26
Проснулась я от сильной тряски. Нашу карету мотало из стороны в сторону, иногда колеса подпрыгивали на ямах, создавая болтанку из людей внутри. Но открыв глаза, я поняла, что подобные неудобства расстраивают только меня. Говорливый пассажир беззаботно похрапывал напротив, пожилые супруги рядом тоже спокойно себе дремали друг у друга на плечах.
Я попыталась вытянуть ноги, но увы, удалось это только наполовину. Едва слышно покряхивая, так, чтобы не разрушить свою легенду, выпрямилась на сиденье и тут же столкнулась с насмешливым взглядом Тэхена. Только сейчас поняла, что его правая ладонь давно забралась мне под курточку и теперь обжигает мою оголенную кожу своими поглаживаниями.
Посмотрела на него укоризненно, но герцогу все весело. Улыбается в пол лица, а пальчики в это время опускаются все ниже, аккуратно отодвигают резинку моих штанов и начинает поглаживать то одну, то другую половинку попы.
Ерзаю от тянущего чувства возбуждения, ну зачем он издевается! Изо всех сил толкаю герцога локтем в бок. Тот охает, но руку убирает. Так просто отступать не хочет. Наклоняется сильно вниз, почти прижимаясь к моему виску, и еле слышно шепчет «Я соскучился…». Вот блин, можно подумать я нет! Не я же придумала эту историю с переодеваниями. А могли бы сейчас ехать с максимальным комфортом. Но нет, кому-то видимо недоставало приключений.
Отодвигаюсь от Тэхена насколько это возможно. Но тут понимаю, что на меня кто-то смотрит. Пристально, пронизывающе. Поднимаю голову. Но нет. Тот пекарь сидит с закрытыми глазами, правда, уже не храпит. Супруги в той же позе. Оборачиваюсь, но и здесь ничего подозрительного. Может показалось?
Мы ехали уже несколько часов. На улице начинало темнеть. Помню Тэхен говорил, что на ночь будет остановка в каком-то постоялом дворе – ночью передвигаться по английским дорогам особенно опасно. Ждала этого с нетерпением! Все мышцы огрубели и окаменели. Хоть в карете было не холодно, нижние конечности почти не чувствовала. Да и с Эдвардом нужно поговорить. Может, пока не поздно, откажемся от этой безумной идеи? Наймем карету и поедем, как люди?
Когда в окне замаячили огоньки деревеньки, я уже мало могла скрыть свою радость. Да и кушать хотелось. И в туалет. Карета въехала внутрь двора, очень большого, огороженного полуразваленными постройками из почерневшего дерева. Радовалась остановке не только я. Все пассажира как-то сразу повеселели, разговорились, бойко выпрыгивали из кареты на мягкий снег и рысцой бежали в самое большое здание.
Постоялый двор мне не понравился. Полная противоположность заведению Густова. Грязно, повсюду было разбросано сено, сломанная мебель и пугающе много проржавевших чугунков. А один единственный длинный стол был заставлен грязной посудой. Мда.
Герцог не отходил от меня ни на шаг, даже когда разговаривал с хозяином и передавал ему деньги. Сильно не вслушивалась в их разговор. Крутила головой туда сюда.
Удивительно, но другие пассажиры казалось были не удивлены обстановкой. Кто-то уже поднимался наверх, другие подсаживались поближе к камину. Меня же не покидало чувство гадливости от этого места.
Даже не поняла, как Тэхен вдруг схватил меня за руку выше локтя и потащил куда-то в сторону.
– Куда мы? – шиплю я, – Комнаты наверху вроде.
– Поверь, нам туда не надо, остановимся в конюшне.
У меня на лоб глаза полезли? Где-где? В конюшне?
Но Тэхен лишь прижал палец к губам и упорно продолжал тащить меня вперед. Мы прошли через кухню, где нас ошалевшим взглядом проводила грузная женщина с взлохмаченными волосами. Видимо повар. Вышли в длинный коридор. Дверь в конце вела не на улицу, а в просторное, довольно теплое помещение.
По стойлам с левой стороны было понятно, что это и есть конюшня, но лошадей здесь почему-то не было. Тэхен уверенным шагом шел вперед. Не доходя несколько метров до больших амбарных створок, герцог толкает одну из дверей и заходит внутрь. К моему удивлению мы оказались не посреди навозной кучи, а в небольшой, но чистой комнатке. Пол земляной, но чисто подметен и везде застелен соломой. Лежит большой матрас, толстый, с виду чистый, на нем пара одеял и еще какие-то комки ткани, напоминающие подушки. Даже таз с кувшином воды есть, стоял на узкой низкой табуретке.
– Мы здесь будем ночевать? – спрашиваю очевидные вещи, все же надеясь, что это шутка.
– Ага, – улыбается и притягивает меня к себе Тэхен, – Романтично, ты не находишь? Запах сена рождаем во мне очень игривые фантазии..
– Ты меня последнее время даже пугаешь со своими фантазиями, – но в то же время улыбаюсь во весь рот. Это и понятно. несколько часов мечтала оказаться в его объятиях. Прижимаюсь ближе, обнимаю его спину, делаю замок руками. Даже не глядя ему в глаза, чувствую его улыбку. Он счастлив так же как и я. Как все это получилось? Когда мы начали ощущать друг друга так безошибочно. Мужчина держал меня в объятиях, а мне больше ничего и не надо было больше. А нет, ошиблась. Когда он положил свой подбородок мне на голову, ощутила вообще что то неземное.
– Здесь безопаснее и намного чище.
– В конюшне? – все еще не понимаю этого его выбора.
– Я не первый раз здесь. Наверху есть кровати, во всяком случае они их так называют. А еще много тех, с кем ты вряд ли хотела бы увидеться.
В недоумении запрокидываю голову.
– Клопы.
– О боже! Нет!.
– Увы, они здесь постоянные жители, в отличие от временных гостей.
– А здесь их нет?
– Ну, – мнется Тэхен, – их здесь на порядок меньше
Бью кулачком ему в грудь. Надеюсь, он это несерьезно.
– Да шучу. Здесь они не выживают, земля проморожена.
– А мы? Мы то выживем?
– Боишься, что замерзнешь? Так ты знаешь, как я могу тебя согреть…
– Тэхен! – кричу полушепотом, – Ты уверен, что мы здесь одни? Подожди! Не развязывай мне лиф. Давай осмотримся.
– Успокойся, малышка, – шепчет мне мужчина почти в волосы, – Я дал хозяину достаточно денег, чтобы нас никто не беспокоил. И я не могу нормально жить, пока не освобожу твою грудь от этой проклятой тряпки!
Мужчина пытается развязать ткань, которую сам наматывал сегодня на меня с утра. Точнее ему удалось это только раза с третьего, первые два… Ну вообщем, не получалось у него сначала.
Сначала хихикала и фыркала, пока Тэ то щекоча, то целуя освобождал меня от одежды. Но когда его руки скользнули вниз стало ну совсем не до смеха. Обнимаю и целую любимого мужчину в губы, та самая страсть охватывает сознанье, тлею, млею, схожу с ума.
На границе сознания показалось, как вдали скрипнули доски. Но разум тут же растворился в языке поцелуев. Показалось.
****
Утро было не самое радостное. После блаженственно сказочной ночи было странно просыпаться от едкого зуда в ноге. Сначала даже не поняла, что это. Но вспомнив вчерашний разговор, вскочила и, напрочь забыв о своей немоте, заорала:
– Клопы! Тэхен! Меня кусают клопы!
Мужчина привстал на матрасе, сонно, еще не понимая в чем дело. Хватает меня за ногу и придвигает к себе.
– У меня там чешется! – тычу я в свою лодыжку – Там точно клопы! Боже! Что делать то?
– Успокойся, – сквозь зевоту говорит мой невозмутимый герцог. А я то думала, что его величество, выросший на пуховых подушках, будет как минимум в панике. Он еще ближе придвигает мою ногу к себе, из-за чего мне приходится сделать еще два прыжка ему навстречу. – Это не клопы. Солома впилась. Смотри.
И спокойно достает кусочки сухой травы, прилипшие к моей коже. С сомнением смотрю вниз. Да, вроде солома.
– Все равно страшно.
– Ну тогда иди сюда, я тебя защищу своим телом.
– Угу, – ложусь рядом и прижимаюсь к горячему мужчине попой.
– О, осторожно, малышка, нам через полчаса выезжать.
– Ну, за полчаса много чего можно сделать, – слышу тихий смех.
– Не сейчас. Но поверь, когда мы останемся в теплом месте в одиночку… Я сделаю такое…
Но договорить ему не дали. Мы услышали, как громко хлопнула дверь и по земляному полу раздалось шарканье чьей-то тяжелой обуви. Тэхен вскочил, быстро натянул рубашку, накинул жилетку, отодвинул засов нашего хлева и вышел. Я тоже не стала терять времени зря. Мужчина вернулся через 5 минут, а я уже была почти готова.
– Ты сама перетянула грудь?
– Ага. Но слегка, не переживай.
– Я все равно переживаю, – вздохнул Тэхен и подошел ближе. Положил свои ладони мне на плечи и заглянул в глаза, – Еще не поздно вернуться. Давай забудем о Бертоне. Останемся здесь, я отправлю в город за экипажем и мы уедем в Лондон и…
– Тэ, я…
– Да, понимаю. Тебе нужно знать правду.
От его хмурого взгляда и мне стало не по себе.
– Я чувствую, что это правильно. Так надо.
– Хорошо. Больше не буду тебя уговаривать. Тогда разворачивайся, я перевяжу тебе грудь и поедем.
– А что с ней не так?
– Ее видно.
– Прям сильно?
– Представь себе, она у тебя очень даже аппетитная…
– Так все, давай.
Вышли мы из нашей конюшни чуть позже чем через получаса, но оказалось, что опаздываем не только мы. Пассажиры то были в сборе, но в карету не садились и оживленно о чем-то разговаривали, жестикулируя руками, а иногда и всем телом. Когда мы с Тэхеном подошли ближе, поняли причину всеобщей паники. Оказывается, куда-то запропастился наш кучер. Вечером лег спать в комнатушке на первом этаже, а утром потом просто пропал. Все склонялись к мысли, что бутылка настойки, выданная ему для согрева вчера вечером, оказалась явно лишней. Куда он мог деться непонятно.
Судьба самого мужчины всех мало интересовала. Но вот кто, поведет карету, оставалось под вопросом. Пока толпа паниковала, а Тэхен всех пытался успокоить, решение нашлось само собой. Откуда не возьмись появился вездесущий Корридж. Запыхаясь, он радостно стал тараторить о своих приключениях. Как он поднял с постели чуть ли не весь муниципалитет этого городка, как навел шороху в местном полицейском участке, как…
Вообщем, за 5 минут мужчина выдал столько информации, что еще больше запутал окружающих. Кое как, путем наводящих вопросов, всем сообща, удалось узнать главное – кучер будет, мужичек из местных. Правда, придется доплатить. Немного повозмущались, наши спутники все же согласились и все дружно вернулись в карету.
Новый кучер пришел минут через 10. Все, в том числе и мы, наконец, вздохнули с облегчением. Но как оказалось, рано.
Мы были в дороге всего часа полтора, когда карета очередной раз сильно подпрыгнула и встала. Раздались недовольные возгласы. Я посмотрела на Тэхена. Но тот только весело подмигнул. Мол, все в порядке. Тогда откуда во мне это чувство тревожности? Неожиданно дверь кареты распахнулась. На нас тяжелым взглядом смотрел хмурый грузный мужчина, наш новый кучер.
– Колесо отлетело. Помощь нужна кого посильнее. Ты и ты – он указал на Тэхена и коренастого мальчишку, сейчас он сидел рядом с нами, – Поможете?
Парень вскочил со своего места, даже не дождавшись окончания слов мужчины. Мой герцог на секунду задумался, но потом пожал плечами и тоже направился к выходу. Пожилой супруг тоже хотел присоединиться, но его еще на подъеме с сиденья подловила жена, процедив сквозь зубы «Хьюберт, твоя спина!». Тот не стал сопротивляться и снова вогрузился на лавочку. Корридж даже не шелохнулся. Ну да, он только разговорами бесить может. А что до настоящей помощи. Блин, когда уже закончится это путешествие.
Из окна обзор был плохой, так что я не видела мужчин. Слышны были только их глухие голоса и стук молотка. Внезапно все изменилось. Сначала раздался крик. Пронзительный, страшный. Кричал тот мальчик, я уверена! Через долю секунды я поняла, что за стеной кареты происходит нечто страшное. Там дрались!
Не думая и не анализируя, что я там буду делать, рванулась к выходу. Дверца больно стукнулась по ноге, но я этого не заметила. Вывалилась на снег, упав на колени. И только сейчас до меня дошел тот самый противный голос из кареты:
– Рон! Этого держи! В красной куртке! – это кричал Корридж. Попыталась обернуться, но меня уже грубо схватили, скрутили назад руки и поволокли вдоль дороги. Я не видела, кто меня взял, но это был не пекарь. Его противная рожа то и дело мелькала у меня перед лицом, когда я вырываясь и пинаясь, пыталась вырваться из пут. Мои брыкания остановили чьи-то руки, легко приподнявшие мое тело в воздухе и затем припечатавшие меня к стенке чужой кареты.
Мгновение и передо мной оказалось лицо Корриджа. Довольная ухмылка этого пресмыкающегося не оставляла надежды на лучший исход. Он внимательно и с интересом рассматривал меня, отчего я ежилась еще больше. Интуиция не обманула. Насмотревшись, он хихикнул, схватил меня за берет и резко дернул его вниз.Со страхом чувствую, как по плечам рассыпаются волосы.
– О! Красотка, я так и знал, – в полном довольстве собой цокает Корридж, – Почти сразу понял, кто скрывается под этим маскарадом.
– Ничего себе! – это говорит подошедший сбоку мужчина, тот самый сменный кучер. Ну теперь все понятно. – Ну ты и кусочек отхватил, Калеб. Какая сладкая, а эти губки..
Мужичина протянул к моему подбородку руку, но лжепекарь с силой ударил его по ладони.
– Убери свои клешни! Товар попортишь, – огрызнулася он, – Лучше иди проверь, че с этим писателем. Мне проблемы не нужны.
– Так там Орландо с тремя своими людьми, уверен, они его уже прикончили.
От этих слов заледенело сердце. Тэхен? Нет, не может быть, просто не может..
А ты иди и проверь! Мужик кажется крепким, иди я сказал!
Тот недовольно бормоча себе под нос, все же отошел от кареты. Мы остались втроем. Огромный парень с необычайно детским лицом еще держал мои руки и шею, не давая сказать и слова. Сам он тоже изображал статую.
– Ослабь хватку, Рон, нам ведь не нужно, чтобы на этой беленькой коже остались синяки. Ведь правда?
Вот, опять вернулась эта его сладость в голосе. Двуличный козел! Но есть хоть один плюс – тот бугай слушается и убирает свои пальцы-сосиски. Уфф, дышать стало свободно, откашливаюсь.
– Какой-то ты неправильный пекарь, – зло выплевываю я.
Тот лыбится и подходит ближе. От запаха чужого мужчины стало тошно. Еще и о чистке зубов он, наверно, не слышал.
– Как и ты малышка. Все мы играем свои роли, – он кладет свои жилистые пальцы мне на шею, – Жаль. Все же синяки останутся. Надеюсь, за три дня пройдут. А теперь в карету! Руки и ноги ей свяжи.
Молчаливый Рон кивнул и полез за веревкой. Да, щас, сдамся я просто так. Размахиваюсь головой насколько это возможно и бью лбом в грудь Корриджу. От неожиданности тот чуть качнулся в сторону, но мне и этого достаточно. Со всей силы кидаюсь в сторону леса, что мне делать там, не знаю. Но оставаться здесь тоже не вариант. Кроме того, нужно узнать, где Тэхен.
Счастье свободы длилось недолго. Через несколько шагов меня настигает тяжелая туша того самого Рона. Он толкает меня в спину, падаю и переворачиваюсь, но уже в следующее мгновение вижу огромный кулак, летящий в голову. Дальше темнота.