8/9.1
За двумя зайцами не угнаться
Хоть Дима и убедил меня в том, что бояться нечего и я просто ревную на пустом месте, я переживать меньше не стала. Та недавняя школьница, во-первых, моложе меня. Да, возможно глупо в свои двадцать задумываться о возрасте, но... у нас минимум два года разницы! А в студенческое время это очень много!
Стоп, чего я себя накручиваю? Она же малолетка! Ей вообще есть восемнадцать? Да и красится она так себе! Черные волосы, глаза, губы... Дима на псевдо-готку не поведётся! Хотя, раз в год и палка стреляет...
Танька, блин, зачем ты об этом напомнила!
На следующий день в колледже я старалась отстраниться от негативных мыслей, но получалось сложно. А зашла в «Акваринум» за журналом, взяла его и на выходе заметила малолетнюю брюнетку. Я замерла возле шкафа и сквозь открытую дверь наблюдала за первокурсницей. Когда, Света, вроде, одна, без подруги, она такая тихая, скованная. Мне её даже внезапно захотелось пожалеть. Я смотрела как первокурсница подключала наушники к телефону, а они падали. Мимо проходили люди и я переживала, чтобы они не растоптали их. Я же всё-таки занимаюсь музыкой и каждый раз, когда страдают наушники мне больно на это смотреть. Я пересекалась взглядом с брюнеткой и та сразу забегала глазами. А потом и вовсе убежала. Она что боится меня? Если так, почему? Я же не кусаюсь!
На выходе из учебной части я пересеклась с Антоном. Он с кем-то разговаривал по телефону. Я знаю своего бывшего вокалистка. Он не особо любит говорить по телефону. Но сейчас Антон с этим зачастил. И я на девяносто процентов уверена, что говорит он именно с Анной.
Мимо проходящий Андрей на слащавые слова типа «солнышко, зайчик, как там твоё счастье» изображал рвотный рефлекс. Антон же смотрел на театр одного актера и демонстрировал кулак. Наверняка едва сдерживался, чтобы не ударить его.
Андрей подошёл ко мне. Да и стал ещё впритык, перекрывая доступ к кислороду. Что ему от меня нужно?
— Твоя сестра что, бракованная? — наконец сказал Андрей.
— Во-первых, Андрюша, отойти подальше, — я вытянула руку перед собой, второй прижав журнал к груди. — Во-вторых, что ты имеешь в виду под словом «бракованная»?
— Ну ты понимаешь. Раз она не клюнула на самого классного парня в университете...
— Я так понимаю ты о себе?
— Какая ж ты догадливая! — Андрей показал улыбку и сразу же её спрятал.
— Да, Андрюш, ты безусловно хорош, но... Просто пойми одну простую истину. Ты можешь быть самым вкусным абрикосом в мире, но человек может просто не любить абрикосы. Или у него может быть на них аллергия.
Немного помолчав я добавила:
— Хотя, к тебе это не относится. Тебя уже давно съели черви.
— Что ты сказала, Катюха? — Андрей окончательно перекрыл собой кислород. Я стараюсь держать маску уверенности.
— Что имела в виду то и сказала! Кто играется с девчонками, даёт ложную надежду, а потом бросает их на произвол судьбы? Играл бы хоть честно, с теми, кто ознакомлен с твоими правилами!
— За базаром следи! Кого это ты червивым абрикосом обозвала?!
Андрей прижал меня к стене и дышал в лицо. Я в упор видела его горящие от ярости глаза. Антон уже ушел, Димы тоже нет рядом. Я от страха обняла журнал так сильно, что обложка впивалась в плечи. А ведь я мало того, что могу опоздать на пару, так ещё и застряла в плену у мутного парня. Хотя и я не самая ясная, нужно было за языком следить!
— Девушку не трогай! — со стороны послышался грубый мужской голос.
Я с надеждой приоткрыла один глаз, потом второй. Спаситель то низкий и в очках! Как он сможет мне помочь?
— Малой, ты чего-то хотел? — огрызнулся Андрей.
— Девушку отпусти! — настойчивей повторил парень в очках и достал из рюкзака перцовый баллончик.
Андрей дернулся, чем сдавил мне плечё. От боли я скривилась и закрыла глаза.
— Шантажист хренов! — выгурался Андрей, и ослабил хватку, а потом и вовсе отступил меня.
Свежий воздух! Я могу снова свободно дышать!
Я взялась руками за ушиб, а журнал зажала между колен. Я смотрела в пол и не поднимала глаза, поэтому не заметила, как Андрей исчез.
— Давай помогу, — незнакомец протянул руку к журналу. Я кивнула:
— Да, спасибо!
Парень в очках довел меня до кабинета, неся в руках мой журнал. По дороге я узнала, что его зовут Макс. Также он что-то говорил о крысах, которые нападают на слабых, но я особо не слушала.
—... это ж не правильно, он крупнее тебя, хрупкой маленькой девушки. Нельзя нападать на того, кто не может дать отпор. Это не честно.
— Я сама виновата, заслужила. — прошептала я, едва слышно.
— Эй, что за слова?
— Я начала этот конфликт.
— Даже если и так, то нет такого конфликта, который нельзя решить словами...
Парень ещё долго читал бы лекцию, если бы не время:
— Макс, ты на пару не опоздаешь?
— Ой, да, спасибо, что напомнила!
Парень развернулся и собрался уходить, как я его отозвала:
— Макс!
— Что?
— Журнал, — я указала пальцем на документ у его в руке.
— Да, прости, — Макс передал мне журнал и снова попрощался. Он ушел, а я вошла в кабинет.
Юлия Александровна была, как обычно, строгая, но справедливая. Мы писали тесты. Как обычно, нас рассадили по одному, телефоны на парту, чтобы было видно. Влад написал шпаргалки на руке и пытался незаметно подсмотреть, но преподавательница подошла к нему с влажными салфетками. Юлия Александровна взяла Влада за руку и стала её протирать от чернил.
— Издеваетесь! — зашипел Влад, но Юлия Александровна продолжала менять салфетки.
— Больно же, не надо так сильно за запястье хватать!
— Не дергайся! Ты же знаешь, списывание я не допущу! И за вами, — Юлия Александровна подняла глаза на нас, — я наблюдаю, не волнуйтесь!
Влад со стоном вздохнул. Когда преподавательница отпустила руку Влада она сказала:
— Иди помой руки, чтобы и следа не осталось. А я пока найду тебе четвёртый вариант.
— Может не надо?
— Надо, надо! Думал я тут шучу?
Когда Влад вышел я дописала работу и положила на стол преподавателю. Юлия Александровна решила сразу её проверить. На тестах она остановилась и сказала:
— Прочитай пятый вопрос внимательней.
Я вгляделась в задание, перечитала его и сказала:
— Ответ Д.
— А почему написала Б?
— Невнимательно прочитала вопрос.
— Катюш, будь внимательнее. Не только в тестах и задачах. В жизни ведь тоже так бывает: не внимательно послушал человека, неправильно понял, а дальше ссоры, недопонимание и так далее. Я хочу дотянуть тебя до пятерки, поэтому реши тоже четвертый вариант. Только читай, пожалуйста, внимательней!
Когда Влад вернулся с чистыми руками и увидел, что я решаю четвертый вариант, пустил шуточек:
— Видимо я пропустил что-то интересное. Не каждый день старосту ловят на списывании.
— Не говори того, что не знаешь! — шикнула я и Юлия Александровна стукнула кулаком по столу. — Я не слышу тишины!
Сдав работу во второй раз я оказалась на свободе. Вышла в коридор с опухшей от знаний головой. Я всего лишь один вопрос неправильно написала! Хотя, я привыкла. Это же Юлия Александровна! Хоть люди и меняются, кое в чем они неизменны.
— О, Катюх, снова привет! — помахал мне Макс и я подняла на него глаза. — Как ты? Андрей больше не трогал тебя?
— К счастью нет!
— А плечё твоё как?
— Уже лучше! — я невольно коснулась рукава рубашки. —Ещё раз спасибо!
— Ты в следующий раз отойди подальше. А лучше обучись приёмам самозащиты. Или купи перцовый баллончик. Мало ли, может меня рядом не будет!
Я недоверчиво посмотрела на парня в очках. Кто бы говорил о приёмах самозащиты. Хотя технически драться можно и с химикатами.
— Хорошо!
— Ты всё-таки девушка красивая. Кстати, у тебя пары закончились?
— Да.
— Повезло! А у меня ещё пятая пара.
Вот беда! Опасность! Он хочет со мной разговаривать. Сначала поговорить, потом встречаться... Нет, спасибо, у меня уже есть парень и я не собираюсь ему изменять. Надо коротко и жестко ответить, типа не до общения.
— Я спешу на репетицию. У меня, как ты наверное знаешь, своя музыкальная группа.
— Ухты! Ты такая молодая, а уже имеешь свой проект?
Попадос. Ну и зачем я это сказала? Это же тема покруче строгой Юлии Александровны и осенней непогоды! Тут даже показной срочный звонок не поможет. Макс твердо решил пообщаться.
— Макс, я действительно спешу. В любом случае спасибо тебе что выручил меня.
— Всегда пожалуйста! Но будущее, не забывай про самозащиту. Хочешь, я подарю тебе перцовый баллончик?
— Ну... — я протянула, думая что ответить.
— Я по акции заказывал, три по цене двух. Боюсь я не успею третий использовать, срок годности может закончиться. Выбросить придётся.
— Ладно! — вздохнула я, запрокидывая голову наверх. — Как-нибудь подгонишь мне свой баллончик. А сейчас извини, — Я зацепилась взглядом за идущего навстречу Диму, — меня уже ждут. Была рада познакомиться.
— Взаимно, — улыбнулся Макс, в то время как я бежала навстречу Диме.
Я кометой приблизилась к Диме и прыгнула ему на шею.
— Ты даже не представляешь, как я соскучилась!
— Катюша, а с кем это ты разговаривала только что? — серьезным голосом поинтересовался Дима. — Ты что мне изменяешь?
— Что? Да мы только сегодня познакомились! Пересеклись в коридоре и пообщались...
— Расслабься, зайчик. — Дима успокаивающе похлопал по плечу. — Теперь ты поняла, какого это быть в отношениях с ревнивым надоедливым человеком?
— Я значит надоедливая! — с огромным переигрыванием сказала я и смешно надула губки.
— Ещё какая! Никак из головы не уходишь. Забыть тебя нужно ещё постараться!
— Подожди. — Я замерла на месте и приложила голову ко лбу. — Я кажется что-то забыла. Что же это... Отчёт! Я не написала отчёт! Вот блин. Прости, мне нужно в учебную часть за журналом, а потом в кабинет на полчаса!
— Тебя подождать?
— Буду благодарна. Спасибо.
Как можно было забыть про отчёт? И это называется староста! Да уж, со своей карьерой удивляюсь, как я ещё голову дома не забываю!
Я вернулась в аквариум, взяла журнал, взяла у Виктора Юрьевича ключ и направилась в классный кабинет.
Я вставила ключ в замочную скважину, повернула его и, открыв дверь, зашла.
Дима попробовал высунуть ключ, но у него не выходило.
— Застрял, зараза!
— Осторожно! Его так просто не достать. Нужно повернуть вперёд и тогда он вытащится.
— Неудобно, однако. — Дима почесал голову и вошёл в маленькую тесную аудиторию. Парты стояли вплотную к стене и между ними узкий проход.
— Как вы тут помещаетесь?
— Берём стулья из соседнего кабинета и садимся втроём. В тесноте да не в обиде, — объяснила я, закрываясь изнутри.
— Чтобы железка не торчала. Мне не уютно, когда дверь нельзя закрыть полностью. Чувствую себя, как в зоопарке.
— Зоопарке?
— Да. Всё ходят, заглядывают, а это так неуютно!
Я включила свет, села на место Натальи Николаевны, достала из папки один из бланков и стала переставлять и высчитывать пропуски. Пока я писала в черновике я попросила Диму написать список и даты на бланке, который буду сдавать как чистовик.
Я посчитала пропуски на калькуляторе, расписалась, перенесла данные. И положила бланк назад в папку.
— Дома достану справки и расставлю уважительные и не уважительные причины. А пока, могу отдохнуть.
Я развалилась на кресле, полностью расслабившись. Запрокинув голову я смотрела в потолок.
— Смотри, — Дима окликнул меня и указал пальцем на плакат с описанием темпераментов, — кто-то наклеил сюда пагубную наклейку.
— Ну да, — я подняла голову и посмотрела, — девушка в купальнике не особо сюда вписывается.
— Какой хулиган её сюда наклеил?
— Влад. Я помню застукала его стоящего обеими ногами на парте с наклейкой в руках и грозилась всё рассказать Наталье Николаевне, но так и не сделала этого. Пусть висит. Она маленькая и... не такая уж и откровенная.
— Ну да! Вот если бы на ней не было бы купальника...
— Тогда бы я его ей нарисовала бы.
Мы разразились хохотом и смотрели в окно. Как же рано темнеет в начале октября! Жёлтые краски постепенно розовеют, а потом чернеют.
Моя работа тут окончена на сегодня. Я отнесла журнал в учебную часть, передала ключ охраннику, который заступил на вечернюю смену и отправилась домой вместе с Димой.