Глава 19.2
— Какая встреча! — протянул принц. — Мой незаконнорожденный братец тоже тут!
— Ваше Высочество, — Чонгук с напряженным взглядом склонил голову.
— Вам тоже стало душьно в залье? — прощебетала Момо. — Ещье и шумно…Сколько девушьек ты уже осчастливил танцем, Юнхо?
— Сколько? — принц задумался. — Не помню… Вы не считали, мисс Манобан? — он склонился прямо к моему лицу, обдавая запахом вина.
— Простите, Ваше Высочество, но нет, не считала, — я еле сдерживалась, чтобы не отшатнуться от него.
— Она тоже не считала, — принц пьяно хохотнул. — Никому до этого нет дела, понимаете? Ни-ко-му…
— Ты такой забавьный, Вашье Высочьество, — Момо весело пожала плечами. — Шутьишь все… А как же твой секрьетарь? Он-то точьно счьитал.
— Точно, — кивнув, согласился принц. — Пит считал. Спрошу потом у него. А вы, мисс Манобан, уже использовали свои три танца?
— Нет, Ваше Высочество, только два, — ответила я тихо. Сейчас меня одолевало лишь одно желание: провалиться сквозь землю. Пьяный принц, у которого в голове бродят непонятно какие мысли, Момо, повисшая на руке Чонгука, и сам Гук, на которого я даже боюсь поднять взгляд — вся эта ситуация казалась мне до абсурда неправильной, даже ужасной, и не отпускал чувство, что она ничем хорошим не закончится.
— Значит, у вас есть еще один… — губы принца изогнулись в подобие усмешки. — Не желаете ли отдать его вашему бывшему жениху Чону?
Внутри все похолодело. Он что, провоцирует?
— Ваше Высочество… — начала с трудом я, но меня неожиданно перебила Момо.
— А мьеня никто не жьелает спросить? — воскликнула она возмущенно. — Согласна ли я позвольить им танцьевать? Чонгук — мой женьих, ясно?
Принц хмыкнул.
— И все же, если ты у вас было право выбирать, — он будто не обращал на герцогиню внимания, продолжая смотреть только на меня, — кому бы отдали этот танец мне, кронпринцу, или бастарду?
У меня же сдавило горло спазмом, и я все же глянула на Чонгука. Его лицо в этот момент словно окаменело, губы плотно сжались, а взгляд потемнел от гнева.
— Отвечайте же, мисс Манобан, — потребовал принц и до боли впился пальцами мне в руку.
Я непроизвольно охнула и прошептала:
— Ваше Высочество, пожалуйста…
— Отпустите ее, Ваше Высочество, — холодный голос Чонгука прозвучал неожиданно и пугающе.
— Что? — принц сделал нарочито удивленное лицо. — Это ты мне?
— Вам.
— У бастарда голос прорезался? — вкрадчиво уточнил его высочество. А в следующую секунду он, все же освободив мою руку, шагнул к Чонгуку. — Что ты себе возомнил, ублюдок? — в ладони принца возник ледяной кинжал, острие которого тотчас уткнулось в шею Гука. — Указываешь мне, кронпринцу, что делать? Или метишь на мое место? Что тебе пообещал отец?
— Вы бредите, Ваше Высочество, — сквозь зубы произнес Чонгук. — Ваш отец мне ничего не обещал, — он заметно выделил интонацией слово «ваш».
— Что ты сказал? — лезвие кинжала сильнее вдавилось в шею Гука, и на коже пропустила полоска крови.
Чонгук молча перехватил руку принца с кинжалом, сжав в запястье, и та на глазах стала синеть, покрываясь льдом от пальцев до плеча.
— Пьерестаньте! — Момо отмерла первой. — Чонгук! Вашье Высочьество, одумайтесь! — произнесла она громким шепотом. — Мы на балу! Что подумают гостьи?
Ледяной кинжал исчез, и Чонгук тоже убрал пальцы от запястья принца, и рука того приняла прежний вид.
— Ты за это заплатишь, бастард, — проговорил принц и, отступая, пошатнулся.
— Юнхо, — его поддержала герцогиня, а тот как-то сразу обмяк, чуть ли не навалившись на нее. — Не горьячись. Ты просто выпьил лишку. Утром поговорьите с Чонгуком на свьежую голову. Пит! — позвала она секретаря, который явился практически молниеносно. — Отведьи Его Высочьество в его покои, не видьишь, ему надо отдохнуть… Поспать.
— Но как же… Бал ведь еще не закончился, — пробормотал тот, теперь вроде сам подхватывая принца.
— Сообщишь всьем, что принцу не здоровьится и уводьи его, — заговорщицки произнесла Момо. — Никто не дольжен знать, что Его Высочьество напился, ясно?
И что чуть не подрался. Это ведь скандал, понимаешь? Если это просочьиться за предьелы Акадьемии, завтра будьет в газьетах всех вашьих соседьей! Сомньеваюсь, что принц скажьет тьебе спасьибо за это. Смотрьи, как бы жив остался. И развье мнье это рассказывать тьебе, как поступьить? Счастье, что никто не вьидел, что здьесь происходило! Так уж и быть, идьем, я помогу тьебе все решьить… Ведиьте его в другую дверь… — она махнула, призывая гвардейцев. — Быстро, быстро…Давайте…
Момо подождала, пока вся свита принца выйдет, и, уже последней переступая порог, вдруг обернулась и подмигнула Чонгуку.
— Гук, у тебя кровь… — прошептала я, все еще не решаясь подойти к нему.
— Держи, — из-за моей спины внезапно появился Чим и протянул Чонгуку платок.
— У вас все в порядке?
— В порядке, спасибо, — Чонгук взял у него платок и прижал к ране.
— Что тут произошло? Где принц? — понизил голос Чим.
— Ничего особенного. Принц отлучился ненадолго, он себя не очень хорошо чувствует, — ответила я торопливо.
— Заметно, — ухмыльнулся Чим, понимая, что скрывается за этим не очень хорошим самочувствием.
— Только ни слова о том, что здесь видел, — попросил его Чонгук.
— Могила! — пообещал Чим.
— Платок верну позже, — сказал ему Гук и подошел ко мне, быстро шепнув на ухо:
— Возвращайся к себе в комнату и жди меня там, — после чего стремительно покинул двор.