Последняя глава?
Когда сверкнёт
Меч палача,
Угаснет
В алтаре свеча...
Что у Небес
попросите,
Миледи?
©"Миледи" Unreal
Эта глава публикуется впервые, написана она ещё в далёкий 18 год, так что написана плохо и не до конца.
После того, как Автор дала нам независимость прошло пять лет. Три года из этих пяти я не с Крипами.
Лиз тогда наорала на меня.
Иногда, мне кажется, что Автор не ушла. Она оберегает меня. Вот такая паранойя.
В тот вечер я возвращалась домой с переговоров...
*Flashback*
В тот день, когда мы решили выйти на свет лил такой дождь, что старожилы пугали нас, молодых, о каре Богов.
Да вот только после жизни среди крипов уже ничего не срашно.
Серьёзно, после сонного Джеффа на шпагате тебя испугать нельзя ничем.
Мы вышли всем скопом. И круны, и летуны, и снежнокрылы, и метисы...
Курьировал нас фантом Чёрного Дуба.
Был такой шапито, что мать моя берегиня.
*End flashback*
Наконец, после двух месяцов выматывающих встреч, дело сдвинулось с мёртвой точки. Было дано разрешение на то, что бы мы, на равне с другими учились и учили.
Правда, у нас был выбор. Либо Академия, либо школа людей.
Зайдя в дом, я скинула с ног надоевшие туфли на каблуке и кинула в сторону сумку с документами.
В свете луны блестнула руна, похожая на перо.
Взобравшись по лестнице на второй этаж, я разорвала до чёртиков надоевшие капроновые колготки и упала животом на кровать.
Было лень так лень переодеватьсюся в ручную, что я переоделась с помощью магии.
На мне появились домашние минишорты и уже порядком выцветшая застиранная, растянутуя футболка цвета хаки, которую мне дал Санёк.
Каждая зашитая дырочка, каждое пятнышко напоминало о том, что я позорно бежала от крипов...
Улыбнувшись, я вспомнила о том, как Маски учил меня работать чисто, что бы не оставлять следов.
Задумчиво глядя на расплывчатое пятно полной луны на без звёздном небе, я вспоминала, вспоминала, вспоминала...
Резко сев на кровати, я телепортировала к себе нашу последнюю фотографию.
На ней я лежу на коленях Маски, Лиз рядом орёт на растерянного Джеффа, Безглазый вальяжно уселся на переднем фоне, а на его плече сидит мой филин-оборотень. Так же там обе Джейн, Клоки, Худи, Тоби и Кейт, висящий вниз головой Бен, Линк, надутый и милый Кукловод, Смеющийся, Джейсон, Пасхалис, Кенди, Лу и Лью... А ещё Фем, Никитка и та слепая ведьма, Влада.
Упав на спину и откинув руку с фотографией, я заплакала. Слёзы скатывались по щекам, обжигая их и выжимая из меня оставшиеся силы.
Слендер пытался стереть мне память, но...
Я оказалась устойчива к подобному.
Тогда я кровью поклялась никому не рассказывать.
Вытерев слёзы, я снова глянула в окно...
Как-то подозрительно тихо. Повзрослевшая Яра не скребётся по крыше, домовой не ходит и не ворчит привычно на поздний приход...
Даже Игорь не звал меня вниз за едой.
Вставать катастрофически не хотелось.
-Игорь! Иииигорь! Ты где!? - заорала я.
Ступени равномерно заскрипели. Но это был не Игорь... Это вообще не был никто из дома.
Рывком поднявшись, я села на кровати.
Скрип прекратился.
Внезапно, на меня навалилась жуткая усталость.
Скрип возобновился.
-Джефф, это ты!? - с последней надеждой спросила я, уже понимая, что это точно не улыбайка.
-Хм, нет...
В лунном свете сверкнул сербрянный нож.
Он вонзинлся в грудь, пронзая холодом.
Резкая боль в районе сердца...
-Что ты хочешь, что бы написали на твоём надгробии... - нагло спросил убийца.
-Он... Она хотела уйти красиво...
И спасительная прохладная темнота, где нет боли...
Pov. Лиз
Я готовила на кухне, когда Безглазый заорал:
-ЕЁ УБИЛИ! УБИЛИ!
По-моему, у меня дежавю.
А потом...
-Кого убили? Где убили? Почему убили?
Я выключила плиту и понеслась в гостиную.
Возле плазмы собралась половина особняка, но меня беспрекословно пустили к телевизору.
На экране диктор говорил про смерть Малы.
Показали кадры.
Труп Малы на полу зацензурен, но записку на столе не забыли показать.
"Она хотела, что бы на её могиле написали, что она хотела уйти красиво.
Ваш Паук"
Как!? Она... Она же обещала...
Лью приобнял меня за плечи, а разрыдалась...
Вспомнилась, как я рыдала однажды вот так же в туалете средней школы.
-Привет... - раздался едва знакомый голос моей одноклассницы. - Ты чего?
И я всё рассказала. Всхлипывая и изредка срываясь.
Она внимательно выслушала, а потом спокойно выдала:
-Ты слаба, пока боишся. И когда плачешь. Лучше злись.
И она ушла.
А теперь я рыдала, как последняя тряпка.
Она... Она же сильная!
К нам телепортировалась мама Малы, в её глазах был дикий испуг.
-Где она!? Куда вы её дели!?
-Она... мертва... - глухо сказала я, чувствуя, что что-то внутри меня обрывается.
Она отшатнулась от меня, прикрыв рукой рот. В её разноцветных глазах был дикий, животный ужас.
Фем... Я слышала, как он кричал ночью. Они поссорились перед тем, как она ушла и Фем прилетел сюда вместе с Юки.
Я зашла в ту комнату, где раньше жила Мала.
Фем лежал посреди помещения.
Два его крыла лежали поверх его спины, распластанные и едва-едва теплящиеся. Кровь была у их основания и на перьях. На щеках были размазаны чёрные слёзы, руки все в укусах. Рядом лежала маленькая Юки, такая слабая и бедная. Фем прижимал её одной рукой.
Игорь, испуганно ухая, стучался в окно.
Я открыла окно и впустила оборотня.
Затем осторожно подошла к Малиной паре и сказала:
-Фем...
Он поднял голову и я испугалась: в синих глазах было столько боли, что хотелось выть.
Он встал и погладил меня по голове.
-Всё хорошо, Лиз...
Я зарыдала и уткнулась в широкую грудь. Юки уткнулась ему в ноги.
Фем успокаивал меня и Юки, хотя ему было больнее.
Он вышел к крипам и ушагал куда-то. Я пошла за ним.
Но он взлетел. Я не успела за ним. Забрав с собой их с Малой ребёнка, он исчез.
- Лиз, он выберется... - сказал Куникита, поглаживая меня по спине.
- Почему так? - спрашиваю я и не знаю ответа. Я спрашиваю у Автора, а она не приходит.