Эпилог 2
Лиса
Мой класс казался особенно уютным в свете уличных фонарей, проникающем через боковые окна. Впрочем, он недолго останется моим, так как через несколько месяцев я стану постоянным преподавателем. Профессор музыкального факультета, чьи занятия я временно вела, окончательно покинул УХХ и уехал за границу. Декан Иствуд предложил мне его место, и я согласилась.
Что касается других новостей факультета, Уэйд, также известный как профессор Казанова, наконец встретил студентку, которой не пришлись по душе его замашки ловеласа. Она обратилась к декану – но лишь после того, как собрала доказательства его связей с ней и как минимум десятью другими студентками. Хотя быть бабником и не запрещено, репутация Уэйда среди коллег пострадала настолько, что он не смог этого вынести. К концу недели его уже не было. Не могу сказать, что я сильно расстроилась. Странно, но все девушки, замешанные в его разоблачении, часто отдыхали в общежитии «Геллионов»... словно кто-то убедил их объединиться, чтобы положить конец правлению профессора Казановы. У меня были свои подозрения, но когда я поделилась ими с Чонгуком, он лишь усмехнулся.
Видимо, что посеешь, то и пожнешь, Лили.
Я могла бы обвинить себя в тех же грехах, если бы Чонгук не был таким одержимым безумцем. Мне ни разу не удалось повлиять на его образ мыслей или изменить его планы.
К тому же, я покончила с угрызениями совести из-за любви.
Я сидела на краю стола, слегка подтянув облегающую юбку. У нас была новая игра – находить интересные места для секса, и мой класс возглавлял список. После всех тех дней, когда я стояла перед ним и не могла прикоснуться, я наконец получила такую возможность.
Дверь вверху открылась и закрылась, впуская высокую темную тень.
Щелкнул замок.
Он спустился по лестнице, и моя кожа покрылась мурашками от предвкушения. В полумраке я различила белый овал его хоккейной маски, которую он хранил с той ночи в общежитии «Геллионов». Мы уже не раз весело проводили время с ее участием.
— Тебе нельзя здесь находиться… после занятий вход студентам воспрещен, — крикнула я ему и почувствовала его улыбку под маской.
Я приподняла ноги, задрав юбку еще выше. Постепенно я училась чувствовать себя увереннее в своей сексуальности. Я становилась смелее, и всё благодаря этому мужчине.
— Виноват, — голос Чонгука был приглушен маской. — Похоже, тебе придется на меня пожаловаться.
— Возможно... а возможно, ты сможешь убедить меня не делать этого, — предложила я.
Чонгук подошел ко мне вплотную, положил руку на мое колено и медленно повел вверх. Когда пальцы пробежались по влаге, покрывающей внутреннюю часть моих бедер, и коснулись киски, его рука остановилась.
— Похоже, Вы забыли надеть трусики, профессор.
— Хмм, неужели? Ой…
Чонгук медленно опустился на колени, снял маску и отбросил ее в сторону.
— Так ты сидела и смотрела, как я играю в хоккей без трусиков, красавица? — спросил он.
— Как думаешь, почему я такая мокрая? — поддразнила я.
Чонгук закрыл глаза, наслаждаясь признанием, а затем резко раздвинул мои ноги, обнажив мокрую киску.
— Покажи мне, детка, — сказал он, наклоняясь и уткнувшись лицом в меня, глубоко вдыхая. — Черт, настоящий нектар. И что же ты хочешь, чтобы я сделал с этой мокрой, жаждущей киской, профессор? Ее нужно заполнить?
Я кивнула, щеки покраснели от его хриплых слов. Он всегда знал, как свести меня с ума.
— Скажи мне, Лили, я тебя не слышу.
— Ее нужно заполнить.
— Кем?
— Тобой. Только тобой, — выдохнула я.
Чонгук наклонился и лизнул меня.
— Правильно. Только мной. — Он собственнически укусил внутреннюю часть моего бедра, вернулся к киске и погрузил язык глубоко внутрь, а затем обхватил губами клитор.
Почти сразу я оказалась на грани: бедра оторвались от стола, удовольствие затопило мой мозг, кожа запылала и покрылась мурашками.
— Трахни меня! — простонала я и кончила, из киски брызнула влага, бедра сомкнулись вокруг головы Чонгука, пытаясь удержать его там навсегда.
— Как пожелаете, профессор, — прорычал он, встал на ноги и сдернул шорты.
Он пах гелем для душа, свежестью и чистотой. Лишь легкий шлейф пота напоминал о недавней игре, но и этого было достаточно, чтобы свести меня с ума.
Чонгук вошел в меня без промедления. Сделал два мощных толчка, с каждым разом всё глубже, пока не оказался полностью внутри. Затем замер, пригвоздив меня к столу своим членом.
— Вот оно, — прошептал он у моего виска. — Дом. Я дома.
Конец