take a look at my boyfriend. [ЗАВЕРШЕНО]

   
      Существовала вероятность того, что Феликс не планировал возвращаться на ночь домой. Соответственно ныть было некому, а очень хотелось.

      Ближе к вечеру Джисон почувствовал странный запах в комнате. После безуспешных поисков просроченной еды, которую он мог бы запихать под кровать или стол, он понял, что вонь исходит от него. Не то чтобы он забыл про существование душа почти на неделю и страдал не вставая с кровати, но именно это он и сделал.

      Пора было выбираться из этой пучины грусти и воображения, где у них с Минхо всë хорошо и они вместе воспитывали трёх котиков (мысли о детях немного пугали). Поэтому Джисон взял себя в руки и направился смывать с себя все страдания, разумеется под грустную музыку. Он абсолютно точно понимал, что в его поведении присутствует немного излишней трагичности, но кто ему запретит?

      После душа случился маленький подъëм духа и резко захотелось попричитать о своей жизни друзьям. Не долго думая, он решил написать Чанбину.

      Джисон

      привет

      го ко мне

      может нажремся, послушаем
      грустную музыку и все такое?

      Чанбин

      ???

      четверг??

      завтра пары??

      на которые ты, кстати,
      не ходишь, ослина

      Джисон

      где твоя братская солидарность
      с моим положением??😩

      у меня БУКВАЛЬНО разбито
      сердце

      на кучу маленьких
      осколков которые вонзаются в мои остальные внутренности
      и заставляют писать такому
      уебищу как ты

      Чанбин

      знать не хочу

      у самого проблемы

      был бы хорошим другом
      поинтересовался бы

      Джисон

      ты издеваешься ща?

      ты мной не интересуешься а
      я тобой должен? так что ли?

      Чанбин

      да

      Джисон

      какой же ты все таки
      лев, пиздец..

      ладно, что там?

      Чанбин

      ситуация: подкатываешь
      ты почти полгода к лучшему
      человеку в мире

      все ужасно, тебя отшивают,
      но ты не сдаешься

      потом этот человек
      напивается и полночи
      говорит о том как сильно
      ты ему нравишься

      чуть ли не стихи читает,
      понимаешь?

      ты отводишь его к себе
      домой потому что он еле
      стоит на ногах

      он засыпает в твоей кровати

      на утро с ужасом убегает,
      причем когда я говорю убегает
      это в смысле УБЕГАЕТ

      а потом всю неделю не остается
      с тобой наедине а за обедом
      разговаривает
      только с твоими друзьями

      на сообщения тоже молчание

      и что делать?

      Джисон

      приди к нему домой и
      заставь поговорить

      в чем проблема?

      Чанбин

      бля я даже не подумал об
      этом..

      спасибо

      пока

      Джисон

      спасибо, Чанбин, я тоже
      в порядке

      очень приятно, что ты
      поинтересовался

      мудак💩👊

      Хан злобно заблокировал телефон, пока не начал перечитывать все последние сообщения от Минхо.

      − Кусок говна, блин, − недовольно сказал он самому себе.

      А кто именно? Чанбин или Минхо? Пофиг, все они.

      Настроение опять опустилось ниже нуля. Не хотелось даже рисовать, хотя многие люди ожидали свои рисунки, но это так не работает. Нельзя взять вдохновение с потолка и начать делать что-то. Если у него сейчас хватило ресурсов, чтобы встать с кровати, это абсолютно не значило, что их хватит даже на то, чтобы просто разогреть себе еды.

      Джисон плюхнулся на диван и включил телевизор. Сосредоточиться казалось просто невозможным. В голове опять возникали глупые счастливые картинки и мозг сверлил вопрос: что же я сделал неправильно?

      Он и правда успел перебрать все возможные варианты того, что пошло не так. Очевидным казался лишь один: просто существовал. Если человек не поставил тебя изначально на первое место и не впустил в сердце, то уже ничего не поделать. Это был не его выбор, а выбор Минхо.

      И правда, с чего же Ли мог утонуть в Джисоне настолько сильно, насколько это сделал сам Джисон? Даже сейчас он сидел в майке и трусах на диване, упиваясь жалостью к самому себе. На секунду Хан почувствовал отвращение к собственной персоне. Он проел мозги всем своим близким друзьям, неделю не мылся и заставил Феликса возиться с ним, как с немощным ребенком. А всë из-за какого-то парня, боже.

      Ладно, он не какой-то. Но до сих пор просто человек, который дал ложные надежды, а потом некрасиво обошёлся с ним.

      Джисон уткнулся головой в диванную подушку, стараясь отвлечься изо всех сил. Уже почти возникла замечательная идея напиться дешёвым пивом в гордом одиночестве, но тут раздался звонок в дверь. Это являлось и правда спасением, ведь именно Феликс сейчас и был нужен. Он бы позволил ныть сколько захочется и успокаивал бы объятиями, в которых Джисон нуждался как в воздухе, но никогда бы не признал это вслух.

      Быстро вскочив с дивана и не удосужившись надеть штаны, Хан буквально полетел к двери.

      − Ликси, даже не представляешь, как я рад тебя…

      Именно по таким причинам мама в детстве говорила Джисону смотреть в глазок, прежде чем открывать дверь. Вероятность того, что к нему захотят забраться плохие дяденьки была очень велика. И мама оказалась права. Только это был не плохой дяденька, а мудак Минхо в… пижаме? Определённо злой Минхо в пижаме. От неожиданности голос Джисона решил сорваться на писк.

      − Что ты тут делаешь? В пижаме?

      На долю секунды Минхо озадаченно осмотрел себя, но уже в следующий момент вернулся к злости.

      − Пропусти, − рыкнул он.

      − Уйди отсюда.

      − Никуда я не уйду.

      Плюнув это в лицо Хана, Ли отпихнул его от двери и быстрым шагом прошёл в квартиру. Джисон сразу же понял, что выгнать его не выйдет. Он оценивал свою физическую подготовку очень трезво и знал, что Минхо раз в десять сильнее такого хлюпика. Поэтому он смиренно закрыл дверь и обернулся к бывшему любовному интересу.

      − Что ты хочешь, Минхо? Ты достаточно сделал уже, успокойся и не трогай меня. И так плохо, − безнадёжно попросил Джисон, в тайне надеясь на то, что Ли сейчас начнет слёзно извиняться.

      Но этого не случилось. Наоборот, ветеринар был злой как чëрт и, кажется, еле удерживался от того, чтобы не заорать.

      − Ты ушёл с вечеринки. Потом ты игнорировал мои сообщения. Потом ты игнорировал мои звонки. Потом твой друг не пустил меня к тебе. Правильно я всë перечисляю, м?

      − Да.

      − Ты не удосужился мне сказать, что же я сделал не так и вместо этого вычеркнул нахер из своей жизни, да, Джисон? − злобно продолжал Минхо.

      У младшего аж рот открылся от такой наглости. У этого человека хватило смелости прийти к нему домой и обвинять в своих изменах самого Джисона? Больше походило на очень неудачную шутку. Он нашёл сил прикрыть рот и попытаться включить язвительную часть себя. Это всë ещë было сложно, ведь хотелось зареветь и спрашивать у Ли, за что он так поступил.

      − Ты совсем ëбу дал? Ты приходишь ко мне и обвиняешь меня в своих изменах? Знаешь что? Ты такой эгои…

      Джисон не успел договорить, ведь Минхо резким движением взял с дивана подушку и кинул ему в лицо.

      − Ты что?! − взвыл Хан, поднимая подушку с пола и кидая её изо всех сил обратно в Ли.

      Тот даже не поморщился, лишь ухмыльнулся.

      − Жду, когда ты будешь передо мной извиняться.

      − Что? − у Хана опять открылся рот. Это точно вымышленная реальность. − Ты точно охуел, Минхо. С какой стати я должен извиняться за своё разбитое сердце? Оно, между прочим, было разбито тобой.

      − Ох, да? Разбил тебе сердце? И каким образом?

      Минхо всë ещё стоял посреди гостиной в своей смешной пижаме и говорил несусветную чушь. Джисон искренне растерялся.

      − В смысле каким? Ты даже не допускал возможности того, что я могу услышать, как ты признаëшься Хэин в любви? Клуб был большим, Минхо, но не таким большим, чтобы скрыть то, что ты мудак, − завершил он.

      С груди упал большой камень. Оказывается, высказать в лицо человеку свои претензии гораздо легче, чем держать всë это в себе, выплëскивая гнев на бедные мягкие игрушки у кровати.

      На Минхо это вообще не подействовало. Он поднял бровь и нетерпеливо посмотрел на свои воображаемые часы.

      − Я жду.

      − Что ты ждёшь? Убирайся из моего дома. − прошипел Джисон.

      Это уже переходило все допустимые рамки, но Ли оставался непреклонным. Просто продолжал смотреть на своё запястье и постукивать ногой.

      − Минхо, уходи говорю. Я не шучу.

      − Мне вот просто интересно, к тебе закрадывалась мысль поговорить со мной? Ну, спросить что-нибудь, например? − пропел старший, явно наслаждаясь происходящим.

      − Мне хватило того, что я увидел, спасибо.

      − А, да? − Минхо поджал губы. − Ну, я тебя поздравляю с тем, что ты увидел, как я говорю, что люблю свою родную сестру, которая до этого обещала не появляться на вечеринке, но ослушалась, чем вызвала мой гнев. Я этим медикам не доверяю.

      Джисон мог явно почувствовать как в его груди лопается шарик. Ему показалось, что он даже услышал, с каким противным писком тот лопнул, но это оказался писк, который издал его рот. Он бы стоял ещё вечность с отвисшей челюстью и издавая нечленораздельные звуки, если бы Минхо не кашлянул.

      − Ну?

      Информация, вроде бы, понятная, но мозг отказывался её переваривать. Не могло выйти так, что он действительно оказался настолько глупым.

      − Сестрой? − лишь спросил Джисон.

      − Да, родной сестрой. Если бы ты научился коммуницировать, когда возникают проблемы, мы бы не страдали поодиночке почти целую неделю.

      − Я к ней подкатывал.

      Он честно хотел сказать нечто умное вроде извинений или хотя бы простое “ясненько”, но в стрессовых ситуациях Джисон был большим комочком тупости. К счастью, Ли это никак не задело.

      − У неё лет с двенадцати огромный краш на Хёнджина, это бы в любом случае не сработало, − улыбнулся Минхо.

      − Оу. Присядем, может?

      Напряжения, как такового, не ощущалось, но началось безостановочное самонакручивание. Вместо того, чтобы радоваться хорошим новостям, Хан понял, что поступил действительно не очень. Когда Ли молча сел на диван, он почувствовал некое облегчение. На его месте Джисон бы уже ушёл куда подальше и больше с ним никогда не связывался.

      Усевшись рядом, Хан ощутил первые нотки спокойствия. Выглядело, конечно, глупо: полуголый грустный Джисон и Минхо в пижаме, в которой он шёл до дома Хана, сидели, молчали, видимо ожидая, пока кто-то из них первым начнёт разговор.

      − Слушай, я… − начал Джисон, но Минхо заговорил одновременно, и он решил дать, наконец-то, слово старшему.

      − Мне интересна одна вещь, − Ли нервно сглотнул. − Я давал тебе повод усомниться во мне за это время? Хоть раз?

      − Нет, − прошептал Хан.

      − Тогда почему ты так быстро откинул все мысли кроме той, где я изменяю?

      Больная тема не должна была появляться на поверхности. Она не должна была всплывать никогда. Есть люди, для которых вполне нормально разговаривать о вещах, которые вызывают у них отрицательные эмоции, а есть те, которые или слова выдавить не могут, или же начинают плакать, как только открывают рот. Джисон был из второй группы индивидуумов. Он никогда не умел прямым текстом разговаривать о штуках, из-за которых его эмоции могут зашкаливать. Взять даже к примеру случай, когда они с Феликсом сильно поссорились и Джисону пришлось обнажать все свои чувства перед другим человеком. Разумеется, как только он начал говорить, то сразу же разревелся. Это ознаменовалось одним из самых худших дней за всë его существование, ведь успокаивался он часа два. Ещё одной причиной, по которой Хан не любил открывать свои слабости и тайные чувства, являлось его лицо после того, как он поплачет. Если некоторые выглядели довольно неплохо, то Джисон опухал настолько, что его можно было принять за аллергика, который был посреди отëка Квинке.

      Было что-то в слегка нервном Минхо, который выжидающе смотрел на Джисона своими ясными глазами, спокойно ожидая ответа. Хотелось открыть ему всю душу, выплеснуть то, что накопилось внутри за какое-то время. С ним рядом всегда было чувство безграничного доверия и спокойствия. В конце концов, хуже уже не будет.

      − Я не особо уверен в себе, хорошо? − наконец выдавил Джисон. − Я поверил в это так быстро, просто потому что это выглядело более подходящим для тебя.

      − Подходящим для меня? − Минхо слегка наклонил голову набок.

      Это являлось знаком того, что он внимательно слушает и вникает в суть. Данный факт успокоил Хана, но не то чтобы до конца.

      − Да, милая девушка, с которой у тебя могли бы быть здоровые отношения, понимаешь?

      Брови старшего поползли вверх, будто он не верил в происходящее.

      − Ты ведь знаешь о том, что я гей, Джисон?

      Хан почувствовал, как его ладони начали потеть. Было стыдно признавать, что он особо не задумывался о таких вещах. Он просто признал факт взаимной симпатии с Минхо и всë, дальше мысли не забирались. А о таком стоило подумать, хотя бы потому, что сейчас он выставлял себя ещё большим придурком, чем на самом деле являлся.

      − Ой, не учёл этот факт, − попытался улыбнуться Джисон.

      − Что заставляет тебя сомневаться в себе?

      − Уф, много чего, на самом деле, − Хан откинулся спиной на диван и уставился в потолок. Смотреть на Минхо не стоило, надо было сосредоточиться на том, чтобы изложить всë правильно и желательно не проронить ни слезинки. − Сам посуди. Я почти безработный в двадцать лет, не умею делать некоторые базовые вещи, типа готовки или оплачивания счетов. Учусь хрен пойми на кого, а душа лежит к татуировкам. И даже если у меня когда-нибудь появится шанс проявить себя в качестве тату-мастера, я стану разочарованием для родителей. А про отношения даже говорить не хочу, я ничего в этом не смыслю. Да и внешность, знаешь, не особо привлекательная. Я не знаю, по каким причинам могу являться чьим-то осознанным выбором. Поэтому я не сомневался в том, что Хэин может быть твоей девушкой. В смысле, ну, кто-то вроде меня и так не имел больших шансов, хах.

      Джисон почувствовал себя абсолютно пустым. Не таким пустым, как после рвоты, а пустым эмоционально. Даже выпотрошенным. Он, слава всем святым, не заплакал, но это не означало того, что это не случится через секунду.

      После продолжительного молчания, Хан осмелился повернуть голову в сторону Ли. Тот сидел с задумчивым выражением лица и кусал губы. Казалось, что он хочет что-то сказать, но не может найти подходящих слов.

      В конце концов он внимательно посмотрел на Джисона и его взгляд сразу смягчился. Губы украсила легкая улыбка.

      − Слушай, нельзя просто взять и избавиться от всяких комплексов. Это не работает так, что я сейчас начну лить тебе воду в уши и ты резко поверишь в себя, но я постараюсь помочь. Не в смысле помочь, скорее просто быть рядом и попытаться помочь тебе поверить в себя, ведь для меня ты самый лучший, − Ли улыбнулся чуть шире.

      Шум в ушах мешал нормально думать и переваривать полученную информацию, поэтому Джисон просто взял Минхо за руку. Через секунду он вспомнил, что его ладони потные и попытался одëрнуть их, но Ли уже успел крепко сжать и начал играться с большим пальцем Джисона. Когда младший посмотрел вниз на переплетённые пальцы, почувствовал прилив тепла. Они гармонично смотрелись вместе − длинные изящные пальцы Минхо и его обрубки с остатками лака.

      − Ты, эм, прощаешь меня? − спросил Джисон, не отрывая взгляда от их рук. Замечательный способ избегания зрительного контакта в неловкие моменты.

      − Я злился на тебя только те полчаса, в течение которых добирался сюда. Ну, ещё пару минут, когда ты выгонял меня. Просто давай если что-то будет не так, то ты скажешь об этом напрямую? Мы обязательно это решим, даже если это глупость.

      Голос Минхо звучал так мягко и успокаивающе, Джисон таял. Просто уму непостижимо, насколько идеальным был Ли. И, кажется, эту мысль Хан озвучил вслух, ибо старший громко засмеялся.

      − Я не идеальный, умоляю. Я вечно всем недоволен, не люблю мыть посуду, иногда громко храплю, ворчу так часто, что ты захочешь заклеить себе уши и много чего ещё.

      − Как ты говорил − для меня ты самый лучший, − уверенно ответил Джисон.

      Минхо крепче сжал руку Джисона в своей. Повисла тишина, в которой можно было услышать лишь противное тиканье настенных часов Хана. Чëрт бы побрал пьяного Феликса, который смог убедить его в том, что огромные часы в форме яблока просто обязаны быть в их квартире. Такой момент портят.

      Джисон раздражённо вздохнул и твёрдо встал с дивана, оставляя удивлëнного Минхо за спиной. Он подошёл к часам, снял их со стены и устремился к окну. Когда он открыл окно, послышался голос Минхо.

      − Что ты?...

      − Прощайте, часики, − пропел Джисон, выкидывая огромный механизм.

      Когда с улицы послышался громкий звук разбившегося стекла, Хан удовлетворённо улыбнулся и вернулся на диван к ошалевшему Ли.

      − Ты зачем часы из окна выкинул? − ужаснулся Минхо.

      − Они мне момент портили, − объяснил Джисон, устраиваясь на диване поудобнее. − Давай, возьми меня опять за руку.

      Минхо закатил глаза, но всë же снова переплëл их пальцы. Без надоедливого звука часов было гораздо лучше. Феликс, правда, его уничтожит, но это дело Джисона из будущего. Настоящий Джисон не мог перестать смотреть на то, как идеально сочетались их руки, когда находились обвитыми.

      У Минхо не было девушки, он не рассматривал других вариантов кроме Джисона, он также не злился на него, что являлось несомненным плюсом. Всë складывалось просто замечательно. Было только непонятно, что делать дальше.

      В слабо освещённой комнате царило спокойствие, разбавленное лёгкой нервозностью младшего. Вместо того, чтобы думать, он решил полюбоваться Минхо. Всë-таки они не виделись почти неделю и Джисон соскучился так сильно, будто они находились в разлуке около года. С такой скоростью, как он привязался к Ли, летали только спутники на орбиту.

      Минхо был полностью расслаблен и медленно теребил большой палец Джисона. Даже такой простой жест казался чем-то максимально нежным и волнующим.

      В конце концов Хан решил нарушить тишину.

      − А почему ты пришёл в пижаме?

      − Ох, я как узнал, что ты меня к сестре ревнуешь, сразу побежал сюда.

      Ли смотрел так обезоруживающе, что сердце начинало болеть. Сколько раз ему придётся извиниться, лишь бы больше не чувствовать неловкости за такой проступок? К счастью, Минхо, видимо, понял, что Джисон планирует закатить вторую волну извинений.

      − Я всë понял, не волнуйся. Всë хорошо и никто не злится, ладно? − дождавшись утвердительного кивка, Минхо чуть крепче сжал ладонь Хана. − Зато мы не натворили ничего и теперь я сделаю всë правильно.

      Натворили? Последнее, что у них было перед тем, как Джисон убежал, так это легкий секстинг непонятного происхождения. Не хочет ли Минхо сказать то, что это было ошибкой?

      − В смысле, ты считаешь свои сообщения ошибкой? − нахмурился Хан.

      На лице Ли промелькнуло нечто непонятное, но он быстро взял себя в руки.

      − В начале вечера я хотел позвать тебя на свидание и всë такое. Но потом… ага, − он смущённо кашлянул.

      − Что за ага?

      Джисон по природе своей не являлся особо напористым, но Минхо просто вынуждал его вытягивать информацию как нитки. Нельзя просто сказать о том, что те сообщения были неправильными и надеяться на то, что его не допросят.

      − Потом на вечеринке появился ты, − выдохнул Минхо. − Ходячее сексуальное безобразие.

      Первый раз, когда его считали сексуальным, ещё и Минхо. Абсолютно непонятно, каким образом стоило вести себя в таких ситуациях.

      Хан решил просто хмыкнуть, мол “да, я знаю о том, что я горячий. ещё что расскажешь?”, но изо рта вырвался непонятный писк. Чтобы не смутиться ещё больше, он попытался замаскировать это под кашель. Кажется, эта ситуация начала откровенно веселить Минхо, ведь он внимательно смотрел на мучения Джисона и открыто хихикал.

      − Не смешно. Никогда не видел, как люди смущаются? − буркнул младший, моля всевышнего о том, чтобы его щëки не начали краснеть.

      − Просто ты так мило это делаешь, − пропел Ли, осторожно тиская Джисона за щеки. − Иногда не могу понять, наступит ли вообще предел, или я буду влюбляться в тебя с каждой секундой всë сильнее?

      Тёплые ладошки Минхо легонько сжимали щеки Хана и это могла бы быть последняя остановка сердца младшего, но… стоп, что?

      − Что ты сказал? − глаза Джисона распахнулись.

      − Что ты мило смущаешься. Что-то не так?

      Ли не переставал мучить лицо Хана и тому потребовалось неимоверное количество усилий на то, чтобы оторвать руки Минхо от своих щёк и задать очередной серьезный вопрос.

      − Не это. Другое. Повтори.

      − Ничего я не буду повторять, − буркнул Минхо, явно огорчённый тем, что ему запретили пытать пухлые щеки Джисона.

      − Я тебе нравлюсь?

      Ли молчал и неверящим взглядом смотрел на Хана. Это походило на испытание или издевательство, ведь если Джисон ослышался или неправильно интерпретировал слова, то всё. Смерть? Похороны? Сжигание его тела, пока он ещё жив? Нечто подобное.

      Но Минхо всë-таки оттаял и даже моргнул пару раз. Правда он до сих пор молчал.

      − Минхо? − неуверенно начал Джисон. − Ты, эм, всë хорошо? Если не нравлюсь, то можешь прямо сказать.

      “Конечно моë сердце разобьётся, но я буду с радостью вспоминать твоё присутствие в своей жизни, если, конечно, не спрыгну с окна вслед за часами”

      − Ты издеваешься? − Ли моргнул. − Я сказал, что влюбляюсь в тебя с каждой секундой, а ты спрашиваешь нравишься ли ты мне?

      Где-то глубоко начали взрываться фейерверки. Это, скорее всего, было чувство окрылëнности. Что-то похожее на эйфорию, но в отличие от эйфории, не вызывало эмоциональной перегрузки, лишь непонятное трепетание.

      Джисон продолжал смотреть на расслабленное лицо Минхо и искать на нëм признаки того, что он шутит, но старший держался довольно уверенно. Взгляд Джисона скользнул ниже, на пухлые розовые губы Ли.

      − Если ты меня сейчас не поцелуешь, то я разочаруюсь в своём существовании, начну плакать и умолять жизнь сжалиться надо мной. А если это не сработает, то я буду биться головой об стену. Просто предупреждаю, − пролепетал Хан на одном дыхании.

      − Тише, тише, Сони. Тише.

      Голос Минхо всегда действовал успокаивающе. Даже сейчас пара слов заставила Джисона глубоко вдохнуть и выдохнуть, призывая себя расслабиться. Это дело правда полетело прахом ровно в тот момент, когда яркие глаза Минхо опустились на губы Ханa, а язык слегка прошëлся по своим губам, делая их ещё более совершенными. Он бы продал все свои органы за то, чтобы Минхо сейчас просто взял и поцеловал его изо всех сил.

      Прежде, чем Джисон смог озвучить свою гениальную мысль о продаже органов, Ли придвинулся немного ближе и ободряюще улыбнулся. Это не должно было занимать столько времени, но, как было известно, старший любил подразнить. С этим можно было смириться. На один день.

      Минхо опять поместил свою руку на щëку Джисона, но в этот раз не стал её щипать, просто легонько поглаживал.

      − Ты такой красивый.

      Комплименты, сказанные шепотом, занимали отдельное место в сердце. Джисон не выдержал и сократил расстояние между их лицами за секунду, но остановился в миллиметре от губ, проверяя реакцию Минхо. Рука Ли моментально переместилась на затылок Хана и притянула его к себе, а сам парень накрыл его губы своими.

      Минхо целовался так же как и себя вёл − нежно и с лёгким вызовом. Джисон не успел понять, в какой момент губы Ли начали медленно посасывать его собственные, он слишком растворился в том факте, что грёбаный Ли Минхо его целует.

      Руки старшего чуть сжали волосы у затылка, и Хан еле заметно выдохнул в поцелуй, пытаясь вернуться в реальность. В реальности Минхо целовался ещё лучше, чем в его воображении. Когда он начал шевелить губами в ответ, почувствовал, как Ли улыбается. Это вызвало улыбку у него самого.

      Джисон слегка осмелел и скользнул ладонями по рукам Ли, задерживаясь лишь на плечах, которые он иногда сжимал для того чтобы осознавать, что это действительно происходит.

      В какой-то момент Минхо резко отстранился и посмотрел ошарашенными глазами на младшего.

      − Чëрт, − выдохнул он.

      Будучи совершенно в нетрезвом состоянии, Хан мог лишь расслабленно смотреть на раскрасневшегося Ли.

      − М?

      − Надо было сделать это гораздо раньше, − руки Минхо вернулись обратно на щëки Джисона, но слегка опустились и он ущипнул того за подбородок. − Такой сладенький.

      Сложно сказать, что именно вызвало такую реакцию. То ли это был сам факт поцелуя, то ли милое прозвище, которым его одарил Минхо, но Джисон почувствовал, что скоро развалится.

      − Ещё, − потребовал Хан, не переставая пожирать взглядом губы Ли.

      Минхо будто ждал этих слов. Через секунду Джисон уже опять был в сладком плену рта старшего, абсолютно не имея ничего против этого. Ли накинулся с поразительной скоростью и не оставляя никакого шанса на отступление. Из невинного поцелуя всë как-то переросло в соревнование “кто кого съест первым”. Рука Джисона оказалась запутана в волосах Минхо, а другая нашла своё место на бедре. Лучше было не думать о том, какие же впечатляющие у Ли бедра, точно не сейчас, но картинка его бедер вокруг ушей Джисона ворвалась в голову без предупреждения.

      Всë происходящее заставило Хана издать дрожащий вздох, который не остался незамеченным. Ли ненавязчиво провёл по его губе языком, и Джисон сразу же раскрыл рот настолько, насколько это было вообще возможным. Опыта в таких поцелуях было немного, но создавалось ощущение, что у него был талантливый учитель, который прямо сейчас обхватил его язык своим и вызывал знакомый жар внизу живота.

      Когда Минхо вновь отстранился, Джисон громко захныкал. Ему было мало.

      − Иди сюда, Сони, − Ли похлопал себя по коленкам.

      Картинка перед глазами была затуманена, но Хан абсолютно точно видел перед собой Минхо со взъерошенными волосами и явно в таком же подвешенном состоянии, как и он сам.

      − Куда? − переспросил Джисон, абсолютно не понимая, чего от него ждут.

      − Ко мне.

      Младший всë ещё был в одних трусах и майке, которая даже не думала прикрывать его паховую зону и риск того, что он сейчас опозорит себя, сидя на Минхо со стояком, был очень велик. А стояк точно появится, если его продолжат целовать таким же образом.

      Недолго думая, Джисон перекинул свои ноги через бедра Минхо и взял его за плечи. Озорной взгляд старшего давал понять, что они разделяют одни и те же чувства. Ли дëрнул Джисона к себе, с силой впиваясь в его губы.

      Рука Хана снова оказалась запутана в волосах Минхо, пытаясь прижать его как можно ближе к себе. Несмотря на то, что он буквально сидел на Ли и страстно его целовал, хотелось больше. Минхо продолжал считывать настроение и оторвавшись от губ, принялся покрывать поцелуями шею, уделяя особое внимание зоне рядом с ушной раковиной. Откуда-то послышался тихий стон и было непонятно, кто его издал.

      − Такой чувствительный, − хмыкнул Ли куда-то в шею.

      − Не останавливайся.

      Звучало слишком моляще, но это, опять же, была проблема Джисона из будущего. В настоящее время Джисон уже мог отчётливо ощущать то, что у него крепко встал от одних лишь поцелуев и невинных прикосновений. Непонятно, знал ли об этом Минхо, но он уверенно покусывал шею младшего.

      Когда руки Ли скользнули вверх по талии и слегка забрались под майку, скрывать факт того, что Хан дико возбуждён, стало нереально. Отпустив себя, он слегка потëрся задницей по паховой зоне Минхо и возобновил поцелуй, отчаянно пытаясь захватить как можно больше. Внезапно стало понятно, что не он один находится в состоянии неконтролируемого возбуждения.

      − Минхо, − кажется, Джисон был способен только неразборчиво мычать. − Я всë правильно понимаю?

      − Мм?

      Лёгкие прикосновения по голой коже слегка отвлекали Хана от диалога, но он нашел силы продолжить.

      − Ты тоже, да? − выдохнул Хан, стараясь не пищать.

      − Что ты хочешь? − хватка на талии усилилась и Джисон потëрся стояком о живот старшего. − М?

      Голос Минхо звучал так сладко, как радость для ушей, правда этого казалось мало в этой ситуации. Сквозь дикое нежелание Джисон отодвинулся слегка подальше, чтобы иметь возможность посмотреть в глаза своего партнера. Они блестели, и он сам выглядел невообразимо мило и дико возбуждающе одновременно. Невозможно было удержаться и не накинуться на него с ещё одним поцелуем.

      Полностью не осознавая происходящего, Джисон бесстыдно тёрся об член Минхо до тех пор, пока старший не рыкнул и не отстранил его.

      − Что ты хочешь, Сони? − в ожидании ответа, Ли опять принялся покрывать чувствительную шею Джисона лёгкими поцелуями. − М, малыш?

      Член Джисона дёрнулся и рот приоткрылся в тихом стоне. Он обхватил шею Минхо крепче, пытаясь спрятать лицо в его плечах, но Ли снова его отстранил.

      − Тебе нравятся прозвища, да? − промурлыкал Минхо, пытаясь заглянуть младшему в глаза.

      Хан быстро кивнул, стараясь не сгореть от стыда.
     
      − А что тебе ещё нравится? − Ли продолжал допрос, полностью игнорируя то, как Джисон движется на его члене.

      − Ты? Всë, что ты делаешь? − вздохнул он, всë ещё пытаясь возобновить хоть какие-то действия. − Только продолжай. Пожалуйста?

      − Хорошо, детка.

      Высокий стон, который был издан после слова детка, точно принадлежал Джисону, но он был не в состоянии осознавать то, что происходит. Точно не тогда, когда Минхо подхватил его за талию и уложил на лопатки на диван, нависая сверху и смотря своим прищуренным взглядом.

      − Что мой малыш хочет, чтобы я сделал? − пробормотал Минхо, смотря прямо в глаза Джисона. Смущающе.

      − Что угодно, только сделай.

      Хныканье не сработало, поэтому Джисон схватил Ли одной рукой за талию и притянул к себе, с намёком потираясь членом об его бедро. Минхо шумно втянул воздух.

      − Это то, чего ты хочешь? − прошипел он.

      − Наверное? Боже, просто делай что-нибудь.

      Мольбы Хана были услышаны, поэтому в следующую секунду Ли плотно прижался к его члену и слегка проехался по нему своим. Несмотря на преграду в виде спальных штанов, он вскинул брови и неверяще посмотрел на Джисона.

      − Детка, ты такой твёрдый от одних поцелуев?

      Джисон в свою очередь зажмурился, явно не желая отвечать на поставленный вопрос, но когда Минхо скользнул чуть сильнее, он не выдержал и издал плаксивый звук вперемешку с объяснениями.

      − Я, ох, блять, я просто, − рука Минхо спустилась с талии на боксеры и не крепко сжала его член. − Просто, да. Господи.

      Он чувствовал как начинал задыхаться. Хан правда не хотел вести себя как перевозбужденный подросток. Это была всë вина Ли, который не переставал тереться об него, вынуждая Джисона отбросить всë своё смущение.

      − Можно… можно я? − голос младшего слегка подрагивал. − Можно?

      − Делай, что хочешь, малыш.

      Пока Минхо не успел передумать, Джисон быстро перевернул их и уселся на Ли так, что одна нога осталась между ног Минхо, а вторую он перекинул через его бедро. Теперь у него был невероятный вид на затраханное лицо старшего. Он точно долго не протянет.

      − Хочешь кончить так? − Ли облизнулся и обхватил Джисона за талию, притягивая ближе к себе. − Трахая моё бедро?

      − Да, пожалуйста.

      − Не нужно просить разрешения, глупенький, − шепнул Минхо.

      Джисон спрятал лицо в изгибе шеи Ли, лишь бы тот не видел выражения его лица, которое стопроцентно было ужасающим и потëрся об его крепкое бедро, проглатывая очередной стон. Он прерывисто дышал, двигая тазом слишком быстро и без ритма, пока Минхо нашëптывал ему разные непристойности, которые заставляли его кровь закипать от похоти.

      Продолжая двигаться, Хан несдержанно кусал шею Ли, пытаясь деть себя куда-то от переполняющих эмоций. Старший не возражал, лишь держал его крепко за талию, не переставая хвалить.

      − Хороший Сони. Ты уже близко?

      Джисон никогда бы не подумал о том, что у него может быть какая-то слабость на похвалу, но ободряющие слова заставили его шумно выдохнуть в шею старшего, удваивая скорость движений по бёдрам. Он почувствовал, как тепло приливает к животу и крепко сжал плечо Ли.

      − Чëрт, да, я очень близко, − это вряд ли можно было назвать полноценным предложением, это скорее прерывающиеся слова и странное хныканье, за которое ему точно будет неловко позже.

      − Твою мать, Джисон, − всхлипнул Минхо. − Давай, детка. Я хочу видеть тебя, хочу видеть, как ты кончаешь.

      Руки Минхо сжали талию Джисона ещё сильнее, будто боясь, что он сейчас отпрянет, но Джисон лишь неконтролируемо постанывал и продолжал гнаться за своим удовольствием. Когда жар стал неконтролируемым, Хан, не сдержавшись, взвизгнул.

      − Минхо. Блять.

      − Давай, детка.

      Джисон на секунду задохнулся и рефлекторно запустил пальцы в волосы Минхо, изо всех сил стараясь не тянуть с силой, чтобы старшему не было больно. Судя по всему, Ли обожал манипуляции с волосами. Он застонал и этот абсолютно идеальный во всех смыслах звук привёл Джисона к финишу. Со сломленным стоном и мелко трясущимися бёдрами, Хан кончил в трусы и сильно дёрнул Минхо за волосы, чем вызвал сдавленное шипение.

      Когда пелена перед глазами спала, Хан откинулся на спину и шумно выдохнул, всë ещё не веря в происходящее. К его шее прижались тёплые губы Минхо и успокаивающе чмокнули. Джисон повернулся лицом к нему и улыбнулся. Ли выглядел потрясающе в запыхавшимся виде.

      − Это было так горячо, вау, − выдохнул Ли и потрепал Джисона по голове.

      − Если опустить тот факт, что я трахал твои замечательные бедра и кончил под себя, то согласен.

      − О, это было безумно горячо, даже не сомневайся.

      Хмыкнув, Джисон резко нахмурился. Вряд ли Минхо успел незаметно кончить, значит он сейчас лежит рядом со стояком и хочет облегчения. Хан развернулся и беззастенчиво обвел паховую зону Ли пристальным взглядом. Внушающая выпуклость на пижамных штанах откинула все сомнения.

      − А ты? − просто спросил Хан, внимательно наблюдая за реакцией старшего.

      − Не волнуйся, Сони. Если ты ещё не готов к таким потрясениям, то не надо.

      Минхо чмокнул его в щеку с лёгкой улыбкой на лице и попытался встать, но Джисон резко дёрнул его назад. Он скользнул рукой по талии старшего, медленно подбираясь к причинному месту, всë так же не переставая наблюдать за Ли. Тот слегка нахмурился и уже было открыл рот для того, чтобы что-то сказать, но Джисон переместил руку на его член и крепко сжал сквозь штаны, заставив Минхо поперхнуться.

      − Я же сказал, что… блять. − выдохнул Ли.

      Судя по ощущениям − Минхо большой. Не гигантский, конечно, но очень даже большой. На секунду это показалось слишком ошеломляющим, но тихие звуки исходящие изо рта Ли заставляли желать услышать больше.

      − Джисон, я сейчас кончу, − пролепетал Минхо, судорожно хватаясь рукой за плечо младшего и сжимая его в молчаливом предупреждении.

      − Кончишь от лёгких поглаживаний, детка? − ухмыльнулся Джисон, не переставая водить рукой по члену Ли. − Такой возбуждённый, да?

      После того, как Минхо издал громкий стон, идея о повторном возбуждении лишь от издаваемых им звуков перестала казаться безумной. Хан слегка ужесточил хватку и немного ускорился, выбивая из Ли тихое всхлипывание. Он уже думал о том, чтобы засунуть руку тому в штаны и постараться как следует, но Минхо внезапно дёрнулся и Джисон почувствовал тепло у своей руки.

      − Так ты не шутил? − удивился Хан, не переставая гладить член Ли, пока тот переживал оргазм до конца.

      − Не шутил, чëрт. Ты бы себя видел, я думал кончу просто от одного твоего вида.

      Минхо выдохнул и отстранил руку Джисона от себя, обхватывая вместо этого её своей.

      − Хотел, блин, сделать всë правильно, − Ли был слегка смущён, это можно было понять по его опущенному взгляду. − И опять провалился.

      Хан открыл рот, чтобы возразить и уверить Минхо в том, что такой вариант развития событий являлся явно лучше того, где он бы даже не поцеловал его и пригласил на свидание, но у Ли зазвонил телефон.

      Судя по расширенным глазам старшего − дело было плохо.

      − Я опоздал на работу, − Минхо быстро встал и побежал в коридор, вынуждая Джисона сорваться за ним. − Ты не обидешься, если я сейчас уйду, малыш? Меня такими темпами уволят. Чëрт.

      Ли выглядел и правда испуганным, и у Джисона, разумеется, не было никаких возражений. Конечно, хотелось пообниматься и поговорить о том, что вообще произошло, но у них будет на это время. В этом он теперь был уверен.

      − Беги, конечно. Напиши только, когда перерыв будет, хорошо? − мурлыкнул Джисон, наблюдая за тем, как Ли пытается натянуть на себя кроссовки.

      − А как иначе. Всë, пока!

      Минхо быстро чмокнул Джисона в щëку и потянул входную дверь на себя, натыкаясь на удивлённое лицо Феликса, который только собирался зайти.

      − Привет, Феликс! Пока, Феликс! − кинул Ли, скрываясь в коридоре.

      − И тебе, ага. Что это было вообще?

      Пока друг переобувался, Джисон вновь завалился на диван и уставился в потолок. Как много событий для одного дня.

      − Смотрю, вы помирились. Я очень рад, − послышался голос Феликса, который судя по звукам, был уже почти в гостиной.

      В следующий момент он показался в проходе и хитро сверкнул глазами. Это было не к добру.

      − Джисон? − протянул Ли, скрещивая руки.

      − Ну что?

      − А знаешь, почему я знаю о том, что вы помирились, м?

      Хан повернул в сторону друга недовольное лицо и поднял бровь. Не хватало только загадок от Феликса, он и так не успевал переваривать происходящее.

      − Почему? − всë-таки спросил, только вышло немного безжизненно.

      − У тебя на трусах пятно от спермы, − Феликс хихикал с такой силой, что казалось скоро перейдёт на ультразвук. − Держу пари, ты кончил от одних поцелуев, девственник комнатный.

      Диванная подушка полетела прямо в сияющее лицо Феликса. У Хана не было желания слушать издёвки лучшего друга после лучшего оргазма в его жизни. Хотя переодеться все же стоило.

      Ли поймал подушку и уже открыл было рот для очередного язвительного комментария, но внезапно замер и его выражение лица за секунду стало яростным.

      − Джисон?

      − Ну что ещë? − взмолился Хан.

      − Где, блять, наши часы?