Синдикат: Она и Другая

Посещение пар сейчас было совсем не кстати, но тем не менее Элла сидела за партой на лекции профессора Мадуро и пыталась вникнуть в материал, записывая его в тетрадь. Однако его слова вновь пролетали мимо, растворяясь в воздухе. Родители Эллы даже не подозревали о том, что ей пришлось пережить за всё время, что она отсутствовала дома. В мыслях снова были Ребекка и Джерман.
«Синдикат поплатится за них. Пусть Ребекку я и не знала при жизни, но всё равно ощущаю, как мне её не хватает. У меня могла быть старшая сестра, а они лишили меня этого. А убийцу Джермана я готова задушить собственными руками, чтобы эта мразь мучилась от пыток и умоляла о пощаде».
Ручка в руках треснула. Студенты резко обернулись в сторону последней парты, за которой сидела Элла.
— Что, в вашей роскошной жизни всё настолько скучно, что вас интересует сломанная ручка? — раздражённо бросила она, швырнув то, что осталось от ручки, на парту.
— Сеньорита Де Ла Торре... — профессор прокашлялся. — Если вы чувствуете себя нехорошо, я могу вас отпустить.
— Не нужно, спасибо, — тихо ответила Элла, замечая, как однокурсники начинают перешёптываться. Ей даже показалось, что где‑то прозвучало имя «Росита».
Херовые из вас детективы, ребята.
Долгожданный звонок прозвучал внезапно, и Элла, быстро закинув всё в рюкзак, первой покинула кабинет.
Мия сегодня осталась дома, её можно не ждать. Хотя какая разница? За стенами университета меня всё равно никто не тронет.
И вечером никто не напишет: «Дэн, погнали в Эль Сид»...

***

Паб словно угасал с каждым днём. Элла могла бы вернуть ему жизнь, если бы сама ощущала её в себе. По крайней мере, Рейна и «Sombras» были здесь, да и Моторхэд снова не отставал.
Рейна стояла у бара, погружённая в мысли, и даже не заметила, как вошла Элла.
— Рейна... — тихо окликнула её девушка, подходя ближе. — Привет.
Рейна вздрогнула, будто возвращаясь из глубокого сна, и коротко обняла её.
— Привет, чудо моё. Как ты?
— Я в норме. Ты не ходила в полицию?
— Я сдала Леона папе, — тихо ответила она.
Элла подошла ближе, чтобы её слышала только Рейна.
— Ты уверена, что твой отец не замешан в убийствах Ребекки и Джермана?
— Да. Кажется... Леона мы больше не увидим.
Элла кинула на неё шокированный взгляд, но Рейна не поднимала глаз.
— Это ужасно, но этот ублюдок заслужил расправы. Прости за мою жестокость.
— Рейна, я хотела сама его убить. Правда, перед этим хорошенько поиздеваться, чтобы...
Рейна закрыла ей рот рукой, тихо смеясь.
— Я поняла. Никто не должен об этом знать. — Она опустила руку, и Элла улыбнулась.
— Хорошо. Ещё... мне нужно тебе кое‑что рассказать.
Время пришло, Даниэла. Скрывать больше нельзя.
— Я слушаю, — ответила Рейна, взяв Эллу за руку.
— Можно сегодня прийти к тебе? Там и расскажу. Здесь не самая подходящая обстановка.
— Заинтриговать хотела? — Рейна игриво приподняла бровь.
— Я не скажу ничего хорошего. Правда.
— Ты меня пугаешь. Тоже изменяла мне с кудрявой?
— Нет же, — улыбнулась Элла.
— Тогда не парься. Я ни в коем случае тебя не осужу и не брошу.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Элла обернулась к сцене. Только сейчас она заметила, что Франц и Альба стали вести себя отстранённо. Она подошла ближе, остановившись прямо у сцены.
— Ребята, всё нормально?
— Нормально, — ответил Франц, мельком бросив взгляд вниз на Эллу.
— Мы собираемся презентовать новую песню, — сообщила Альба. — Нам бы не помешало внимание сейчас.
— Я не могу заменить вашего главного фаната, но обязательно послушаю, — Элла попыталась улыбнуться, но улыбка вышла грустной.
Альба поджала губы, стараясь не заплакать. Франц даже не взглянул на неё.
Что между вами происходит?
— Эй, парочка поссорилась? — раздался голос сзади, и послышался смех какой‑то компании.
— Нахер пошли, — Франц был, как всегда, краток.
Вот в чём причина. Снова Леон всё испортил. От него даже «Sombras» пострадали...
— Ребята, никакие ублюдки не должны вам мешать, — сказала Элла. — Вы же крутые.
Она обернулась к Рейне, которая подмигнула, поддерживая её.
— Мы знаем, что делаем, — холодно ответил Франц и взял в руки гитару.
Рейна остановила музыку, и «Sombras» начали своё выступление. С первого же аккорда Элла почувствовала мурашки. Инструментал был тяжелее обычного — даже на фоне их привычного жёсткого звучания. Но сильнее всего поражал голос Альбы: если раньше она раскрывала весь свой вокальный диапазон, то сейчас её голос походил на зловещий шёпот — и выходило это у неё не менее завораживающе.
Было видно, что исполнители полностью прониклись этой песней и вкладывали в неё всю душу. Прозвучал последний удар по струнам, и Франц резко отбросил гитару в сторону — инструмент громко ударился о сцену. В этот же миг Альба и Франц подошли друг к другу, и аудитория замерла. Никто не ожидал, что они внезапно поцелуют друг друга и одновременно покажут всем средние пальцы со сцены.
Элла ошеломлённо обернулась к Рейне. Та прикрыла рот руками, всё ещё пребывая в шоке.
— Спасибо! — произнесла Альба в микрофон после их «перформанса». Она грациозно спустилась со сцены, всё ещё сияя после их импровизированного номера.
— Альба, я в восторге... — не веря в увиденное, произнесла Элла. Альба в ответ обняла её, слегка покачивая.
— Никто нас не сломает, Дана. И тебя, я уверена, тоже. Ты у нас сильная девочка, — сказала она и заботливо поцеловала Эллу в лоб, после чего направилась к бару.
— Променяла меня на сеньориту Анархию? — раздался за спиной голос Рейны. Элла вздрогнула и резко обернулась.
— Что?
— Я же шучу, — усмехнулась Рейна. — Сегодня закроемся пораньше. Хочу провести с тобой больше времени.
— А так можно? — удивилась Элла.
— Можно, пока мама не знает.
Девушка улыбнулась и заметила, что к бару подошёл Моторхэд и, судя по активной жестикуляции, начал отчитывать Альбу.
— Почему Моторхэд не любит Франца? — спросила Элла.
Рейна тут же обернулась.
— Дед, не борзей! — крикнула она, направляясь к нему. Элла двинулась следом и встала рядом с Альбой.
— Всё хорошо?
— Да, папе очень понравилась наша песня, — засмеялась Альба.
— Альба, чертова ты безобразница! — продолжал возмущаться Моторхэд, чем вызывал только веселый хохот вокруг.
— Дед Моторхэд, это же просто дружеская поддержка, — ухмыльнулся Франц, потягивая пиво.
— Хренов сатанист, — буркнул Моторхэд, махнув рукой, а затем достал пачку сигарет и направился к выходу.
— Ничего серьёзного, — улыбнулась Альба. — Он просто так шутит.

***

Элла ощущала повисшее в воздухе напряжение. Рейна казалась спокойной, но ещё не догадывалась о том, что ей предстоит сегодня узнать. И именно её возможная реакция больше всего пугала девушку.
Джерман и Мия восприняли правду довольно спокойно... Может, и отношение Рейны ко мне не изменится?
В комнате не горел свет. Шторы были чуть приоткрыты, и слабое сияние уличных фонарей и фар машин проникало внутрь. Рейна держала Эллу за руку, ожидая её откровений.
— Так долго молчишь... Неужели скрываешь что-то настолько серьёзное, Дана? — тихо спросила она.
Элла вздохнула. Дрожь не проходила, и даже тепло руки Рейны не могло её успокоить.
— Ты правда готова ко всему? — прошептала Элла.
— Абсолютно.
— Тогда выслушай до конца... — ком подступил к горлу, но Элла всё же продолжила. — Моё настоящее имя — Даниэла Де Ла Торре. Я дочь ректора университета, в котором училась Росита. Она была моей однокурсницей. И да, мой отец — «тот хер из правительства», как ты сказала. Но я не из тех богатых, кто одержим роскошью и деньгами. Я не притворяюсь. Ты действительно мне нравишься, и я готова бросить всё, чтобы остаться с тобой и продолжать общение с ребятами. Жизнь рядом с вами — настоящая, живая, та, которой мне всегда не хватало.
Элла замолчала. Она боялась поднять взгляд на Рейну, которая не спешила реагировать на её признание. Но Элла почувствовала, как пальцы Рейны медленно разжались, а затем и вовсе отпустили её ладонь. Тогда Элла решилась взглянуть на девушку. Рейна не смотрела на неё — её взгляд был устремлён в пустоту.
— Рейна, пожалуйста, скажи хоть что-нибудь.
— Уходи.
Сердце болезненно сжалось. Элла сжала кулаки, и по щеке скатилась непрошеная слеза.
— Прости, что раньше молчала.
— Я сказала, уходи, Даниэла, — в голосе Рейны звучала боль, от которой становилось только хуже.
— Я не уйду, — Элла потянулась к ней, пытаясь обнять, но Рейна резко отстранилась, будто с отвращением.
— Убирайся!
— Почему ты так реагируешь? Из‑за того, что я врала? Или из‑за моего отца?
— Какая разница? Я не хочу тебя видеть. Живи, как положено. Держись подальше от таких, как мы.
— Ты ошибаешься. Я могу жить так, как хочу. И я хочу остаться с тобой.
— А я не хочу, Даниэла. Хватит играть со мной.
— Рейна, я не играла! — Элла вскочила и бросилась к ней. Во взгляде Рейны, что всего минуту назад был тёплым и искренним, не было прежней нежности. Осталась одна лишь боль, и Элла ненавидела себя за то, что причинила её. Рейна упрямо старалась скрыть слёзы, которые всё равно прорывались наружу.
— Лучше бы я никогда не встречала тебя, — шёпотом сказала Рейна, закрыв лицо руками.
— Позволь обнять тебя. Пожалуйста, — дрожащим голосом ответила Элла и сделала осторожный шаг вперёд.
— Жаль, что я сразу не заметила в тебе замашки Ребекки. Ты такая же, как она. И это вовсе не комплимент.
— Зачем ты снова приплетаешь Ребекку?! — повысила голос Элла. — Чёрт, я её даже никогда не знала!
— И я не знала, хотя думала, что мы близки! В этом вы и похожи — лживые и бессердечные.
Её слова ранили хуже ножа. Элла вытерла лицо от слёз и отвернулась.
— Ты просто хочешь задеть меня, чтобы я ушла. — тихо сказала она.
— Верно, я хочу, чтобы ты ушла! Твоё присутствие здесь делает всё только хуже. Оставь меня в покое!
Элла так и не решилась обнять Рейну — знала, что та её оттолкнёт. Она медленно прошла мимо неё к прихожей и обернулась. Рейна не попыталась её остановить и больше ничего не сказала, лишь молча ждала её ухода.
— Прости меня. Я всё равно буду ждать твоего звонка. Или хотя бы сообщения.
Рейна не обернулась. Тогда Элла нехотя покинула её квартиру. Каждый шаг увеличивал расстояние между ними, и эта растущая пустота становилась невыносимой.

Элла вернулась «домой» — к фальшивой семье, которая когда‑то казалась настоящей.
Я выросла во лжи и стала такой же, как они. Рейна права.
Не хотелось даже думать о том, что всё закончится: никакого «Эль Сида», ночёвок у «Sombras» и у Рейны, ничего, что приносило ей счастье в последнее время. Теперь остались лишь эта семья, университет и привычная, скучная жизнь.
Элла победила?... Нет. Дану победить не так уж просто.
Элла приняла решение: завтра она придёт в «Эль Сид». Возможно, в последний раз. Но она расскажет остальным правду о себе. Пусть узнают все. Груз постоянной лжи, наконец, спадёт с её плеч — может быть, хотя бы это сделает жизнь чуть‑чуть терпимее.

«Очередные ужасающие новости пришли прямиком из района Тетуан. В Мадриде продолжаются убийства молодых людей. Сегодня было найдено тело двадцатилетнего Леона Мехии, убитого в собственной квартире. Тело обнаружила сестра погибшего. Следствие продолжается. Будьте осторожны!»

Отличная работа, «Бухой».