🔥Глава 19.🏆
С каждой новой игрой команда становилась крепче. Они начали выигрывать – не просто за счёт схем и стратегий, а потому что нашли свою силу в свободе, в том особенном балансе между расчётом и импровизацией.
Матч за матчем. Победа за победой. Джисон вёл игру, чувствуя момент, как будто жил в нескольких секундах вперёд. Соджун – пульс команды, улавливал темп. Тэджун – надёжный якорь, к которому можно было вернуться в любой кризис. Чонин, Чан, Хёнджин, Дэхо – каждый играл с полной отдачей.
А Минхо…
Минхо всё чаще молчал. Не потому что не знал, что сказать. А потому что внутри него что-то сталкивалось.
Ведь он был рационал. Привык к структуре, чёткости, к тому, что каждый шаг – следствие предыдущего. Каждая победа – результат плана.
Но теперь этот план менялся на глазах.
Каждый раз, когда Джисон принимал рискованное решение – интуитивное, нередко без объяснений – и оно срабатывало, в Минхо что-то напрягалось. Он кивал, признавая результат. Но внутри это вызывало сопротивление.
На пятый матч подряд, когда команда вытащила концовку благодаря нестандартной связке от Джисона и Соджуна, который подхватил его волну. Минхо остался в зале один.
Он смотрел на пустую площадку, на которой уже не было шума, и размышлял.
— Ты не радуешься, — раздался голос позади. Это был тренер. Он стоял у входа, скрестив руки. — Хотя победа – уверенная.
— Я рад, — коротко ответил Минхо. — Просто думаю.
Тренер подошёл ближе.
— Ты видишь, что работает, но тебя это тревожит.
Минхо кивнул.
— Да. Всё чаще мы выигрываем не потому, что следуем тактике, а потому что от неё отходим. Джисон – играет по наитию. Это работает, но мне трудно это принять. Я… не понимаю, как это просчитать.
Тренер уселся на край скамейки.
— А может, дело не в том, чтобы понимать, как просчитать. А в том, чтобы научиться доверять. Не только себе. Но и тем, кто чувствует игру иначе.
— Если я не могу это контролировать, как быть уверенным, что это не сломается?
— Никак. — Тренер пожал плечами. — Никак не быть уверенным. Но именно это и делает команду живой. Ты – опора. Соджун – импульс. Джисон – связь. Команда держится, потому что есть ты. Но она двигается, потому что есть они. И не только. Замечаю, что другие парни тоже схватывают их игру.
Минхо тихо выдохнул.
— Я не хочу терять контроль.
— А может, дело не в потере, — тренер встал, положив руку ему на плечо, а в расширении. Ты не теряешь – ты растёшь.
Следующие тренировки проходили в странном напряжении. Минхо продолжал разбирать соперников, выстраивать схемы, тренировать защиту. А потом, за минуту до окончания, Джисон предлагал новую комбинацию – дерзкую, странную, непроверенную. Минхо сжимал челюсть. И всё равно кивал.
Иногда – срабатывало. Иногда – нет.
И вот после очередной победы команда сидела в раздевалке и отдыхала.
— Джисон, — заходит Минхо.
Глаза горят ненавистью. Голос холодный.
Хан поднял взгляд.
Повисла тишина.
— Ты… разрушил нас, — наконец выдохнул Минхо. Его голос был ровным, почти безэмоциональным, но напряжение в нём звенело, как струна. — Ты ломаешь то, что мы строили.
Все замерли. Даже звук капающей воды в душе неподалёку вдруг стал слышен чётче. Джисон медленно поднялся со скамейки. Его лицо ничего не выражало.
— Я… — начал он, но Минхо уже продолжал.
— Мы стали выигрывать. Да. Но это уже не та команда. Мы теряем структуру. Мы не следуем плану. Всё держится на вдохновении, на моменте, на интуиции. Это не система – это хаос с удачным исходом. Пока удачным. А если всё посыплется? Что останется? Терпеть не могу хаос.
Джисон молчал. Остальные ребята переглядывались, но никто не вмешивался. Слишком остро. Слишком честно.
— Я не против тебя, — сказал Минхо, уже тише. — Но мне страшно видеть, как мы уходим от того, что делало нас сильными. Без чёткой основы мы… ничто. А ты ведёшь нас в неизвестность, будто мы не команда, а твоё отражение на площадке.
Джисон посмотрел прямо ему в глаза.
— Я не веду. Я иду вместе. И да, не по схеме. Но ты прав – я рискую. Потому что чувствую, что мы можем больше, чем просто быть точными. Мы можем быть живыми. И да, иногда это ломает правила. Но это не значит, что я ломаю команду. Я верю в неё – во всех нас.
Он сделал шаг ближе.
— И я верю в тебя, Минхо. Даже если ты не веришь в меня.
Минхо смотрел на него ещё секунду. Потом отвернулся.
— Я не знаю, чему верить, — сказал он. — Но, наверное, именно в этом и есть мой страх.
Он вышел, не оглянувшись. Тишина повисла вновь. Только теперь – другая. Не враждебная. Думающая.
И где-то внутри этой тишины начало прорастать нечто новое.
Соджун встал, размял плечи.
— Серьёзно, парни. Я всё понимаю – жара, нервы, ответственность. Но если бы вы видели со стороны, как это выглядело… Джисон – как будто капитан пиратского корабля. А Минхо – строгий бухгалтер из налоговой.
Смех стал громче, напряжение немного спало.
— Всё будет, — сказал Соджун, уже серьёзнее, похлопав Джисона по плечу. — Просто нам всем нужно немного времени. Даже Минхо не железный. Он просто… всё хочет сделать правильно. А это значит, что он тоже переживает. Просто по-своему. Так что выдохни.
— Согласен.
— Надо ему дать время привыкнуть к другой системе, — подмигнул Чан.
— Я понимаю… поэтому не давлю.
— Конечно, ему тяжело. Ведь представь: ты строил команду, придумывал схемы и тут появляется Джисон, который играет по-своему. Всё. Система рушится на глазах.
— Просто не трогайте его некоторое время. Примет сам.
День пролетел и вот наступило утро следующего.
— Джисо-он! — будил голос Чонина.
— Да-а! — сказал Джи во сне и резко проснулся.
— Доброе утро, — слегка улыбнулся Чонин. — Поднимайся. А то опоздаем.
После завтрака они зашли в аудиторию.
Джисон сел чуть подальше от команды, когда она устроилась почти на одном ряду.
Хан чувствовал себя всё ещё лишним. С каждой игрой между ними появлялось что-то общее, он искренне пытался стать частью команды. Но внутри всё равно сидело чувство – он здесь лишний, словно зашёл в чужой дом без приглашения. Он не хотел ломать то, что у них уже было – это единство, в которое он так отчаянно стремился, но не знал, есть ли в нём место для него.
— Хэй, Джи, — позвал Соджун.
Он посмотрел на него и поймал на себе взгляды непонимающей команды, кроме Минхо.
Соджун позвал жестом Хана.
— Иди к нам, — улыбнулся Хёнджин и подмигнул.
— Глядите, ещё заигрывает с ним.
Соджун ухмыльнулся и бросил:
— Смотри, Хёнджи, ещё немного и он тебе кофе по утрам варить начнёт.
— Иди ты.
Парни улыбнулись и даже кто-то посмеялся.
Хан сел рядом, но на краю.
— Да боже, чего как неродной.
— Мы не кусаемся.
— Только Минхо иногда, — сказал Соджун и Чан чуть толкнул его локтём.
— Хорошо.
Лекция прошла быстро и они вышли из аудитории.
— Ура-о, отдых. Обе-ед, — потянулся Соджун.
— Джи, почему ты сел подальше? — спросил Дэхо.
— Да, кстати.
— Просто считаю себя ещё не частью вашей команды…
— Пф, расслабься. Ты наш, — положил руку ему на плечо Тэджун.
— Мы давно тебя приняли, бро. Так что будь рядом.
Соджун усмехнулся и добавил:
— Ты теперь с нами, как навязчивая реклама – никуда не денешься.
— Навязчивая? — переспросил Джисон, поднимая брови.
— Да, — улыбнулся Соджун, — но такая, что любят. До конца.
Пауза повисла в воздухе, и голос Соджуна вдруг стал серьёзным.
— Это не просто слова, Джи. Это обещание – быть рядом, даже когда хочется уйти.
Джисон замолчал, пропуская каждое слово через себя.
— Значит, — наконец сказал он, — остаюсь. Не просто так. А потому что здесь мой дом.
— А ты хотел уйти? Обижаешь.
— Пошлите, а, — пошёл первым Минхо.
— Зануда недовольная.
— Нет, конечно, не хотел уйти. Куда мне…
— Вот, правильно. До конца, братишка.