Не будь таким притворщиком.

— Да, это был не сон, — сказал Чжуан Оу с серьёзным выражением лица и поджал губы.

Этот ответ ошеломил Гао Юя. Он со всего маху захлопнул дверь и угодил ею прямо в Чжуан Оу — тот стоял в дверном проёме и не успел увернуться.

— Гао Юй, я понимаю, что это произошло немного неожиданно. Сначала успокойся, а потом выйди, и я тебе всё объясню, хорошо? — сказал Чжуан Оу из-за двери, заметно повысив голос по сравнению с обычным.

Тем временем Гао Юй в ванной всё ещё пребывал в состоянии, будто душа покинула тело. То, что он считал сном, оказалось реальностью, и это выходило за рамки его понимания. Но в памяти всплывали обрывки картин: например, как Чжуан Оу старательно делал ему минет, а ещё боль от того, как тот вгонял в него свой огромный член, была настоящей!

Чёрт, да что это вообще такое?!

Мозги Гао Юя начали зависать, как перегруженный компьютер! По логике вещей, нормальный сценарий должен был быть таким: Гао Юй напивается, потом пристаёт к Чжуан Оу, тот постепенно поддаётся его страсти, и они проводят прекрасную первую ночь вместе. Ну и конечно же, Гао Юй должен был быть тем, кто сверху!

А не... а не вот так, как сейчас, когда он, будучи альфой, внезапно оказался тем, кому взломали хризантему!

Впрочем, если подумать спокойно, выходит, что у Чжуан Оу есть подобные предпочтения. Гао Юй слышал, что некоторые мужчины-омеги любят быть сверху, но таких всё же меньшинство. Кто бы мог подумать, что такую маленькую вероятность придётся испытать на собственной шкуре, потому что омега, которого он любил все эти годы, оказался одним из таких!

Боже, что ему теперь делать?

Гао Юй уже голову себе сломал, но всё равно не знает, что делать!

— Гао Юй, как ты? Я немного за тебя волнуюсь. Может, сначала оденешься, а то простудишься? Открой дверь, — из-за двери раздался мягкий голос Чжуан Оу.

У Гао Юя мгновенно сработал условный рефлекс наивного обожателя, и он послушно открыл дверь.

— ... — Распахнув дверь, Гао Юй хотел было что-то сказать, но лишь беззвучно пошевелил губами и на мгновение застыл.

Так, он же ещё не успел полностью успокоиться — зачем, спрашивается, он её открыл?

Хотя Гао Юй так подумал, но всё же принял от Чжуан Оу протянутую одежду — это была точно такая же пижама, как и у него.

Сама возможность носить такую же одежду, как у Чжуан Оу, снова вызвала у Гао Юя тайную радость. Надев пижаму, он откашлялся; на его лице читалась целая гамма чувств, когда он, слегка запинаясь, спросил:

— Сяо Оу... выходит, тебе нравится быть тем, кто сверху?

Ресницы Чжуан Оу дрогнули. Как он и предполагал, Гао Юй пока не заметил изменений, произошедших в его теле.

— Гао Юй, то, что я сейчас скажу, тебе, возможно, будет очень трудно принять, но раз это уже случилось, я обязан тебе всё объяснить, — с полной серьёзностью ответил Чжуан Оу.

— А-а... э-э, Сяо Оу, ты... ты только не торопись, объясни спокойно, — Гао Юй впервые видел Чжуан Оу таким серьёзным, и это заставляло его сильно нервничать.

— На самом деле, я не омега, — сказал Чжуан Оу, не отрывая взгляда от Гао Юя.

На лице Гао Юя в этот момент отразилось выражение WTF.

— Я — энигма, — продолжил ошеломлять его своими словами Чжуан Оу.

После этого Гао Юй совсем растерялся:

— Сяо Оу, сегодня же не 1 апреля! Не пугай меня так!

— Это правда... Более того, прошлой ночью я тебя пометил, и теперь ты омега. Можешь сам проверить своё тело, чтобы в этом убедиться, — сказав это, Чжуан Оу вышел из ванной комнаты и закрыл за собой дверь, оставив Гао Юя в состоянии ещё большего ступора, чем прежде.

Гао Юй стоял, будто вкопанный, не в силах пошевелиться.

Не решаясь поверить услышанному, он стянул только что надетую пижаму, обнажив своё крепкое, мускулистое тело.

Даже если сейчас на нём множество сомнительных красных отметин, но с какой стороны ни посмотри, это тело совершенно не похоже на тело омеги. Скорее всего, Чжуан Оу просто пошутил.

Воодушевлённый этой тлеющей уверенностью, Гао Юй поднял ногу, нагнулся и начал осматривать свою промежность. И тут его взгляд упал на крохотное отверстие, которого раньше не было. Теперь эта щель была болезненно покрасневшей и опухшей, как будто каким-то предметом грубо и насильно проникали внутрь.

Практически мгновенно Гао Юй понял, что это был за «предмет».

Это был тот огромный член, так не соответствовавший утончённому лицу Чжуан Оу!

Но как его чудовищных размеров член мог проникнуть в такую крошечную дырочку?

Впрочем, сейчас это уже неважно.

— ... — На этот раз Гао Юй был полностью опустошён. Совсем сломавшись, он опустился на корточки и схватился за голову. Такого отчаяния он никогда раньше не испытывал — это чувство мгновенно нахлынуло на него и заполнило всё его естество. Он просто не мог поверить, что такое могло произойти именно с ним. Ещё вчера он был так счастлив, наслаждаясь концертом вместе с Чжуан Оу, а в итоге — просто из-за того, что выпил несколько лишних бокалов и заснул, — наутро у него, Гао Юя, даже вторичный пол изменился?!

Ему вспомнился фильм «Мой друг — энигма»; они его смотрели, когда Гао Юй признавался Чжуан Оу в чувствах. Жаль, что он тогда смотрел его так невнимательно, но не мог же он предположить, что история, случившаяся с главным героем, может случиться и с ним самим. Кажется, тому фильму не мешало бы сменить название на «Моя жена — энигма»!

— Гао Юй, ты ведь увидел, да? Прости... прошлой ночью я не сдержался. Вообще-то, я планировал рассказать тебе об этом, когда наши чувства станут стабильнее, но вчера вечером ты был таким... слишком соблазнительным. Я просто не смог устоять... и... — чистосердечно извинялся Чжуан Оу, стоя за дверью.

Гао Юй, слушая эти слова, чувствовал искреннее раскаяние Чжуан Оу.

Действительно, разве мог его Сяо Оу держать в сердце злой умысел? Он просто не смог сдержаться, вот и всё. Он всего лишь совершил ошибку, которую совершают все мужчины в мире.

Ха-ха... Гао Юй не сможет так себя убедить.

Он, возможно, глуповатый и наивный, но не бесчувственный и не безмозглый. Он не собирается так легко принимать извинения, сводившиеся к «не сдержался», — и сразу же взялся за дело.

Ведь он, Гао Юй, добивался Чжуан Оу три года, и разве хоть один раз он не относился к нему с уважением? Именно потому, что он любил Чжуан Оу, он и уважал его. Он хотел дождаться момента, когда Чжуан Оу сам захочет отдаться ему, и только тогда он бы его и взял.

В этот момент Гао Юй пережил эмоциональный крах ещё страшнее прежнего, потому что безупречный образ Чжуан Оу в его сердце разрушился окончательно и бесповоротно.

Гао Юй смахнул скупую мужскую слезу, поднялся на ноги, надел одежду, привёл в порядок перед зеркалом свой внешний вид и, не мешкая, распахнул дверь.

Чжуан Оу, увидев вышедшего Гао Юя, на мгновение замер. Он как раз собирался продолжить разговор, но услышал холодный голос Гао Юя:

— Даже если ты был не в силах сдержаться, ты всё равно должен был спросить моё согласие, прежде чем ставить метку! Как ты мог, ни о чём не спросив, вот так взять и пометить меня, да ещё вдобавок изменить мой вторичный пол?

— Я... я прошу прощения. Я не смог сдержаться. Это моя вина, — Чжуан Оу, не отрываясь, впился взглядом в Гао Юя, словно пытаясь найти хоть какую-то брешь в его нынешнем ледяном, бесчувственном выражении лица.

— Хм. Я всегда проявлял к тебе так много тепла, а ты притворялся таким холодным! А сейчас вдруг «не смог сдержаться»? Похоже, тебе не на факультет экономики и управления, а на актёрский надо было поступать, — продолжал Гао Юй, не сбавляя ледяных нот в голосе и не жалея язвительных колкостей.

Эти слова заставили Чжуан Оу онеметь, лишив его дара речи.

Гао Юй, видя, что Чжуан Оу не отвечает, посмотрел на него — тот стоял с печальным лицом, жалкий-прежалкий; от его мрачного вида чуть сердце не разорвалось от сострадания.

Что он сейчас вытворяет, а? Кто из нас вообще пострадавший?!

Гао Юй сжал кулаки, приказав себе не смягчаться. Заставив себя быть безжалостным, он отвёл взгляд, чтобы больше не видеть Чжуан Оу, и холодно бросил:

— Верни мне мою одежду, я ухожу домой, не хочу больше здесь оставаться.

Чжуан Оу понял, что Гао Юй принял решение игнорировать его. Он тяжело вздохнул и сказал:

— Одежда ещё сушится. Отдам, когда высохнет.

— Не надо. Я заберу и посушу у себя, — ответил Гао Юй, не принимая и толики его проявления заботы.

— Гао Юй, что это значит? Ты больше не хочешь иметь со мной ничего общего? Ты хочешь со мной расстаться?

Услышав такой вопрос от Чжуан Оу, Гао Юй ещё сильнее вышел из себя. Каким бы сломленным и взбешённым он ни был до этого, ему и в голову не приходила мысль о расставании с Чжуан Оу! Он вообще не ожидал, что изо рта Чжуан Оу с такой лёгкостью вылетит слово «расстаться»!

Гао Юй сейчас совсем не хотел разговаривать с Чжуан Оу. Он молча направился на балкон, чтобы снять свою одежду. В тот миг, когда он, закончив снимать бельё, повернулся, Чжуан Оу набросился на него и притянул к себе; он схватил Гао Юя за подбородок, и на его губы обрушился агрессивный, властный поцелуй.

— Ммм... М-м-м! От... отпусти!