Глава 52
После занятий прощаюсь с Олегом и подхожу к профессору, чтобы объяснить причину пропусков. Он поздравляет меня со стажировкой и объясняет, что немного перестроил учебный план. Я разговариваю с ним до тех пор, пока Артур не выходит из аудитории. Затем возвращаюсь к себе в общагу и раскладываю на кровати тетради и учебники. Пытаюсь заниматься, но все время опасаюсь, что войдет Юля, Артур или кто-то еще из их друзей, кто постоянно болтается в нашей комнате. Поэтому собираю учебники и иду к машине. Может, найду себе место для учебы в каком-нибудь кафе.
Покатавшись, обнаруживаю на оживленном перекрестке небольшую библиотеку. На парковке – всего несколько машин, так что заезжаю без проблем. Сразу иду в дальний конец читального зала и сажусь возле окна, выложив все свои книжки. Теперь я готова приступить. Это будет моим новым убежищем – идеальным местом для учебы.
– Мы закрываемся через пять минут, – сообщает мне пожилой библиотекарь.
Закрываемся? Смотрю в окно: оказывается, уже стемнело. А я даже не увидела закат. Я была так поглощена чтением, что не заметила, как пролетело время. Безусловно, стоит приходить сюда чаще.
– О, хорошо, спасибо, – отвечаю я и собираюсь.
Проверив телефон, обнаруживаю новое сообщение от Влада.
«Просто хотел пожелать тебе спокойной ночи. Не могу дождаться пятницы». Он действительно очень хороший. Пишу в ответ: «Это очень мило, спасибо. Тоже с нетерпением жду встречи».
Возвращаюсь в комнату, Юли еще нет, так что я залезаю в пижаму и беру с полки «Грозовой перевал». Вскоре засыпаю – с мыслями о Хитклифе и торфяниках.
Первое, что я вижу утром пятницы, – сообщение Олега, что его не будет весь день, потому что Маша приезжает на день раньше, чем он предполагал. Меня посещает желание пропустить литературу, но я гоню его прочь. Я не могу позволить Артуру портить все, что я люблю.
На сборы и прическу (зачесываю волосы назад и укладываю) сегодня трачу больше времени, чем обычно. На улице, кажется, тепло, надеваю флиску с длинными рукавами и джинсы.
Захожу за кофе, и в очереди передо мной оказывается Герман. Он оборачивается прежде, чем я успеваю ускользнуть.
– Привет, Аня, – говорит он.
– Привет, Герман, как дела? – вежливо интересуюсь я.
– Нормально, ты пойдешь сегодня?
– На костер?
– Нет, на вечеринку. Костер будет скучный, как всегда.
– Ничего, я все равно пойду туда, – усмехаюсь я, и Герман тоже хихикает.
– Ну, если будет скучно, всегда можешь зайти к нам, – приглашает он и берет свой кофе.
Благодарю его, и когда он уходит, радуюсь: компания Артура, кажется, не интересуется костром, а это значит, мне удастся избежать встречи с ними.
Наступает время литературы. Прохожу к своему месту, не глядя на Артура. Продолжается обсуждение «Грозового перевала», но Артур молчит. Как только лектор нас отпускает, хватаю свои вещи и почти бегом тороплюсь к двери.
– Аня, – слышу я голос Артура позади меня, но только ускоряю шаг.
Без Олега я чувствую себя более уязвимой.
На улице ощущаю легкое прикосновение к руке. Я знаю, что это он, по тому, как покалывает кожу.
– Что? – кричу я.
Он отступает и протягивает мне блокнот.
– Ты уронила.
В душе борются смущение и разочарование. Когда же меня перестанет терзать эта боль! Вместо того чтобы пройти, она только сильнее день ото дня. Я не должна признаваться себе, что люблю его, – если я буду продолжать отвергать правду, возможно, боль исчезнет сама.
– Ой, спасибо, – бормочу я, хватая блокнот.
Он скользит по мне взглядом, и мы смотрим друг на друга – до тех пор, пока я не осознаю, что мы стоим на тротуаре, посреди толпы студентов. Артур встряхивает волосами и закидывает их назад. Потом разворачивается и уходит. Я забираюсь в машину и еду прямо к Олегу. Я не собиралась приезжать раньше пяти, а сейчас только три, но я не могу сидеть в одиночестве. У меня действительно что-то случилось с психикой после того, как в моей жизни появился Артур.
Карен с широкой улыбкой открывает дверь и приглашает меня внутрь.
– Я пока одна дома. Маша и Олег пошли в магазин кое-что мне купить.
– Ничего, простите, что я пришла так рано.
– А, не извиняйся. Можешь помочь мне с готовкой!
Карен протягивает мне разделочную доску и несколько луковиц и картофелин. Она болтает о погоде и предстоящей зиме.
– Аня, ты все еще хочешь помогать мне в теплице? Там климат-контроль, так что зима нам не страшна.
– Да, конечно. Я очень бы хотела.
– Замечательно, значит, завтра? В следующие выходные я буду немного занята, – шутит она.
Свадьба! Я почти забыла. Пытаюсь улыбнуться в ответ.
– Да, хорошо.
Жаль, что мне не удалось позвать Артура, но это оказалось невозможно, тем более это невозможно сейчас.
Карен ставит курицу в духовку и собирается накрывать на стол.
– Артур придет сегодня на ужин? – спрашивает она, когда мы раскладываем приборы.
Она явно пытается казаться беспечной, но я вижу, что она нервничает.
– Нет, он не придет, – отвечаю я, уставившись в пол.
Она останавливается и смотрит на меня.
– У вас все в порядке? Не думай только, что я спрашиваю из любопытства.
– Ничего, все в порядке, – говорю я. – Не думаю, что у нас все хорошо.
– Ой, дорогая, так обидно это слышать! Я думала, между вами действительно что-то было. Но я знаю, как это трудно – быть с кем-то, кто боится показать свои чувства.
Эта тема действует на меня очень странно. Я даже с матерью не могу обсуждать такие вещаи, но Карен так открыта, что я способна говорить с ней об этом.
– Что вы имеете в виду?
– Ну, я не знаю Артура так хорошо, как хотела бы, но знаю, что он очень закрыт эмоционально. Самвел ночами не спит, беспокоясь о нем. Он всегда был трудным ребенком. – Ее глаза блестят. – Он даже маме не может сказать, что ее любит.
– Что?
– Он просто не станет об этом говорить. Не знаю почему. Самвел не может вспомнить, чтобы Артур хоть раз сказал кому-то, что он его любит. Это действительно печально, не только для Самвела, но и для Артура тоже, – она вытирает глаза.
Тому, кто отказывается говорить кому-либо, даже собственным родителям, что он их любит, ничего не стоит выплеснуть на меня ненависть.
– Он… его очень сложно понять. – Это все, что я могу сказать.
– Да-да, это точно. Но, Аня, я надеюсь, ты все равно придешь ко мне на свадьбу, даже если у вас с ним не сложится.
– Конечно, – отвечаю я.
Почувствовав перемену настроения, Карен переключается на теплицу. Мы ждем, когда еда будет готова, а затем раскладываем все на столе.
Неожиданно Карен прерывается на полуслове и расплывается в улыбке. Я поворачиваюсь и вижу, как в кухню входят Олег и красивая девушка с вьющимися волосами. Я знала, что она будет прекрасна, но Маша даже красивее, чем я предполагала.
– Привет, ты, наверное, Аня, – говорит она, опережая Олега, уже открывшего рот, чтобы представить нас друг другу.
Она тут же подходит и обнимает меня, я обнимаю ее в ответ.
– Маша, я о тебе так много слышала, хорошо, что мы наконец-то познакомились! – говорю я, и она улыбается.
Олег провожает ее взглядом и обнимает Карен, после чего садится на табурет.
– Мы прошли мимо Самвела. Он как раз заезжал в гараж, будет с минуты на минуту, – сообщает Олег матери.
– Замечательно, мы с Аней уже накрыли на стол.
Олег идет к Маше, обнимает за талию и ведет к столу. Я занимаю место напротив них и оглядываюсь на пустующий стул рядом с собой, поставленный Карен «для симметрии». Мне становится немного грустно. В другой жизни Артур сидел бы рядом и держал меня за руку, как Олег Машу, и я могла бы опереться на него, не опасаясь быть отвергнутой. Уже жалею, что не пригласила Влада; конечно, вышло бы очень неловко, но обедать в обществе двух счастливых пар еще хуже.
От размышлений меня спасает Самвел. Прежде чем сесть, он подходит к Карен и целует ее в щеку.
– Ужин выглядит замечательно, дорогая, – говорит он и игриво кладет салфетку на колени. – Маша, ты с каждым разом все красивее. – Он улыбается ей и поворачивается ко мне: – Аня, поздравляю тебя со стажировкой. Мне позвонили и все рассказали. Ты произвела положительное впечатление.
– Еще раз спасибо вам, это просто замечательная возможность, – улыбаюсь я.
Все умолкают, увлеченные курицей, оказавшейся очень вкусной.
– Извините, я опоздал, – слышу я из-за спины.
Вилка падает у меня из руки прямо на тарелку.
– Артур! Я не знала, что ты придешь! – ласково говорит Карен и смотрит на меня.
Я отворачиваюсь. Сердце стучит быстрее.
– Да, мы же обсуждали это на прошлой неделе, Аня? – улыбается он своей жесткой улыбкой и занимает место рядом со мной.
Что с ним? Почему он просто не может оставить меня в покое? Я знаю, отчасти я сама виновата, что поддаюсь ему, но ему явно нравится играть в эти кошки-мышки. Все смотрят на меня, я киваю и поднимаю вилку. Маша явно смущена, а Олег обеспокоен.
– Ты, наверное, Мия? – спрашивает ее Хардин.
– Маша, – мягко поправляет она.
– Да, Маша, без разницы, – бормочет он, и я бью его под столом по ноге.
Олег впивается в него взглядом, но Артур, кажется, не замечает. Самвел и Карен разговаривают между собой, Маша и Олег – тоже. Я сосредоточенно ем, обдумывая пути отступления.
– Как тебе вечер? – небрежно спрашивает Артур.
Он знает, что я не хочу устраивать сцену, и пытается вывести меня из себя.
– Хорошо, – спокойно отвечаю я.
– Хочешь узнать, как у меня дела? – ухмыляется он.
– Нет, – бормочу я и беру еще кусок.
– Аня, это твой автомобиль снаружи? – спрашивает Самвел.
Киваю.
– Да, я наконец-то купила себе машину! – говорю я несколько напряженно, надеясь, что все остальные присоединятся к разговору, чтобы не общаться исключительно с Артуром.
Артур поднимает бровь.
– Когда?
– На днях, – отвечаю я. – В тот же день, когда ты говорил со мной об игре, помнишь?
– Да ну, где ты его взяла?
– В магазине – отвечаю я.
Вижу, что Маша и Карен стараются скрыть улыбки. Почувствовав возможность отвлечь внимание от себя, спрашиваю:
– Маша, Олег рассказывал, ты думаешь о балетной школе?
Она рассказывает нам о своих планах переезда. Олег искренне радуется за нее, несмотря на расстояние, которое будет их разделять. Когда Маша замолкает, Олег смотрит на телефон и говорит:
– Что ж, нам пора выдвигаться. Костер ждать не будет.
– Что? – восклицает Карен. – Ладно, но возьмите с собой хотя бы часть десерта!
Олег кивает и помогает уложить еду в контейнеры.
– Ты собираешься поехать со мной? – спрашивает Артур.
Я оглядываюсь, не совсем понимая, к кому он обращается.
– Я тебе говорю, – поясняет он.
– Что? Нет, ты же не собирался ехать.
– Собирался. И поскольку ты не можешь меня остановить, тебе остается поехать со мной. – Артур улыбается и пытается положить руку мне на бедро.
– Что с тобой, одурел? – говорю я, понизив голос.
– Мы можем поговорить на улице? – спрашивает он, указывая взглядом на отца.
– Нет, – тихо отвечаю я. Каждый раз, когда мы с Артуром «разговариваем», я в конечном итоге рыдаю.
Но Артур вскакивает и, схватив меня за руку, заставляет подняться.
– Мы будем на улице, – объявляет он и тянет через гостиную к выходу.
Когда мы оказываемся на улице, я выдергиваю руку и предупреждаю:
– Не прикасайся ко мне!
Он пожимает плечами.
– Извини, но ты не собиралась со мной идти.
– Потому что я не хочу.
– Я извиняюсь. За все, ладно?
Его глаза шарят по моему лицу.
– Ты извиняешься? Ты не извиняешься, Артур, ты просто хочешь мне навредить. Остановись! Я измучена и исчерпана этим постоянным противостоянием с тобой. Разве нет кого-нибудь, с кем ты можешь играть? Блин, да я готова помочь тебе найти какую-нибудь бедную невинную девочку, чтобы ты ее мучил, а меня оставил в покое.
– Я этого не хочу. Знаю, что я тебя издергал, но не понимаю, зачем я это делаю. Но если ты дашь мне один шанс, только один, я перестану. Я пытался держаться от тебя подальше, но я не могу. Ты мне нужна… – Он смотрит в пол и трет носком одного ботинка о другой.
Его тон заставляет меня сдерживать слезы; я уже достаточно тешила его эго.
– Стоп! Остановись. Ты не устал от этого? Если бы я была тебе нужна, ты бы не относился ко мне так. Ты сам мне об этом сказал, помнишь? И после этого ты уже не можешь появиться и делать вид, что ничего не случилось.
– Я не хотел. Ты же знаешь, я не хотел.
– Значит, ты признаешь, что сказал это только для того, чтобы сделать мне больно? – Я смотрю на него в упор.
– Да… – Он продолжает глядеть в пол.
Я запуталась; то он говорит, что хочет от меня большего, то целуется с Настей, то говорит, что любит и просит простить. Теперь он снова извиняется?
– А почему я должна прощать тебя только потому, что ты признался, что хотел сделать мне больно?
– Еще один шанс! Пожалуйста, Ань! Я расскажу тебе все! – умоляет он.
Он смотрит на меня сверху вниз, и я почти верю страданию в его глазах.
– Я не могу, мне надо идти.
– Почему я не могу пойти с тобой? – спрашивает он.
– Потому что… потому что я встречаюсь с Владом.
Я смотрю, как меняется его лицо, и теперь оно напоминает мое. Я еле сдерживаюсь, чтобы не пожалеть его. Но Артур сам во всем виноват. Даже если он что-то и чувствует, уже слишком поздно.
– С Владом? Так вы что, встречаетесь? – с отвращением спрашивает он.
– Нет, мы об этом даже не говорили. Мы просто… Я не знаю, просто вместе проводим время.
– Не говорили об этом? А если бы он спросил тебя, что бы ты ответила?
– Я не знаю… – И, честно говоря, действительно не знаю. – Он хороший, и добрый, и хорошо ко мне относится.
Почему я объясняю ему про этого парня?
– Аня, ты даже не знаешь его, ты не знаешь…
Входная дверь распахивается, и Олег нетерпеливо спрашивает:
– Готовы?
Он бросает на Артура короткий взгляд; тот кажется таким беззащитным и даже… убитым горем.
Завожу машину и еду за Олегом, выворачивающим на дорогу. Я не могу не смотреть на Артура, который еще стоит на крыльце и по-прежнему глядит мне вслед.