Сильнее Принципов

Толпа сгущается. Лица что попадаются мне на пути горят и любопытством и страхом одновременно. И в тот момент, когда я слышу приглушённые крики где-то впереди, Алиса резко останавливается и я на всей скорости налетаю на неё, толкая своим телом в спину. Мы обе ахнули, только я от столкновения, а она из-за картины, которую я почему-то замечаю не сразу.
В тесном кругу людей, в боевой стойке, со сжатыми в кулаки руками и перекошенным от ярости лицом, стоит Марк. Костяшки его пальцев сбиты в кровь, вены на шее вздулись. Он смотрит перед собой совершенно безумным взглядом, абсолютно лишённым всякого смысла. Перед ним, лежат, а точнее катаются по полу постанывая от боли два тела. Один зажимает пальцами кровоточащий нос, а другой держится за живот, скрутившись калачиком. И никто не пытается им помочь, тем более, никто не пытается вмешаться и притронуться в озверевшему на вид молодому, сильному мужчине.
Я зажимаю рот рукой, пытаясь сдержать вскрик. Боже, что теперь будет?
-Они его толкнули. Они сами виноваты. - слышу голос Леры и повернув голову, вижу её стройную фигурку.
Растрепанная, испуганная, она мечется на расстоянии пары шагов от нас с Алисой. И я бросаюсь к ней, хватаю её за руки и только тогда замечаю, что всё её лицо залито слезами.
-Что случилось? - я напугана не меньше, хотя даже не видела как всё было, но увидев меня, она, с облегчением выдыхает.
-Лиза, Господи! - она хватает меня за плечи и на секунду опускает голову. - Он не виноват, не виноват, понимаешь? Они толкнули его. Он не виноват.
-Я верю, верю. Расскажи мне, что случилось?
-Я... я не знаю... мы собирались уходить. Эти двое шли навстречу, один толкнул плечом меня, второй Марка. Он сказал чтобы они извинились, но... Они только посмеялись и обозвали меня шлюхой. Боже мой, Лиза. Его теперь посадят!
Я оборачиваюсь и ловлю взглядом Лëшу, который в этот самый момент делает шаг к Марку, осторожно прикасаясь к его плечу.
-Эй? Братишка, всё в норме?
Видимо не совсем, потому что вместо ответа, Марк, резко поворачивается и каким-то точным, неуловимым движением хватает Лёшу за шею. Все присутствующие громко ахают. Лёша застывает, подняв руки с раскрытыми ладонями вверх и только теперь я понимаю, что Марк сейчас не видит перед собой его. Он не узнаëт!
-Воу, дружище, остынь!
В голосе Макса, который бросается к парням, звенит тревожным звоночком паника. Он пытается коснуться руки Марка, которой тот сжимает шею Лёши, но Лëша неожиданно упрямо его отталкивает.
-Уйди!- говорит хрипло и снова поднимает руки в примирительном жесте, давая понять, что настроен дружелюбно.
Они смотрят друг на друга и кажется, больше для них никто не существует. Мне виден только их профиль, я не могу понять, что сейчас происходит с Марком, но Лёша ведет себя до странности спокойно, даже сказала бы - уверенно. Словно происходящее для него не в новинку.
Краем глаза я вижу, как поверженных Марком парней поднимают на ноги. А ещё, спешащих в самый эпицентр событий, секьюрити. Трое крепких молодцов в чёрных смокингах, активно работают руками и локтями, распихивая зевак, сгрудившихся тесной толпой у середины и выражение их лиц не сулит нам всем ничего хорошего.
Один, оказывается проворнее остальных и первым добирается до Марка, тяжело опуская ладонь на его плечо.
-Эй ты, а ну давай заканчивай беспредел! - говорит грозно и я сжимаюсь от страха, предвкушая новую потасовку.
И оказываюсь права. Лёшу, Марк легко отпускает. Круто поворачивается, хватая широкую ладонь охранника, заламывает одним профессиональным движением и прикладывает несчастного головой о своё крепкое колено. Это занимает не больше пары секунд, а результат - ещё один валяющийся на полу внушительной комплекции мужчина.
-Парни, вы обещали, что такого больше не будет. - сквозь зубы цедит самый высокий из охраны.
Он с опаской поглядывает на Марка, который явно готов к продолжению боя, но уже с кем-то другим. И тогда, Макс выходит вперёд, становясь между ними. На нём лица нет от нервов, но я понимаю, что сейчас он здорово рискует принимая роль подушки безопасности.
-Ребят, спокойно. Отойдите, лучше не лезьте мы сейчас сами уйдём.
-Куда вы уйдете? Сейчас ментов вызвать будем. - говорит второй из охраны, намереваясь обойти Макса. И я прихожу в такой ужас, что даже не сразу понимаю смысл слов, которые произносит одна из "жертв".
-Я не имею претензий!
Он с опаской поглядывает в сторону Марка, а светловолосая высокая девушка, что стоит рядом, носовым платком промакивает кровь на его лице. Второй избитый, опираясь на руку рядом стоящего худощавого парня, согласно кивает, морщась от боли.
-Сами виноваты, быканули.
И вот тогда что-то щелкает у меня в голове, я понимаю, что лучше момента чтобы уйти - не будет. Не знаю почему подумала, что это сработает и как вообще решилась сделать что-то подобное, но вдруг набравшись мужества я делаю шаг из толпы зевак и медленно подхожу к Марку, осторожно, но решительно хватая его ладонь, пока он озирается по сторонам со зверским выражением лица, как бы говоря - ну, кому ещё дать по хлебалу?! Он резко дёргается, сжимает мою руку настолько сильно, что у меня хрустят пальцы, и только тогда смотрит на меня, медленно поворачивая голову. Пустыми глазами, абсолютно лишёнными всякого выражения.
-Лиза, не смей! - слышу испуганный окрик Лёши, но Макс преграждает ему путь, напряженно глядя на нас с Марком.
-Всё хорошо, ладно? Давай поедем домой? - пытаясь не обращать внимания на боль, сипло говорю я.
Второй ладонью нарываю его руку, сжимающую мою и осторожно поглаживаю. Только теперь до меня дошла вся глупость моей затеи. С чего вдруг я решила, что именно у меня получится привести его в чувство? У меня, которая и во времена его адекватного состояния, не вызывает в нём ничего кроме злости и насмешки. Но отступать уже поздно. Чувствуя, что все взгляды присутствующих обращены на нас и как стремительно немеет ладонь, сжатая в тисках его руки, я делаю ещё шаг ближе к нему и мягко касаюсь пальцами к его колючей от щетины щеке. Я очень стараюсь быть нежной, хоть и боюсь, но всё же, голосом полным мольбы, прошу:
-Пожалуйста.
Не могу сказать, почему это сработало, но что есть, то есть. Руку, сжимающую мою ладонь он вдруг расслабляет, а в бездонных зелёных глазах появляются признаки узнавания. Я не вижу никого, кроме него и не думаю. Просто исполненная решимости, тащу его за собой, к выходу, крепко сжимая теплую ладонь. Ноги подгибаются, ручейки холодного пота бегут по спине, но я упорно тяну его за собой до тех пор, пока морозный воздух не ударяет нам в лицо и Марк сам не отстраняется.
Божечки! Я едва держусь на ногах, потрясëнная случившимся до глубины души. Прижимаюсь спиной к стене клуба, чтобы не упасть и даже мороз, что ощутимо щиплет кожу, не даёт отойти от шока. Это... Это что-то фантастическое! У меня получилось, я смогла переключить его, смогла увести!
-О Господи! - бормочет в панике Лера, обхватив себя за плечи. Она стоит рядом с Алисой и Максом, Лëша выходит чуть позже с охапкой наших курток.
Марк стоит отвернувшись от нас, упираясь лбом и ладонями в холодную стену и его короткое пальто остаётся в руках друга.
-Ментов вызывать не будут, - со вздохом облегчения говорит Лëша, пиная носком ботинка крупный камень. - Но теперь нам сюда дорога закрыта.
Макс, хмыкнув, пожимает плечами. Мол, пофиг! А я, всё ещё переживая внутри себя все эти события, во все глаза смотрю как он подкуривает сигарету и суёт красивую, в форме спорткара, зажигалку обратно в карман. Странно, но я впервые вижу, что он курит.
-Значит в этот раз повезло, - говорит тихо. - В общагу ехать уже поздно, так что сегодня ночуете у нас. Сейчас только такси вызову.
Эта фраза явно предназначалась мне и я ловлю странный взгляд Лёши. Но у меня нет сил возражать, я морально опустошена и чувствую дикую усталость. Что такое я только что видела? Что это был за одержимый? Что в конце-то концов происходило между ним и Марком, который был настолько не в себе, что даже не узнал друга? Эти вопросы крутятся в голове, требуя ответов. Но где их взять? Меня начинает трясти от холода и от пережитого стресса. Замечаю, что Макс бросает на меня косые взгляды, Марк сидит на корточках, с совершенно отсутствующим видом, обхватив голову руками. Лёша заботливо набросил пальто ему на плечи, но тот даже не пошевелился. Лера что-то тихо говорит ему, но я не слышу что именно, только вижу что никакой реакции на её слова не следует, поэтому тяжело вздохнув, она подходит ко мне.
-Я поеду домой. - говорит тихо, глядя куда-то мимо меня.
Судя по виду, она просто раздавлена. Впрочем как и все мы. Молча киваю и тяну её к себе, чтобы обнять. Я не чувствую к ней неприязни, нисколько, ведь она даже не подозревает насколько Марк мне дорог. Я не хочу, чтобы наше общение прекратилось из-за этой глупой привязанности, она даже нравится мне в чем-то пусть я и не показываю этого. И я хочу поддержать её хоть как-то, ей пришлось несладко. Стать свидетелем такой жёсткой потасовки - мало кому понравилось бы.
Бросив тоскливый взгляд в сторону оцепеневшего парня, Лера, попрощавшись с остальными, уходит. Она явно не так представляла себе продолжение этого вечера. Да что уж греха таить, как и все мы. Но что есть то есть.
В итоге, мы делимся на группы. Я, Лёша и Алиса едем в одной машине, Макс и Марк в другой. Мы попадаем в квартиру гораздо раньше них, успеваем даже умыться и разойтись по комнатам, когда слышим как громко хлопнула входная дверь. Я как раз в этот момент забираюсь на кровать к Леше и застываю в позе собаки.
-Кажется они пришли, - говорю нервно.
Я в его длинной красной футболке. Он в шортах и майке. Но даже не смотря на интимность момента, между нами нет и капли неловкости. Всё о чём мы можем думать - это Марк и то, что произошло этим вечером. Никто не собирается целоваться или что-то в этом роде.
-Это Макс.
-А Марк как-же?
-А Марк появится ещё не скоро.
-Ничего не понимаю, - бормочу я, устраиваясь под тёплым бочком парня.
А ведь это первый раз, когда я собираюсь уснуть не одна, вот только мысли мои настолько далеки отсюда, что я даже не обращаю внимание на то как Лëша крепко обнимает меня и прижимает к себе.
-Даже не пытайся. После каждого такого заскока ему нужно время. Побыть наедине с собой, успокоиться. Приструнить своих внутренних монстров. Пока это не произойдет, разговаривать с ним бесполезно. - он зарывается носом в мои волосы и протяжно выдыхает. - Если хочешь, мы можем поговорить об этом завтра, но сейчас я просто не в состоянии, ладушки? Спокойной ночи.
Я чувствую по голосу, что он одновременно и спокоен и подавлен, мне так много хочется спросить, но я понимаю, что момент не самый подходящий. Поэтому устроившись поудобнее, закрываю глаза, в надежде, что получится заснуть.

Надежды мои не оправдались. Спустя час бесполезных попыток, я осторожно выскальзываю из жарких объятий Лёши и неслышно, на цыпочках, пробираюсь на кухню. Свет включить не решаюсь, поэтому остаюсь сидеть почти в полной темноте, глядя в окно.
Моя голова раскалывается от пережитого стресса и дикого количества мыслей. Где Марк прямо сейчас? Как вообще парни отпустили его одного в таком состоянии, ведь он может снова с кем-нибудь схлестнуться? Почему он вообще вёл себя как сумасшедший?
Я жутко нервничаю, просто места себе не нахожу. Мне нужно знать, что он в порядке и безопасности, что ему ничего не угрожает и стало лучше.
И я бы наверное и сама свихнулась от этих мыслей, если бы их поток не прервал тихий щелчок замка. Я застываю без движения, вслушиваясь в тишину. Так и есть, дверь тихонько открывается, а потом так же тихо закрывается. И это точно Марк, кроме него некому!
В ужасе подскакиваю на месте и начинаю метаться по кухне. Куда бежать, где прятаться? Комната Лёши сразу же после прихожей, мы обязательно столкнёмся, если я рвану туда. Выхода у меня нет, решаю сидеть на месте. Остаëтся только надеяться, что Марк пойдёт прямиком к себе в комнату и не решит выпить чайку на сон грядущий.
Но блин! Он, как и я сама до этого, тихим, крадущимся шагом приходит именно сюда! Свет так же как и я включать не решается, поэтому первое время я остаюсь незамеченной. Одной рукой, рывком, парень стягивает с себя футболку, и включает электрочайник. Прибор ммонотонно шипит, я понимаю, что не дышу совсем, заворожённо уставившись на его широкую рельефную спину. Одинокий волк выглядит настолько реалистично в полумраке неосвящённой комнаты, что кажется, будто он прямо сейчас оживёт и я услышу его пронзительный, холодящий душу вой.
И всё-таки, как же Марк хорош! Я смотрю на изгибы его спортивной фигуры, на крепкие, литые мышцы, которые от движения перекатываются под смуглой кожей и чувствую этих самых "бабочек в животе", от которых перехватывает дыхание и ускоряется пульс.
А потом, совершенно неожиданно, громко скрипит стул, на котором я сижу. Марк, тянувшийся в этот самый момент к банке с растворимым кофе, застывает с протянутой рукой. Всё так же не поворачиваясь, низким голосом, от которого у меня бегут мурашки, спрашивает:
-Чего не спишь?
Я тяжело сглатываю набежавшую слюну. Он ведь не знает кто именно здесь, значит спрашивает наверняка. Может промолчать? Хотя это уже чистой воды детский сад. Ну не буду же я прятаться, в самом деле?
-Не спится что-то.
Теперь он понимает что это я. Поворачивается в пол оборота, смотрит. В полумраке мне плохо видно выражение его лица.
-Кофе будешь?
-Лучше чай.
Итак, он не против моей компании, уже хорошо. Наблюдая за его манипуляциями по приготовлению напитков, я лихорадочно думаю, о чём же с ним говорить. Однако как оказалось в этом нет никакой проблемы.
Он медленным, ленивым шагом приближается ко мне и протягивает кружку с дымящимся чаем. Скользит взглядом по моим голым ногам, заставляя что есть силы тянуть футболку вниз. Придвигает стул ближе к столу, садится напротив, почти касаясь своим коленом моего и прячет глаза, глядя куда-то в сторону.
-Хочешь что-нибудь спросить?
У него глухой голос, подавленный. Я конечно же хочу, но так сразу не могу выбрать подходящий вопрос, поэтому решаюсь на общий. Стоит же проявить озабоченность? Или не стоит?
-Как ты?
-В норме. Просто немного вышел из себя, всё в порядке.
Ну, я бы так не сказала. Когда месишь лицо другого человека словно тесто, а друзей хватаешь за горло, это уже не кажется порядком вещей.
-Очень жаль, что ты видела... - говорит тихо. -Не хотел чтобы ты знала, каким я могу быть.
-Почему?
Странный вопрос, согласна. Не к месту. Но слова вылетели из моего рта, прежде чем я успела об этом подумать.
И Марк впервые за это время смотрит мне в глаза долгим, пронзительным взгядом. Его волшебные глаза, в пушистой опушке ресниц, в ночном полумраке кухни кажутся почти чёрными. Я чувствую как волоски на всём теле встают дыбом, мое дыхание сбивается от волнения. Это просто поразительно, что он может заставить меня чувствовать, одним только своим взгядом!
Пожав плечами, он делает большой глоток из своей кружки, некоторое время гоняет во рту жидкость, а когда глотает, я не могу заставить себя не смотреть на его крепкую шею, на то, как дернулся кадык.
-Я бы хотел, чтобы никто не знал. Может... Просто должен быть хоть кто-то, кто будет думать, что я нормальный.
И снова эта горечь в голосе. Марк отворачивается от меня. Лунный свет освещает его лицо только наполовину, но и этого достаточно, чтобы я поняла - он просто раздавлен.
Желая хоть немного разрядить обстановку, я, улыбаясь, тихо говорю:
-Прости, но я никогда не считала тебя нормальным.
И вызваю своими словами, едва заметную усмешку на его губах. Он пытается её скрыть, но уголки губ дрогнули, а на щеках появились две очаровательные ямочки, которые тут же исчезли. Сжимая сильными пальцами чашку с кофе крепче, он низким голосом бормочет:
-И была права.
Что ж, так оно и есть. Но я не знаю его настоящего. Не могу представить, что происходит внутри него и что заставляет его быть таким импульсивным. И это незнание просто убивает! Так хочется задать все эти вопросы, которые скопились в голове, что я до крови закусываю губу, лишь бы промолчать. Слизывая соленоватую жидкость, думаю о том, что своим любопытством могу разрушить этот волшебный момент и он закроется, так до конца и не раскрывшись.
Но я хочу знать. Имею право хотя бы на один вопрос!
-Почему ты послушал меня? - решаюсь наконец, и с тревогой замечаю, как он сжимает губы в тонкую линию. Но только на секундочку, потому что потом, ухмыльнувшись, говорит:
-Когда увидел тебя, вернулся в реальность.
-И как это понимать? - я подозрительно прищуриваюсь и он улыбается ещё шире.
-Только ты настолько сильно бесишь меня, уж прости. Так что я быстро понял где нахожусь и что происходит.
-Занятно. Но если ты думаешь, что прозвучало обидно, спешу огорчить. Ты меня бесишь даже больше, чем я тебя.
-Правда что-ли? Откуда тебе это знать?
-Интуиция.
Теперь уже ухмыляюсь я, но вижу как красивое лицо Марка мрачнеет. Он снова прячет от меня глаза, опуская голову.
-На самом деле, я и сам не знаю, - длинная пауза, во время которой моё сердце оглушительно стучит в груди, - правда. Обычно, в такие моменты я действительно теряю все человеческое и это сложно контролировать.
-Может... Тебе нужна помощь?
-Намекаешь на то, что я псих? - он улыбается. - Я этого не отрицаю, просто мне никто не сможет помочь, кроме меня самого. Проходили уже. И я неплохо с этим справляюсь вообще-то. Ну, если не считать сегодняшний вечер. Просто усталость что-то накопилась, да и парни сами полезли... Давно такого не было.
Я понимаю, подробности мне не светят. Ну и вытягивать клещами не собираюсь.
Наконец замечаю это - его руки с запёкшейся кровью и ссадинами. Странно, что этот самоуверенный молодой мужчина постоянно вызывает во мне желание заботиться и неважно, что между нами происходит в этот самый момент.
-Давай обработаем, - указательным пальцем, я мягко касаюсь его руки. - Напомни, где у вас аптечка?
-Пустяки...
-Не сомневаюсь, герой. Но ты повредишь ранки и испачкаешь постель.
Марк приоткрывает рот, явно собираясь что-то сказать, но почему-то не решается. Его губы влажно блестят и я непроизвольно облизываю свои. Вот дура! Щёки мгновенно вспыхивают румянцем и я спешу спрятать лицо, низко опуская голову.
-В том шкафчике. - говорит парень улыбаясь, указывая рукой в нужном направлении.
Дура, дура, дура! Ну зачем же так очевидно показывать свои желания?! Я ругаю себя самыми последними словами, пока беру аптечку и достаю пузырьки, стоя к нему спиной. Это так глупо, но кажется он всё понял. Едва нахожу в себе силы, чтобы повернуться и подойти к нему, взять его теплую ладонь в свои руки и начать обеззараживать ранки.
Странно, но его руки выглядят слишком плохо для той драки, свидетелем которой я стала. Слишком сильные и глубокие ссадины, я хоть в этом деле далеко не профессионал, но догадываюсь, что теми ребятами, Марк, скорее всего, не ограничился. Внимательно наблюдая как пенится перекись водорода, слегка осипшим голосом спрашиваю:
-Уверен, что пострадали только двое?
В ответ тишина. Я поднимаю глаза и сталкиваюсь с его внимательным взглядом. Блин! Не стоило стоять вот так близко! Жар его тела проникает сквозь мою кожу и мысли путаются. Проходит несколько долгих секунд, прежде чем он отвечает неожиданно хриплым голосом, всё так же не отрывая от меня глаз.
-Столкнулся с дверью пару раз. Кое-кто здорово рисковал, приблизившись ко мне пока я не понимал что творю.
А вот это уже слишком, для моих натянутых как струна нервов. Я шумно втягиваю носом воздух и сильно закусываю щëку изнутри. Больно! Но лучше так, чем думать, что он психовал из-за меня, вышибая кулаками в припадке ярости, двери. Кажется я совсем сошла с ума, думая, будто вызываю в нем что-то ещё, кроме неприязни! Это немного отрезвляет. Я промакиваю ранки ватным диском, прижигаю зелёнкой, перепачкав ею свои пальцы и ожидаю хоть какой-нибудь реакции, но ничего не происходит. Он упорно молчит. Я чувствую на себе его внимательный взгляд всё то время, пока вожусь с его руками и бинтую их. Всё в полной тишине. Только тихие звуки нашего дыхания нарушают её.
-Закончила. - бормочу я, отпуская его руки и дрожжащими пальцами пытаясь собрать аптечку.
Ну почему он так многозначительно молчит? Почему не скажет какую-нибудь колкость, или не посмеётся с того, как неуклюже я уронила пузырёк с зеленкой на пол? Что угодно, только не эта звенящая тишина!
Собираюсь было отойти и поставить аптечку на место, как Марк, вдруг, шевелится. Хватает меня за руку, медленно, насколько позволяют повязки, переплетает свои пальцы с моими и тянет на себя. Настойчиво. И я поддаюсь, послушно делая шаг и упираясь своими коленями в его. Я не могу смотреть ему в лицо, опустив голову, не дыша, жмурюсь и слышу тихое:
-Я заставляю тебя волноваться?
Господи, знал бы ты как! Вместо ответа молча киваю. Боюсь, сейчас мои голосовые связки отказали, от напряжения я не могу выдавить из себя ни звука.
Марк встаëт, возвышаясь надо мной. Мы стоим настолько близко друг к другу, что я касаюсь его горячего тела грудью, но моя голова всё ещё опущена. И тогда, он, мягко сжимает мой подбородок пальцами, приподнимая мое лицо к себе навстречу. Интересно, как долго человек может обходится без воздуха? Кажется сегодня я определённо собираюсь побить мировой рекорд, задерживая в панике дыхание.
-Посмотри на меня. - снова слышу его тихий, но настойчивый голос и поднимая глаза, замираю под его горячим взглядом.
Помогите же кто-нибудь! Что сейчас с нами происходит? Этот потрясающий парень смотрит на меня так, словно я ему интересна. Разве это возможно? Разве он может касаться меня так нежно, разве имеет право стоять так близко и позволять мне чувствовать тепло его  тела? Это нечестно! Я сейчас безраздельно владею всем его вниманием и чувство нереальности происходящего сбивает меня с толку.
Я вдруг понимаю, что дыхание у Марка глубокое. Он смотрит на меня как будто бы с нежностью, своими волшебными глазами, внутри которых сейчас есть что-то такое, отчего моё сердце колотится как сумасшедшее о грудную клетку. Чувственные, влажно блестящие губы так и тянут магнитом. Я очень хорошо помню, насколько умело он может ими пользоваться. Очень хорошо и очень некстати, потому что теперь не могу думать ни о чём другом больше.
-Прости за новогодний вечер. - шепчет, обдавая моё лицо горячим дыханием, пальцы его вдруг зажили своей жизнью, путешествуя по моему вспыхнувшему румянцем лицу, нежно поглаживая щёку. - Я такой идиот. Прости. Слишком часто делаю глупости, а потом жалею.
Он жалеет?! Я киваю, с удивлением отмечая, как сводит низ живота каким-то новым ощущением. Это всё его близость и горячие пальцы на моей коже, точно! И это то самое, сексуальное возбуждение, которое толкает людей на множество ошибок и неправильных поступков. Вот теперь и я... Нет бы, закончить эту сладкую пытку, отойти на безопасное расстояние и успокоиться! Вместо этого я едва не падаю в обморок от желания, которое испытываю находясь так близко и чувствуя эту пока ещё невинную ласку.
-Не смотри на меня так. - снова шепчет он, останавливаясь взглядом на моих губах. - Хочешь чтобы я поцеловал?
Я молчу. Просто не могу ни пошевелиться, ни что-то сказать. Я сейчас не принадлежу себе и он это видит. Медленно наклоняется ближе, обхватывает моё лицо ладонями, обжигая кожу своим жаром и нежно проводит большими пальцами по моим губам. Ну разве можно так жестоко?!
Голова закружилась и я покачнулась, падая прямиком в его крепкие объятия. Ощущение сильных, горячих рук обхватывающих моё тело, окончательно сводит с ума. Я тихо всхлипываю и сжимаю руки в кулаки, впиваясь острыми ногтями в свою кожу.
-Пожалуйста, - тоненьким голоском пищу ему в грудь.
Я крепко жмурюсь, чтобы не смотреть на его красивое, рельефное тело и предотвратить своё окончательное падение, но он ТАК пахнет! Господи, это лучший запах из всех, что я чувствовала когда-либо! И кожа у него нежная, гладкая, под которой крепкими канатами перекатываются натренированные мышцы. Всё, сейчас я упаду в обморок от сексуального напряжения, но вдруг слышу тихий, печальный смех и окончательно сбитая с толку, поднимаю лицо, чтобы понять, что сейчас происходит с ним.
-Не бойся. Я не обижу тебя. - чувствую, как на секунду он крепко сжимает меня руками, прижимая к своей твёрдой груди, а потом вдруг каким-то волшебным образом я оказываюсь на стуле.
И теперь он стоит аж в целом шаге от меня, со странно напряжённым лицом и смотрит блестящими глазами.
- Лёха достаточно из-за меня натерпелся. Я больше не поступлю с ним так.
Он тяжело опускается на свой стул, хватает кружку и залпом допивает её содержимое. Я молча слежу взгядом за тем, как напрягся его внушительный бицепс и дёрнулся кадык. Понимаю, что во рту сухо, как в пустыне и проделываю то же самое со своей кружкой, жадно глотая остывший уже чай. В голове шумит. Я не могу прийти в себя, но эти пару секунд всё же идут мне на пользу, немного остужая мой пыл. Лёха? Что, если бы не было Лёхи? Неужели что-то бы изменилось?
Всё ещё находясь под впечатлением, нервно спрашиваю:
-Что это сейчас было?
В отличии от меня, он явно выглядит более спокойным. Прямо смотрит мне в глаза, пожимая плечами.
-Что? Ничего же не было.
Да, формально не было. Но... Было же! Неужели это почувствовала только я? Обида иглой кольнула сердце. Я отворачиваюсь, пряча лицо, отчаянно пытаясь сдержать выступившие на глазах слёзы. Эти игры ничего для него не значат, всего лишь лёгкий флирт, который едва не стоил мне рассудка. О, какой же идиотизм, так поддаться!
-Ты прав, тебя невозможно понять. - говорю со злостью, отлично понимая, что выяснять то в принципе, нечего. Но обиду уже не заглушить здравым смыслом. - Наверное смешно со стороны наблюдать как глупенькие девочки ведутся на твоё обаяние?
-Не считаю тебя глупенькой... - отвечает он с удивлением, но я перебиваю, хоть сердце и предательски дрогнуло.
-Да пофиг, что ты там считаешь. Помнится раньше ты не особо был ко мне благосклонен. Так почему ты ведёшь себя так, словно...
-Словно, что? - жёстким голосом перебивает, теперь уже меня, Марк. Мне кажется что лицо его стало... злым. И растерявшись от этого, я теряю весь свой боевой запал. Молча смотрю в его прищуренные глаза и уже прекрасно понимаю, что ссоры не избежать. Мы оба на взводе. - Ну же, договаривай!
-Не знаю, ясно? - рявкаю я и Марк тут же на меня шипит:
-Заткнись! Хочешь всех разбудить?
Упрёк обоснованный, но становится так обидно, что глаза снова защипало. Я закусываю губу, пряча лицо. Больше всего на свете, мне сейчас хочется оказаться подальше от него, чтобы ничего не чувствовать и не слышать его голос. Но три часа ночи и полная квартира спящих людей - вот, о чём не стоит забывать.
-Прости. - вдруг виновато произносит Марк. - Не хочу, чтобы кто-нибудь проснулся.
Я тоже не хочу, правда. Просто эмоции бьют ключом и я не могу справиться с ними.
-Почему ты такой?
-Какой? - отзывается он с раздражением, сцепляя руки на груди.
Эта закрытая поза, даëт мне понять, что на откровенность я могу не рассчитывать. Но всё же душа требует ответов и что мне мешает попытаться?
-Такой! - отвечаю с жаром. - Такой странный и полный противоречий. Злой, вспыльчивый и... нежный. Дружелюбный и закрытый. Милый, обаятельный и жестокий, способный парой слов довести до слёз. Такой веселый и тут же печальный. Как? Как можно быть таким разным одновременно? Как вообще к этому относиться, а?
-Ко мне не нужно никак относиться, просто прими как данность, что я такой. И пытаться понять меня бесполезно. Я сам пока не разобрался. И мне, если честно, глубоко плевать, понимают меня окружающие или нет.
-Да знаю, бросается в глаза. И ладно я, ладно все остальные. Но у тебя есть друзья! Они понимают тебя, думаешь?
-Нет у меня никого. - я слышу в его голосе боль и злость одновременно. - Я есть у них. Пока. Но они все - временное явление, я не привязываюсь к людям. Это мой принцип.
-Какие ещё у тебя принципы? - спрашиваю тихо. Мне вдруг становится невыносимо обидно за Макса и Лёшу, были ли они в курсе, что эта "дружба" временное явление?
-У меня их дохрена. Но главный - я не привязываюсь. И не завожу отношений. Никогда.
-Никогда? - я глупо хлопаю глазами, пытаясь вникнуть в суть его слов. - А как же все эти девушки...
-Ну что ты как маленькая? Ничего кроме секса между нами нет.
-Но мне показалось, что с Милой у вас действительно хорошие отношения.
-Хорошие. - Марк кивает, закидывая ногу на ногу. - Мы неплохо проводили время, вот и всё. Я не довольствуюсь одной девушкой в течении долгого времени. Одновременно у меня их может быть и две и три. Я не умею хранить верность, просто не привык это делать. Если мне нравится секс с ними, то мы можем повторять его время от времени, но я ничего к ним ко всем не чувствую.
Я сижу буквально с открытым ртом. Вот тебе и легкомысленный красавчик! Такое пофигистическое отношение к женскому полу, не на шутку меня возмущает!
-Да ты просто кобель! - вырывается непроизвольно, на что Марк приглушённо смеется низким, грудным смехом.
-Так и есть. И об этом знают все. Но тем не менее желающих со мной переспать - валом.
-Значит у них просто нет чувства собственного достоинства!
-Хочешь сказать у тебя оно есть?
-Конечно!
-Могу тебя огорчить, булочка, я просто не задавался целью заполучить тебя. В противном случае ты не продержалась бы и дня.
-Чушь! - восклицаю я, чувствуя как вспыхнуло краской стыда лицо.- Я не стала бы с тобой спать...
-Стоп, стоп, стоп! - он протестующе машет руками, буквально задыхаясь от смеха. - То есть я ошибся, когда пять минут назад решил, что ты хочешь меня?
-Естественно!
-Лиза, не ломай комедию. Ты чуть не падала в обморок от желания, к чему сейчас строить из себя невинную добродетель?
Во-первых, впервые за всю историю нашего знакомства, Марк назвал меня по имени. Это здорово сбило с толку, отзываясь сладкой болью в моём сердце. А во-вторых, он прав на все сто процентов. Я ничем почти не отличаюсь от всех тех девиц, что вешались ему на шею. Правда мне пока хватает моральных сил буквально этого не делать. Что ж, это фиаско, дорогуша.
-Плевать. - зло говорю я, прямо глядя в его насмешливо сощуренные глаза. - Я живой человек, имею свои слабости и... Ты сам знаешь про себя всё. Я просто поддалась магии момента, но заметь - не переступила черту. Я могу тебе сопротивляться!
-Нет, не можешь. - самодовольно тянет он, и вдруг проворно вскочив со своего стула, одним широким шагом сокращает разделяющее нас расстояние.
Словно со стороны наблюдаю, как хватает меня за предплечья, поднимая с места и одним резким рывком подхватив под ягодицы, без каких-либо усилий усаживает меня на стол. Устраивается между моих разведенных ног, впиваясь пальцами в кожу бедер, наклоняется низко-низко и у самых моих губ, почти касаясь их своими, горячо шепчет:
- Хочешь, проверим? Я открою на тебя охоту ровно в восемь утра, а к вечеру, ты уже будешь у меня в постели и клянусь, что я буду лучшим, что случится в твоей жизни. Идёт?
Ну да конечно! Так я ему и ответила! Мои лёгкие снова забыли как дышать. Неужели я не сплю и это происходит в реальности?! Марк находится в опасной близости от самой чувствительной точки моего тела, я как никогда уязвима, но при этом, как никогда возбуждена. Желание бьёт в голову, заставляя плавиться мозг, рваное дыхание выдаёт меня с головой. Я готова всхлипывать от отчаяния и молить о пощаде, но всё на что я сейчас способна, это отрицательно покачать головой.
-Нет? - он царапает своей колючей щетиной мою щёку, продвигаясь к уху и вдруг легонько прикусывает зубами мочку.
Я так и ахаю! По телу прокатывается мощная волна мурашек и жара, а он снова шепчет задевая своими горячими губами моё ухо:
- Что, моя сладкая булочка, ты так неуверена в себе? Брось, будет весело, обещаю. И тогда мы точно выясним, можешь ли ты мне противостоять.
-Я не в тв-воём вкусе. - лепечу заикаясь и его низкий, хрипловатый смех, отозывается острым импульсом в самом низу живота.
Мой нос почти касается его крепкой шеи, запах его кожи сводит меня с ума. Ну и кого я тут пытаюсь обмануть? Видимо только себя, потому что его уж точно не получится.
-Я с удовольствием сделаю для тебя исключение. Это будет даже интересно, ну так что? Рискнёшь?
-Пожалуйста, Марк...
-Что такое, булочка? Ты боишься меня? Или все-таки хочешь? - чувствую как его горячие ладони медленно ползут по моей коже, по внутренней стороне бедра и глубоко вдохнув, задерживаю дыхание. -Знаешь, а ведь это была очень плохая идея, ждать меня здесь в одной только футболочке.
-Что...? - я вообще ничего не соображаю, пытаюсь поймать его руки, пока всё окончательно не слетело с катушек, но попытки мои слишком слабые. Я просто не могу сопротивляться, от слова совсем. И если он решит поцеловать меня, я всё ему позволю.
-Ты слышала, булочка. Я ведь не слепой, нельзя меня дразнить.
-Я не дразню...
-А я вот думаю, дразнишь. Тебе повезло, что сегодня я трезв, иначе сейчас бы мы с тобой уже не разговаривали.
А что бы мы делали?! Мне хочется кричать на него и в тот же момент наброситься на его рот со всей той страстью, что скручивает меня, лишает воли и здравого смысла. Он мягко поглаживает мои голые ноги выше колен, медленно но уверено поднимаясь всё выше. Ещё чуть-чуть и его пальцы коснутся моего белья! Он дышит с явным трудом, наклонившись ближе, касаяясь носом чувствительной кожи под ухом, с шумом втягивает воздух и теперь уже я не могу сдержать жалобный стон.
-Прошу... Перестань. Я ведь с Лëшей...
Эти слова буквально спасают меня! Он резко отстраняется, отдëрнув руки и я только успеваю заметить раздражение, мелькнувшее на его лице, прежде чем он отворачивается. Теперь мои глаза упираются в его широкую спину с красивой татуировкой. Между нами воцаряется полнейшая тишина, нарушаемая только лишь нашим рваным дыханием. И мне хочется стонать от безысходности, сейчас я упустила такой шанс! Потому что уверена, если бы я не остановила, всё зашло бы гораздо дальше. Но мы оба не можем поступить с Лëшей вот так...
Я едва нахожу в себе силы, чтобы сползти со стола и буквально упасть на стул. У меня вообще нет сил, я всë ещё до сумасшествия хочу его и все те слова, что он произнёс заставляют моë сердце трепетать от восторга.
Вот только когда Марк поворачивается ко мне лицом и я вижу на его губах безмятежную улыбку, всё это отходит на второй план. Вы только посмотрите, да он в полном порядке! Единственное что вызывает вопросы - его глаза, которых эта самая улыбка не коснулась.
-Я помню, булочка. Поэтому сдержался и не взял тебя прямо на этом столе. Я даже не поцеловал тебя. А ведь ты же помнишь, как хорошо я умею это делать?
Хренов провокатор! Да, помню, но ни за что не собираюсь признаваться, что мне невыносимо понравилось. Хотя какая уже разница? Он итак всё видел.
-Знаешь что? А я вот что тебе скажу. Недолго всё будет так, как сейчас, вот увидишь. Наступит момент, когда ты устанешь от беспорядочных связей и захочешь любви. Семью, детей. Но никому не нужен будет такой чёрствый сухарь как ты. С твоими дебильными принципами и больной психикой. Будет поздно. Ты останешься один. Поймешь, что поступал глупо, но время будет упущено. Поэтому...
-Брось. - он делает резкий жест рукой, прерывая мой душещипательный монолог. -Ты кое-чего не поняла, булочка. Мне не нужна семья и тем более дети. Я сам по себе. Мне никто не нужен.
Судя по всему, это действительно стиль его жизни. Тот вариант, с которым ему комфортнее всего. А что? Есть в этом что-то...удобное. Никаких привязанностей, а значит лишних обременительных эмоций, трудностей, страданий, зависимости... Он просто не усложняет себе жизнь. И теперь, наконец, я понимаю смысл его татуировки. Тот, кем он себя чувствует по жизни. Тот, с кем он себя ассоциирует.
Но ведь в нормальном обществе так не принято, правда? И я, от лица этого самого общества, просто обязана оскорбиться.
-Это неправильно!
-Потому что так решила ты?
-Потому что так неправильно! - повторяю упрямо, на что Марк тихо смеется, посылая этим разряд тока по моему позвоночнику. Он устраивается на своём стуле удобнее, упирается локтем в стол и подперев подбородок ладонью криво усмехается.
-Попробуй убедить меня в обратном. Ну? Интересно, как у тебя это получится. Хотя знаешь? Брось. Бесполезно. Я буду всегда принадлежать только себе и никогда, ни от кого, не буду зависим морально. Вот это - моё правильно. А нравится оно тебе или нет, дело второстепенное.
В его голосе сквозит неприкрытая злость, видимо я все-таки затронула ту самую болезненную тему, которая есть у каждого. То, к чему невозможно остаться равнодушным. И я прекрасно понимаю, что вся его жизнь и эти больные принципы - следствие трагедии, случившейся с его семьей. Но и тут не всё так просто. Должно быть, есть что-то ещё, какая-то тайна из-за которой он закрылся от окружающих.
-Марк, что с тобой случилось? - спрашиваю тихо, глядя на него с жалостью. Губы его дрогнули, словно он не может решить, то ли ответить мне, то ли просто улыбнуться.
-Всё замечательно, булочка. Более чем. Поверь, тебе не о чем волноваться.
-Но, понимаешь ли ты, что делаешь больно тем, кому дорог...
-Запомни, главное, что теперь никто не сможет сделать больно мне! Потому что я никого не пущу в своё сердце. Там всё выжжено до тла и в своё время в моей жизни было столько боли, что тебе и не снилось! С твоей стороны очень удобно рассуждать о семье, когда ты её имеешь, а я нет. - Марк встаёт, выпрямляясь во весь рост, руки его сжимаются в кулаки. - Не притворяйся, что не знаешь о моей душещипательной истории, ведь мои, как ты выразилась, друзья, очень любят её рассказывать направо и налево. Я один теперь, я не верю ни в какие чувства, они давно уже во мне умерли. Единственное что я могу испытывать это похоть и ненависть. И я не нуждаюсь ни в чьей жалости. Уж поверь. Так что не нужно учить меня жизни, девочка, ты о ней ничего не знаешь.
На этой "бодрой" ноте, наше ночное общение заканчивается, резко и неожиданно. Уже в который раз, Марк, спасается от меня бегством, отставляя в расстроенных чувствах, с головой полной грустных мыслей. Вы только посмотрите, это становится традицией. Но если в прошлый раз я прямо кипела от злости, заведённая до предела нашей ссорой, то теперь всё иначе. Теперь, я узнала его чуточку лучше. Теперь, я кажется окончательно влюбилась.