Осколки.
Прошло еще несколько дней. Ну как несколько.. Наступил август. Последний месяц лета. А ведь недавно был тяжелый май.
Девушка не была уверена в том, что Ань ходил еще куда-то. Да, мог отойти на несколько часов, но ей ничего не говорил. Она отсиживалась в комнате, просто валяясь в кровати. В простонародье - красные дни календаря, когда самочувствие такое себе. Поэтому, они со старшим практически не пересекались. Может, и ходил он к парням или гулял с ними. Хрен его знает.
Родители возвращались так же поздно. Не раньше десяти-одиннадцати. Приезжали и почти сразу уходили в свою просторную комнату. Очень даже просторную. Там даже была своя уборная, поэтому, в этом плане было легче.
Может, они ложились спать. Может, общались между собой. Может, еще что-то. Это взрослые. Это другое поколение. У них свои интересы и планы на жизнь. Их комната будто отдельный кусочек мира в этой квартире. В основном и ни видно, и ни слышно.
Позавчера, вернувшись к двенадцати, отец Аня предложил съездить куда-то на днях. Мама Виталии неожиданно предложила несколько идей. С чего-то вдруг они предложили семейную поездку, как могли ездить раньше. Приговорили, что надо успеть погулять за лето, а то с начала учебного года времени не будет. Особенно с учетом, что Ань пойдет в одиннадцатый класс. Год, в котором точно нельзя косячить.
Иногда родители могли казаться не такими. Про отца Аня девушка не знала, но свою маму иногда могла ощущать.. не так. Она прекрасно знает ее и ее натуру. Какой она может быть. И чрезмерная забота и идеи для совместного времяпровождения с каждым годом было слышать от нее все неожиданнее. Или.. больнее? Никогда не знаешь, какой у нее сегодня день. Большая часть обещаного времени была потеряна.
У Виты было пустое детство. Мама много гуляла и ничему не учила дочь. Оставляла ее одну. В исключительных случаях детей можно было оставить с отцами или хотя бы бабушками и дедушками. Но ни первого, ни вторых она никогда не видела. Не знала, что значит их любовь. Она любила только маму. И продолжала любить до сих пор, несмотря ни на что.
А какое детство было у Аня? Давно его родители в разводе, что его отец не первый год в браке с другой женщиной? Он один в семье? Просто как жил Ань до всего этого?
Не знала, какие мотивы были у этого вопроса. Не знала, зачем и задает его. Задает самой себе.
Любит ли он своего отца? Дорожит? Трепетно ждет с работы, как Вита ждет маму? Как он относится ко взрослому на самом деле?
Со стороны было не понятно, на сколько он отдален от отца и отдален ли. Вспылить мог каждый, а у Аня такой характер. Может, они и могут нормально пообщаться.
Много аспектов в этом сложном разговоре. Но разговор этот совершенно тупой и бессмысленный. Какой дебил решил бы поговорить на такую тему? Или дебилка? Ну уж точно не Вита. Обдумывая это все какое-то время, ей самой стало некомфортно. А если начать разговаривать с кем-либо, то что вообще будет?..
***
2 августа, пятница.
Сегодня. Сегодня родители запланировали поездку в галерею. Мама хотела полюбоваться какой-то выставкой. А уже рядом был торговый центр, где можно было погулять после. Там был ресторан, который славился своими вкусными блюдами и самим интерьером заведения.
Девушка открывает глаза. Боль в животе. Голод. Вчера был последний день менструации, но самый болезненный. Почти ничего не ела и спала весь день, не выходя из комнаты. Затворилась в каморке, закрыла окна от света, да и все.
Встает. Сразу подходит к окну, немного разбирая шторы, чтобы не ослепнуть. Открывает его, а то душно стало за ночь. Осматривается.
Правда душновато. Вдыхает сухой воздух полной грудью. Открывает шкаф и берет от туда полотенце. Так же новую пижаму. Светлый комплект, состоящий из обычных укороченый шорт до бедра и футболки. Расчесала волосы, чтобы они не запутались во время мытья головы еще сильнее. Вышла за пределы родного помещения.
Ань шел из кухни, направляясь в свою комнату. В руках у него была тарелка с бутербродами. Увидел сестру.
—Я думал, что умерла.
—И тебе доброе утро.— закрыла дверь комнаты.— Ванная комната не нужна?
—Нет.
Так и разошлись. Он в свою комнату, а она в уборную. Закрылась на замок. Включила дополнительный свет над зеркалом. Заплела волосы в хвост, чтобы не мешали.
Иногда делать все-все-все процедуры было.. не интересно. Не всегда хотелось. Например, лишний раз пользоваться кремом для рук после душа. Или пользоваться скрабом в конце принятия душа. Но сегодня она хотела сделать все и сразу. Восстановить себя после нескольких дней ухудшенного состояния. Но это биология, без этого никак.
Почистила зубы, умылась с гидрофильным маслом, смыла все пенкой. Наконец зашла в ванную, включая теплую воду. Для начала нанесла маску для волос, чтобы точно восстановить их после колтунов. По истечению времени смыла и нанесла уже шампунь. Смыв, закончила бальзамом. Вкусный гель для душа, скраб. Просто какое-то время стояла под струями, до конца пробуждаясь. Вышла. Промокнула тело и замотала волосы в полотенце. Ненадолго. Оделась. Патчи под глаза, чтобы убрать припухлость. Увлажняющий крем на остальные части лица. Сняла полотенце с волос. Повесила, чтобы высохло. Покинула комнату, выключая свет.
Вышла в кухню. Дернулась при виде Аня. Снова он тут. Стоял возле открытого холодильника, пил лимонад. Обернулся.
—Мелкая, едешь сегодня с родителями на «семейный вечерок»?
—Ну.. да. А ты, видимо, нет.— осмотрела его. Он был собран. футболка, джинсы. На плече была сумка. Логично, что он уже куда-то уходит.
—Я как раз таки еду.— усмехнулся, закрывая холодильник. Снова глотнул. Засмотрелся на то, что было у нее под глазами.
—А сейчас..?— не договорила.
—А сейчас с пацанами. Папа сказал, что позвонит мне, когда они будут выезжать. Я и приду. Поэтому, пока.— забирая с собой бутылку, свернул в прихожу. Еще через минуту дверь закрылась.
Вот вроде родители в браке, под одной крышей живут, сутки на пролет общаются друг с другом, а, казалось, что вообще не знакомы и не знают друг друга. Жили по разным принципам, порой. Снова Аню что-то сказали. Отец позвонит ему, когда они освободятся и поедут домой. А чат Виталии с мамой пустовал. Брат становился будто проводником, чтобы у нее была хоть какая-то информация от обоих родителей, что тут о маме.
В холодильнике было не так много вариантов. Продукты не покупали уже несколько дней. Можно было сделать это сегодня, раз они всей семьей выбираются. Решила взглянуть на то, что в морозилке. В первом же ящике была упаковка неггетсов. Решено.
Пока готовила, сделала себе обычный чай. Потом уже и поела. Помыла посуду не только за собой, но и накопившиеся кружки в раковине. Протерла стол от крошек.
Сейчас было около четырех. Она проснулась часа два назад. Интересно, во сколько приедут родители? Пока ушла в комнату. Поменять бы постельное белье...
***
Пять вечера. Шесть. Семь. Восемь. Девять. Десять. Одиннадцать. Двенадцать. Все это время Виталия просидела в комнате, наконец общаясь с подругой по видеосвязи. Давно планировали, и это случилось.
Они разговаривали обо всем. Начали с временных изменений во внешности Миланы. Розовый цвет волос был у нее далеко не первый год, но время от времени, как сейчас, она добавляла туда изюминку. Как-то зимой она покрасила концы волос в голубой. Сейчас же это был красный. Яркий и насыщенный, потому что окрашиванию было с неделю. Далее Милана нормально показала квартиру. Как все обставила и тому подобное. Рассказывая истории за последнее время, скинула несколько фотографий из города, когда ей удавалось туда выбираться. Выбираться, в плане, на улицу, ведь других дел итак по горло. Конкретнее рассказала про колледж, куда ее зачислили на бюджет. Колледж сервиса и дизайна. А именно, факультет декоративно-прикладного искусства. Она любила рисовать, умела рисовать. Всегда хотела что-то творческое. Вскоре разговор начал выливаться в советы друг другу.
Милана поддержала подругу на сколько могла, чтобы та точно не отчаивалась по наступлению первого сентября, ведь за партой ей, скорее всего, придется сидеть одной. Они в принципе поговорили о будущем. Пофантазировали о встрече в реальной жизни и Милана активно звала подругу к себе в гости, в Ярославль.
Время летело. Будто они созвонились десять минут, но прошли долгие часы. Телефон Виты нагрелся. Мила не очень хотела, но предложила закончить разговор. Ей нужно сходить в магазин и хотя бы что-то приготовить, а то последние две недели они только макароны ест. Девушки попрощались, пообещав, что нужно еще пообщаться так.
Вита погасила экран телефона. Встала со стула, разминая затекшие ноги и шею. Первые часы она думала, что день прошел зря. Родители не писали, тем более, не вернулись. Даже Ань вернулся около часа назад, вдоволь погуляв с парнями, как она могла догадаться. Она слышала, как открывалась входная дверь, а затем закрылась дверь в его комнату. Но сейчас эйфория на столько окутала девушку.. Ей было хорошо после разговора с подругой, которая, к сожалению Виты, находилась на расстоянии. Им обоим было приятно выделить вечер на, полный новостей, разговор. Все же день прошел не зря.
Горло пересохло. Девушка вышла с комнаты. Достала кружку и взяла графин. Начала наливать воду.
В прихожей начали появляться звуки, шумы. Девушка замерла, поставив графин на стол. Повернулась.
Дверь распахнулась, ударяясь о стену в подъезде. Вместе с этим грохотом от туда послышались агрессивные голоса.
—Ты даже дверь нормально открыть не можешь, придурок!— пьяный женский голос.
—Нечего.. вообще бухать! Пить не умеешь, а потом высказываешься мне!— такой же пьяный, но уже мужской голос.
Не понадобилось много времени, чтобы это услышал и сводный брат. Открыл дверь своей комнаты, выходя от туда. Сначала взглянул в темную прихожую, которую было видно уже отсюда, а потом посмотрел в зону кухни, где была сводная сестра. Руки девушки были на столе, взгляд был направлен в стену, за которой были приехавшие родители. Она так и не притронулась к воде, которую плеснула в кружку.
Первую в квартиру зашла женщина. В руках у нее была бутылка шампанского. Остановившись, она начала шататься. Но это не помешало ей опрокинуть бутылку и сделать еще несколько глотков алкогольного. Обернулась.
—Это ты, пьянчуга, мне говоришь?!
—Скажи спасибо, что я вообще до дома довез!— вышел отец. Начал проходить глубже, нежели жена. А вот в его руках была бутылка из под коньяка. Там оставалось совсем мало жидкости.
Вита замерла, смотря на пьяных родителей. Просто стояла, а в сердце сковался страх. Ужастный страх.
В другой части комнаты был брат. Он тоже смотрел на ругающихся родителей. И все было как в первый раз. Брат с сестрой мимолетно переглянулись. Так же, как и в первый раз, в первый конфликт взрослых, еще несколько месяцев назад.
—Лучше бы на такси поехала!— мать прошла на кухню. Коснулась стула, смотря на мужа, снова сделала несколько глотков. Допила напиток.
—Это и сделай в следующий раз, дура пьяная!— отец прошел следом. Кинул на стол какую-то папку, связанную с работой.
Вита дрогнула, делая шаг назад. Смотрела на обоих. А в носу уже был запах перегара. Сколько они выпили? По какому поводу?
—Пошел ты нахуй! Иди с другими телками так разговаривай!— мама махнула рукой, злобно смотря на мужа, что был напротив. Ее рука с бутылкой в руках пришлась на угол стола. Стекло разбилось на осколки. Большие, острые, маленькие. Они разлетелись по всей кухне. На самих родителей, на стол, на пол. До Виты тоже долетело несколько, ведь расстояние между ней и родителями было со стол. Около метра-полтора.
—Вита!— мужской голос. Но это не голос ее отчима.
Она шагнула назад, упираясь в столешницу. Сердце в пятки упало, из легкий выбился весь кислород. Родители тут же продолжили ссору, а у Виты в ушах появлялся лишь белый шум.
За руку больно хватают. Быстро тянут. Больно. И страшно.
—Иди в комнату!— раздраженный голос сводного брата.
Она отчаянно посмотрела на него глазами, которые начинали щипать. Напоследок ее подтолкнули за плечо, чтобы зашла быстрее. По полу прокатилась бутылка, которую, наверняка, швырнул отчим, но его силы не хватило на что-то большее.
Ань развернулся. Нагнулся, поднимая эту бутылку и скрылся за углом. Ор продолжался.
Вита опустила голову. С глаз капнули слезы. Подняла трясущиеся руки. На правой, которую он схватил, появились следы. Красные следы хватки. Запястье ныло.
Послышался еще один звук громко разбитого стекла. И тишина. Кромешная. Все вдруг замолчали. Девушка начала шагать. Но не назад, а вперед. Это сделал Ань? Что он сделал?
Она не успела дойти до порога комнаты, как там появится сводный. Зашел, закрывая дверь за своей спиной. Все тем же гневным взглядом смотрел на младшую.
—Что.. ты сделал?..— голос дрожал.
—Разбил бутылку, чтобы они переключились.
—Об кого?..
—Об что. Об стол. Вот они и прекратили, потому что я разбил, а не кто-то из них.
—Ты не трогал маму?— будто опомнилась. Сделала шаг вперед.
—Нет.
—Отойди, я хочу проверить.— хотела пройти, но он прегражлал путь своей персоной.
—Нет.
—Ань, уйди, пожалуйста.— пыталась сдвинуть его за плечо.
—Успокойся ты! Никого я не трогал!— слегка оттолкнул ее за плечи.
Из-за его толчка ей пришлось сделать несколько шагов назад. Она поймала зрительный контакт, а ее глаза продолжали наливаться слезами. Скатились по горячим щекам. Она всхлипнула, смотря испугано. Он не вызывал доверия. Снова не вызывал доверия. Она снова коснулась, до сих пор ноющего, запястья. Что он сделал?..
С толчка прошло ровно три секунды. И он смотрел в ее глаза ровно три секунды. В голове за один миг пронеслось все то, что случилось за последние несколько минут.
Возвращение пьяных родителей. Их ссора и разбитая бутылка. Он хватает младшую за запястье. Его переполняет агрессия. Снова конфликт с этими двумя, а сестра тупит и стоит в самом эпицентре событий. Просто стоит, не уходит. Дура, какая дура. Толкнув ее в комнату, возвращается, напоследок разбивая бутылку. Им можно, а ему нельзя? Родители прекратили ссору, ошарашено смотря на сына. Для кого-то сын, для кого-то пасынок. Он возвращается в комнату. А сестра идет все на те же грабли. Все беспокоится о том, о чем не нужно. Хочет выйти. Снова толкает ее, делая больно. Толкает, что ей становится еще страшнее.
На воспоминания ушло еще секунды три. Он вмиг начинает осознавать случившееся нормально. Осознавать, смотря в ее глаза. Светлые глаза. Как невероятно они могли светиться. А сейчас в них было непонимание и тревога. Раздражение успело охватить взгляд целиком и полностью. Влага бесконечно набиралась и снова скатывалась вниз в виде соленых струй.
А ведь этому виной не только родители. Он тоже испугал ее. Испугал с самого первого касания - крепкое сжатие руки. Толчки. Крики. Нельзя. С ней нельзя так.
Ровно десять секунд с его толчка. Она делает еще один неловкий шаг назад. Боится.
—Вит.— делает шаг на встречу. Понизил тон и больше не кричал.— Я не хотел.
Она ребенок. У них разница около года, но она была будто на много младше. Пугливый и неуверенный ребенок, на которого нельзя кричать. Нельзя хватать. Просто нельзя пугать и обижать.
—Вит.— смотрит на нее все мягче, а она вновь всхлипывает и делает еще один шаг назад.
Она не может вымолвить и слова. Проглотила все.
—Вит, прости.
Все же делает шаги быстрее и аккуратно касается хрупких плеч. Тремор. Она медленно ведет их назад. Он не убирает. Слегка наклоняется, чтобы быть примерно одного роста. Так же аккуратно ведет по рукам немного ниже. Снова поднимает. Снова вниз. Шагает до конца, обвивая ее тело. Одна рука легка на спину, другая на голову. Аккуратно гладит.
—Все, успокаивайся, я не специально.— сказал совсем шепотом.
Гладил спину, поднимаясь к лопаткам и вновь опускаясь. Гладил голову, спускаясь к шее. Приглаживал пушистые волосы. Коснулся подбородком макушки. И так на протяжении минут десяти. Тишина и прикосновения брата.
Он аккуратно отодвигается, но не отстраняется. Она поднимает голову. Слез почти не было, но щеки были такими же влажными. Берет край своей футболки, вытирая влагу с лица младшей сестры.
—Успокаивайся.
Убрал пряди волос со лба. Быстро оставил там успокоительный поцелуй. Снова обнял. Покачивался из стороны в сторону.
За дверью тишина. Идеальная тишина. В комнате тоже тихо. Девушка совсем немного трясется, но он хочет верить, что она чувствует себя спокойнее.
—Все нормально?
Неуверенный, но кивок прямо в его грудь. Там была ее голова. Пригладив ее волосы двумя руками крайний раз, отстраняется. Снова зрительный контакт. Так такового страха не было. Просто усталость и небольшое волнение. Истерика позади.
—Покурим?— она кивнула.— Мои сигарету в моей комнате. Я сейчас приду.
Развернулся и тихо подошел к двери. Открыл. А за ней темно. Родителей точно нету в этом помещении. Они в своей комнате. Нго Бао открывает дверь своей комнаты. Быстро забирает сумку. Возвращается.
Оба выходят на балкон. Он достает сигареты. Первым делом поджигает для сестры, потом для себя. И они в тишине курят. Просто стоят на балконе и курят. Сбавляют оставшееся напряжение.
Прошло около получаса. Вита лежала в своей кровати, готовая ко сну. Вроде спать хотелось, а вроде уснуть не получалось. Но как-то раз ее глаза закрылись больше, чем на минуту. Ань оставил свет на столе, остальной выключил и вышел с комнаты.
От автора: тгк myaaa1a
Фото тгк в начале части!