«необычная встреча »
Бар жил своей жизнью — огни, музыка, гул голосов. Софья как всегда двигалась точно, как метроном: шейкер, лёд, бутылка, бокал. Ни одной ошибки. Ни одного взгляда в сторону Буланова, хотя знала — он там. Где-то у барной стойки, как всегда, с этим полупрозрачным «двойным джеком» и непроницаемым лицом.
Она вышла на перерыв — на задний дворик, где обычно курят повара и где пахнет сыростью, табаком и чем-то почти родным. Небо было тёмным, воздух — прохладным. Софья прислонилась к стене, закрыла глаза.
И тут — звук шагов. Кто-то вышел из-за угла, и прежде чем она успела среагировать, кто-то врезался в неё плечом. Она потеряла равновесие, чуть не упала, но сильные руки поймали её.
— Осторожно, барменша. Ты же знаешь, я люблю драму, но не в трёх метрах от мусорного бака.
— Буланов? Ты что, преследуешь меня?
— Я? — он усмехнулся, и в голосе мелькнуло что-то дерзкое. — Если бы преследовал, ты бы это почувствовала… гораздо раньше.
Он стоял слишком близко. Лицо в полутени, голос низкий, почти интимный. От него пахло табаком и кедром. Софья подняла бровь, будто не впечатлилась, но шаг назад не сделала.
— Осторожнее, философ. Ты у границы.
— А ты, похоже, из тех, кто специально её чертит — только чтобы посмотреть, кто рискнёт переступить.
Он провёл пальцем по её руке — медленно, как бы невзначай. Она вздрогнула — почти не заметно, но он заметил.
— Ты совсем обнаглел, Буланов.
— Я просто честен. Вот ты, например, снаружи — лёд, внутри — вулкан. Смертельное сочетание. Хочется…
Он на секунду наклонился к самому её уху. — …обжечься. Специально.
Софья выдохнула — коротко, резко. И тут же перехватила инициативу — схватила его за галстук, рванула чуть ближе, на опасную дистанцию.
— Буланов, не рискуй жизнью. Я тебе и шейкером прописать могу.
— Но ты этого не сделаешь.
— Кто знает-кто знает. – Ты ведь не знаешь, что у меня на уме.
— Сделаешь. Ты из тех, кто бьёт, когда нужно. Но пока… ты держишь меня за галстук.
Софья на долю секунды почувствовала, как сердце сжалось. И да, её рука всё ещё крепко держала ткань галстука, а он не отводил взгляда. Не играл. Не дразнил. Он будто читал её — опасно точно, без права на ошибку.
Она отпустила галстук, будто сожглась. Сделала шаг назад.
— Всё. Конец спектакля. Возвращайся к своим коктейлям и своим красоткам.
— А если я хочу остаться здесь?
— А если я хочу, чтобы ты ушёл?
Буланов посмотрел на неё с лёгким сожалением, но без проигрыша в глазах.
— Тогда я уйду. Но не потому что ты сильнее. А потому что ты мне нравишься, Шабаева. А я уважаю границы… если их не снесло взаимностью.
Он развернулся и пошёл к двери. Софья смотрела ему вслед, сердце стучало, как после бега.
Он уже почти скрылся, когда она вдруг сказала — негромко, но чётко.
— Буланов.
Он остановился, не оборачиваясь.
— Следующий перерыв через два часа. Если не сдрейфишь, кофе за мой счёт. Чёрный. Без сахара. Как ты, в общем.
Буланов повернул голову, на губах появилась полуулыбка.
— Как скажешь, барменша. Только учти — я могу увлечься и не только кофе.
Он исчез в дверях. Софья осталась на тёмном дворике, прислонилась к стене, прикрывая глаза.
Она позволила себе одну короткую мысль.
«Ты совсем с ума сошла, Шабаева? Но, чёрт… это будет интересно.»