюцинации.
Мое сердце сжалось, когда я понял, что он отчаянно звал меня, а меня не было рядом, чтобы помочь ему.
– Спасибо, что помогли ему... Можете идти, я позабочусь о нем.
Она улыбнулась, словно жалея меня.
– Я принесу результаты анализов, как только они будут готовы. Не будьте слишком строги к себе, вы не можете знать, когда такое может произойти... он должен прийти в себя через тридцать-сорок минут.
Я кивнул, и сел рядом с его кроватью. К счастью, других пациентов в тот момент не было, и мы были одни.
Я нежно погладил его по голове, откинув челку с лица.
– Малыш, прости, что меня не было рядом... Я думал, что помогу тебе как-то иначе, но, похоже, тебе нужно, чтобы я оставался рядом... Я такая мразь, правда, малыш? Обязательно отругай меня, когда проснешься, договорились? – я дотронулся до его носа, разглядывая мелкие веснушки.
– Твой носик такой милый... такой пуп...пуп... – прошептал я, аккуратно ткнув его в нос. Мне захотелось взять его за руку, но тут я увидел царапины на его руках. Судя по расположению, он сам нанес их. Они были не глубокие, но выглядели красными и болезненными.
– Черт... – я начал осторожно обрабатывать их, а затем нанес нанес немного антибактериальной мази.
Этого должно хватить.
Я снова сел рядом с ним, положив голову на его кровать и держа его маленькую ручку.
– Просыпайся скорее, малыш...
...
...
Должно быть, я задремал на какое-то время, ожидая его пробуждения. Я проснулся от ощущения, что чьи-то пальцы ерошат мои волосы. Я медленно открыл глаза и увидел Элио, смотрящего на меня. Его взгляд был затуманенным, а вид уставшим.
– Привет... – полушепотом произнес он.
– Привет, малыш. Как ты себя чувствуешь?
– Я в порядке... П-прости, я поцарапался, я знаю, что это плохо... Я хотел позвонить тебе, но уронил телефон под кровать... Прости...
Я встал и обнял его.
– Не извиняйся, я должен был быть там. Мне правда очень жаль, Элио...
– Я... я думал, ты будешь разочарован...
– Конечно, я не разочарован, с чего бы мне быть разочарованным? Ты мне так... так дорог...
Наконец он обнял меня в ответ и уткнулся лицом в мою грудь. Я чувствовал, как его слезы пропитывают мою рубашку.
– Я больше не могу, Уэс... Я так пиздецки устал...
Я крепче прижал его к себе, целуя в макушку. Нет, нет, нет, не говори так, пожалуйста, не говори так...
– Все хорошо... мы во всем разберемся, я обещаю.... Мы разберемся.... Пожалуйста, не сдавайся...
Мы еще немного посидели в отделение неотложной помощи. Элио был очень тихим, едва реагировал на мои вопросы. Вскоре пришли результаты анализов, и слава богу, они оказались вполне нормальными. Еще немного отдохнув, мы вернулись в его палату.
Он рухнул на кровать, такой же безжизненный, как и в тот первый день нашей встречи. Он смотрел в потолок, ничего не говоря и не двигаясь. Я сел рядом, и медленно погладил его по волосам. Его лицо было совершенно пустым.
– Мне ужасно плохо... у меня болит голова...
– Скорее всего это от успокоительных, скоро пройдет... Хочешь поговорить о том, что произошло?
– Нет... да и на самом деле ничего не произошло, так что и говорить не о чем.
– Ты бы хотел, чтобы я позвонил твоему врачу и она немного поговорила с тобой?
– Нет, у меня нет сил разговаривать с ней... у нас завтра все равно сеанс...
– Хочешь что-нибудь поесть? Я могу заказать, просто скажи, что хочешь.
– Я не голоден....
– Хорошо, давай займемся чем-нибудь другим. Пошли погуляем? Свежий воздух поможет от головной боли.
– Я слишком устал... я лягу спать, а ты можешь идти домой.
– Но еще восемь вечера... Я знаю, что ты не ложишься в такое время...
– Откуда ты знаешь, хочу я спать или нет? Если я сказал, что хочу, значит хочу, – его голос прозвучал раздраженно, но меня это не задело. Каждый раз, когда он начинал так себя вести, означало, что ему очень больно внутри.
– Ладно, но давай хотя бы примем душ, ты, наверное, сильно вспотел из-за лекарств.
– От меня плохо пахнет.
– Нет, но я думаю, ты будешь гораздо лучше спать после горячего душа. Пойдем, а?
– Я не хочу вставать...
– Я тебя отнесу. Просто обними меня за шею, – скомандовал я, готовясь поднять его. Элио нерешительно обнял меня, и я поднял его на спину.
– Это смешно, отпусти меня. Все в больницу подумают, что ты странный...
– Нет. И мне плевать, что они обо мне подумают. Мне важен только ты. Пойдем.
После этого он замолчал, полностью опираясь на меня. Я отнес его в свободную душевую. Опуская его, я взглянул на бритвы, лежавшие на полочке.
– Тебе нужно сегодня побриться? – спросил я.
– Эм... нет, не думаю, – ответил он, удивленно глядя на меня.
– Хорошо, тогда я заберу их. Только на сегодня, – почти прошептал я, хватая все бритвы и кладя их в карман.
– Я бы не стал делать этого, в одной комнате с тобой.
То есть, он бы сделал этого, если бы меня здесь не было..?
– Я тебе доверяешь, но так будет немного спокойнее, хорошо? – сказал я, взъерошил ему волосы, но, честно говоря, я не доверял ему. Я знал, чтобы если бы у него был доступ к лезвиям в тот момент, когда он царапал свои руки, мы бы, скорее всего, сейчас не разговаривали.
Я сел на стул и повернулся лицом к стене.
– Давай, малыш.
Я услышал, как одежда упала на пол, и включилась вода. Было так ужасно тихо, что никто из нас не осмеливался издать ни звука. Наконец Элио нарушил молчание.
– Уэс... ты можешь меня намного выслушать? – это первый раз за сегодняшний вечер, когда он начал разговор.
– Да, конечно...
– Но, правда, просто выслушай меня. Я буду говорить, а ты не разговаривай, не задавай вопросы, просто слушай. Хорошо?
– Да, конечно, я слушаю...
На несколько секунд снова повисла тишина. Я чувствовал, как в воздухе нарастало напряжение.
– Я... я не очень люблю принимать душ таким образом... Знаю, звучит так, будто я негигиеничный, но на самом деле это не так. Мне нравится принимать душ, просто... – казалось, он подыскивал нужные слова, не видя его, сложно было понять, о чем он думает.
– Помнишь тот день, когда ты поцеловал меня... когда мы говорили о том, как я... сделал это в первый раз. Я уже говорил тебе, что это неприятный опыт, так что, думаю, ты понимаешь о чем я... в общем, это случилось в душе... мне... было очень тяжело, и я так и не смог справиться... я так и не смог пойти в бассейн или куда-нибудь с общественным душем, потому что меня пугает, что рядом со мной кто-то еще... – его голос слегка дрожал. Мне хотелось сказать и спросить так много всего, но я обещал молчать и слушать, поэтому я просто слушал.
Я услышал его тихий смешок, но даже в его смехе слышалась грусть.
– Возможно, это прозвучит грубо, и это ранит тебя, но даже сейчас мне страшно находиться здесь с тобой наедине. Даже после того, как мы столько раз были здесь вместе и ничего не происходило. Я так боюсь, что ты сделаешь мне больно, что не могу повернуться к тебе спиной, даже на несколько секунд.
Что ж, он был прав. Это больно. Очень. Я бы очень обиделся, если бы это сказал кто-то другой, но поскольку это был Элио, единственное, что я чувствовал, это грусть и боль.
– Я знаю, что ты бы так со мной не поступил, но я все еще не могу избавиться от страха. Он преследует меня каждый раз, когда мы здесь... Пожалуйста, не злись на меня... Я не чувствую ничего подобного, когда мы одни в палате, или когда мы гуляем, даже когда мы лежим в одной постели. Меня пугает место, а не ты... так что не злись...
Я услышал, как выключилась вода.
– Но я буду над этим работать, правда буду. Честно говоря, сейчас мне не хочется прилагать никаких усилий для выздоровления, я не вижу для себя никакого будущего. Я не вижу ни ценности, ни смысла в своем существовании. Даже когда я попал в болтовню, я не собирался тратить силы на улучшение своего психического здоровья. Но почему-то мне кажется, что ты действительно хочешь, чтобы я выздоровел, поэтому я постараюсь сделать это для тебя. Я буду стараться изо всех сил, и, возможно, в конце концов, я найду в себе волю к выздоровлению. Сейчас я этого не вижу, но думаю, не помешает еще немного поискать.
Я почувствовал легкое похлопывание по спине и медленно обернулся. Элио стоял в халате, глядя на меня с блеском в глазах.
Возможно, они так выглядели из-за слез, но его глаза казались гораздо более живыми, чем раньше.
– Ты на меня не злишься?
Ха-ха... дежавю. Это чувство такое знакомое, такое горькое и сладкое одновременно...
В следующее мгновение по моим щекам потекли слезы. Я не перед кем не плакал с пятнадцати лет.
Лицо Элио изменилось, он выглядел испуганным. Он действительно не умел справляться с чужими эмоциями.
– Чт... ты плачешь? Черт... мне жаль, п-пожалуйста, не плачь... не плачь, Уэс, пожалуйста... мне так жаль.. – он немного неловко обнял меня, но я притянул его ближе. И
– Я не злюсь, я ни в коем случае не расстроен. Я так рад, что ты постараешься вылечиться... Но мне так чертовски грустно видеть, как ты страдаешь, – я прижался к его груди, прислушиваясь к биению его сердца.
– Я не хочу, чтобы это маленькое сердечко когда-нибудь перестало биться... – прошептал я.
– В конце концов, это произойдет...
– Тогда я не хочу быть в живых, когда это произойдет...
– Пожалуйста, не говори так... ты давишь на меня...
– Хорошо. Пусть так. Потому что мне будет чертовски больно если ты умрешь. Помни об этом каждый раз, когда захочешь умереть и ты будешь чувствовать себя виноватым. Хорошо? Я так сильно переживаю за тебя...
Он крепче обнял меня.
– Хорошо... прости, что капризничал... Я очень хочу пойти на ту прогулку, о которой ты говорил... Можем завтра сходить?
– Да, мы пойдем завтра и отлично проведем время. Так что жди с нетерпением, ладно? Я всегда найду причину, чтобы ты с нетерпением ждал следующего дня... обещаю.