Глава 34
— Заходи, я пока включу горячую воду.
Лиза прошла вглубь квартиры, оставляя за собой на ламинате мокрые следы от носков. Ира, дрожа как осиновый лист, сняла сапоги и пошла следом, бегло оглядывая широкий коридор. Темно-серые стены и светлый потолок со встроенными светильниками. Две колонки под потолком. Даже по коридору можно заметить, что это убежище брутального человека. Вошла в ванну, где шумела вода, и улыбнулась. Андрияненко стащила футболку и джинсы и стояла к ней спиной в одних боксерах и топе. Обернулась и протянула руки к ее платью, чтобы расстегнуть молнию.
— И что стоим? Давай грейся, я вещи твои в химчистку пока сдам. Есть хочешь? — Лазутчикова кивнула, наблюдая за тем, как Лиза избавляет её от одежды. Кадык на шее дергается, а пальцы осторожно проезжаются по вершинкам груди, вынуждая Иру снова дрожать. На этот раз не от холода, но Лиза неверно расценивает эту дрожь и, достав из ящика черный махровый халат, вручает ей. — Сначала грейся под водой, а потом я тебя согрею, — многозначительно заламывает бровь и подталкивает к ванне.
Ира влезла под горячий душ и едва не застонала от удовольствия. Вот это вечер. Лазутчикова и не подозревала, что сегодняшний день закончится в квартире собственной студентки.
Если задать себе вопрос по поводу того, что она чувствует, можно ответить двумя словами - ей хорошо. Нет, не так. Ей настолько хорошо, что перестать улыбаться кажется невозможным. Жалеет ли о том, что между ними произошло? Ни капли! Возможно, это жизненный урок или что-то большее, но пережитые эмоции явно того стоят.
Лиза набрала администратора, и тот поднялся, чтобы забрать их мокрую одежду. Эту квартиру снял ей отец. Ира первая, кто переступил её порог после Влада и семейства.
Заказала ужин в итальянском ресторане и направилась в ванну. Девушка как раз выключила воду и собиралась вытираться. Игоревна смыла косметику и теперь вовсе казалась двадцатилетней. Только ум в глазах высказывал то, что Ира явно старше тупых и помешанных на бабках однолеток.
— Ты охренеть какая красивая.
Немного смущенная улыбка озарила всегда серьезное лицо, замыкая что-то в грудной клетке Андрияненко. Ей словно свет включили в темной комнате, и вдруг всё засияло.
— Спасибо, ты тоже ничего.
Лиза хрипло рассмеялась. Взгляд заскользил вдоль стройного тела, отмечая небольшую родинку под левой грудью. По влажной коже стекали капли воды. Одна повисла на остром соске. Лиза склонила голову, чтобы слизать её, а потом втянула в рот твердую горошину. Ира вздрогнула и встретилась с обжигающим взглядом. Губы Лизы соприкоснулись с её и мягко раскрыли рот, чтобы запечатлеть долгий глубокий поцелуй. Девушка обхватил её за талию и приподняла, помогая выбраться из ванны. Ноги ступили на мягкий ворсистый ковер, а Лизе пришлось прилично так склонить голову, чтобы не разлепить поцелуя.
— Какой у тебя рост, Ира? — спросила у макушки, одновременно укутывая обнаженное девичье тело в теплый халат. Мокрая голова Юрьевны откинулась назад.
— Метр шестьдесят четыре.
— Поэтому носишь высокие каблуки?
— Да. Не могу же я на студентов снизу-вверх смотреть.
— Я не против. Мне даже нравится.
Из комнаты донесся звонок на мобильный Иры, и она, извинившись, отправилась ответить. Лиза быстро приняла душ и натянула домашние спортивные штаны. Она не часто бывала в этой квартире, поэтому и вещей здесь было мало, зато все чистые. Когда вошла на кухню, услышала, как Ира говорит по телефону:
— Да, мам. На днях. Обязательно съезжу и передам.
В двери позвонили. Скорее всего доставка еды. Ира обернулась, услышав шаги Лизы, попрощавшись, сбросила вызов.
Акула поставила внушительный пакет на стол и начала доставать оттуда разные коробки.
— Ты что, все меню скупила? — поинтересовалась девушка, открывая крышечки.
В одной паста с соусом песто, в другой - с томатным, в третьей - ризотто с грибами, в четвертой - тирамису. Лиза пожала плечами.
— Я не знала, что ты предпочитаешь, взяла на выбор. Белое вино пьешь?
— Да. Я не привередлива в еде, Лиза.
Акула ухмыльнулась.
— Уже не Андрияненко?
— Ну почему же? Будешь плохо себя вести, станешь Андрияненко.
Хриплый смех волнами отбился от стен уютной кухни.
— Я тебе клянусь, что буду вести себя плохо, Ира. Хорошая из меня вряд ли получится.
Откупорив бутылку, Лиза наполнила два бокала белым вином, хоть сама и не пила особо таких напитков, но сегодня прибегать к более крепким не было желания. Её самый крепкий алкоголь сидел перед ней на барном стуле, укутанный в теплый халат.
— А мне вот твоя сестра сказала, что ты не всегда такой была.
— Так вот кто принёс фотку? — цокнула Акула. — Я убью её.
— Не надо. Она любит тебя.
Лиза протянула Ире бокал и стукнулась с ним своим.
— За нас, Игоревна. За прекращение войны, сложение оружия и за воссоединение вражеских войск.
Смех Иры отозвался щемящим резонансом в груди Лизы.
— За мир во всем мире!
— Нeа! За нас с тобой!
Оба отпили вино, а потом принялись за ужин. Оказывается, они действительно проголодались.
— Расскажи мне о сестре, — попросила Ира, наблюдая за тем, как девушка с жадностью поглощает пасту.
— Катюха крутая, — жуя, произнесла девушка. — Очень умная и сообразительная. Работает у отца на фирме, два года как живет в Америке.
— Нет, Лиза, расскажи о том, что она значит для тебя. Катя сказала, что из-за нее ты частично стала такой, и если ты захочешь, то возможно расскажешь. Если рано, я пойму.
Лиза допила вино до конца и налила себе еще, откидываясь на спинку стула. Резко втянула носом воздух.
— Хочешь капнуть глубже, Игоревна? — спросила без издевки. Скорее уточняя действительно ли ей интересно.
— Хочу. Слишком долго я видела одну твою сторону, которой ты глушила вторую. Мне правда хочется узнать тебя всю.
Акула распечатала упаковку с зубочистками и достала оттуда одну.
— Ну хорошо. Сама попросила. Катя очень ранима и доверчива, — начала, смотря Ире прямо в глаза. — Когда мы переехали сюда, отец отправил нас в обычную школу. Не лицей или гимназию, а самую обычную общеобразовательную школу. Тогда он это сделал назло матери. Хотел показать, что будет только так, как он скажет. У них были сильные контры, а страдали всегда мы. Так вот, жизнь у нас в этой школе с первого дня не заладилась. Над нами открыто насмехались, что приезжаем в школу с водителем. Разбили три мобильных телефона. Два моих, один Кати. И если я дралась, защищая себя от нападок «местных», то Катя держала все в себе и глотала обиды от девчонок, завидовавших тому, что она и красива, и богата. Они не понимали, что нам в том возрасте на деньги-то похер было. Катя если бы могла, то всем бы пораздавала свои шмотки, как и делала с одной девчонкой, с которой сдружилась. Та оказалась из необеспеченной семьи, и Катька ей таскала то косметику, то юбки свои. Но другие как шакалы готовы были нас рвать. Пацаны выкидывали мой портфель в окно, харкали на кроссовки, потому что те были от Найка и Адидаса. Я стала прогуливать дополнительные занятия пошла на тхэквондо. Сама. Платила карманными деньгами, и уже через полгода меня перестали трогать. Катьку тоже, потому что за нее я рвала всех, даже девок. Не била, но.... — Лиза замолчала, словно вспоминая методы, которыми приструнивала одноклассниц сестры, — в общем все утихли. Я думала, что самое плохое позади, но в день, когда у нее был выпускной, произошло то, после чего я не позволяю никому приближаться ни к себе, ник ней. Я была дома, сестру позвали на вечеринку, а спустя примерно полтора часа звонит в истерике ее подружка, кажется, Света ее звали, и говорит, что Катю закрыли в комнате с тремя второкурсниками, которые, потом как оказалось, пришли туда ради того, чтобы снять выпускниц. А суки одноклассницы таким образом решили отомстить Кате. За что? Хер его знает. За то, что она человек, а они твари, наверное. Тебе все еще интересно? — Ира кивнула, всматриваясь лицо, черты которого заострились. Лиза нервно перекатывала зубочистку, а её глаза покрылись коркой льда. Боже, неужели трое взрослых парней поиздевались над бедной девушкой?
— То, что было потом, я помню плохо. Состояние аффекта, знаешь ли, дерьмовое. На автомате достала у отца из ящика пистолет, села на свой пылесос, скутер в смысле, и погнала туда. Выстрелила в потолок еще в гостиной, разгоняя надравшихся долбоебов, залетела на второй этаж, найдя около одной из дверей подружку. Снесла нахрен выстрелом в замок и увидела Катьку на коленях перед одним придурком. Я так понимаю, что они только начали развлекаться, потому что он был в трусах, но заплаканные и испуганные глаза сестры я не забуду никогда.
Ира инстинктивно поднесла руку ко рту. Господи, это ужасно.
— И что ты сделала?
— Выстрелила в ногу тому, перед кем она стояла. Остальные разбежались. Отец потом разрулил это дело, с меня сняли все обвинения.
Акула смотрела Ире прямо в глаза. Ира только сейчас смогла понять и увидеть всю картину целиком. Откуда вся ненависть к студентам, одержимость быть главной и контролировать окружающих. Такое сложно пережить. Еще и в их возрасте.
— С тех пор моя жизнь в школе кардинально изменилась. Меня стали называть за глаза психом, ненормальной, но больше никогда не рыпались в мою сторону. Зато телки активизировались. А те уроды, кто еще год назад бил меня в подворотнях, встали на мою сторону.
— Но не все вокруг плохие, Лиза.
— Наверное. Мне не хочется узнавать это. Меня вполне устраивает моя жизнь, — Лиза осеклась и её взгляд потеплел. — Устраивала! Пока в ней не появилась ты, Игоревна. Со своими принципами. Правилами, не контачившими с моими собственными. Ты как заноза впилась в палец и хрен достанешь.
Ира Отпила вино, понимая, что Лиза, приоткрыв ей дверь в прошлое, снова закрывает ее, но уже не на замок.
— Если не ошибаюсь, ты не очень-то и хочешь доставать.
Акула усмехнулась, выкидывая зубочистку. Встала со стула и потянула к себе Иру распахивая полы халата и сбрасывая ненужную тряпку на пол. Приподняла под ягодицы и усадила на край стола, становясь прямо между раздвинутых стройных ног.
— Совсем не хочу. Ты теперь моя, Игоревна! Это будет сложно. Для нас обеих. Но если мы объединим армии, то прорвемся!
Лиза потянула за длинные волосы, запрокидывая голову назад, и лизнула шею. Зубами проехалась по ключице, вырывая из девушки рваный выдох. Оторвалась от нее и сдвинула всю еду ближе к подоконнику, а Иру подтолкнула дальше, вынуждая опереться руками на столешницу позади себя. Жадные глаза облизали совершенное тело. Сколько раз она представляла, что находится под всеми этими костюмами, а сейчас кайф ловила, понимая, что догадки оказались хуже реальности. Высокая полная грудь девушки с торчащими сосками, плоский подкаченный живот и гладкий лобок сотворили совершенную картину. У Лизы от возбуждения судорога по телу прошла.
— Андрияненко, если ты сейчас же не начнешь что- нибудь делать, я поставлю тебе незачет. — Ире не то, чтобы было неловко. Она знала, что выглядит сексуально.
Взгляд девушки говорил за неё, но у нее уже низ живота болел от желания еще раз ощутить на себе страсть Лизы.
Акула ухмыльнулась.
— А я сдаю у тебя не зачет, Ира Игоревна, а экзамен.
Девушка подняла ногу Иры и поставила ее на край стола, открывая для себя. Пальцами проехалась по бархатным складкам и раскрыла их. Ира откинула голову назад и прикусила губу.
— Значит, поставлю неудовлетворительно, — прохрипела, слегка подаваясь бедрами вперед.
— Неудовлетворительно? Я щас тебе устрою неудовлетворительно!
Пальцы вдруг исчезли, но не успела девушка возмутиться, как на их место пришел горячий рот Андрияненко. Ох, чеееерт!
Умелый язык девушки лизнул плоть и ударил по чувственному клитору.
— Ох, Боже!
Лазутчикова выгнулась и задрожала. Лиза сидела перед ней на коленях, удерживая бедра руками. Если бы ей сказали, что она будет заниматься с ней сексом не для того, чтобы самой поймать кайф, а чтобы в первую очередь свести с ума ее саму, она бы рассмеялся в лицо. Всегда секс был чем-то механическим. Трахаешся ради нескольких секунд эйфории и идешь дальше. А сейчас, когда язык девушки проникал во влажную плоть, ей казалось, что её самого разорвет удовольствия. Видеть Игоревну такой открытой в своих руках - это пик! Высшая точка!
— А говоришь неудовлетворительно, — по складкам завибрировал хриплый голос, а потом Лиза накрыла клитор пальцами и помассировала. Языком начала ритмично ласкать готовый взорваться комочек, а пальцами массировала промежность.
Пальцы Иры впились в край стола, она крутила головой, чувствуя расползающуюся под кожей магму. Неудовлетворительно, прошипела, чем заставила Лизу резко встать и рывком войти в узкое отверстие. Ира кончила в эту же секунду. Громко закричав и содрогаясь всем телом.
Лиза смотрела на момент её удовольствия и пыталась сама не взорваться раньше времени. Она хотела долго. Много. И всю её. На целую ночь.
— Удовлетворительно, Игоревна! — Подняла девушку со стола, не выходя из нее, и понесла в спальню. — Сейчас мы еще до оценки "отлично" дойдем, и я получу золотую медаль за особые достижения в области твоего тела, Ира!
————
Рано расслабились 😉
Порог 35 🌟
1998