Глава 40
Т/и:
— Наташ, ты хлорки, что ли, наглоталась в бассейне? — меня затрясло от злости. Вместо «Систр, ты как? Как ты себя чествуешь? Куда к тебе подъехать?» – я выслушиваю весь этот бред.
— Ты бы не разговаривала так. Еще и дерзишь. С матерью будешь отношения выяснять, мне вообще все равно, чем ты себя травишь, — в лучшей манере оскорбленной родственницы Наташи сбросила вызов со словами: — С родаками разбирайся, они едут к тебе в больницу.
Будет скандал!
Я это могла точно предсказать. Судя по тому, как со мной разговаривала Наташа, меня уже во всем обвинили и вынесли приговор. Слава станет свидетелем маминого гнева. Как же хотелось трусливо куда-нибудь сбежать...
Чем дольше я томилась в ожидании, тем сильнее меня потряхивало. Слава, как назло, долго не возвращался. Окно в палате выходило на внутренний ухоженный дворик, чтобы видеть стоянку у клиники, приходилось выглядывать из окна пустующей палаты напротив. Папиной машины на стоянке пока не было. Но я видела Славу, который стоял в одной олимпийке и о чем-то разговаривал с Маратом.
Слава забрал с заднего сиденья небольшую спортивную сумку, а я поняла, что слишком долго здесь стою. Пока меня здесь не застали, я вернулась в свою палату.
— Ты не замерз? — не оборачиваясь, спросила Славу, когда он вошел в палату. Нагибаюсь над постелью, поправляю покрывало. Я специально стала заправлять постель, чтобы стоять к нему спиной. Мне казалось, он сразу поймет, что я его ждала.
В том, что это Копейкин, я не сомневалась. Он ходил по-особенному, по-особенному дышал и имел особенный запах. Он пах так, как должен пахнуть мой мужчина.
Сумка упала на пол, будто выпала из рук. Щелчок замка. Руки Славы оказались на моей талии, а моя спина прижалась к холодному телу. От него пахло кофе и мятной жвачкой, свежестью и дорогим парфюмом.
— Согреешь? — хриплым шепотом на ухо. Целуя кожу холодными губами. Невероятный контраст. Внизу живота сразу потянуло, скрутило. Откинув голову ему на грудь, выгнулась в его руках.
А если сейчас начнут стучать родители в дверь?
Пусть стучат...
Слава целовал шею, водил шершавым языком по коже, посасывал мочку уха. Мой мозг отключился, словно кто-то нажал на кнопку «выкл». Я хотела его губы на своих губах, но Слава не давал мне развернуться к нему. Одна рука, нырнув под кофту, сжала грудь, не скованную бюстгальтером, а вторая нырнула за резинку пижамных штанов.
Не останавливаю дерзкие руки, мне самой хочется быть с ним. Это способ снять стресс, забыть обо всем и немного расслабиться.
Закусив нижнюю губу, я все равно не смогла сдержать стон. Ноги становились ватными, не держи меня Слава, я бы упала.
— Я сам хочу кусать твои губы, — выдохнул в рот, дотянувшись до моих губ. Властно, без нежностей. Сразу же проникая языком в рот и устанавливая там господство.
Руки продолжали меня соблазнять. Кто кого согревает – вопрос? Я вся плавилась от его ласк. До легкой боли он сжимал мою грудь, перекатывал между пальцами сосок... потом второй...
Умелыми и опытными движениями он разжигал такой пожар, что я забыла обо всем. Я чувствовала, как становилось влажно там, внизу. Ощущали эту влагу и пальцы Копейкина, потому что он водил между складок, вынуждая меня немного развести бедра, позволить его широкой ладони действовать беспрепятственно. Не осознавая, что творю, я развела ноги шире.
Останавливаясь на клиторе, он слегка его сжимал и тянул, наглаживал большим пальцем. Это было остро и приятно.
Настолько приятно, что я в какой-то момент испугалась, что слишком сильно откроюсь, показав, как близка к тому, чтобы испытать первый оргазм с мужчиной. Ноги проседали, Слава еще сильнее прижал меня к себе.
Теперь он не целовал. Он сосредоточился на своих действиях.
— Я не хочу... — не договорила фразу, а потом и вовсе забыла, что хотела сказать, потому что один палец проник в меня, растягивая тугие стенки. Страшно, волнительно, немного дискомфортно.
— Ты кончишь, маленькая. Для меня... — хрипло на ушко. — В следующий раз там будет мой язык, рыбка, — растирая влагу между нижних губ. Четкие, выверенные движения, я сжимаюсь, висну на его руке.
Слава уже не ласкает мою грудь, перехватив рукой талию, он не дает мне упасть.
— Не кричи громко, рыбка, — предупреждает, когда я начинаю содрогаться на его пальцах.
Меня долго не отпускает. Слава подхватывает меня на руки и усаживает на диван.
— Ты даже не представляешь, насколько сильно я хочу тебя, — прямолинейно и по-мужски. Копейкин на грани. Сейчас передо мной просто мужчина, а не благородный рыцарь. По вздутым венам на висках понимаю, насколько ему тяжело. Опускаю взгляд к бугру, что все это время сверлил мне спину.
— Я хочу... тоже... — указываю взглядом на бугор. Мышцы внизу живота все еще стягивает в приятных импульсах, связанно говорить пока не получается.
— Не боишься запачкать руки? — усмехнувшись, спрашивает, а я не успеваю мотнуть головой, как Слава одним резким движением стягивает с себя штаны вместе с боксерами.
Сглатываю, прежде ем прикоснуться к внушительному органу. Размазываю каплю семени по головке члена. Слава перехватывает мою ладонь и показывает, как нужно сжимать. А дальше импровизирую. Недолго, потому что он уже на грани. Мне нравится наблюдать за ним. Это особое удовольствие – видеть, как ты делаешь приятно любимому мужчине. Голову Слава запрокинул. По телу проходит крупная дрожь. С первыми хриплыми стонами на мои руки падает струя семени...
Это совсем не противно. Даже возбуждающе. Мне понравился эксперимент, я бы точно повторила...
— Моя девочка, — Слава подается ко мне и целует в губы, а из коридора доносится гулкий торопливый стук набоек каблуков...
Интересно что будет дальше?