Сдал(ся)

— Чё-то мне наша идея нравится всё меньше и меньше... — недовольно вздыхает Артём, удобно развалившись на большом диване. — Третий раз попадаем на какую-то хуйню...

Он сидит за столиком в углу, на втором этаже не самого большого бара, и хмуро смотрит на Олега, расположившегося напротив.

Ещё несколько месяцев назад парни решили ради интереса обойти все бары Москвы с рейтингом четыре звезды. И если в центре ещё встречались «нормальные» по мнению Краснова, то чем дальше они отдалялись от Садового кольца, тем грустнее становилось его лицо.

Шепсу же было интересно. Он любил эти вечера за то, что под лёгкую болтовню с Артёмом мог расслабленно наблюдать за самыми разными людьми. Уставшие после работы мужчины с бокалами пива, которые не хотят идти домой; компании закадычных подруг, которые мило улыбаются на общих фото, но явно хотят унизить друг друга при первой же возможности; одинокие девушки, ожидающие бесплатный коктейль у бара, и не всегда свободные парни, ищущие развлечение на вечер.

Встречаются, конечно, и самые обычные люди, просто хорошо проводящие время, но такие для Олега бесполезны. Парень ищет тех, кто старательно что-то скрывает.

Откуда у него взялась такая тяга к психологии, Шепс не знает и сам. Он этим никогда не интересовался, но как-то постепенно начал подмечать чужие реакции на те или иные обстоятельства и однажды задумался о том, как можно на это влиять.

Поначалу Олег хотел узнать это скорее для себя. Пытался найти способ вытащить из себя такие яркие эмоции, какие видел у других, потому что свой последний искренний восторг помнил ещё где-то в детстве — от первой безумно дорогой игрушки, которую очень хотел и наконец-то получил в подарок.

Тогда мама сказала, что так теперь будет всегда, и не обманула. Подарки становились всё дороже, дарились всё чаще, и Шепс просто принял это как данность, перестав получать от них удовольствие. Поездки заграницу в шикарные отели наскучили ему так же быстро.

Олегу эта роскошь нравилась, только чем-то недоступным и сказочным больше не казалась. Он понял, что теперь это их стабильность, и что в любой момент он получит всё, чего захочет. Момент ожидания чего-либо пропал, а, кажется, именно его Шепс и любил больше всего.

Именно это «ожидание» Олег и нашёл для себя в азарте. Дурацкие споры с целями, которых не добиться просто так, и чужие эмоции, которые не покупаются за деньги, стали для него единственным источником хоть какого-то удовольствия.

Жаль только, что элемент неожиданности исчез совсем. Вероятность исхода в спорах всегда пятьдесят процентов, а люди вообще с лёгкостью ведутся на его провокации, постоянно выдавая предсказуемый результат.

— Может, ко мне поедем? — с надеждой предлагает Артём, делая глоток из принесённого официантом стакана. — У меня хотя бы вискарь нормальный.

— Ладно, — закатывает глаза Шепс. — Ты и мёртвого достанешь своим нытьём. Сейчас поедем.

Он встаёт с дивана и делает несколько шагов вперёд, останавливаясь у перил. Вечер только начинается, и люди потихоньку стекаются в заведение, отчего Олегу совсем не хочется уходить, хоть алкоголь здесь и правда отвратного качества.

Шепс безразличным взглядом пробегает по первому этажу и вдруг замирает, вспыхнувшими глазами впиваясь в фигуру за барной стойкой. Это просто фантастическое везение. Из всех баров Москвы Краснов случайным образом ткнул пальцем на карте именно в этот и, сам того не подозревая, выбрал идеальное место.

— Погнали? — Артём хлопает его по плечу и тут же хмурится, понимая, что друг не реагирует.

Взгляд Краснова опускается вниз, и он выдыхает протяжное «блять», сразу замечая Череватого. То, что домой они попадут не скоро, Артёму не нужно даже объяснять.

— Надеюсь, ты хотя бы сделаешь что-то интересное, а не просто будешь пялиться на него весь вечер, — усмехается он и обречённо возвращается к столику, намереваясь заказать что-то другое взамен противного виски.

Олег с интересом рассматривает Влада, игнорируя дружеский подкол. Преподаватель выглядит непривычно: светлая рубашка в тонкую полоску, тёмно-синие джинсы, а на слегка уставшем лице — искренняя улыбка, адресованная человеку напротив. Только на его собеседника Шепсу плевать.

Он чуть прищуривается и с удивлением разглядывает заметную татуировку на шее Череватого. Вот что, оказывается, скрывал высокий воротник бессменной водолазки. Ну конечно, в университете такое бы не одобрили, а молодой преподаватель явно хотел произвести серьёзное впечатление как на студентов, так и на коллег.

Влад чокается стопкой со своим компаньоном и резко опрокидывает содержимое в себя, снова удивляя Олега. Кажется, Шепс представлял его совсем другим, а сейчас совершенно сбит с толку, наблюдая за абсолютно обычным парнем, который никак не соотносится в его голове со строгим и холодным образом с лекций.

Олег задумчиво присаживается обратно на диван и пытается понять, как ему выгоднее использовать эту случайную, но крайне полезную встречу.

──── ♛ ♙ ♛ ────

— Ты так в последний раз на нашем выпускном налегал, — усмехается Илья, глядя на то, как Череватый делает очередной заказ у бармена. — Неужели такие тупые студенты достались?

Ларионов вообще не понимает, почему старого друга потянуло обратно в университет. Он сам бы уже ни за что не променял свой просторный кабинет психолога в дорогой клинике на толпы нерадивых учеников.

О преподавании Влад заговорил где-то в середине пятого курса. Илья замечал, что атмосфера вуза, от которой к тому моменту он сам уже порядком устал, словно затягивала Череватого всё больше. Но главную роль в этой истории, по мнению Ларионова, всё-таки сыграла дипломный руководитель Влада.

Елена Валерьевна вызывала у друга неописуемый восторг и, судя по рассказам, была образцовым преподавателем. Строгая, уверенная женщина, прекрасно знающая свой предмет, с лёгкостью добивалась от студентов на занятиях не только железной дисциплины, но и искреннего интереса к знаниям, которые умело преподносила. Её уважали абсолютно все, а если некоторые даже и побаивались, то всё равно относились с любовью.

Голунова находила подход к каждому, даже самому безразличному к статистике студенту, и Череватый отчаянно хотел стать похожим на неё. А когда во время работы над дипломом она вдруг сказала, что из Влада получился бы хороший преподаватель, он окончательно понял, что душный офис — это не то, к чему ему стоит стремиться.

Только Ларионов был совсем другого мнения. Несмотря на прилежную учёбу и аналитический склад ума, которым, несомненно, обладал его друг, Илья был уверен, что Череватому на выбранном им пути придётся очень много работать над собой. И хоть энтузиазма ему не занимать, ежедневно прятать взрывной характер под маской спокойствия — занятие не из лёгких.

— Да нормальные студенты, — пожимает плечами Влад, после небольшой паузы отвечая на вопрос. — Только есть там один... мажор...

Череватый не планировал жаловаться и уж тем более просить Ларионова о помощи, но алкоголь, разливающийся по венам, потихоньку начинает разъедать привычную броню.

— О-о-о, это звучит интересно! — с хищной улыбкой тянет Илья. — Золотой мальчик решил демонстративно забить на твой предмет?

— Золотой мальчик решил меня доконать! — зло выпаливает Влад, тут же подхватывая поставленную барменом стопку.

Он выпивает шот, даже не дожидаясь Ларионова, и тяжело вздыхает, исподлобья поднимая на друга жалобный взгляд.

— Рассказывай, — спокойно говорит Илья, понимая, что своим вопросом только что окончательно сорвал с друга натянутую маску.

Он внимательно слушает эмоциональный рассказ, но картинка в голове не складывается, вызывая ощущение, что Череватый не говорит самого главного.

А Влад действительно не говорит. Выкладывает всё по порядку, но откровенные действия Шепса называет просто «ещё одной провокацией», не вдаваясь в подробности.

— Ну цепляет он тебя словами, понимаю, — аккуратно вклинивается в его речь Ларионов. — Пытается подорвать авторитет. Но чтобы ты, и не нашёл что ответить? Никогда не поверю!

Он подбадривающе улыбается и надеется хоть как-то подтолкнуть Череватого к сути проблемы, но тот лишь жестом зовёт бармена, молча поджимая губы.

— Манипулятивное поведение и личностная конфликтность, — говорит Илья после небольшой паузы, понимая, что Влад не готов продолжать.

— Что?.. — Череватый непонимающе хмурится.

— Тема моей дипломной работы, — тепло усмехается Ларионов. — Забыл?

Влад растерянно улыбается, опуская глаза, и думает, что ещё пара шотов, и он уже вряд ли вспомнит, о чём они вообще говорили.

— Главный успех манипуляций заключается в том, чтобы найти у цели слабое место, — продолжает Илья. — Провокации работают не за счёт чужих действий, а за счёт внутреннего конфликта, который они вызывают.

— Ты, даже когда пьёшь, умудряешься быть нудным, — посмеивается Череватый. — Можно проще? Мы не у тебя в кабинете.

— Признай ту слабость, по которой он бьёт. И это сделает тебя сильнее.

— Признать, что я неопытный препод и не знаю, как ставить таких на место? — Влад вскидывает брови. — Так я не отрицаю.

— Уверен, что твоя проблема именно в этом?

Ларионов смотрит как-то серьёзно, словно пытаясь разглядеть ту самую ниточку, за которую умело дёргает хитрый студент, но Череватый, кажется, уже не способен так глубоко копать. Он отводит взгляд и тут же напрягается всем телом, переставая слышать то, что дальше говорит Илья.

В дальнем углу бара, на небольшой сцене, которую Влад замечает только сейчас, из эффектного дыма появляется Шепс.

Череватый встряхивает головой и нервно оглядывается по сторонам, пытаясь понять, не его ли больная фантазия подкинула этот образ, потому что на Олеге та самая чёрная рубашка из видео и точно такие же джинсы, какие Влад представлял в своём сознании в тот вечер.

— Не знал, что здесь танцуют и парни, — спокойно говорит Ларионов, оборачиваясь к сцене.

— Ты что, привёл меня в стриптиз?.. — почти с ужасом выдыхает Череватый, когда пьяный взгляд фокусируется на блестящем шесте.

— Он здесь обычно только по выходным, а сегодня даже не пятница... — Илья пожимает плечами и наконец замечает состояние друга.

Влад не отрываясь смотрит на сцену с явной паникой в глазах, и Ларионов хмурится, не понимая, что вызвало такую реакцию. На профессионального танцора появившийся парень не тянет, и, скорее всего, это просто посетитель, решивший впечатлить девушек в зале. И эти девушки действительно с интересом поглядывают в его сторону, только вот сидящий за баром Череватый тоже почти перестаёт дышать.

Олег смотрит куда-то себе под ноги, грациозной походкой делает круг по сцене и надеется, что его природной пластики и сексуальности будет достаточно для того, чтобы выглядеть эффектно, несмотря на отсутствие опыта в подобных танцах. Он незаметно выдыхает, рукой хватается за холодный металл и наконец поднимает глаза, с дерзкой ухмылкой глядя прямо на Влада.

А Череватого прошибает током. В горле резко пересыхает от этого взгляда, а первое плавное движение чужого тела буквально впечатывается в сознание, окончательно выключая мозг.

Влад жадно смотрит на то, как прогибается изящная спина, расправляя складки пресловутой рубашки где-то в районе живота, и на автомате облизывает губы. Ему, кажется, уже откровенно плевать на этику и на то, что перед ним его студент. Череватый мысленно оправдывает себя тем, что сам он не делает ничего: просто смотрит, как и десятки других людей вокруг. Только внутренний голос пьяно усмехается, шепчет совсем другое, и Влад уже не может не представлять свои руки на этом подтянутом теле.

Олег медленно расстёгивает пуговицы на рубашке, не прекращая выводить бёдрами почти идеальную восьмёрку, и чувствует себя уже максимально уверенно. Ему, конечно, приятно заметить в зале восхищённые взгляды, но это шоу только для одного зрителя. И этот зритель смотрит так, что Шепсу жарко до безумия.

— А он неплохо двигается, — подмечает Илья. — Девочки уже поплыли.

Он смеётся, а Череватому не смешно совсем. Чёрная ткань падает на сцену, полностью обнажая стройный торс, и Влад с ужасом понимает, о чём ему до этого говорил Ларионов. Его проблема совсем не в парне на сцене.

Олег выглядит сексуально. Слишком сексуально. И это возбуждает Череватого, несмотря на всю ситуацию, в которой он оказался. Влад дышит тяжело, чувствует, как в джинсах становится тесно, и признаётся сам себе в том, что хочет увидеть продолжение. И желательно не при всех.

Шепс пальцами касается пряжки ремня, замечает, как огнём вспыхивают глаза напротив, и удовлетворённо закусывает губу, понимая, что провокация удалась. Он медленно наклоняется, подхватывая с пола рубашку, забрасывает её на плечо и просто уходит со сцены, напоследок нагло подмигнув Череватому.

Ларионов видит, как друг обречённо прикрывает глаза, и уже сам жестом просит бармена повторить. То, как этот неожиданный стриптиз повлиял на Влада, для Ильи очевидно даже без единого вопроса. Как и то, что химия между этими двумя едва не подожгла весь бар. В голову влетает абсурдная мысль, и Ларионов неверяще распахивает глаза, чувствуя, как пазл моментально складывается.

— Слушай, а тот мажор... — Илья подбирает слова, потому что в лоб спросить о влечении Череватого к студенту — явно плохая идея, но договорить не успевает.

— Да, это он, — севшим голосом резко отвечает Влад, и Ларионов окончательно впадает в шок.

Он предположил, что яркая реакция друга на достаточно эротичный танец связана с подавленным влечением, но, чёрт возьми! Илья даже подумать не мог, что это тот самый человек. Они в незнакомом Череватому баре, на другом конце города, в районе, где золотая молодёжь явно не бывает, и Ларионов вообще не понимает, как такое могло произойти. И ещё от неожиданности даже не понимает, как отреагировать, чтобы не сделать Владу хуже.

А Череватый не знает, зачем признался. Он вообще уже с трудом осознаёт, что происходит, когда, пряча от Ильи глаза, опрокидывает в себя очередную стопку, а затем просто сбегает в уборную.

Перед глазами только чёрная рубашка, сползающая с крепких плеч; и холодная вода, которой Влад отчаянно плещет в лицо, никак не помогает избавиться от навязчивого образа. Он поднимает взгляд на зеркало и усмехается, в отражении глядя на Олега. Череватому интересно, сколько же он выпил, что этот чёртов Шепс мерещится уже даже наяву, но парень позади него ухмыляется и неожиданно подаёт голос.

— Добрый вечер, Владислав Витальевич.

Голос звучит томно, тут же заставляя преподавателя вздрогнуть, а сам Олег склоняет голову набок, внимательно вглядываясь в почти стеклянные глаза. Череватый выключает кран и медленно разворачивается к нему.

Шепсу хочется вбросить провокационную фразу, но он замирает на вдохе. Вода мелкими каплями стекает по лицу Влада, спускаясь на шею к татуировке, и этот вид моментально выбивает из головы Олега все заготовленные слова. Он заметно теряется, сглатывая слюну, и будто в замедленной съёмке наблюдает, как Череватый молча подходит к нему.

Влад сам удивляется тому, что заметил замешательство студента, и очень хочет использовать это, чтобы хоть как-то задеть в ответ, но пока тратит все немногочисленные силы на внутреннюю борьбу. Ему до невозможности хочется затолкать Шепса в кабинку за его спиной и просто сделать то, чего, кажется, хотят они оба.

— Недалеко от факультета есть неплохая школа танцев, — заплетающимся языком всё-таки выдаёт Череватый. — Там учат пластике. Вам будет полезно.

Он сразу уходит, чуть пошатываясь, а Олег медленно сжимает кулаки, едва не взрываясь от злости.

──── ♛ ♙ ♛ ────

Из бара Влад уезжает, даже не прощаясь с Ильёй. Он почему-то уверен, что Ларионов точно не обидится, понимая его состояние, особенно после всего, что сегодня узнал.

А вот то, о чём сегодня узнал сам Череватый, не даёт ему покоя и в такси по дороге домой. Он обрывками вспоминает своё состояние в последние несколько дней и наконец-то понимает, на что именно злился. Только злости этой в себе уже почему-то не чувствует. Влад не разбирает, помогло ли ему осознание своих реакций или, наоборот, запутало ещё больше, но чётко ощущает, что в какой-то степени внутри точно стало легче.

В квартиру он почти вваливается, спотыкаясь о порог, и небрежно стягивает кроссовки, отбрасывая их куда-то в сторону. Он устало бредёт в комнату, на ходу избавляясь от джинсов, и усаживается на диван уже в одной рубашке, взглядом упираясь в выключенный телевизор.

Череватый вспоминает ладонь, вызывающе скользящую по бедру, и пытается понять, чувствовал ли в тот момент то, что сейчас заставляет кожу буквально гореть. Он расстёгивает пару пуговиц на груди, но прохладнее не становится, а пьяное сознание зачем-то снова рисует перед глазами чужие пальцы, так же открывающие его взгляду сводящее с ума тело.

Дыхание снова сбивается, и Влад оглядывается по сторонам, пытаясь найти хоть какое-то спасение от возбуждающих фантазий. Он цепляется глазами за учебник, лежащий рядом на столике, и тут же берёт его в руки, открывая на случайной странице.

Только пьяный взгляд фокусироваться отказывается. Череватый несколько минут бездумно вглядывается в ровные строчки, но буквы расплываются, никак не помогая отвлечься. Он со вздохом откладывает книгу обратно, руками потирает уставшие глаза и совершенно не знает, что делать.

На телефон приходит уведомление, и Влад даже пугается того, что руки сами резко хватают его, будто он с нетерпением ждал сообщения.

Илюша
Ты дома? Нормально доехал?

Череватый разочарованно поджимает губы и отправляет короткое «да», потому что не уверен, что в таком состоянии сможет напечатать что-то более вразумительное.

Телефон в руках напоминает о злосчастном вечере несколько дней назад, и Влад колеблется около минуты, но всё же открывает диалог с Шепсом. Ему кажется, что алкоголь и сегодняшняя выходка Олега довели его до края, потому что он больше не хочет искать оправданий. Череватый признаёт, что первую партию он с разгромным счётом проиграл, и дрожащими пальцами включает загруженное видео.

Знакомая картинка на экране тут же заставляет облизнуть губы, только теперь Влад рассматривает её во всех деталях, полностью игнорируя чувство стыда. Фантазия пускается в свободный полёт, позволяя Череватому почти почувствовать прикосновения к чужой коже. А когда Шепс запрокидывает голову, Влад вздрагивает от его стона и уже не сопротивляется руке, ныряющей под подол его собственной рубашки.

Череватый не думает, что делает. Просто с головой погружается в то, что видит на экране, делает звук чуть громче и, закусив губу, наслаждается тяжёлым дыханием в динамиках, медленно двигая сжатой ладонью.

Олег снова переводит взгляд в камеру, дерзко смотрит почти чёрными от желания глазами и со своей фирменной ухмылкой отдаляет телефон. Череватый давится воздухом и чувствует, как возбуждение в эту же секунду становится почти болезненным.

На Шепсе действительно те самые чёрные джинсы, пошло спущенные с бёдер. Нижние пуговицы рубашки не застёгнуты так же, как и верхние, и Владу прекрасно видно абсолютно всё, потому что на Олеге даже нет белья.

Череватый тут же синхронизирует ритм, ускоряя движения вместе с Шепсом, а когда из динамиков слышится дрожащий голос, он едва сдерживает стон.

— Хотелось бы быть здесь? Владислав... Витальевич...

Отчество звучит уже почти обессиленным шёпотом, на выдохе, и Влад прикрывает глаза, заканчивая свою пытку под протяжный стон Олега.

-----------------------------------------

Телеграм-канал автора: @po_doroge_v_ad_vlegs