5 глава
— Мистер Пак, не сдерживайтесь, — прошептала я, касаясь его оголенного торса. Чимин схватил меня за бедра и, как голодный зверь, набросился на мою шею, оставляя влажные поцелуи. Он прижал меня к столу, на котором не раз уже сам мечтал меня взять. Его руки скользили по талии, бедрам. Он подхватил под коленки, усадив на поверхность стола, и скинул рукой какие-то папки, которые совсем были некстати.
— Тише, Розанна Пак, тише… — нашептывая на своем шведском, он будоражил мурашки на моей шее, вызывая острое желание кричать громче. Его руки были везде, но мне было мало. Грубые толчки, из-за которых дрожал стол, мои ноги, все тело.
Резко открыв глаза, я одной рукой вырубаю будильник, который пытался пробудить меня уже в сотый раз подряд. Утро начинается не с кофе. Вот вообще нет. Оно начинается с криков о том, что я опаздываю на занятие Пака, и трехэтажного мата, который не прекращается вплоть до боевой готовности.
Собравшись быстро на улицу, я завязываю хвостик на ходу, захватив поясную сумку. На улице, как и следовало ожидать, уже стоял Пак, что-то читая в телефоне. Услышав, как открывается дверь, он лишь отошёл от перил, даже не посмотрев на меня.
— Штраф — три круга.
— И Вам доброе утро, Мистер Пунктуальность, — пробубнила себе под нос, в надежде, что он ничего не слышал, пока закрывала дверь. — Могли бы хоть доброе утро сказать ради приличия, — уже чуть громче добавила я.
— Доброе утро, Розэ, — он улыбается, подняв голову и смотря на меня. — Штраф — три круга.
— У меня задница после прошлого раза не прошла еще, — убирая ключи в небольшую сумочку, смотрю на его лицо, на котором улыбка стала более хитрой.
— После меня у тебя не только задница болеть будет, — ответил мужчина, наблюдая за моей реакцией, но после познавательного перевода от Чона пару дней назад, я всем видом решила не показывать удовольствие от всех этих фраз. Пусть думает, что мне это не интересно, хотя, кого я обманываю? Лишь саму себя. Меня очень привлекает сама мысль узнать, какие фразочки говорит Пак в постели, раз такое он говорит, еще не дойдя до нее.
— Побежали, Розэ, — кивнув в уже привычную сторону, он в этот раз решил добраться до стадиона трусцой.
Я быстро догнала его и бежала рядом, что, в принципе, ни у кого не вызывало удивления. Здесь часто бегали, а увидеть бегающую парочку не проблема. Проблема лишь в том, что мы не парочка. Он — мой учитель, а я — его студентка и, как бы интересны не были мои фантазии и желания, реальность сурова. Тот поцелуй был действительно ошибкой, которую мы ни разу не обсуждали и не собираемся. Обоюдное понимание того, что мы сделали в порыве мимолетной страсти, несказанно радует, ведь я сказала и то, чего не должна была. Какая, к черту, целеустремленность и желание большего? Где был мой здравый рассудок в этот момент? Уехал на Галапагосские острова и затонул на дне Тихого океана?
Я не идиотка, я прекрасно понимаю, что между нами ничего нет и быть не может. Он все еще мой учитель, а я все еще его студентка. Я сама не раз говорила ему о возможных проблемах нашей близости, хоть и шуточно, но проблемы были реальны, особенно теперь, когда шанс нарушить запрет стал сильнее. Нам действительно не поздоровится, если хоть кто-то узнает, что между нами что-то есть, потому что он был прав. Восстановить репутацию намного сложнее, чем кажется на первый взгляд, а фамилию Пак позорить — себе дороже. Тетушка мне голыми руками шею оторвет, если что-то пойдет не так и фамилия окажется запятнана.
Добравшись до стадиона, не сбавляя темпа, я побежала на свои штрафные круги. Да, сразу на три штрафных, и это без остановки от дома. Мне определенно стало легче бежать, что радует и огорчает одновременно. Видимо, я так часто делала ошибки, что набегала на нормальные легкие. Это плохо. Кинув взгляд на Чимина, который решил на это время зависнуть на турнике, я вспомнила утренний сон. В последнее время подобные сны стали слишком частым явлением в моем ночном царстве, что тоже вызывало двоякие ощущения. Это и радовало, ведь во сне мы делали все, что хотели, но и пугало. Наши страсти заходили так далеко, что звучал звонок, и заходили студенты, а мы что? А мы пытались избежать прицела камер и позора, и все чаще не успевали… Может, это намек, что мы ходим по тонкому льду?
Я подбежала к нему, когда он еще подтягивался, и встала перед ним.
— Так быстро? — он удивленно смотрит, спрыгивая на землю. Да, так быстро, представляешь? Скоро и тебя обгоню!
— Иногда бывает, — пожав плечами, отхожу немного назад и окидываю взглядом мужчину, который в открытую рассматривал меня, словно задумавшись над чем-то.
— Подтягиваться умеешь?
— С какой целью интересуетесь?
— Думаю, как тебя еще можно помучать, потому что сейчас будет тест.
— И как это связано?
— Каждый неправильный ответ — одно подтягивание.
— Отличное наказание, — я ухмыляюсь, подходя ближе, и молча хватаюсь за турник обратным хватом. Начав подтягиваться, я поняла, что мне приносило особое удовольствие наблюдать за тем, как брови Чима поднимаются к небу. Годы фехтования дали свои плоды. У нас должны быть очень крепкие и выносливые руки, чтобы подолгу держать шпагу и не уставать.
Спрыгнув на седьмом подтягивании, я скрестила руки на груди и с довольной улыбкой посмотрела на Пака.
— Это все, что ты можешь? Я ожидал большего, — вернув своему лицу привычную ухмылку, он сделал вид, что его это вовсе не удивляет. Ах ты ж сукин сын! Ладно. Я подошла ближе, почти в упор, переместив руки на бедра, и с довольной ухмылкой посмотрев в эту наглую морду.
— Не хотела принижать ваше мужское достоинство, ведь отжимаюсь и подтягиваюсь я лучше Вас.
— Хочешь проверить? — он улыбается, начав расстегивать куртку и оставаясь в одной футболке, которая просто идеально сидела на нем. Господи, он — Аполлон в чистом виде.
— Если я выиграю, то Вы ставите зачет по одному из трех разделов.
— Договорились.
Я с улыбкой отхожу и стягиваю ветровку и сумку, кинув рядом с его вещами. Первым начал подтягиваться он, а я громко считала вслух, не забывая разглядывать его руки, которыми он хватал меня. Во сне, но все же, как же крепко это чувствовалось даже через сон. Хотелось ощутить эти руки снова на себе, как тогда в клубе, когда он невесомо, как истинный джентльмен, придерживал меня за талию. Так, стоп. Прочь из головы все эти мысли. Нет, нет, нет, пожалуйста. Уйди из моих мыслей.
— Все-все! Халтура пошла, мистер Пак, — я подошла ближе, а он спрыгнул с турника. — Семнадцать.
— Восемнадцать.
— Последний не считается, это была халтура чистой воды, а Вы сами говорили: «Ответ, написанный на половину, больше минус, чем плюс», — прищелкнув языком, я улыбнулась, пока мы менялись местами.
С легкостью повиснув на турнике, я стала подтягиваться. Здесь, как в беге, главное — сохранять скорость. Не пытаться рывками как можно быстрее, а ровно держать один темп. Плечи уже начинали ныть от боли, когда счет перевалил за десять. Лишь один раз в жизни, во время сдачи нормативов, я подтягивалась пятнадцать раз, но Чимину это знать, конечно же, не обязательно. Пусть думает, что могу намного больше, даже если я сделаю еще хоть раз, и мои руки отвалятся.
Поняв, что дальше пойдут дерганья больного ужа, а не нормальные подтягивания, я красиво спрыгнула и посмотрела на учителя.
— Впечатляет, но мало. Пятнадцать.
— Отжимания, мистер Пак, — прерывая дальнейшие слова, я указала на ровную поверхность и встала рядом.
— Не боитесь проиграть, мисс Розанна? — он ухмыльнулся, но принял упор лежа и начал отжиматься. Когда он, как нефиг делать, отжался тридцать раз, я решила усложнить задачу учителю и села ему на спину. Чимин остановился на прямых руках, повернув голову в мою сторону.
— Решила мне спину сломать?
— Я не настолько жирная!
— Конечно, ты ведь косячишь в каждом тесте. Я про то, что ты села на поясницу. Если хочешь усложнить, сядь нормально, а не ломай мне спину, — ответил Пак, не двигаясь. Ох, ну ладно.
Я наклонилась немного вперед, всем телом ложась на его спину и вытягивая ноги. Сложив руки на плечах Александра, я упираюсь в него, заметив, как лицо мужчины стало напряженнее. Он продолжил отжиматься, но его темп уже явно стал медленнее.
— Хитрюга мелкая, — смеется мужчина, выпрямив руки, а мне лишь остается довольно улыбаться. Он пытается отжаться еще разочек, но лишь падает, и я скатываюсь на землю с его спины.
— Я лишь способствую своей оценке. Пятьдесят один.
— Если бы не ты, было бы больше.
— Хорошо, что есть я.
Приняв упор лежа, я начала отжиматься, успев отдохнуть за время после турника. Надеюсь, мозгов у Пака хватит, чтобы не садиться на меня, чтобы отомстить, потому что у меня есть все шансы, чтобы обогнать его. Все, что связано с руками и ногами, от приседов до отжиманий, всегда было легко. Спасибо спорту, которому я посвятила не один год, и который теперь дает приличную фору на многих занятиях.
Неожиданно лицо Чимина оказалось под моим, из-за чего я резко остановилась и посмотрела на учителя, слегка выгнув бровь.
— Не думала же ты, что я оставлю все так просто?
— Если Вы думаете, что меня остановит Ваше лицо, то сильно ошибаетесь. У меня иммунитет на Вашу физиономию, — пытаясь сохранять самообладание, я продолжила дальше отжиматься, предварительно отвернувшись в сторону так, чтобы лицо Чимина касалось моего уха и волос, а не губ. Мне нужно было лишь на пару раз сделать больше него и все, но Пак продолжал мешать, играя с моими волосами и щекоча мой нос. Когда он начал моими волосами касаться груди, я упала от неожиданности, тут же перекатившись в сторону.
— Сорок семь, — он ухмыльнулся, встав с места одним рывком, словно ничего не произошло. — Это было близко.
— Сука,.
— Я лишь способствую твоей оценке, — подмигнул Пак, взяв свою кофту с земли и протягивая мне мои вещи. Я с недовольством смотрю на него, но все-таки мне приходится принять поражение, надевая ветровку. Он протягивает мне планшет с тестом и, недолго думая, я перехватываю его в свои руки, сев на скамью.
— Не стоит так переживать за работу, главное, думай и не спеши, — сказал Чимин, сев чуть дальше от меня, чтобы не отвлекать.
Я не знаю, сколько мы так просидели, но мои мозги уже кипели от этих букв и слов. Но все же, уроки с Паком и Чоном давали плоды. Я понимала большую часть слов и могла спокойно ответить на некоторые вопросы, даже не задумываясь. Когда я ответила на крайний вопрос, у меня уже не было сил как-то язвить шведу, поэтому молча отдала планшет. Пока Пак проверял, я невольно изучала каждую деталь его лица, которое было напряженным.
— Итак, мисс Розанна, — он поднял голову, блокируя экран планшета, и посмотрел на меня. — Какое мороженое ты любишь? — он улыбнулся уголками губ.
— То есть… Все хорошо? — поддаваясь вперед, я начинаю медленно вставать со скамьи. Пак кивает, а мне приходится приложить титанические усилия, чтобы не закричать от счастья. Боже, да! Я сдала один микрозачет! Неужели, это правда?
— Тут кафе было рядом, пойдем, — Пак кивнул, все еще с улыбкой смотря на меня и направляясь в сторону кафе.
— Я люблю шоколадное. И малиновое. А Вы?
— Ананасовое с манго, и ванильное.
— Ананасовое? Серьезно? — кусая нижнюю губу, чтобы не засмеяться в голос, я отвернулась в другую сторону. В моей голове ни одной приличной мысли, как, собственно, и в его.
— Имеешь что-то против ананасов?
— А Вы часто их кушаете?
— Достаточно часто, Розэ. Никогда не знаешь, что будет вечером, а ананасы всегда утоляют голод, — с ухмылкой ответил учитель, кинув косой взгляд в мою сторону, из-за чего в голове всплывают его похотливые ответы на шведском.
— Сексуальный или физический? — в тон с довольной ухмылкой я смотрю на его лицо. Он прикрыл глаза и опустил голову, продолжая улыбаться, но почему-то старательно пытаясь это скрыть от меня. О, да, я поставила Мистера Пака в неловкое положение. Как же в нем много харизмы, даже когда он не смотрит на меня! Остановите Землю, я хочу, чтобы он споткнулся в мои объятия.
— А ты, я смотрю, знаток? — он открывает передо мной дверь, пропуская внутрь кафе. Я быстро окидываю интерьер взглядом, отмечая уютную атмосферу с первого шага сюда. Это не в стиле Кореи, но безумно уютно и классно.
— А Вы хотите проверить? — мне не нужно смотреть за спину, чтобы знать, что он сейчас улыбается. Может, во все тридцать два, может, лишь уголками губ, но он точно улыбается. Я заняла столик в углу, подальше от окна, на случай, если вдруг кто-то из знакомых решит пройти мимо, и ожидала Пака. Он сел напротив через несколько секунд, а за ним шел официант с меню. Я уже хотела сказать, что нам не нужно меню, но Пак опередил меня. Правда, ответ был совсем другой…
— Выбирай, а то ты и не позавтракала даже небось, — он протягивает мне меню и берет себе второе, внимательно изучая содержимое.
— Мне латте и сэндвич с курицей, — немного поразмыслив, я вернула меню и продолжила в наглую рассматривать Чимина, который тоже уже заказал себе кофе и десерт. Мы сидели молча какое-то время, пока я не решилась разрушить эту неловкую тишину:
— Почему Вы переехали в Корею?
— После смерти отца я не хотел жить в Швеции. Многое напоминало о нем, а мы были очень близки, поэтому я решил переехать, — спокойно ответил Чимин, откинувшись на спинку стула и посмотрев в мои глаза. Он любил отца, это было понятно еще тогда, когда он просил меня извиниться перед мисс Ли. Он всегда вспоминал о нем с теплом, как и сейчас.
— А работать начали учителем?..
— О, нет. Он не был профессором, у него был свой бизнес, в который он пытался затянуть и меня.
— Но Вы выбрали преподавать?
— Да, но и бизнес тоже веду после него в Швеции. Преподавать я начал, потому что мне нравится это делать, — он перевел взгляд в сторону официанта, который принес нам завтрак, и взял свой эспрессо.
Пак Чимин— это сплошная эстетика и загадка. Он похож на старинный замок, который так и манит открыть дверь, но ты осознаешь, что если это сделаешь — обратного пути не будет. Он полон тайн и красных нитей, которые хочется распутать, чтобы пройти как можно дальше его бесконечно пустыми коридорами. Он выглядит пугающим, жутким, но в нем лишь холод, потому что внутри давно никто не жил. Каждая черточка лица, каждое движение, каждая линия вен — все прекрасно. Я не могла перестать смотреть на него, словно он — скульптура Леохара «Аполлон Бельведерский». Нельзя так влюбляться в своего учителя. Это закончится очень плохо, я уверена.
Быстро позавтракав, периодически перекидываясь какими-то фразами и короткими рассказами о жизни, я даже не заметила, как пролетело время. Чимин попросил счет, пока я допивала последние глотки своего латте, и, когда принесли чек, я тут же потянула его к себе, чтобы посмотреть сумму.
— Даже не думай сейчас оплачивать, Розэ, — произнес Пак, оплатив счет через телефон буквально за три секунды.
— Даже не думайте, что я Вам позволю платить за меня. Я в состоянии оплатить себе завтрак, — вытащив из сумки семь фунтов, я вложила их в руки учителя и встала с места. Паком встал следом, подходя ко мне со спины и засунув деньги в карман кофты, оставляя руки на моей талии, из-за чего по телу пробежался табун слонов.
— Ты очень сильная девочка, Розэ, и я очень уважаю это, но это я угостил тебя за хорошую работу сегодня, поэтому не стоит показывать свой характер сильной и независимой девушки, — прошептал Чимин, все еще держа свои руки на моей талии, из-за чего мозг немного начинал отключаться от его касаний. Кажется, именно этого он и добивался, засранец, резко взяв его руку, я убрала её с моей талии.
— Мы с Вами не на свидании, чтобы Вы за меня платили, — ответила я, повернувшись к нему и вытаскивая деньги из кармана. Чимин кинул взгляд на купюры и снова посмотрел на меня с улыбочкой.
— Тогда приглашаю тебя на свидание сегодня вечером.
Вот так вот. Прямо в лоб, смотря в мои глаза, которые с каждой секундой становились больше обычного. Я несколько раз похлопала глазами, упустив даже момент, когда он вышел из кафе. Выйдя следом, я обошла его и встала напротив, тем самым останавливая его.
— Шутка, конечно, была хорошая, но деньги возьмите, — возвращая себе самообладание, которое молча покинуло чат, я стараюсь избегать с ним взглядов.
— Это была не шутка, Розэ. Я серьезно, — спокойно ответил Пак, чуть улыбнувшись.
— Но Вы… Мой учитель. Если кто-то узнает, то все ведь… Рухнет.
— А мы никому не скажем, — он подходит ближе, наклоняясь к моему уху. — Это будет наш с тобой секрет.
—Я не любитель, держать секреты в себе- проговрила я
У меня просто не хватало слов, чтобы поверить в услышанное. Подняв взгляд, я встретилась с его пронзительными серо-голубыми глазами, которые смотрели без насмешки. Он говорит это на полном серьезе?
Да, черт возьми, он говорит это на полном серьезе, а я не знаю, что ответить. Мне безумно нравится Пак, но сама мысль о том, что кто-то может узнать о нашем романе — пугала и будоражила одновременно. Как далеко все зайдет? Какой он на самом деле? Он правда во мне заинтересован, или это все забавы ради? Он не похож на того, кто меняет девушек каждый день.
— Вы уверены в своем предложении, мистер Пак? — уточняю я, переведя взгляд на его губы. Между нами почти не было расстояния, поэтому его шепот стал для меня сладкой пеленой.
— Абсолютно, мисс Розанна.
Он целует меня в щечку, направив свои ноги в сторону дороги, а меня оставляя наедине с новой информацией. Шведский учился быстрее, чем его слова в моей голове пытались найти себе место.
Я иду на свидание со своим учителем, с Пак Чимином, черт возьми.
!
Как-то так, хз что получилось