9 глава
В ту ночь в горах поднялся сильный ветер. Он бился в окна, стонал в щелях, и даже тренер на первом этаже жаловался, что “сон пошёл лесом”.
Лиана спала неспокойно. Её ноутбук остался включён на столе, экран тускло светил в темноте, бросая тени по стенам. С одной стороны комнаты — аккуратно сложенные вещи, подушка ровно, как будто в отеле снимали рекламу. С другой — футболка на полу, рюкзак под стулом и один ботинок, затаившийся под кроватью.
Они давно не разговаривали, кроме формальностей. После видео всё стало… странно. Необъяснимо тихо. Не то, чтобы стало легче — просто тяжело стало по-другому. Мягче. Ближе.
Часы на телефоне показали 3:17. Лиана проснулась от того, что кто-то шевельнулся. Не просто перевернулся — будто бы дёрнулся резко.
Сначала она не поняла. Потом прислушалась.
— …нет… — донеслось тихо с другой кровати.
Она приподнялась. Ламин.
Он что-то шептал сквозь сон. Голос — глухой, сбивчивый.
— Нет, не трогай… — почти хрипом.
Лиана села на своей кровати.
— Эй… — позвала она негромко.
Он не слышал. Его дёрнуло ещё раз. Он будто отбивался. Пот на лбу блестел даже в полумраке.
Она поднялась. Подошла.
— Ламин.
Он резко открыл глаза, будто вынырнул из-под воды. Дыхание рваное, плечи напряжены, глаза — широко раскрытые, дикие.
— Это просто сон, — быстро сказала она. — Ты проснулся.
Он молчал. Грудная клетка ходила вверх-вниз.
— Всё в порядке, — повторила она тише. — Ты здесь. Всё хорошо.
Ламин сел. Закрыл лицо ладонями. Плечи дрожали.
Она опустилась рядом, на край его кровати.
Они молчали.
Он вытер лицо. Потом — шепнул:
— Это иногда бывает. С детства. Я просто… не люблю, когда кто-то это видит.
— Я не расскажу, — просто сказала она.
Он кивнул.
— Я думала, ты железобетонный, — усмехнулась Лиана после паузы. — Не спишь, не чувствуешь, только язвишь.
— А ты — ледяная принцесса. Мол, ни один нерв не дрогнет. А вон — сидишь тут. На моей кровати. В пижаме с клубничками.
Она рассмеялась. Тихо, как будто боясь потревожить момент.
— Слушай… — сказал он неуверенно. — Я… Я помню, как ты мне тогда в раздевалке даже не смотрела в глаза.
Я думал: тебе просто плевать.
А потом понял, что я сделал так, что ты не хотела видеть.
Лиана посмотрела на него. Долго. Без насмешки.
— Ты был… ужасен.
Он кивнул.
— Да.
— Но, наверное… — она повернула голову, смотря в темноту, — я тоже не сразу хотела понять, что ты просто защищаешься.
Он опустил голову.
— Я никогда никого не пускал близко. Потому что если пускаешь — становится страшно.
— Потому что могут уйти?
— Потому что могут остаться.
Она замерла.
Он тоже.
— Лиана… — начал он.
— Не надо, — перебила она. Мягко. Без колкости. — Пока рано.
Он кивнул. Медленно.
— Спасибо, что разбудила.
— Всегда пожалуйста, сосед.
Она поднялась.
Уже почти дошла до своей кровати, когда он сказал:
— Ты ведь тоже боишься, да?
Она остановилась. Не обернулась.
— Конечно.
---
На следующее утро никто ничего не сказал.
Они сидели за одним столом на завтраке. Молча. Спокойно.
Гави что-то шутил, Балде смеялся, Феликс жаловался на подушку в номере.
Но только двое за столом не говорили ни слова — и в этом молчании было больше, чем во всех словах вчерашнего дня.
Когда они разошлись, Лиана обернулась. Ламин всё ещё сидел.
Он поднял глаза и едва заметно кивнул.
Она кивнула в ответ.
Что-то поменялось.
И никто не мог сказать — что именно.
Но оба чувствовали это.
Где-то под кожей.