𝐕𝐈𝐈
22 июля 2009 года
Дорогая Белла,
Пожалуйста, не думай, что я пытаюсь заставить тебя чувствовать себя виноватой или выпытать у тебя личную информацию. Я полностью понимаю и никоим образом не обижаюсь. Я бы предпочел получить 1000 анонимных писем, а не вообще ничего. Как я уже сказал, я должен научиться принимать это. Твои письма - это подарок для меня. Я благодарен тебе за то, что ты вообще находишь время писать.
Не надо меня жалеть. Прошлое - это просто так. Что сделано, то сделано. Честно говоря, я прошел обширную психологическую консультацию и уже заговорил о своем прошлом до смерти. Я не уверен, что у меня есть шансы создать семью, но если у меня когда-нибудь будут дети, они вырастут не такими, как я. Дома ребенок должен чувствовать себя в безопасности. Он не должен бояться сказать или сделать что-то не так. Предполагается, что родитель должен защищать своего ребенка, а не причинять ему вред или позволять, чтобы ему причиняли вред. Я был очень зол, когда умерла моя мама. Я злился, что она сбежала, а я этого не сделал. Ты умная девочка. Я думаю, ты сможешь собрать все воедино.
Не расскажешь ли ты мне о своей семье? Это, должно быть, более счастливая история, чем моя. Я полагаю, твои родители развелись, и твоя мать все еще живет на юго-западе. У тебя есть братья и сестры? Почему-то я представляю, как ты присматриваешь за младшей сестрой или братом. У тебя есть домашние животные? А как насчет кого-то особенного? Детей? Я знаю, ты молода, но в наши дни никогда не знаешь наверняка.
Пожалуйста, не чувствуй себя обязанной отвечать на мои вопросы, если они доставляют неудобства. Я просто хочу узнать тебя получше.
Я уже довольно давно работаю на открытом воздухе. С тех пор, как я здесь, я делал почти все. На фабрике, кухне, в прачечной, уборщиком. Мне платят, если это можно так назвать. Я зарабатываю достаточно, чтобы жизнь была сносной. Сначала я пытался экономить, чтобы иметь возможность что-нибудь съесть, когда выйду, но это всегда казалось таким далеким, и иногда чего-то простого, например, поп-тарта перед сном, было достаточно, чтобы заставить меня продолжать в том же духе. Чаще всего я трачу деньги на предметы гигиены, такие как дезодорант, зубная паста, шампунь, мыло и бритвенные принадлежности. Я также люблю немного перекусить. Еда вкусная, но иногда мы ужинаем рано, или мне это не нравится. Приятно иметь запасной вариант. Конечно, конверты с марками, но это довольно новое изобретение. Я несколько раз покупал такие вещи, как часы, но их всегда ломали или крали. Раньше я курил, но эта привычка стоила слишком дорого, и я бросил. Теперь я проголодался и хочу есть с глазуньей.
Комбинезоны оранжевые, а не в полоску. Это была шутка. В тюрьме нам выдают рабочие штаны и футболки. В моей камере есть раковина, туалет и самодельный стол. Есть окно. Она зарешечена, но все равно недостаточно велика, чтобы я мог туда протиснуться. Я пару раз присматривался к ней. Сейчас у меня нет сокамерника, но раньше он у меня был. Я предпочитаю быть один. Я могу отсутствовать в своей камере большую часть дня.
Мне некуда будет идти, когда я выйду на свободу. Я, вероятно, подам заявление в реабилитационный центр или в приют для престарелых, пока не найду работу, что само по себе должно быть непросто. Существуют программы, призванные помочь. Я узнаю больше, когда получу разрешение на условно-досрочное освобождение. В прошлом месяце я отправил свое заявление в комиссию по условно-досрочному освобождению. Принятие решения может занять до шести месяцев. Если мне откажут, мне придется ждать еще год, чтобы подать заявление. Пожелай мне удачи.
Пожалуйста, напиши поскорее.
Твой друг внутри,
Гарри
p.s. Как ты выглядишь?