23.06.19
Дорогой дневник, я не могу в это поверить, но... Аня попросила у меня прощения!
И я в первые в такой ситуации, когда не знаю, что ответить.
Расскажу все сначала. Началась первая пара, мы с Настей сели вместе за третью парту, а Аня аж за последнюю на второй ряд. Раньше мы всегда садились за самую большую парту, чтобы поместиться втроем, а теперь...
Я уже начала доставать тетради, пенал, свои блокноты с рассказами, как ко мне подошла Аня. Я молча посмотрела на нее. Мое лицо не выражало ничего. Ни злость, ни страх, ни раздражение, ни обиду. Оно было полностью расслабленным.
Она наклонилась и извиняющимся и заикающимся голосом спросила, могу ли я прийти после этой пары в туалет, так как ей нужно сообщить нечто важное.
Меня сразу поразил ее голос, совсем не похожий на тот, который был в тот день. И наверное, это заставило меня согласиться. Стало просто любопытно. Я скромно кивнула, и Аня села на свое место.
В итоге, вместо того слушать новый материал и записывать за преподавателем, я думала о том, что мне может сказать Аня. Живот начинало неприятно сводить от волнения.
Наконец, пара закончилась, и я кинулась в туалет, хотя Настя кричала мне подождать. Она восприняла просьбу Ани как очередное издевательство надо мной, и настойчиво отговаривала идти. Но меня уже буквально разрывало на части от любопытства, я быстро побежала к женскому туалету.
Сначала зашла я, потом Настя, а потом уже и Аня. Мы с Настей прислонились к стене и уставились на Аню. Я с любопытством и волнением, а она с раздражением и недоверием.
Аня сделала глубокий вдох и немного растерянно начала говорить о том, как ей жаль, какая она плохая подруга, что она предала меня, заставила меня пережить самый страшный кошмар в моей жизни.
Пока она говорила, Настя презрительно фыркала. Ясное дело, что она не верила в слова Ани. Я и сама не верила. Мне было слишком больно смотреть на нее, слышать ее голос, потому что я сразу вспоминала ее жестокую улыбку в тот день. Эта была улыбка человека, который ни о чем не сожалеет.
Видимо, я молчала так долго, что когда Насте пришлось порепать меня по плечу и спросить, в порядке ли я. Она уже хотела увести меня из туалета, как Аня опустилась на колени и начала как заклинание повторять слова «Прости меня». А еще она плакала.
Мне стало не по себе. Не буду врать, что у меня защемило сердце, когда я увидела ее слезы. Ненавижу когда люди плачут. Когда вижу чужие слезы, мне кажется, что я готова закрыть глаза даже на самые страшные поступки человека. И это тоже, наверное, ненормально...
Можно назвать меня злопамятной. Другой бы человек на моем месте, может быть, простил бы ее сразу, но... я так не могу. По крайне мере, мне нужно время, чтобы как следует все обдумать, ведь мне все еще больно.
Как бы я хотела, чтобы того дня просто не было...