Глава 3. Дарья
День, как и следующая неделя, проходит слишком быстро: сначала три пары в университете, потом встреча с заказчиком, новые правки в техническое задание. Спасибо папе, что в конце второго курса помог устроиться в компанию по рекламе на неполный рабочий день. Я так увлеклась своей профессией и работой, что мне уже доверяют самостоятельно общаться с заказчиками. Хотя пока только с небольшими, но все равно это приятно. Вторая половина дня выходит очень продуктивной и рабочей.
Ближе к семи часам приходит сообщение от Полины.
Полина:
Даш, не забудь про нашу встречу
Даша:
Встреча? Когда?
Полина:
Серьезно? Наша кофейня
В 19:30
Твой моккачино и мой ванильный раф
Я сейчас обижусь.
Даша:
Полин, я забыла.
Прости, прости, но у меня еще
есть почти сорок минут
Полина:
Мда, Артемова. Нет слов
Даша:
Знаю, знаю
Полина:
Вот ты точно истинная блондинка
Даша:
Но-но, Полина.
Я медовая блондинка.
Это не чистый блонд
Полина:
Ахаха.
Но все равно блондинка
Даша:
Остроумно. До встречи
Полина:
Не опоздай
Уже через тридцать минут я стою у той самой кофейни, которая для нас с подругой стала родной. В ней мы провели первую нашу встречу, делились историями, жаловались на учебу и работу, обсуждали парней, плакали и смеялись.
Фасад кофейни выполнен в графитовом цвете с панорамными окнами во всю стену. Внутри приятно пахнет кофе и чем-то сладким. Черный и белый цвет основные оттенки интерьера заведения. Сзади прилавка на черной кирпичной стене висит доска с меню. Кофейня вмещает в себя уютный зал для посетителей, где можно спокойно выпить напиток в одиночестве или с друзьями. Зона для гостей разделена на несколько частей, таким образом, чтобы одиночки и компании не мешали друг другу. Черные комфортные стулья с белыми столиками располагают к длинной и неторопливой беседе.
В уютном и отдаленном от входа столике уже сидит подруга и что-то усердно пишет в телефоне. По ее сведенным бровям можно понять - она не в восторге от собеседника.
– Приветик, – улыбаюсь я и целую Полину в щеку. – Перестань так хмуриться, а то морщины появятся раньше времени.
– Перестанешь тут, – девушка блокирует телефон и убирает его в сумку. – Я тебе заказала твой любимый кофе и чизкейк.
– Спасибочки, – вещаю верхнюю одежду на ближайшую к столику стойку. – Кто причина твоего расстройства?
– Лукин.
– Лукин? Илюшка - рыжая клюшка?
– Он, он.
– А что ему нужно?
– У нас социологию ведет очень педантичный и принципиальный преподаватель, который считает, что его предмет самый важный, – подруга делает глоток своего кофе. – Он ставит зачет только, если у тебя сданы и защищены три реферата.
– Так и? – я отламываю вилкой небольшой кусок вкуснейшего малинового чизкейка и отправляю в рот.
– Лукин сегодня пришел на пару и хотел, чтобы ему раньше поставили зачет, – от упоминания фамилии этого парня она злится. – Дак Александр Иванович не поставил ему ничего. Сказал, что тот должен сдать все рефераты, как все.
– Вот есть же справедливость. А почему тогда тебя это не радует?
– А чему тут радоваться, Даш? – она качает головой. – Александр Иванович отказал, но понимает, что Лукин гордость университета, и во избежание проблем, поручил мне помочь ему. Представляешь?
– Помочь? Как? И почему именно ты.
– Я сегодня защитила третий реферат, когда остальные одногруппники защитила только по одному.
– Мда. А как ты должна помочь? Сделать за него?
– Еще чего, – нервный смешок срывается с губ Полины. – Ему дали мои же темы рефератов и теперь Лукин должен дополнить их.
– А ты тут причем?
– Так как времени до зачета осталось немного, преподаватель решил, что я должна помочь Лукину.
– Бред какой-то, – вкуснейший кофе разливается по горлу. – А отказаться нельзя?
– Можно, но ты сама знаешь, чем это может закончиться, – устало отвечает подруга. – Моими проблемами с получением зачета, а я не хочу их, когда он у меня формально уже в кармане.
– И что ты будешь делать?
– Перешлю ему свои рефераты и сайт, где можно взять дополнительный материал. Пусть сам разбирается.
– Ты ему именно это и писала, когда я пришла?
– Нет, я отвечала на его очередную пошлятину, – Полина достает телефон из сумки и читает крайнее сообщение от Лукина. – Малышка, лучше пришли мне свои нюдсы или фото из душа, чем эти ссылки.
– Как банально.
– Вот и я об этом же, – мы обе смеемся.
Подруга еще какое-то время переписывается с одногруппником, пока я доедаю свой десерт.
– Ты слишком дерзкая, придется приехать и наказать тебя по-взрослому. Где ты? – произносит Полина, глядя на экран.
– Ну все, Максимова, ты довыпендривалась, – улыбаюсь я. Заглядываю в телефон подруги и вижу, что она пишет реальный адрес кофейни. – Что ты делаешь?
– Пишу адрес.
– Зачем? Он же приедет.
– Кто? Илюшка - рыжая клюшка? Не смеши меня, Даш. Этот парень и пятую точку не поднимет, если не увидит в этом выгоды, – Полина поднимает руку и просит официанта подойти. – Так что расслабься. Будешь еще что-нибудь?
Следующий час проходит очень быстро. Полина рассказывает про новых девочек, впервые пришедших к ней на занятие. Подруга по вечерам и выходным работает тренером по степ-аэробике. Я делюсь впечатлениями по поводу нового заказчика, с которым очень приятно работать. Я всем сердцем стала обожать и ждать наши встречи с Максимовой. Столько я не смеялась ни с кем другим.
– Как там Паша поживает? – невзначай спрашиваю я. Паша – это парень с прошлой работы Полины, активно ухаживающий за ней.
– Да, наверное, нормально. Мы не общаемся.
– Почему?
– А зачем? – подруга пожимает плечами. – Когда мы перестали работать вместе, исчезла единственная точка соприкосновения, поэтому наше общение прекратилось.
– Но ты же ему нравилась.
– И что?
– Но как же?
– Даш, зачем человеку давать ложные надежды, если я к нему ничего не чувствую?
– Ты даже не попробовала? Тебе не одиноко?
– Нет. И знаешь, в одиночестве нет ничего плохо. Необязательно быть с кем-то, чтобы чувствовать себя полноценно. Понимаешь?
– Понимаю, – опускаю глаза на свои руки, держащие стакан с моккачино.
– Что такое? – спрашивает Полина, заметив смену моего настроения.
– Я не знаю.
– Что это значит, ты не знаешь?
– Я иногда задумываюсь об отношениях с Лешей, – подруга молча смотрит на меня с пониманием. – Сегодня я проснулась вместе с ним и снова поймала себя на мысли, что в моих глазах угасает блеск, который раньше был при виде его. Это же нормально? Нормально, что со временем пропадает желание каждую свободную минуту хотеть быть с человеком? Я раньше отвечала на его сообщения и звонки в это же мгновение, как они приходили, а теперь, бывает, при виде уведомления откладываю телефон. Я, наверное, ненормальная. У меня здоровые отношения, прекрасный и заботливый парень, а я возмущаюсь.
– Ты нормальная, – говорит Полина, беря мою руку. – У тебя же есть причины так себя чувствовать?
Я смотрю в ее глаза, полные заботы и искренности, и понимаю, что она - тот человек, который всегда будет на моей стороне.
– Я иногда чувствую себя одной, – мой голос звучит глухо, и я опускаю голову. – Не знаю, как объяснить, чтобы ты поняла...
– А я и так поняла, – она сжимает мою руку чуть сильнее, как будто хочет передать всю свою поддержку. – Мне иногда кажется, что ты боишься быть одной.
Я поднимаю голову, встречая ее взгляд.
– И если это так, то скажу тебя, быть одной совершенно не страшно. А знаешь, что страшно? Страшно когда ты просишь о внимании, засыпаешь в слезах, просыпаешься с сомнениями, нуждаешься в разговорах и пытаешься справиться со своими проблемами в одиночку, хотя рядом есть мужчина, которого как бы и нет.
– Я совершенно не понимаю, откуда появилось это чувство. Вроде все нормально. Откуда сомнение?
– Сомнение - это абсолютно нормально. Твой мозг стремится уберечь тебя от потенциальных ошибок и их последствий, – она мягко смотрит на меня. – Но сомнения не возникают без причины.
– Знаешь, я боюсь, что мои чувства к Леши испарились, – признаюсь я, смотря в окно, где ветер срывает с веток деревьев последние желтые листья.
– Почему ты так решила? – осторожно спрашивает Полина.
– Не знаю...раньше, когда он был рядом, радовалась, а теперь, – перевожу взгляд на ее красивое лицо. – Его отсутствие стало для меня привычным, встречи кажутся обыденностью, а наши разговоры - просто фоновым звуком. Я пытаюсь себя убедить, что это пройдет, что просто наступил кризис в отношениях, но внутри меня что-то подсказывает, что это не так.
– А Леша это тоже чувствует?
– Не знаю.
– Может, вам стоит поговорить? – осторожно спрашивает подруга. – Разговором ничего не испортишь.
– Я как то пыталась начать разговор, – вздыхаю. – Леша сказал, что я придумываю, но ради меня он готов, что-то поменять.
– И?
– Ничего. Все осталось как и было.
Она смотрит на меня с пониманием.
– Знаешь, – продолжаю, – меня тревожит мысль, что я могу ошибаться. А что, если все это временно, и вскоре все будет как раньше?
– Как раньше уже не будет. Вы стали другими, ваши отношение - другие, ваши мысли тоже другие. Будет или лучше, или хуже, но как раньше уже никогда не будет.
– И что мне делать? – с грустью произношу я.
– Быть честной с собой.
Я смотрю в зеркало, стоящее напротив нас, и в отражении вижу девушку, которую больше не узнаю. Больше нет огонька в глазах, легкой улыбки на губах и трепета в груди.
– Мне кажется, что мои мысли неправильные, – спустя короткую паузу отзываюсь я.
– Правильно или неправильно – это только ты решаешь, Даш.
– Я просто хочу понять, почему так происходит? – шепчу я. – Я не знаю, что делать с этим чувством и куда его деть? Каждый раз, когда я пытаюсь разобраться с ним, он как назло, становится сильнее.
– Прислушайся к себя, Даш. Только ты сама можешь найти ответ на эти вопросы. Не бойся погрузиться в свои мысли и чувства.
– Наверное, ты права.
– Конечно, – улыбается подруга. – Не зря у меня была пятерка по психологии.
С искренней улыбкой пересаживаюсь на стул рядом с подругой и обнимаю ее.
– Посмотри, Марк, какие тут нежности, – произносит у нашего столика грубый мужской голос с хрипотцой.
Мы с Полиной поворачиваем голову в сторону звука и замираем. Перед нами стоят два шкафа. Первый – высокий, плечистый, с тонким носом, с зелеными глазами, с четко выраженными скулами, уложенными рыжими волосами и со средним размером губ, изображающих ухмылку. Одетый в темно-синие джинсы, белые кроссовки и серую куртку, распахнутую настежь. Второй – не менее высокий и не менее широкоплечий парень с короткими темно-коричневыми волосами, одетый во все черное: черные кроссовки, черные джинсы, черную куртку. Я его узнаю. Это тот парень, проливший на меня свою газировку. Только появилось одна вещь, которой не было в прошлый раз. Маленькая сережка у края левой брови.
– Простите, что отвлекаем, – говорит второй парень и садится напротив нас. – Но мы так и хотели.
– Что ты тут делаешь? – спрашивает Полина рыжеволосого парня, игнорируя сказанное его другом.
– Ну, как что? – Илья садится на соседний стул. – Приехал наказать тебя по-взрослому.
– Ты и по-взрослому? Не смеши меня, Лукин.
– А что тебя не устраивает, Максимова?
– Ты не умеешь решать вопросы по-взрослому, – подруга с неприязнью смотрит на парня. – У тебя хватает мозгов только попросить поставить зачет или экзамен, делая акцент, что ты большая гордость университета.
– Завидуешь, Полинка? – по Илье видно, что сказанное его не задевает, а, наоборот, только веселит.
– Еще чего, – девушка поправляет волосы. – Не такая и большая гордость, чтобы завидовать.
– Скажи это моим девочкам, которые кричат мое имя каждый раз, когда я показываю, какая гордость у меня есть, – ухмылка появляется на губах Лукина.
– Мне их жаль. Знаешь, в чем разница между этим кофе, – Полина поднимает свой напиток. – И твоей гордостью? На кофе всегда будет спрос.
– Очень и очень средне.
– Уверена, что ты часто это слышишь от своих девочек.
– Хочешь проверить?
– Брейк, – смеясь, вмешивается Марк, кажется. – Илюха, мы приехали обсудить получения твоего зачета, а не устраивать публичную порку.
– Что, Лукин, и тут пришлось просить помощи? – Полина делает глоток своего кофе и сверлит взглядом парня. Илья ничего не отвечает, только закатывает глаза. – Я ему все уже прислала. Мои рефераты и ссылки, откуда можно взять дополнительную информацию.
Среди этого бурного разговора я не замечаю, как на меня устремлен пронизывающий взгляд карих глаз. Наконец, я решаюсь повернуть голову в ту сторону, и наши глаза встречаются. Парень слегка наклоняет голову вправо и улыбается мне. Его поведение напоминает змею, которая тщательно обдумывает момент перед атакой, готовясь напасть на ничего не подозревающую жертву.
– Может вы уже пойдете? – в голосе Полины чувствуются нотки разрежения. – Вас разве не ждут ваши девушку или еще кто-то?
– Мы оставим вас, если ты согласишься сделать мне эти чертовы три реферата, – Лукин нагло берет кружку Полининого кофе и отпивает его. – Так-то вкусно, что это?
– Слезы твоих бывших, – она сверлит его взглядом. – И не буду я тебе ничего делать.
– Что мне сделать, чтобы ты передумала?
– Для начала вернуть мою кружку мне, – Илья ставит напиток обратно рядом с Полиной. – Во-вторых, купить мне новый кофе.
– Запросто, только пойдем со мной, – парень привстает, – я же не знаю, что пил.
– За что это мне? – задает риторический вопрос подруга и собирает всю волю в кулак, встает и ведет его к прилавку.
Я наблюдаю за ними и вижу, как эти двое вновь вступают в спор. Притворяюсь, что пытаюсь понять, о чем идет речь, чтобы избежать взгляда с вынужденным соседом.
– Следишь за мной? – все-таки устремляю голову на мужской бас.
– Что, прости? – возмущенно спрашиваю я.
– Извиню, если хорошо попросишь, – голос парня становится спокойнее, но остается не менее выразительным.
– Да, не нужно мне твое прощение. Это тебе следовало бы извиняться за испорченную одежду.
– Я же предложил оплатить химчистку или ты забыла?
– Да зачем мне она? Было бы достаточно просто – простите, извините.
– То есть ты за мной следишь, а я еще должен извиняться, за твое неожиданное появление? – он ставит свои локти на стол и кладет на них свой подбородок. – Тебя вообще не должно там быть.
– Раньше этот вход был открыт, им часто пользовался мой папа, когда во время перерывов проходил к своему близкому другу и брал меня с собой, – я чувствую, как раздражаюсь.
– А как зовут твоего отца?
– Может тебе еще и адрес сказать?
– Хочешь в гости позвать?
– Мечтаю.
– Даже так, приятно, – он слегка наклоняет голову. Есть что-то в его взгляде пугающее и заставляющее оправдываться. Хотела же сидеть и молчать. – То есть я должен поверить в то, что ты просто случайно оказалось там, а не следила за мной как за защитником, играющего под номером 97 хоккейного клуба «Ястребы» – Маркам Беловым?
– Ты хоккеист? – спрашиваю я с нескромным удивлением.
– Да, – в голосе Марка появляется легкая неуверенность, которая тут же исчезает. – Хорошо играешь.
– Я и правда, не знаю, кто ты, – пожимаю плечами, – уже не слежу так активно за командой, как раньше. Тем более ты даже не играл.
– У меня период восстановления после полученной травмы.
– Сочувствую, – искренне говорю я. Марк ничего не успевает ответить и к столику уже подходят недовольная Полина и веселый Илья.
– Я же не за бесплатно тебе предлагаю. Я заплачу, сколько скажешь, – они садятся напротив друг друга.
– Да, не нужны мне твои деньги. Даша, может ты ему уже объяснишь это, если он меня не понимает? – в ее глазах читается мольба.
– Я тебя понимаю и слы...
– Почему тогда не уходишь? – быстро перебивает его подруга.
– Потому что мне дали твои темы. Я мог бы просто вставить с первого сайта, но препод сказал, что если там будут твои рефераты, то он мне не зачтет.
– А я-то тут причем? Я тебе прислала свои, просто прочитай и не вставляй мое, если увидишь схожесть.
– Ты думаешь мне делать нечего, как читать всю эту чепуху?
– Это не чепуха, – она уже держится из последних сил.
– Просто скажи, сколько и все.
– Ни-сколь-ко. Точка. Я не работаю с хоккеистами.
– Это мы еще посмотрим, – бросает Лукин, резко вставая, и уходит не попрощавшись.
– Дамы, – говорит его друг, задерживая взгляд на мне и оставляя нас с подругой наедине.
– Грубо, да? – спрашивает Полина, смотря парням в след.
Я ничего не отвечаю, она сама знает ответ.