Глава 20
Т/и:
Слава мечется по дому, как тигр в клетке.
Дверь открыта, я слышу его шаги в коридоре.
Вроде спускается вниз, через несколько минут поднимается обратно. Любопытно посмотреть, чем он занимается, но лишний раз не хочу с ним видеться и спорить. Тут бы определиться, как относиться к сложившейся ситуации. Интересно, есть статья в уголовном кодексе о принудительном лечении, удержании у себя в доме против воли и чрезмерной заботе с элементами мазохизма?
Невыносимо так просто лежать. Я уже все соцсети облазила. Видюшки посмотрела, но глаза быстро начали слезиться. Температура, что ли, опять поднимается? Написали подруге, спросила, придет ли она после того, что наговорил Слава?
«Меня твой цербер не остановит. Едем с Леоном обратно, в аптеке купили средства защиты. Даже антисептик, чтобы обрызгиваться от Копейкина»
Сообщение заставило улыбнуться. Айгуль настроена по-боевому.
Услышав шаги наверху, спешу догнать Копейкина. Скидываю одеяло, спрыгиваю с постели, несмотря на слабость, несусь к двери.
— Мои друзья сейчас приедут со всеми средствами защиты, ты их пустишь? — добежав до лестницы, кричу в спину Славе.
— Нет, — отрезает он.
— Тогда я ухожу, — угрозы на Копейкина вряд ли подействуют, но я настроена решительно. Вызову полицию, если не отпустит.
— Иди, ложись в постель, — оборачивается, вижу на его лице улыбку. — Пущу.
Неожиданно. Какое-то время еще пялюсь на Славу, пытаюсь понять, правду говорит или прикалывается. Ловлю его взгляд на моих босых ногах, разворачиваюсь и убегаю в спальню.
Через несколько минут раздается звонок. Я в предвкушении. Поправляю подушку, удобно располагаюсь на постели, прислонившись спиной к изголовью кровати.
Едва сдерживаю смех, когда в спальню входит Айгуль. В руках у нее действительно спрей-антисептик, она замурована в костюм химзащиты отвратительного ярко-желтого цвета, на лице медицинская маска и защитный экран из прозрачного пластика.
— У меня бронхит, а не чума, — не удается сдержать смех.
— Я в курсе, — поднимает защитный экран, стягивает маску. — Мы перестраховались, чтобы доктор-Горыныч перед нашим носом в очередной раз не закрыл калитку, — подтягивает стул к постели, опускается на него и начинает стаскивать медицинские перчатки. Не успевает.
В комнату входят Леон и Слава. На товарище точно такой же костюм. Айгуль тихонько возвращает маску на лицо и брызгает антисептиком в сторону Славы.
— Прекращай, — холодным тоном предупреждает подругу.
— Нужно все продезинфицировать, — не сдается Айгуль, но брызгать перестает. Слава смотрит на моих друзей. Ничего не говорит, но я замечаю смешинки в его взгляде. Вот гад!
Из комнаты он не уходит, стоит над душой.
— Ты здесь надолго? — косится подруга в сторону Славы.
— Пока не поправится, — отвечает Копейкин, потому что мне сказать нечего. Тут только с полицией меня забрать можно. В этом тиране проснулся доктор, который почему-то стремится меня вылечить. Понять бы еще природу этого желания.
— А в общежитии она не поправится? — интересуется Леон. Он, как только «проник» в спальню, убрал с лица все маски. Несколько секунд они общаются взглядами, в комнате нарастает напряжение.
— Кто ей там будет делать уколы? Кто будет температуру сбивать, кормить, подавать лекарства?
— Я могу, — встревает Айгуль в их разговор. Копейкин может ничего не добавлять, я знаю, что он скажет.
— Будешь занятия пропускать? Нет? Тогда она до вечера будет предоставлена сама себе. И уколы Т/и не позволит тебе сделать. А теперь ответь на вопрос, как быстро она с таким подходом к лечению поправится и вернется на учебу? — жестким холодным тоном вогнал подругу в ступор. Леон вроде хотел что-то возразить, но под суровым взглядом Копейкина спорить передумал. — У вас десять минут. И наденьте маски, — выдвинув свои требования, Слава уходит.
Никто не надевает маски, но и его аргументы не оспаривает. Мы говорим обо всем и ни о чем. Ребята обещают меня часто навещать, каждый день звонить и писать. Я обещаю Леону, что обязательно ему напишу, если мне что-то понадобится. Проходит больше десяти минут, Копейкин не появляется на пороге, но друзья сами следят за временем. Когда они уходит, мне становится грустно. Любопытно было наблюдать за взглядами Айгуль в сторону парня, за его улыбками, которые он дарил ей на каждую шутку. Я не ощущала его заинтересованности в Айгульке как в девушке, но они за этот день сблизились, и это был первый шаг навстречу друг другу.
Хотелось бы верить и надеяться, что у них все получится.
Копейкин не появлялся, его шаги не заставляли нервничать. Вечерело, скоро он придет с ингалятором и уколами. Хотелось бы до этого времени успеть принять душ.
Уборная находилась прямо напротив спальни.
Вся процедура заняла не больше пятнадцати минут. Надев трусы, схватила с вешалки полотенце, замотала голову. Потянулась за вторым полотенцем, чтобы обмотаться, тело все еще оставалось влажным, надеть пижаму лучше через несколько минут, когда полностью обсохну. Не поняла, как это произошло, но в один момент зеркало со шкафа упало на раковину, и меня осыпало осколками.
Стою и боюсь двинуться, некуда ногу поставить. Несколько осколков оставили на теле порезы. Струйки крови бегут по рукам и ногам. Резкий рывок дверной ручки. Я едва успеваю прикрыться, когда в ванную врывается Копейкин...