На своих крыльях.
Прошло два года — два невероятно длинных и в то же время стремительных года, наполненных тишиной между ними и громкими переменами вокруг.
Аврора закончила университет и музыкальную школу, защитила диплом, который когда-то казался невозможным. Она записала свой первый альбом — честный, прозрачный, будто сделанный из её прошлого. Несколько песен были слишком личными, и каждый, кто знал историю, это чувствовал.
Первый сольный концерт в Америке стал точкой, где она наконец-то поняла: да, она теперь действительно артистка. Аудитория росла, фан-аккаунты множились, клипы попадали в тренды — всё шло вверх, по накатанной, легко.
Она познакомилась с красивым, добрым парнем — менеджером одной студии, внимательным и мягким. Они ходили на свидания, гуляли по ночному Лос-Анджелесу, слушали музыку в машине. Он ухаживал за ней так бережно, будто держал в руках стекло. Но сердце Авроры молчало. Она пыталась — честно пыталась. Но ни улыбки, ни прикосновения, ни бесконечные разговоры не могли воскресить то, что когда-то делало её счастливо-неразумной.
И она понимала: любовь не случается по просьбе, и, может быть, это действительно к лучшему.
У Саши жизнь тоже расставилась по местам. Канал рос, просмотры летели вверх, он покупал новую квартиру, снимал, работал, летал на проекты. Вернулся смех, вернулась искра. Он стал взрослее, тише, собраннее — не тот мальчишка, каким был когда-то рядом с ней.
Но сердце...
Сердце упорно не принимало никого нового.
Та единственная, двухлетней давности, заняла там столько места, что годы оказались слишком короткими, чтобы стереть её след.
Иногда он ловил себя на том, что пролистывает её сторис, наблюдает концертные видео, читает интервью. Так же, как и она, которая иногда задерживала взгляд на его фотографиях, проверяла обновления, тихо улыбалась его удачам.
Они поздравляли друг друга с днями рождения, праздниками, редкими важными событиями — короткими, аккуратными сообщениями, без лишних слов.
Максимум дозволенного, граница, которую оба боялись переступить.
Аврора выпустила второй альбом — более зрелый, вечерний, глубокий. Музыка стала другим языком её сердца.
И однажды она уловила внутреннюю тишину, которая сказала ей:
Пора домой.
Америка была прекрасна, дала ей всё, что могла. Но родные, Москва, улицы, на которых она выросла — всё это звало так нежно, что сопротивляться казалось бессмысленным.
Она решила: новый альбом она представит именно там, в Москве.
Пока самолёт прорезал облака, билеты на её концерт уже разлетались, backstage готовился, сцена строилась.
Она сидела у иллюминатора, держала горячий чай в ладонях, слушала черновую версию одной из песен и смотрела в бесконечную белую дымку за стеклом.
В груди было странное чувство — будто какой-то огромный круг медленно, но уверенно приближался к тому месту, где начинался.
Дом тянул её к себе.
Жизнь снова менялась.
А прошлое...
Прошлое, казалось, затаило дыхание.