18
Чертова девчонка! Я, как полный идиот, бросил свои дела, перерыл весь Лондон, даже посетил парочку светских мероприятий, о чем до сих вспоминаю с отвращением, в поисках Бёртона, а она здесь с посыльным роман завела?? У меня в доме! Ну и наглая особа! С силой пнул дверь в комнату, на что она ответила противно-жалобным скрипом. Подошел к окну, пальцы до боли впились в деревянный подоконник, но я ничего не ощущал, в глазах стоял образ этих двух сладко обнимающихся голубков.
Конечно, это не ревность. Я же не какой-то мужлан. Эта девицы ничего для меня не значит, сейчас она меня интересует только, как ключ к тайне исчезновения мамы. Это все. Но девчонка переходит границы, ведет себя, как распутная баба, причем после наших поцелуев. Я то думал, что приручил ее, может даже чуточку влюбил, это не помешает. И что выкинула Дженни? Напрашивалась шальная мысль сделать ее любовницей, подчинить страстью. Видимо так и стоит поступить. Женщину легко приручить, а уж я в этом деле не последний человек.
– Можно войти – слышу я после слабого стука, улыбаюсь про себя, ну входи, игра началась.
Ей богу, как в первый день страшно. Уж какой у моего герцога взгляд был. Ух, не знала бы в чем дело, подумала, что ревнует. Меня, ой смех, герцог Ким ревнует. За последние несколько дней я уже успела переварить все наши стычки и поняла простую истину – он меня использует. Сначала просто для интереса, теперь с целью узнать тайну исчезновения матери. Так что я не обольщаюсь. Нет, не обольщаюсь, даже, когда он так мило улыбается. Нет, и мне он безразличен. Хоть и стоит в белой полупрозрачной, хлопковой рубашке на голое тело. Да, господи, откуда я это знаю то?? И думаю зачем? Ой, а его поза, грозная что ли, стоит такой, облокотившись на высокую подпорку кровати, и взгляд пронзительный. Играет со мной. Ну посмотрим.
– Вы меня звали? – говорю, как можно тише и смирение. Прям овечка. Не напугаешь.
– Дженни, – голос у него тоже спокойный, не то что 10 минут назад, когда чуть ли не рычал, успокоился, это радует.
– Тебе Чарльз объяснял правила поведения в МОЕМ доме? – оу, еще как, прям доходчиво.
– Конечно, ваше сиятельство, я что, нарушила какие-то правила? – как можно удивленнее моргаю глазами.
Следующее действие я вот никак не могла предугадать. Тэхен вроде медленно отрывается от деревянной балки кровати и в мгновение оказывается рядом. Даже пискнуть не успела, как его ладонь сжала мой подбородок. Ситуация не из приятных, замираю. Тут неожиданно большой палец герцога оказывается у меня на губах. В шоке я пытаюсь что-то сказать, но он одним движением смыкает мои губы.
– Я хочу, чтобы ты уяснила раз и навсегда, – его голос звучит хрипло и от того до дрожи в коленях, сексуально, ну почему я об этом думаю то! – Пока ты в моем доме, целовать и обнимать тебя могу только я, ты поняла?
Мои глаза расширились до размера, превышающего привычные пропорции. Не поняла я, это что за монополия?? Но раскрыв рот, натыкаюсь на тот же палец, смыкающий мои губы.
– Без возражений, – просто отрезал мой герцог, его голос звучал тихо, но властно – Ты принадлежишь мне. Сейчас за твою жизнь никто не даст и пенса. И единственный, кто сможет тебя защитить – я. Надеюсь, это ты поняла?
Киваю. А что возразить то? И так дрожь в коленях, так еще мысли не логичные в голову лезут. Никогда не была рабыней, но сейчас резко захотелось. Интересно, это от его глаз или от ситуации вообщем?
Удовлетворенный моими беззвучными кивками, Тэхен освободил мой подбородок. Ух, а с его пальцами отхлынула и сладко-режущая волна. Что-то со мной не так, это точно.
Тэхен отошел к окну, и хоть его плечи были неподвижны, мне показалось, что он облегченно вздохнул. Показалось.
Прошла минута, две, три, считать стала на третьей, 40 секунда, 45… Повернусь, нет, стоит, смотрит в окно. И тишина, гнетущая, напряженная. Я так не могу.
– Хм, ваше сиятельство – тишина, – ваше сиятельство, – полный игнор,– Ким! – на меня поворачивается удивленное лицо хозяина дома, кажется он вообще забыл, что я здесь.
– Можно я спрошу? – Тэхен, наконец, осознано взглянул на меня и коротко кивнул.
– Говори, – стало немного страшно, одно дело отражать атаку, другое ей руководить.
– Ваше сиятельство, – я чуть не поперхнулась под его черным взглядом, – Тэхен, вы узнали что-то о Бертоне? Просто прошло уже почти две недели и я…
– Я узнал, – оборвал он меня на полуслове, – И собирался тебе рассказать, но ты так была увлечена флиртом с посыльным...., что я даже не знаю, нужно ли оно тебе сейчас?
Закрыла глаза и мысленно посчитала до 5, потом до 10. Говорят, что это успокаивает. Врут.
– Я с Пади, – услышав имя моего мнимого бойфренда, Тэхен сначала напрягся, но потом пренебрежительно хмыкнул. Тоже мне сноб. – Просто дружу. Дружба – это когда разговариваешь с человеком и он тебе не грубит, а отвечает на вопросы, поддерживает тебя. Вам это знакомо?
Уже не сдерживаю язвительности в голосе. Но на моего визави это не действует никак. Он еще раз с пренебрежением оглядел меня и плюхнулся на кресло возле камина. Тоже мне брутал. Отвожу взгляд от его мышц, которые, кажется еще чуть чуть и разорвут ткань рубашки, смотрю ниже… Нет, Дженни, туда смотреть не стоит! Опять утыкаюсь в глаза. А он все поняла! Ухмыляется!
Боже, я все как факел, щеки горят. Что делать то? Он молчит. Упорно смотрю на пуговицу его рубашки, кажется она белая и из нее проглядывают небольшие завитушки волос с его груди… Так все! Здесь о деле надо говорить! Собираю в кулак все свое мужество
И что вы узнали? Вы нашли Бертона?
Тэхен немного дернулся, или мне так показалось, встал и направился ко мне. Машинально отхожу к двери, вот, вот еще немного, блин, она закрыта, упираюсь спиной в дубовые бревна двери. А Тэхен и не торопился, медленно подошел близко, близко, так близко, что я вижу вычурный рисунок на той самой пуговице. Упорно смотрю на нее. И тут слышу тихое:
– Ты так и не ответила. Ты признаешь меня своим хозяином? – почему и когда стали так сильно топить? Вроде в камине чуть тлеют дрова, так почему мне до ужаса жарко? От него мне жарко, от его тела и слов. Разум отключается, подключаются инстинкты, особенно когда он кладет свою ладонь мне на поясницу и нежно, но требовательно сжимает правую ягодицу.
– Да, – лепечу я хрипло.
– Что да?
– Вы мой хозяин.
– А что еще? – его губы блуждают по вмятинке на моей шее, отказывают все мои рецепторы сознания, – Кому ты принадлежишь?
– Вам – это я сказала, а поняла, что сказала только когда его тело буквально впечатало меня в полотно двери, а его губы захватили мои.