shy

Тэхен видел такой прекрасный сон: большая поляна, окружённая величественными деревьями, вся освещённая солнечным светом, с длиннющей некошеной травой и дикими цветами. Слышалось громкое щебетание птиц.
Он медленно шёл, с благовением осматриваясь по сторонам. Природа зачаровывала. И казалось, что все вокруг — что-то нерушимое, что-то постоянное.
Но внезапно похолодело, образовались тучи. Вокруг стало серо, некрасиво — небо потемнело почти сразу. Тэхен стал осматриваться в попытках найти укромное место, но такового не было. Деревья исчезли.
Поднялся сильный ветер, трава прогнулась под силой стихии. Птицы замолкли разом — только свист мертвого ветра заполонял уши.
Было неуютно. Ко всему прочему присоединились раскаты грома. По телу побежали мурашки. Становилось страшно. Ветер будто выворачивал все переживания наружу, будто буря внутри выходила, и эта поляна — олицетворение души одного человека.
Тэхен упал на колени и схватился за голову, наклонившись как можно ниже, закрыв уши, — только бы не слышать шум ветра и раскаты грома.
И от кошмара его пробудила холодная вода, которую резко вылили прямо на лицо Кима. Испугавшись ещё сильнее, он рефлекторно подскочил.
От резкого движения на голову обрушилась сильная боль, так что, зажмурив глаза, при этом приглушенно застонав, он рухнул на подушку и зарылся носом в угол дивана. Голова вибрировала.
— Поднимайся, блять, — раздалось совсем рядом. Тэхен медленно повернул голову на голос, и, когда распахнул глаза, ничего не смог разглядеть — все расплывалось. Облизнув сухие губы, он приподнялся в попытках рассмотреть стоящего человека, но из-за слабости в теле схватился руками за спинку и край дивана. Прошло несколько секунд, пока не вернулась способность отчетливо видеть.
Сверху вниз, сложив руки на груди, на него недовольно смотрел Чонгук. Не поняв совершенно ничего, Тэхен уставился на него. Плохое самочувствие ушло на второй план.
Чонгук фыркнул и отвернулся.
— Теперь ты скажешь, что ничего не помнишь, да? — приподнял бровь младший и снова посмотрел на парня.
Тэхен хотел сглотнуть, но в горле безумно пересохло. Он был в замешательстве и все также удивленно продолжал пялиться на Чонгука.
Раздраженно выдохнув, Чон обошёл диван и вернулся уже со стаканом воды. Сжав губы в узкую полоску, он протянул его сидящему.
— Держи.
Ким открыл рот, но закрыл его сразу. Что ему сказать? Как он вообще здесь оказался? Он посмотрел за голову Чонгука: красиво обставленная квартирка богатого сыночка. Ничего особенного. Остановив взгляд на протянутом стакане, он забрал его и высушил до дна содержимое.
Присев на журнальный столик, что стоял напротив дивана, Чонгук с хмурым выражением буравил лицо старшего.
— Если ты очнулся, то вали уже, — кашлянув, выдавил из себя парень и отвернулся.
«Он что, подобрел?» — удивился Тэхен.
— Что я здесь делаю? — произнёс он вслух, но  голос был странный, совершенно не тэхенов. Чонгук поднял глаза на старшего и встретился с его карими, в которых так и читалось непонимание.
— Это у тебя надо спросить. Какого хера ты творил вчера? — сузил глаза Чон.
«Да нет, показалось».
Тэхен издал умирающий звук и, откинувшись на спинку дивана, стал с силой тереть своё лицо. Издав ещё один полустон-полувой он поднял свои руки на уровень глаз посмотрел на них, затем оглядел себя. На нем была белая футболка, явно не из его гардероба.
«Его?» — задался вопросом Тэ.
— Так, давай начнём сначала. Как я узнал твой адрес? Это же твоя квартира? — парень непонятно махнул рукой.
— Да, моя, — Чон выдержал паузу, затем продолжил. — Ты позвонил мне вчера и сказал, блять, что если я быстро не приеду, ты все всем растреплешь, придурок, — с раздражением в голосе закончил младший.
Тэхен вылупил глаза.
— Что?
— Вот именно, какого хуя?
— Где я был?
— Мне пришлось ехать за тобой в гей-бар. Ты места для пьянства получше не нашёл?
Ким рассмеялся на это так, что головная боль снова напомнила о себе. Но улыбка с лица сошла быстро, потому что Чону было не смешно.
— Я не мог.
— Тебе последние входящие показать? Нахуярился, а теперь не помнишь ещё.
Тэхен нахмурился.
— За языком следи.
— Прости, хен, — Чонгук гадко усмехнулся, — но я правду тебе говорю.
Старший закатил глаза.
— Ты невыносим.
— Это ты мне говоришь? Какого хера я должен был тебя забирать? — насупился Чон.
— Не забирал бы! — с вызовом посмотрел Ким.
— Ты угрожал мне, блять.
Тэ цокнул языком и окинул парня безразличным взглядом.
— Тогда отвёз бы домой. Зачем ты привёл меня к себе?
Чон поджал губы.
— Что-то не так, Чонгук-и? — Киму нравилось, когда он загонял младшего в угол. — Мы с тобой недавно говорили об этом. Что ты мне сказал? Что мы не будем ходить друг к другу.
— Я притащил тебя к себе, потому что ты сказал кое-что, — в голосе не было прежнего недовольства.
— И что же я пьяный в хлам сказал тебе? — со смехом проговорил Тэхен.
— Ты сказал, что Чимин не знает.
— О чем ты? — старший в который раз непонимающе посмотрел на парня. — Причём здесь Чимин.
Повисла тишина. Тэ пытался соединить все вместе, но получалось так себе.
— Я приехал, — начал Чонгук. — Ты сказал, что Пак ищет тебя, поэтому домой ехать было нельзя. Если бы он увидел нас вместе, возникли бы вопросы. Потому что, — сделал паузу, — он не знает обо мне.
— Что ты гей? — Тэхен пытался установить зрительный контакт с парнем, который смотрел куда угодно, но не на него.
Сейчас перед ним сидел совершенно другой человек. Ранимый, слабый и запутавшийся в себе и проблемах юноша. Голова была опущена, спина сгорблена. Руки его были сжаты в замок до белых костяшек. Предстала его истинная натура. В конце концов, он поднял свои глаза. И самое явное, что Тэхен там разглядел — страх.
Ответ на заданный вопрос, конечно же, не последовал, потому что он был риторическим. Оба неотрывно смотрели в глаза друг друга. Прошла минута-другая, пока Чонгук не задал волнующий его вопрос:
— Почему ты не рассказал? Вы же так близки, — Чон закусил губу, будто боясь услышать ответ.
— Потому что это твоя тайна, — просто ответил Ким.
— Не понимаю. Тогда почему ты ко мне пристал, если не собираешься никому ничего рассказывать?
— Я собирался забить на тебя хуй. Больно ты мне нужен был, — с горечью усмехнулся Тэхен. — Но чем дальше, тем больше дерьма происходило в моей жизни. А потом я узнал, что ты руку приложил к этому всему. А что ты думал? Что я буду сидеть на жопе ровно? — внутри закипал Тэ, но внешне был спокоен. — И самое первое, конечно же, что пришло мне в голову — рассказать всему универу, что ты не тот, за кого себя выдаёшь, — парень усмехнулся. — Потом я стал размышлять, думать мозгом, в отличие от некоторых, — парень многозначительно посмотрел на Чона. — Пришёл к тому, что у каждого есть причины что-то скрывать. Но даже так, это тебя не оправдывает. За свои поступки принято платить, Чонгук-и.
— И ты уже...
— А что я сделал? — перебил его Тэхен. — Узнал, с кем ты встречаешься?
— Я не знаю, что. Что ты наговорил ему, — бесцветно проговорил Чонгук.
— Если ты так хочешь знать, то я ничего не говорил такого. У нас был очень короткий разговор. Я просто спросил, почему у него все сложно на личном. Точнее, сложно ему не потому ли, что ты не хочешь говорить о ваших отношениях, — помолчав несколько секунд, он продолжил. — Верить или нет — твоё право. Но я не вру.
Чонгук застыл.
— И все, что он сделал после, его взвешенное решение. Я понятия не имею, что у вас там произошло. О вашем расставании ты мне сказал. И, кстати, то, что он тебя кинул, вполне логично.
— Заткнись.
Тэхен продолжал:
— Так что винить меня можешь только в том, что я поговорил с ним. И то, если ты понимаешь, это тупо. 
— Ты сейчас хочешь сказать, что он намеренно порвал со мной, а не из-за твоих слов.
— Я уже сказал то, что имел в виду.
Пауза.
— Я тебе не верю.
— Твое право. Но не всех по себе стоит судить. Я не поступал как ты. Не пятнал твоё имя, блять, в отличие от тебя, — Тэхен протянул правую руку к лицу парня, тремя пальцами схватив того за подбородок. — Ты сам как думаешь, ты правильно поступил со мной? Правильно живешь? Ты думал об этом? — лицо выражало жалость. — Встречаешься с девушкой, пардон, ты с ней спишь, зная, что она безответно влюблена в тебя. Мучаешь парня, который тебе небезразличен, какими-то недоотношениями, — Тэхен говорил жестко, с каждой фразой повышая голос. — Истинное лицо ты хоть кому-то показываешь? Что ты вообще представляешь из себя? Надел тут маску крутого и грубого парня.
— Я...
Тэхен отпустил его подбородок и ткнул указательным пальцем в грудь.
— Ты хоть раз подумал о последствиях? — с каждым вопросом он снова и снова впивался пальцем в мягкую ткань футболки младшего. — О том, что все это несправедливо по отношению к Сольхен, к Югему, ко мне? Насколько же ты всех их ненавидишь, Чонгук? Как сильно ты ненавидишь меня?
— Я не... — ещё раз попытался что-то вставить младший, но Тэхена понесло. Ему предоставилась хорошая возможность — один на один, где нет свидетелей, где есть только они — высказать то, что он так долго хранил в себе без возможности увидеть настоящую реакцию.
— Почему? Почему ты поступил как последняя сука? Тебя хватило только на это? — эмоции, которые он пытался всеми силами похоронить, вылезали наружу. На глаза подступали ненужные слезы, в горле снова стоял ком, который невозможно было проглотить. Но он должен был. — Ты же не такой, ты же точно не такой, — шёпотом добавил Ким.
Чонгук был напряжен до предела: лицо было нахмуренным, нижняя губа слегка подрагивала, на глаза слезы наворачивались, но он не замечал. С невыносимой грустью смотрел на Тэхена, но был не в силах произнести ни слова. Ногтями правой руки впивался в большой палец левой, пытаясь отрезвиться и не уйти в себя больше.
Он сожалел. И старший отчетливо видел это. Сейчас он это видел. Сейчас он чувствовал удовлетворение от того, что видит его настоящего. Сейчас он приходил в себя.
— Откуда ты знаешь, какой я? — надломившимся голосом произнес Чонгук.
Старший рвано выдохнул, разорвав зрительный контакт.
— Я чувствую.
Он придвинулся к уху Чонгука, оставив между своим лицом и его щекой небольшое расстояние. Он слышал его неровное дыхание, чувствовал его напряжение.
— И мне тошно от того, что ты строишь себе образ и действуешь под стать этому образу, — проговорил в ухо и положил с громким стуком стакан, которой до этого держал в левой руке, резко отстранился. Скинув ноги с дивана, он встал, но остановился — все поплыло перед глазами. Оказавшись сбоку, он положил свою руку Чону на плечо и слегка его сжал.
— Это твоя расплата: столкнись с правдой. Ты просто парень с секретами, с разбитым сердцем, у которого нет ни одного друга, готового просто выслушать без осуждения, — Чонгук сглотнул. — Надеюсь, ты понимаешь, что Сольхен рядом только из-за ее великой любви к тебе. Но любовь уходит, так что и она уйдёт, если ты не прекратишь быть мудаком, — голова кружилась, но он продолжал. — Почувствуй и ты себя дерьмово, как чувствовал себя Югем, Сольхен, я. Подумай над своим поведением.
Не оборачиваясь, Тэхен прошёл в коридор.
Чонгук все также сидел на журнальном столике, только глаза бегали, губа закусана. Вытянув руки перед собой, он смотрел как они тряслись.
Ким задел его за живое, заставил задуматься. Все будто рухнуло. Все теперь казалось неправильным. Все не так, как должно было быть. Все сложно.
Всунув ноги в обувь, Тэхен вышел из квартиры, оставив Чонгука со своими мыслями.