Она заканчивает его мысль своими нелепыми фразами 🤡
1. Эрен
Вы стояли на стене, и Эрен, с горящими глазами, смотрел в даль, за пределы стены. Его голос дрожал от привычной страсти и решимости.
«Когда-нибудь мы уничтожим всех титанов и обретем свободу...»
«...и заселим все поля гигантскими тыквами!» — закончила ты его мысль самым дурацким образом, каким только могла.
Эрен замер с открытым ртом. Он медленно повернулся к тебе, его брови поползли вверх. Сначала в его глазах вспыхнуло привычное возмущение. «Что? Нет! Какие еще тыквы?! Я говорю о свободе человечества, о будущем, а ты...» Он замолчал, увидев твое хитрющее выражение лица. Его гнев начал таять, сменившись растерянной улыбкой. Он провел рукой по лицу, снимая напряжение. «Ладно. Допустим. Но только если эти тыквы будут хоть немного помогать в борьбе с титанами. Может, они будут взрываться?» — он уже сам заражался абсурдом, глядя на твой смех.
2. Армин
Вы сидите на холме, и Армин, глядя на расстилающиеся внизу поля, строит многослойный стратегический прогноз. Его голос спокоен и полон уверенности.
«Если мы сосредоточим наши силы на восточном фланге, мы сможем создать видимость наступления, в то время как основной удар...»
Ты ласково кладешь руку ему на плечо и заканчиваешь: «...основной удар нанесет отряд белок, вооруженных желудями?»
Армин замолкает. Он медленно поворачивает к тебе голову, его ясные голубые глаза расширяются от когнитивного диссонанса. Он открывает рот, чтобы возразить, но закрывает его. Снова открывает.
«Белок? — переспрашивает он, и в его голосе слышится неподдельный научный интерес. — Их мобильность, безусловно, высока, но боевая эффективность желудей против брони титана представляется мне...» Он вдруг осознает, что говорит, и резко останавливается, покраснев до корней волос. «Подожди, нет! Я сейчас не о белках! Ты снова заставила меня уйти в теоретизирование!» Он смотрит на тебя с немым упреком, но потом не может сдержать улыбку. «Это гениально и совершенно сбивает с толку».
3. Жан
Жан, упиваясь собственным превосходством, расхаживал перед тобой. «Вот видишь, а все потому, что нужно думать головой, а не бросаться в драку сломя голову, как некоторые. Настоящий лидер всегда просчитывает...»
«...сколько блесток поместится на его новой стрижке!» — огласила ты его скрытые помыслы.
Жан резко остановился, будто наткнулся на невидимую стену. Его лицо исказилось в гримасе крайнего возмущения. «Что?! Какие еще блестки! Я говорю о серьезных вещах! О будущем! О...»
«...о том, чтобы найти самую мягкую подушку в казарме!» — продолжила ты с непоколебимой серьезностью.
«ДА СТОП ТЫ! — взвыл он, хватая себя за волосы. — Ты сейчас специально превращаешь меня в идиота! У меня образ, репутация!» Он покраснел до корней волос и, понизив голос до шипящего шепота, добавил: «И... и кстати, про подушку... это не самое глупое предположение. Но ты никому не скажешь?»
4. Конни
Конни с энтузиазмом рассказывал о своем новом приеме в обращении с оборудованием для пространственного маневрирования.
«Я придумал, как сделать разворот на 180 градусов намного быстрее, нужно всего лишь...»
«...обмазаться медом и надеяться, что пчелы понесут тебя в нужном направлении!» — выпалила ты с самым серьезным лицом.
Конни застыл с открытым ртом, его глаза стали круглыми. Сначала на его лице отразилось полное недоумение, а затем он разразился таким громким хохотом, что чуть не упал с бочки, на которой сидел. «МЕ-МЕД?! Ха-ха-ха! О да, это гениально! — он всхлипывал, вытирая слезы. — Только представлю себе лицо Инструктора Шадиса! "Спрингер, почему от тебя пахнет вареньем и летают пчелы?!" А что, если смешать мед с ягодным сиропом для большей эффективности?» Он уже вовсю развивал твою безумную идею, полностью забыв о своем первоначальном рассказе.
5. Леви
Леви, собрав свой чайный набор, с обычной для него сосредоточенностью заваривал чай. Его движения были точны и выверены.
«Качество этого чайного листа оставляет желать лучшего, но при правильном заваривании можно добиться...»
«...того, чтобы он заиграл мелодию парадного марша при помешивании!» — влезла ты в его монолог.
Леви замер с чайником в руке. Он медленно, очень медленно поднял на тебя взгляд. Он поставил чайник на стол. «Марш, — повторил он плоским тоном. — Так ты хочешь, чтобы моя чайная церемония сопровождалась дурацким оркестром?» Он вздохнул, взял ложку для помешивания и, не отрывая от тебя взгляда, несколько раз стукнул ею по краю чашки. Получился неровный, дребезжащий звук. «Вот твой марш. Довольна? Теперь садись и пей свой поющий чай».
6. Эрвин
Эрвин стоял у карты, его поза излучала непоколебимую уверенность, а голос, низкий и властный, заполнял комнату. «Наша следующая экспедиция за стены будет решающей. Мы должны быть готовы пожертвовать всем ради великой цели, ради...»
«...ради того, чтобы добыть последний пирожок в столовой!» — объявила ты с важным видом.
Речь Эрвина замерла в воздухе. Он медленно опустил указку и обернулся. Его пронзительные голубые глаза изучали тебя с таким интенсивным, сконцентрированным вниманием, что стало жарко. Уголок его рта задрожал.
«Ты считаешь, что пирожок - это достойная цена за жизни солдат?» — спросил он, и в его бархатном басе прозвучала опасная, но игривая нота.
«Самая достойная, командир! С вишневым вареньем!» — не спасовала ты.
Эрвин вдруг рассмеялся. Это был глубокий, грудной, идущий от самого сердца смех. «Порой твоя способность низвергать самые серьезные моменты в пучину абсурда... восхищает. Ладно. Допустим, наша цель - этот злосчастный пирожок. Каков твой стратегический план по его захвату, солдат?»
7. Райнер
Райнер, ссутулившись, говорил с тобой тихим, задушевным голосом, стараясь быть открытым. «Знаешь, иногда я чувствую такую тяжесть... Бремя на моих плечах заставляет меня сомневаться, справлюсь ли я...»
«...с поеданием десятка пончиков за один присест?» — с сочувствием в голосе закончила ты его мысль.
Райнер смотрел на тебя несколько секунд, его доброе лицо отражало целую бурю эмоций от шока до попытки понять, и, наконец, до полного слома.
Он тихо засмеялся, смущенно потирая ладонью затылок. «Честно? Да, и с этим тоже. Но я говорил... не совсем о пончиках». Он вздохнул, но улыбка не сходила с его лица. «Хотя теперь я действительно беспокоюсь о пончиках. Спасибо, что добавила мне очередной повод для тревоги».
8. Бертольд
Бертольд тихо и медленно, подбирая слова, объяснял тебе, как правильно разводить костер под дождем.
«Главное — обеспечить хорошую воздушную тягу и использовать достаточно сухую растопку, даже если кажется, что ее нет, нужно искать под...»
«...под сияющим хвостом северного единорога!» — прошептала ты ему в ответ с таинственным видом.
Бертольд замер. Его рот остался приоткрыт, а глаза выразили такую степень растерянности, что, казалось, он вот-вот испарится от смущения. Он покраснел до корней волос и уставился на землю. «Единорога... — пробормотал он себе под нос. — Его хвост... наверное, действительно хорошо горит... если он сухой...» Он поднял на тебя взгляд, полный немого вопроса и легкой паники, не зная, как теперь продолжать свою практическую лекцию. «Я... я, пожалуй, просто продолжу», — прошептал он в итоге, с облегчением переходя к делу.
9. Мик
Мик стоял, вслушиваясь в лесные звуки, его поза выражала полную концентрацию. Он что-то уловил.
«Чувствуется... приближение небольшой группы. По запаху пота и звуку шагов... это люди. Вероятно, наши разведчики возвращаются с...»
«...с добычей в виде блестящих пуговиц и потертых носков!» — закончила ты.
Мик медленно повернул к тебе голову. Его знаменитый прищур стал еще уже. Он несколько секунд молча изучал тебя, будто пытаясь уловить новый, неизвестный науке запах абсолютного абсурда.
«Пуговицы, — наконец произнес он своим ровным, лишенным эмоций голосом. — Их запах... слабый. Металл и старая ткань». Он кивнул, как будто твое заявление было ценной, хоть и странной информацией. «Носки... да. Они рядом. У одного из них дыра на левой пятке». С этими словами он снова повернулся к лесу, продолжив свое наблюдение, полностью интегрировав твой бред в свою картину мира.