Глава 57. Конец первого курса
На улице стояла яркая солнечная погода, при этом было очень жарко. Уже сразу было понятно, что началось лето, а весна окончательно подошла к концу.
Утром в кафетерии университета «Legacy» царил шум. Кто-то из студентов заходил сюда чуть раньше, чтобы потом успеть уехать, другие же — немного позже.
В это время здесь находилась Элла вместе с компанией подруг и двумя одногруппниками. Они налили себе по стакану холодного чая со льдом.
В ходе разговора насчёт последнего дня учебной практики ребята встали из-за стола, взяли в руки стаканы и чокнулись.
— За общую победу! — кричали они хором, при этом на лицах каждого была улыбка.
После звонкого стука по стаканам все сделали небольшой глоток, а затем поставили их обратно на стол.
Ребята вновь расселись по местам, и между ними продолжился разговор.
— Как же хорошо, что финал так и завершился на хорошей ноте, — с улыбкой произнёс Алистер. — Никто не остался расстроенным.
— Ага, — согласилась с ним Паола. — А всё благодаря нашей Элле.
Все взгляды устремились на неё. Тирни улыбалась и была рада тому, что люди так хорошо отнеслись к её поступку.
— Спасибо большое, — поблагодарила она подругу.
После этого между ними ненадолго повисла тишина, если не считать общего гула в кафетерии и радио, из которого доносилась песня.
— Кстати, у нас же в следующем году тоже будет учебная практика! — вдруг вспомнил Рафаэль.
— Да, она ведь проходит в конце каждого курса, — согласилась с ним Либби, сделав ещё один небольшой глоток холодного чая.
— Что ж, возможно, в следующем году вам, парни, повезёт, — Марта присоединилась к разговору. — И наверняка другие одногруппники тоже смогут дойти до финала.
— Всё возможно. Поживём — увидим, — сказал Фабер, и на его лице появилась лёгкая улыбка.
После этого вся компания принялась за завтрак, стоявший на столе, продолжая обсуждать прошедшую учебную практику.
Вскоре наступил полдень. В это время компания подруг покинула кафетерий и направилась в общежитие. Уже в комнате девушки складывали вещи обратно в чемоданы.
Через некоторое время им предстояло уехать по домам, где они проведут лето в компании близких людей.
— Что ж, теперь всё готово! — Марта застегнула свой чемодан. — Можно смело покидать комнатку.
— Мы сможем вернуться в эту комнату только через три месяца, — добавила Либби. — Ладно, девочки, увидимся!
— Пока, девочки! — попрощалась Паола, махнув рукой.
— Пока, — Элла тоже попрощалась с ними.
— Пока, девчата! Увидимся через три месяца, — Грин также попрощалась и вместе с Алмонд покинула спальню.
Теперь в комнате остались Барбьери и Тирни. В спальне повисла тишина. Элла присела на кровать, просто ожидая своего отъезда.
— Уже начинаются летние каникулы, не так ли? — вдруг заговорила Паола. — Казалось бы, только недавно начинался первый семестр.
— Ага, — согласилась Элла. — Мы и не заметили, как быстро пролетело это время.
Подруга молча кивнула в ответ. Снова повисла пауза. Паола поставила свой багаж рядом с кроватью, чтобы было удобнее, а Тирни продолжала сидеть в тишине.
— Кстати, я бы хотела ещё раз поблагодарить тебя за то, что ты так поступила, — вновь заговорила Барбьери. — Ты приняла правильное решение.
— Спасибо, конечно, но… — в этот момент Элле захотелось кое-что спросить. — Но почему ты потом отдала победу Ровене, а не оставила её себе? Разве на предыдущем голосовании тебе не казалось, что ты точно победишь?
Эти вопросы заставили Паолу задуматься. А Элле хотелось услышать объяснение той передачи победы, из-за которой всё превратилось в своеобразную эстафету. Хотя в итоге было хорошо, что Вальтер объявил их всех победительницами, Тирни всё ещё помнила, как тревожно чувствовала себя в тот момент.
— Я просто подумала, что если оставлю победу себе, то могу испортить нашу дружбу, — наконец ответила Барбьери. — А я не хотела, чтобы после этого мы потеряли друг друга.
Эти слова заставили сердце Тирни сжаться. Она даже не задумывалась о том, почему Паола не захотела принять победу. Теперь причина стала ей ясна.
— Знаешь, ты тоже правильно поступила, — спокойным тоном добавила Элла. — Ведь потом ведущая позвала Вальтера, и он объявил нас всех победительницами.
— Ага, так и есть, — это воспоминание заставило Паолу снова улыбнуться.
Между ними вновь повисла тишина — не напряжённая, а спокойная и комфортная. После этого разговора всё встало на свои места.
— Что ж, нам пора идти, — снова заговорила Барбьери.
— Точно, идём, — кивнула Тирни.
Обе подруги взяли свой багаж и тихонько покинули спальню.
Идя по общежитию, Элле не терпелось отправиться домой. Не потому, что она сильно соскучилась по семье, а потому, что хотелось отдохнуть от практики — переосмыслить всё и с новыми силами вернуться на второй курс.
— «Ещё в начале первого курса я думала, что мои песни слишком тихие. Но сейчас, в самом конце, когда я спела, люди смогли услышать то, что я смогла», — с такими мыслями Элла покинула общежитие университета вместе с подругой.
И на этой мелодии закончилась её история с учебной практикой и песнями.
Тем временем в кафетерии количество людей оставалось примерно тем же. Студенты заходили сюда, чтобы пообедать или дождаться приезда родных и близких.
Сандра, студентка третьей группы, сидела за столом, медленно помешивая ложкой свой кофе. Её взгляд был устремлён в чашку, а мысли уносились куда-то далеко.
Девушка чувствовала себя уныло, поскольку так и не смогла осуществить те планы, которые строила на первом курсе. Конечно, с одной стороны, она была довольна собой — ей удалось показать себя на учебной практике, где её выступления сопровождались хореографией.
Также Хансон радовалась началу летних каникул — наконец можно было повеселиться и ненадолго забыть об учёбе. Но с другой стороны, её всё равно тревожили мысли о том, что она так и не смогла найти себе друзей.
Конечно, Сандра не испытывала проблем с общением и не была застенчивой. Но людям почему-то было неинтересно с ней разговаривать. С одногруппниками она общалась, но в основном по делу — чаще всего тогда, когда речь заходила о групповых работах.
Она вспоминала моменты, когда подходила буквально к каждому студенту, сообщая какую-нибудь новость, связанную с мероприятием в университете или с «Испытанием Наследия». Сандра думала, что даже таким образом сможет завести друзей и заинтересовать людей. Но они продолжали разговаривать между собой, не обращая на неё особого внимания.
Из-за этого в голове всплыло воспоминание о неделе учебной практики. Тогда она узнала одну новость с собрания и хотела добавить что-то от себя. Подойдя к знакомой компании, Сандра собралась рассказать им кое-что интересное, надеясь, что даже в предпоследнюю неделю у неё что-то получится.
Однако в ответ она услышала слова Марты, которых совсем не ожидала:
— Сандра, если ты снова про собрание, то мы уже всё знаем. Так что можешь даже не начинать.
Компания подруг тут же вернулась к разговору, а сама Хансон покинула кафетерий с опущенной головой. Казалось бы, обычные слова о том, что они и так знают эту новость. Но Сандре показалось, будто они вонзились ей прямо в сердце, не дав сказать ни слова.
Несмотря на это, в глубине души она всё равно надеялась, что на втором курсе ей повезёт. Она сможет завести друзей, с которыми будет комфортно общаться и проводить свободное время.
С этой надеждой Сандра сделала глоток оставшегося кофе, встала из-за стола и покинула кафетерий со спокойной душой.
Однако девушка даже не подозревала, что в этой ситуации она была не одна.
В этом же месте находился студент первой группы — Митчелл. Он сидел у окна, куда падали солнечные лучи. Парень пришёл сюда не обедать, а просто посидеть.
На столе перед ним лежал кассетный плеер. В наушниках он слушал звуки природы, надеясь успокоиться, ведь его тревожили собственные мысли.
Фоулера тоже не устраивал тот факт, что за первый курс ему так и не удалось найти друзей. Однако его проблема была немного иной. Студенты со старших курсов и из других групп считали его «странным» и «чудаковатым». Каждый раз, когда парень садился где-нибудь на перерыве, они начинали обсуждать его — начиная с внешнего вида и заканчивая тем, чем он занимается.
Эти разговоры раздражали Митчелла, хотя он старался сохранять спокойствие и не вмешиваться.
Задумавшись об этом, он краем уха услышал один разговор:
— Вы посмотрите на Фоулера. Видели, чем он занимается? — заговорил кто-то из студентов.
— Ага, наверное сидит у окна и записывает звуки природной тишины, — предположил другой.
За столом послышались смешки. Чтобы не обращать на них внимания, Митчелл увеличил громкость на своём кассетном плеере. Но смех всё равно пробивался сквозь шум природы.
Это заставило его разозлиться — он выключил плеер. Вскоре смех прекратился, и студенты сменили тему разговора. Митчелл тяжело вздохнул и перевёл взгляд в окно, разглядывая город. И где-то глубоко внутри всё же теплилась надежда.
Чуть впереди от него сидели студенты второй группы — Ровена и Рафаэль. Они тоже пришли сюда не пообедать, а просто поболтать.
Посмеявшись над одной темой, они перешли к следующей.
— Кстати, у тебя есть планы на летние каникулы? — поинтересовалась Ровена.
— Честно говоря, никаких, — спокойно ответил Рафаэль, почесав затылок. — Я даже не задумывался об этом. А у тебя?
— У меня есть. Этим летом я хочу набраться вдохновения, чтобы потом написать несколько песен.
Палмейра молча кивнул, поняв её планы. Но затем, нарушив тишину, добавил:
— А что если эти планы нарушатся? Вдруг ты влюбишься в кого-нибудь за эти три месяца?
— Что? — Ровена удивлённо посмотрела на него, а сам Рафаэль рассмеялся. Девушка легонько ударила его по плечу. — Я не собираюсь ни в кого влюбляться!
— Ладно, ладно, я пошутил.
В кафетерии снова повисла тишина, разбавленная общим гулом. Она длилась до тех пор, пока на телефоне Ровены не появилось сообщение.
— О!
— Что такое? — спросил Рафаэль.
— Мне написал мой старший брат Джезим. Сказал, чтобы я вышла из университета — он ждёт меня в машине.
— Разве тебя не отец должен был забрать?
— Да, но, наверное, у него появились дела, поэтому он отправил одного из моих братьев.
— Понятно. Тогда увидимся!
— Пока, Рафа! — Ровена попрощалась с ним, обняла и вышла из кафетерия.
Рафаэль же остался сидеть за столом, размышляя о том, что второй курс, возможно, пройдёт более спокойно. Может быть, даже так же легко, как и первый.
Ровена зашла в общежитие, забрала свою багажную сумку и покинула здание. Идя по кампусу университета, она заметила чёрную машину, принадлежавшую её брату. Узнав знакомый номер, девушка тут же села внутрь.
— Поздравляю тебя с победой! — раздался голос Джезима.
— Спасибо большое, — ответила Ровена. — Ну что, поехали обратно в Филадельфию?
— Конечно.
Машина тронулась с места и вскоре покинула улицы Кингсборо.
Они ещё не знали, какие мелодии ждут их впереди. Но второй курс уже медленно настраивал свои инструменты…