Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Когда тень становится ближе.
Всё началось с ощущения.
Не со страха — с беспокойства.
Адель стала замечать, что по вечерам улица возле её дома будто бы меняется. Люди шли быстрее, разговоры становились тише, а тени — длиннее.
Иногда ей казалось, что кто-то стоит чуть дольше у входа в подъезд.
Иногда — что за ней кто-то идёт слишком долго.
Но каждый раз она убеждала себя: это просто усталость.
В тот вечер дождь лил особенно сильно. Кафе закрылось раньше обычного — хозяин сказал, что улицы сегодня «не те».
Адель вышла, плотнее запахнув пальто.
Свет фонарей отражался в лужах, а город казался чужим и холодным.
Шаги за спиной появились не сразу.
Сначала — тишина.
Потом — слишком синхронные звуки.
Она ускорилась.
Шаги — тоже.
Сердце сжалось.
— Спокойно... — прошептала она себе.
Но когда кто-то окликнул её сзади — грубо, без имени — страх стал реальным.
— Эй, красавица.
Она обернулась.
Двое мужчин стояли под навесом магазина. Лица скрыты капюшонами, взгляды — тяжёлые, оценивающие.
— Ты ведь работаешь в том кафе, да? — продолжил один.
Адель сделала шаг назад.
— Я тороплюсь, — тихо сказала она.
Они переглянулись.
— Мы тоже.
Она развернулась и пошла быстрее. Потом — почти побежала.
Сердце билось в горле.
Она не знала, кто они.
Но знала — это не случайность.
На следующий день возле кафе стояла чёрная машина. Не так, как стоят обычные машины.
Она не двигалась. Не уезжала. Просто наблюдала.
Адель почувствовала холод в груди.
А вечером кто-то положил на стойку салфетку.
На ней было всего одно слово: «Улыбайся.»
Руки Адель задрожали.
Это больше не было паранойей.
Это была угроза.
Джозу узнал сразу.
Его люди заметили машину первыми.
Камеры — салфетку.
И имя Адель прозвучало в отчётах слишком часто, чтобы быть совпадением.
Он стоял в тёмном зале, слушая доклад, и внутри него медленно поднималась ярость.
Не показная.
Тихая.
Смертельно спокойная.
— Это люди Бертрана, — сказал один из его подчинённых. — Они ищут рычаг давления.
Джозу сжал челюсть.
— Они его не найдут.
Он не повышал голос.
И именно это было страшнее всего.
— Удвоить охрану возле кафе. Камеры — обновить. Маршруты — сменить.
— А девушка?
Джозу на секунду замолчал.
— Она под моей защитой.
Эти слова не были угрозой.
Это был приговор тем, кто посмел к ней приблизиться.
В тот вечер возле её дома стоял незнакомый мужчина. Не угрожающе. Не навязчиво.
Просто — присутствовал.
Когда она подошла ближе, он слегка кивнул.
— Вы Адель?
Сердце пропустило удар.
— Да.
— Вам больше не нужно ходить одной.
— Почему?
Он посмотрел на неё спокойно.
— Потому что Джозу Готье не позволяет трогать тех, кто ему дорог.
Адель медленно выдохнула.
В груди было странное чувство — смесь страха и благодарности.
Потому что теперь она знала:
Опасность реальна.
Но и защита — тоже.
И за неё готовы бороться.
Комментарии