Глава 1
У государства Эфн, в свет его союзу с миром магии, есть еще один тайный остров. Он находится за скалами воинов, в двух с половиной милях от западного берега главного острова. На нем есть старинные руины поселений, говорят – раньше среди людей жили и сущности, там был центр плодородия и богатств, но все разрушила война между расами. Теперь люди и существа разделены и оставшиеся – живут там. Например, дракона-, птице- и рыбоподобные люди.
Сейчас там все меньше и меньше необычного народа.
Пусть нынешние люди и держатся с доброй улыбкой, говоря о почти вымерших созданиях десятого острова, но вот они сами никогда и ни за что не забудут тот ужас, что сотворили их предки несколько столетий назад.
Именно этот остров находится ближе всех к скалам Воинов, омытые солеными водами земли уже и не были над прозрачными покровами, они опустились на собственное дно, оставляя скалы, что когда-то считались утесами невеликой горы у деревни драконов, в одиночестве наблюдать, как за столько времени изменился мир.
Там внизу красовались давным-давно сгнившие деревянные храмы, остались, наверное, лишь драгоценные подношения им и сокровища когда-то живших семей.
Пусть крылья Ахмы и были сильны, но, не долетев даже до середины пути, та почему-то развернулась и полетела в обратную сторону.
- Ч-что-то не так? – беспокоился ее пассажир, которому и так было вдоволь не комфортно находится в таком экстремальном путешествии, но та отмолчалась.
Встретив у берега, пусть и в такой час, местного работягу, видимо рыбака, демон спрятала крылья, дабы его не спугнуть.
И вот, взяв за семь, завалявшихся в сумочке, золотых монет старую и много поведавшую лодку, Аяко и Ахма направились на поиски этого, как рассказывалось, сказочно красивого места.
Демон в синем одеянии говорила::
- Если найдем хоть одного последователя моего храма и узнаем флоры, с помощью которых ты смогла призвать меня, то я смогу вернуться в чистилище.
Той было важно покинуть это созидание, но почему не говорила, отмалчивалась и делала вид, что не расслышала.
Как только их маленькое судно начало отплывать, сударь, продавший им наводную карету, слыша их разговор, предупредил, что уже за скалами их будут ждать непреодолимые волны, что поднимают своими хвостами русалки, оберегая от незваных гостей свое жилище.
Но на его слова призванная лишь ухмыльнулась, беря в свои руки весла::
- Нам не страшны водные порывы.
Так они и отправились.
Безликая была то ли столь увлечена, то ли просто не разговорчива, что русоволосая уцепилась вниманием за один торчащий в малой деревянной стенке гвоздь и канула в свои воспоминания.
Сколько себя она помнит, на воде была лишь несколько раз с отцом, еще когда тот не ушел в лесную чащу, так и не вернувшись. Где-то с месяц без устали искали его односельчане, друзья и семья. А после – смирились. Аяко единственный ребенок, сколько не пыталась, матушка не могла родить еще деток, а после исчезновения любимого – во век позабыла эту идею, вся и полностью отдалась дочери.
Лет в одиннадцать голубоглазая узнала, что в Эфирии можно научиться магии. Она воодушевилась этой новостью, с теплотой припоминая, как бабушка при ней, еще совсем маленькой, своими руками давала бумажным бабочкам жизнь, отчего они всегда летали за ее прекрасными чертами. Как ни подойди к кухонному столу – сидела одна из них. Но мама рада не была. Хотела удержать свое юное дитя рядом, было страшно опускать ее одну в большой город.
Но не слушая наставления той, на пыльных полках чердака она нашла уже давно пожелтевшую книгу, написанную от руки. По ночам она училась, читая слегка неразборчивые строки, создавать светлячков, а по дням – нечто большее, например белых змей, это было самое сохранившееся заклинание призыва от любимой родственницы, вот только последнего слога было не разглядеть из-за намокшего уголка страницы. Наверное, когда-то протекла крыша.
Со временем она накопила достаточно золота и серебра, дабы отправиться с третьего крайнего острова Эфн туда, куда так мечтала поступить.
И у нее получилось. Удивляя некоторых вообще ни на что не способных, красивыми строками, она попала на место первокурсницы. Белые змеи, которыми она умело управляла, оказались ядовитыми и академия держала кулачки, что она, выпустившись, избавит леса государства от данной напасти и смертей от них станет гораздо меньше.
Вот только испытание пред людьми генерала, маленькая ошибка, и все коту под хвост. А все потому что, интерес девушки шел не совсем к тому, чему их там обучали.
Аяко считала, что белая мана, а если быть точнее – обучение ею, слишком долго и заурядно. Так что по ночам, даже без единой свечи, после обхода, она сбегала из спальни общежития и пробиралась в хранилище. Столько свитков и записей, аж глаза разбегаются, а в глуби, спрятанные среди пустых листов, заклинания черной маны. Она знала, что такое запрещено, но порой их обучали как говорить нельзя, так что она быстро отобрала нужные ей бумаги.
В ее защиту можно сказать лишь одно – она брала самые слабые, дабы просто увеличить количество маны в своем амулете, ну а против – ее интерес никак не хотел угасать. Ни минуты поспав, прямо до рассвета они сидела за разными запретными заклинаниями, а на испытании, произнося похожее, перепутала слоги, от чего связалась с демоном Ахмой. И ей было до жути любопытно, кто она была, пока не пала в свое чистилище, почему стала демоном и как выглядит сейчас.
О жителях демонических долин им не рассказывали почти ничего. Лишь то, что они опасны, коварны и, если выберутся из своих недр, будут уничтожать все. Но безликая спокойна, возможно, потому что она призванная и обязана держаться своего человека.
Не смотря на свою доверчивость, Аяко раздумывала разные истоки событий, если, к примеру, она на нее нападет.
Выпадая из своих дум, боковым зрением русая дева увидала скалу, что они уже оплывали, и повернула в ее сторону голову. Вдалеке виднелись тучи, что как будто прятали собой еще один остров, но берег был виден четко.
- Мы почти подплываем, вед так? – не отрывая своего взора, интересовалась она.
Ахма мельком кивнула.
- Странно, волн, о которых говорил тот мужчина, как не было, так и нету...
- Нисколько.
- Почему же? Неужели тут больше нет тех русалок?
- Есть, просто у них нет причин опрокидывать нашу лодку. – этой фразой она посеяла молчание на некоторое время и легкое непонимание в человеке.
- Странно здесь не то, отсутствуют ли волны или же наше судно заливает водой, а то, почему ты, ни разу не бывавшая на «тайном» острове, не восторгаешься тому, что сейчас увидишь представителей нескольких почти исчезнувших рас.
Словно с презрением, вновь насквозь полотно, глянула она на мага, но она отмахнулась::
- Я многое слышала о каждом, читала свитки и видела картины, что моя бабушка и мама усердно прятали от меня, потому не ликую.
- Картины далеко отличаются от живой плоти.
- Но все же, если художник может с дотошной точностью вырисовать человеческое лицо, неужели он не может сотворить тоже, если образ его творения будет кто-то из них?
Несколько поразмыслив сказанное ею, сидящая напротив кивнула, соглашаясь с тем, что отличий сильных не будет.
- Единственное, с ними можно поговорить. – вымолвила Аяко напоследок, пока легкий поток помог лодке осесть о песчаный берег.
Дорога шла куда-то ввысь, по каменным и деревянным ступенькам крутого утеса, а вокруг - молчание, словно они здесь совсем одни. Где-то наверху виднелись золотые кроны деревьев и пышная трава, которая на порывах ветра наклонялась прямо к обрыву, но держалась друг за дружку.
Демон поднялась и двинулась к устроенной дороге, уверенно поступая по ступеням, ну а студентка помчалась прямиком за ней.
Она рассматривала новое место как что-то и впрямь необычное, листья, словно из золота, лишь иногда слетали вниз и крутились рядом с ее лицом, словно хвастаясь своей целостностью и неповторимостью узора. А уже наверху она ахнула от изумления, когда увидала землю, укрытую осенними дарами, но деревья словно даже не старались для этого великолепного ковра, ведь их одеяния были в большинстве с ними. Листопад был словно замедлен, не было ветра, но листья падали достаточно медленно, равномерно засыпая собой тропы.
- Ахма..? – наконец оглянувшись, выпадая из своих раздумий, светловолосая поняла, что призванной рядом вовсе и не было, - Хей.. куда ты от меня уже улизнула?
Девушка, недолго покрутив головой, побежала вперед, оглядывая все возможные деревья и вот, минутки через три, она остановилась, увидев среди ветвей наверху силуэт кого-то в белом. Приглядевшись, она заприметила, что сидящая на ветвях похоже задремала, укладывая голову на собственное плечо. Лицо, нежных оттенков, украшали еле видные веснушки, прямо из-за ушей, раздвигая волосы в стороны, росли небольшие и желтоватые крылышки, а пряди по плечи и вовсе были белыми, как и ее мельком прозрачное сари.
- Не мешай ее сну. – неожиданно послушалось над ухом Аяко и она отпрыгнула в сторону, - Тише, это я. – безликая подняла ладони на уровень своей груди и чуть приподняла уголки губ, от ее реакции.
- Я-я тебя потеряла..! – еще не до конца отойдя от испуга, с заиком отозвалась девушка.
- Спокойно, я отошла, чтобы выведать дорогу, ведь давно тут не была, а гулять с тобой до ночи не собиралась, нам желательно сразу выйти на нужный путь. – она заправила руки в рукава и подняла голову на спящую, - Это представитель птицеподобной расы, их называют Фьерами. Похоже девочка вымоталась отдавать энергию лесу, вот и задремала.
Студентка в последний раз глянула на незнакомку, после чего Ахма повела ее дальше.
Среди растущих стволов и усыпанных дорог, было сложно найти именно то, что искала старшая, особенно если отсутствовал в этих местах больше двух столетий, но какие-то воспоминания спасали.
Им не долго пришлось раскидывать своими стопами, бороздя чуждый лес. Все до момента, пока где-то слева, где шла демон, от них не послышался удивленный вскрик. Развернувшись, те увидали женщину в темно-зеленом кимоно, оно было пошито, как будто, теми же руками, что и одежда безликой. Темные и густые волосы были заплетены в косу, доходили до лопаток, а уже там, как и описывалось в литературе, сложенные драконьи крылья.
Женщина смотрела прямо на них и в ошеломлении прикрывала приоткрытый рот рукой. Вскоре она бросила сучки, что видно собирала для печи, и бросилась к ним, а Ахма – расправила руки, приглашая в свои объятья.
- Они знакомы? Не похоже, что она тоже демон...
Темноволосая в безудержной радости обхватила ее руками, даже прослезилась от такой неожиданности.
- Ахма, это ты? Боже сколько лет... Сколько лет, и ты снова с нами!
- Не совсем, моя дорогая Мива. – в голосе проскользнула искренняя радость, но гуляющей по лесу ответ был не по нраву.
- Как же? Неужели Аяме еще не свершила обещанное? Тогда почему же ты здесь? – из ее уст все лились и лились рекой вопросы, на которые уже и не успевала отвечать безликая.
Но повернувшись к ней боков и указав на Аяко, она без лишних слов ответила на половину.
- Меня призвала эта девушка, но обратных слогов не знает. Я пришла сюда, дабы найти последователей или храм, стоящий когда-то у нас, мне нужно вернуться в чистилище.
- Ох, милость моя и как же я помогу тебе?
- м? – не особо поняла ее Ахма.
- Да, солнце заря, храмов наших то и след простыл. Уже как двести лет ни одного нет! А я и не вспомню ничего... - кладя руку на сердце, лепетала дракон.
- Как же так...
- Мы что-нибудь придумаем, сестре твоей помолимся, может девушка вспомнит хоть слово, и я за ней припомню! – глядела она, своими зелеными глазами на ученицу, - Прости, не сразу с тобой поздоровалась, понимаешь, сердце болит, когда столько времени не видишь малышку, которую растить помогала! – она протянула младшей руку, - Я старейшина Мива, дракон, ну ты и сама видишь. – ее озарила нежная улыбка.
- Мое имя Аяко Хенмей, я студентка магической академии города Эфирии. – протягивая и свою, представлялась голубоглазая.
- Ой, и как же вас двоих так занесло то далеко? – покачала она головой, - Пойдемте скорее, отведу вас в дом, обогрею у огня. – беря их двоих под локти, приговаривала женщина.
Без всяких сопротивлений, те, меньше чем через десять минут, спокойно дошли до не высокого деревянного забора, ступили за порог дома и были усажены на устеленную тканью скамью.
Старейшина предложила чая гостям, но обе отказались. Разве что Ахма попросила немного кипятка в пиале, дабы согреться.
- Тебе холодно за пределами чистилища? – пока отошла Мива, интересовалась спутница.
- Некоторые мои участки не могут безболезненно терпеть холод. В остальном же мое тело не придирчиво к температуре. – она повернула к русой голову, - Ты сама то не замерзла? Ты можешь не стесняться, пока ты со мной, уж точно.
- Ох н-нет, у меня все хорошо. – та улыбнулась, поправляя платок, задевая что-то на шее и звякая, видимо, цепочкой.
Демон не цеплялась за это вниманием, ведь многие носят различные украшения, да и женщина уже вернулась.
- Прошу, милость, выпей сполна, надеюсь поможет. – протянула она ей воду, от которой исходил пар, - Ну и что делать то будем?
Немного отпив, старшая произнесла::
- Не знаю. Единственные два варианта были это либо получить журнал Аяко, но барьер академии не пропустит ее с символикой демона на запястьях, либо использовать возможные флоры и храм, но их нет.
- Беда... - покачивая головой, молвила темноволосая, - Пойду свечку поищу, может мольбы твоей сестре помогут?
- Нельзя. – Ахма взмахнула рукой, - Не стоит молиться о демоне. Тем более ангелу, это не бог.
- Ну и что предлагаешь тогда? Ждать, пока саму вернет? Так не бывает.
Одетая в синем отрицательно покачала головой.
- Дай ночь на раздумья, а там, может вернемся к академии, если ничего не придумается.
Мива тяжело вздохнула, но перечить не стала. Оставила их в доме, указала место, где можно поспать, и вышла. Снаружи, кажется, начал собираться народ.
У студентки накопилось достаточно вопросов к своему оберегу, но мешать ей не хотела.
- Задавай. – вновь раздался в голове голос.
- м? – оглянулась девушка и ее взор остановился на слегка повернутой к ней лицом безликой.
- Испугалась?
Уголки губ приподнялись и сидящая напротив усмехнулась::
- Пора было уже понять, что это я.
То, что Аяко это шокировало, было понятно по лицу, но она быстро поправила отросшую челку и хихикнув, ответила::
- Это очевидно, просто не привыкла. – пожала та плечами, хотя на самом деле, не хотела казаться глупой, не сразу поняв, что к чему.
- Держи в курсе. – она поставила пиалу на столик рядом, - Задавай. – повторила девушка, но уже вслух.
- О чем ты?
- Ты почти ничего не знаешь о том, что мы со старейшиной обсуждали. Наверняка есть какие-то вопросы или типа того.
- А я уже подумала, ты мысли читаешь. – русоволосая неловко улыбнулась.
Безликая развернулась и глянула за неплотную ткань занавесок в окно.
- Ну и это.
- В каком это смысле? – не на шутку перепугалась девушка, что слышалось в ее голосе.
- Но лишь некоторые. Так ты можешь связываться со мной, и я в любой момент смогу помочь. – ее голос вернулся в тихое русло, - Но это все до момента, пока я не вернусь.
- Буду знать и, надеюсь, мне это не потребуется, кхехех.
Та издала смешок::
- Если мы хотим вернуть меня обратно, а ты не попасться страже, рано или поздно пригодиться.
Они еще недолго побыли внутри, все до момента, пока сущности за окном не разбрелись по домам. Тогда-то демон встала со своего места и поправив слегка завернувшиеся рукава, ступила к двери, а Аяко, словно привязанная к ней плотной нитью, следом.
Вокруг кострища, от которого остался только пепел и красные, еле видные участки, лежали бревна и представляли собой сидения. На одно из таких села старшая, светловолосая же – напротив.
- Я подумала, что могла бы у тебя спросить.. – осторожно начала она.
- Я тебя слушаю. – губы мельком приподнялись, но услышав вопрос незаметно вернулись в обратное положение.
- Расскажи кто такая Аяме и кем она тебе приходиться.. – ее взгляд пронизывал остатки от древесины в ободе камня, как вдруг Ахма кинула туда не толстую ветвь и она воспламенилась.
- Аяме – моя старшая сестра. Ее считают ангелом низшего класса, хотя ее сила намного выше этих безумных обалдуев. Мы родились в деревне ближнего восточного острова, еще когда все жили в мире и гармонии. Драконы, Птицы и Русалки были среди людей, помогали друг другу. Но всеми известная война рас 400 лет тому назад разлучила всех. Сущностей гнали вилами и огнем прочь, насылали болезни. Вскоре кому-то из властвующих далась черная мана и на нас наложили отвратную заразу. – она сбросила капюшон и взору девушки показалось ее лицо, левый глаз призванной был кристально белым, в связи со шрамом, проходящем по всему ее лицу, оттуда, прямо изнутри когда-то зажившего ранения, шли черные полосы, покрывали кожу и, кажется, двигались, переливаясь. Правое око было темно-карим, что мельком казалось янтарным от огня кострища. Мелкая горбинка на носу и все те же, что виделись магу и до этого, тонкие губы, так же украшались бледной кожей демониссы. – От чего и появились демоны. Таких как я прозвали «Демоническими драконами», пораженные адовым «проклятьем» бывшие защитники воздуха и земли. Эта хвора не может пройти, но действие, используя чуждую ману, можно замедлить.
- Это так страшно.. и.. ты так просто об этом говоришь?
- Я прожила с ней почти половину тысячелетия. И продержусь еще столько же и даже больше. – Ахма заулыбалась, пытаясь тем самым успокоить собеседницу, - Не смотря на то, что говорят о «Нечистом Ное», Аяме преодолела все и смогла освободиться от этой болезни и вознестись. Я очень ей горжусь, но небеса, зная ее историю, держат ее среди слабых, боясь ее дурных намерений навредить людям. – с последованием рассказа, она все подкидывала и подкидывала в огонь ветви.
- Она, как и ты, дракон?
- Раньше да, но в годы тогдашней неразберихи, ее крылья были первыми, что познакомились с Ное. Именно от них шло сие заражение ее тела. Потому она избавилась от них, спустя годы вырвав с корнем.
Передернувшись от подробностей, Аяко прикрыла глаза, пытаясь представить, какого это.
- Значит она бескрыла... Тогда среди высших защитников ее точно не увидать, таких не принимают...
- Тут ты права. – демон провела по своему лицу рукой и посмотрела на заслоненное тучами небо, - Но благодаря такому смелому поступку, теперь она свободна.
- Ахма.. ну а ты?
- м..?
- Ты же тоже когда-то была драконом, после заточения в чистилище маны, ты перевоплотилась в душу, но Темные Властия снова могут сделать тебя тем, кем когда-то была. Неужели ты не хочешь снять с себя демоническую печать, как и твоя сестра? Ее поступок наверняка был сотворен под действием злобы и желания мести, это ведь и есть Темные Властия, я ведь не ошибаюсь? – ее личико озарила неловкая улыбка, а рука провела по затылку.
- Если бы все было так, как ты это себе представляешь. – старшая усмехнулась и скинула с себя верхнюю часть, не сшитую с кимоно. – Аяме, была поражена крыльями, ну а я.. – натянула она горловину до грудной клетки, - прямо в сердце.
Не смотря на безмятежную улыбку, границы ужасной картины не сузились. Прямо под тканью, по венам и артериям шло тоже ужасное заражение, плоти не было у участка и вид на все это был прямо отсюда. Проступали, потихоньку рассыпаясь, верхние ребра, а к верху – все двигалось по шее к ее лицу, видимо второй областью заражения и был шрам на лице, лишивший ее второго глаза.
- Ох.. это так ужасно, Ахма...
- Тебе не стоит беспокоится. – не меняя своего выражения, произнесла дракон и закрылась вновь.
Сглотнув ком слюны, вставший поперек горла, Аяко вновь заговорила::
- Ты демон, который охраняет мою жизнь. «Не беспокойся», не то, что стоит делать.
Безликая пожала плечами.
- Тебе все равно ничего с этим не сделать. Без крыльев можно прожить, но без сердца – душа будет страдать, а перевоплощенный попросту умрет.
Бывшей студентке было жаль ее, все ею пережитое сущий кошмар. Но она права, способ, каким воспользовалась ее сестра, ей самой и во век не поможет.
Хотя... не смотря на сказанное демоном о хорошем и светлом конце Аяме, история такой болезни как Нечистое Ное, не могла закончится так, как это описывали в слащавой сказке.
Не смотря на свое могущество, количество маны в рукаве и ум, старшая сестра дракона не пойдет дальше низших ангелов лишь потому, что ее дни сочтены.
Семье с самого ее рождения не были знакомы беды, она всегда оберегая и защищая своих братьев и сестер, Аяме показала себя как самого доброго и открытого дракона, каждый доверял ей, люди не боялись приходить к их поселению, даже после начала войн.
Но «не делай добра, не будет зла», говорила бабушка той еще с ранних лет. И до самого двадцатилетия она не понимала этих простых слов, пока за пределы поселения не вошел один человек. Пройдя почти всю деревню и наконец добравшись до ее дома, он приветливо помахал ей рукой и, подойдя, было хотел с разбежки ринуться в ее объятья, но ему помешала девочка ростом несколько ниже. Распахнув крылья в стороны и вскрикнув на всю округу болезненным тоном, Ахма, младшая сестренка, что увидела в руках бывшего друга какой-то подозрительный предмет, приняла удар острого лезвия прямо в сердце.
Аяме в ужасе бросила корзину, с которой по обыденному шла на задний дворик, и подбежала к ней, а человек сделал шаг назад. Намокшие глаза глядели на него, а руки обнимали уже остывающее тело семилетней девочки. Обняв ее крыльями и закрыв спиной, та произносила лишь одно::
- Нет, нет, нет, нет, нет... Ахма, солнышко, открой глазки...
Слезы лились все большей рекой, а дальше – крик. Тем же оружием, прямо сквозь одно крыло и в спину, по тому же ножу, черный как ночь, яд проник и в ее тело.
На шум и вопли сбежались все. Каждый блек и страдал, «друг» не жалел ни детей, ни их родителей.
Вскоре поселение прозвали «Нечистое Ное», в связи с душераздирающими возгласами, стонами и ноем бывших жителей. Это было первое место, что пострадало от черной маны, которая овладела человеком, и название у этой «болезни» соответствующие.
С годами боли становились все страшнее и многие, от сей напасти, покончили с собой. А те, кто выдержали несколько лет, канули в чистилище, отдав свои тела храмам, построенным на, когда-то цветущей, территории.
Не желая попадать туда, откуда могут вызволить лишь люди, теперь ненавистные ей, Аяме с корнем вырвала свои изящные сливовые крылья и затоптала их в луже крови, где они бесследно растворились.
Она сделала это не без ужасных страданий, от чего небеса содрогнулись и протянули ей руку помощи, за содеянные ею ранее дела. Свою любимую сестру, которая, помимо трех братьев, осталась у нее одна, та отправила в чистилище, сказав::
- Я буду оберегать тебя, ты главное не бойся. Я найду способ, как спасти твое сердце, и мы будем жить как раньше.
И стоило Ахме покинуть эти места, как Аяме вознеслась, скрывая пораженную спину под белыми полотнами тканей. Болезнь душила ее совесть за то, что она солгала последнему остатку своей семьи, но она считала долгом скрыть пытки ее собственного тела. Потому по сей день никто и не знал, что бывалый ангел увечен и через видимые, без тканей, ребра и позвоночник, растут мрачные цветы Ное.