Сокровище Главы Мафий

Эдриан

Он был ещё ближе, чем я представлял. Холодный, опасный, из тех, кто привык ломать, а не строить. Словно статуя, выточенная из камня, с глазами, в которых не пряталось ни капли сомнения.

И всё же я не отступил. Я шагнул вперёд, подхватив маску пальцами, медленно стянул её с лица. Позволил ему увидеть меня — настоящего. Не фарфоровую куклу с банкетов, не Чёрного Кролика подполья. Меня.

Он не отвёл взгляда. Хорошо.

Я подошёл к нему почти вплотную, чувствуя его дыхание, его силу — ту самую, от которой дрожат другие. Но я не дрожал. Я горел.

Мои пальцы коснулись его скулы — кожа тёплая, грубоватая. Я провёл медленно, словно проверяя, насколько он настоящий.

— Интересно будет поиграть с тобой, волчонок, — прошептал я, глядя прямо в его глаза.

Он не шелохнулся. Только его челюсть чуть сжалась. А глаза вспыхнули ярче, чем пламя.

Дамиан

Он прикоснулся ко мне — первым. Спокойно, дерзко, как будто это я стоял здесь не на своей территории, а он был хозяином. Смотрел на меня с такой наглостью, будто уже знал, что однажды я опущусь на колени... перед ним.

"Волчонок".
Он перевёл мою фамилию, вложил в неё иронию, вызов. Но это слово из его уст прозвучало чертовски возбуждающе.

Я не привык, чтобы ко мне прикасались без разрешения. Не привык, чтобы меня называли так. Но я не отстранился.

— Осторожнее с игрушками, кролик, — ответил я медленно. — Некоторые кусаются.

Он усмехнулся. Губы дрогнули, в глазах вспыхнула искра — почти торжество.

— Я не боюсь быть укушенным. Бояться стоит тем, кто кусает, если потом не сможет убежать, — сказал он и отступил на шаг назад, но не отрывая от меня взгляда.

Он знал, что делает.
Он хотел меня. И хотел, чтобы я знал об этом.

Но я тоже знал, чего хочу.

И эта игра только начинается.

Дамиан

Он ушёл на шаг назад, но это не было отступлением — скорее, приглашением. Улыбка на его губах не была дружелюбной. Это была ухмылка хищника, уверенного, что добыча сама влезет в капкан.

Но я не добыча.

— Знаешь, — медленно сказал я, — обычно те, кто дразнит волка, не успевают пожалеть.

Он наклонил голову, будто изучая меня. Как бы он ни выглядел — мягкий, тонкий, словно из света и шелка, — внутри он был холодным расчётом. Это чувствовалось. Он не просто красивый мальчик с маскарадов. Он — что-то большее.

Эдриан

— А ты, значит, из тех, кто любит пугать? — произнёс я, скрестив руки на груди. — Интересно, пугаешь ли ты себя, когда смотришь в зеркало.

Он не ответил, но во взгляде мелькнула тень. Я поддел под дых? Приятно.

Я сделал ещё шаг, теперь уже обвёл его взглядом — сверху вниз, с холодным интересом. И вновь встретился с его глазами.

— Давай договоримся, — предложил я, — без лишних тел. Без бессмысленных угроз. Мы оба слишком умны для этого.

Он молчал, но я знал — слушает. Очень внимательно.

— Ты хочешь меня — не как мужчину, — продолжил я, — а как головоломку. Тайну. То, что не можешь контролировать.

Я подошёл ближе, едва не касаясь его тела.

— Так попробуй, — прошептал я. — Но если начнёшь — не рассчитывай на лёгкую победу. Я не тот, кого можно держать на поводке.

Дамиан

Чёрт.

Я не знаю, когда в последний раз кто-то говорил со мной так.

Он был не просто смелым. Он знал, как вести игру. Знал, как удерживать равновесие на грани между провокацией и угрозой, между желанием и вызовом.

И он был прав.

Я хотел его — не только телом. Я хотел понять его. Подчинить. Разобрать по кусочкам, узнать, что прячется под этим фарфоровым лоском и колючими словами.

— Тогда мы договорились, — сказал я. — Без тел. Пока.

Он усмехнулся.

— Пока, — эхом отозвался он.

Соблазн. Химия. Опасность.

И лишь один вопрос крутился в голове:

Кто из нас первый сломается?

Позже. Дом Эдриана.

Вода приятно обволакивала тело, струясь по коже, как шёлк. Ванная была просторной, почти как миниатюрный бассейн, утопающая в мраморе и мягком свете настенных ламп. Пахло жасмином, вином и тёплым паром.

Эдриан откинулся назад, полузакрыв глаза. Его длинные светлые волосы расплылись по воде, а в правой руке он держал высокий бокал с красным вином. Напротив, в том же теплом омуте, сидел его парень — высокий, смуглый, с мужественным телосложением. Они были обнажены, тела соприкасались под водой — колени к бедру, руки к груди.

— Он был там, да? — голос парня был хрипловатый, ленивый.
— Да, — отозвался Эдриан, не открывая глаз. — Он пришёл. Почувствовал запах кролика, и сразу явился, как голодный зверь.

Парень усмехнулся, медленно провёл пальцами по ключице Эдриана.
— Ты ведь специально его подтолкнул.

— Конечно, — спокойно. — Пусть думает, что всё держит под контролем. Это делает игру интереснее.

Мужчина приблизился, его губы коснулись плеча Эдриана, поцеловали.

— Он не первый, кто смотрит на тебя, как на трофей. Только обычно ты не позволяешь никому так близко подходить.

— И он не подошёл, — отрезал Эдриан и, наконец, открыл глаза. В них плескалось вино, лед и коварство. — Он думает, что охотится. А я просто открываю перед ним тропинку... туда, где сам уже жду.

Парень усмехнулся и потянул его ближе, усадив себе на колени. Под водой всплеснула волна.

— Не забывай, — прошептал он, прижимаясь губами к шее Эдриана, — ты всё ещё мой.

Эдриан медленно повернулся к нему, взгляд его стал мягче, но на грани.

— До тех пор, пока ты не попытаешься держать меня за горло.

Между ними вспыхнул поцелуй — долгий, влажный, ленивый. Словно подтверждение, что пока всё под контролем.

Но в самой глубине души Эдриан чувствовал: всё меняется.

Он появился.
Волк вошёл в лес.
И скоро начнёт искать свою добычу.

Маркус

Я не дурак.

Он сидел у меня на коленях, голый, тёплый, пахнущий вином и чем-то острым — тем, что заставляло людей либо бояться его, либо падать в одержимость. И я давно знал, в кого влюбился. Я знал, на что шёл. Знал, что у Эдриана никогда не будет цепей — ни на руках, ни на сердце.

Но сейчас, глядя, как его губы касаются моего плеча почти рассеянно, как его глаза смотрят не на меня, а сквозь меня, я чувствовал: он думает не обо мне.

— Ты молчишь, — заметил он тихо, не поднимая взгляда.

— Потому что не хочу ругаться в ванной, — ответил я, стараясь сохранить голос ровным. — Тут слишком красиво для ссор.

Он усмехнулся, чуть наклонив голову.
— А ты хочешь ссориться?

Я вдохнул глубже.

— Нет. Хочу понять. Этот альфа...
Я видел, как ты смотришь на него.

Его взгляд стал холоднее. Осторожнее. Он слегка отстранился, но не вышел из моих рук. Просто... стал дальше, даже находясь рядом.

— Я смотрю на него, потому что он опасен, — ответил Эдриан. — И потому что хочу знать, насколько глубоко он готов зайти.

— А ты?

Молчание.

— Насколько глубоко ты хочешь зайти, Эдриан?

Он не ответил сразу. Сделал глоток вина, потом провёл пальцами по моей груди, словно отвлекая.

— Не знаю, — наконец произнёс он. — Может, до конца. Может, вообще никуда. Я просто смотрю, как он играет. И отвечаю.

— Но ты позволил ему коснуться тебя. Позволил взглянуть так... как не позволял никому. Даже мне.

Мои слова повисли между нами, словно острое лезвие. Он чуть склонил голову и наконец встретился со мной взглядом.

— Я не принадлежу тебе.
— Я знаю.
— Но ты всё ещё рядом.
— Потому что люблю.

Тишина. И вдруг — поцелуй. Горький. Властный. Почти отчаянный.

Я держал его крепче, чем следовало. Потому что впервые за всё время почувствовал, что могу потерять.

Особняк Дамиана. Поздняя ночь.

Дамиан стоял у панорамного окна, глядя на ночной город, раскинувшийся перед ним, как шахматная доска. Огоньки улиц мерцали, но не отвлекали его. Мысли были сосредоточены не на городе — на нём. На Эдриане.

И на том, кто сидел с ним в ванной.

Он снова мысленно вернулся к той сцене: обнажённые тела, бокал дорогого вина, смех и лёгкое касание губ. Эдриан принадлежал другому мужчине, и этот факт вызывал что-то новое внутри него. Жжение. Неуверенность? Нет. Ревность.

Щёлкнул замок двери — вошёл помощник. Он никогда не нарушал тишину без причины.

— Говори, — бросил Дамиан, не оборачиваясь.

— Новая информация. О Маркусе Тейлоре.

Имя было как хлыст по спине. Дамиан медленно обернулся.

— Он всё-таки не просто сын бизнесмена?

— Точно нет. Мы копнули глубже. Его отец, Роберт Тейлор, — официально крупный строительный магнат. Но мы нашли следы офшорных счетов, переводов на имена, связанных с теневыми рынками. Маркус же — больше, чем просто баловень. Он управляет частью активов в тени, и есть вероятность, что именно он занимается распределением денег в подполье... вместе с Эдрианом.

Молчание затянулось. Дамиан сжал пальцы в кулак.

— Значит, они не просто пара. Они партнёры?

— Похоже на то. И если это правда, то у них больше влияния, чем мы думали. Особенно в сферах, где обычно действуем мы.

Это уже была не просто ревность. Это было вмешательство на его территорию.

— Следи за каждым его шагом, — голос Дамиана стал хриплым от напряжения. — Если он тянет за ниточки в моём городе — я хочу знать, где эти ниточки заканчиваются.

— Да, сэр. Я уже связался с нашими людьми.

Когда помощник ушёл, Дамиан остался в тишине. Маркус Тейлор.

У него было лицо любовника и руки финансиста. Улыбка мальчишки и расчётливость хищника.

Но самое главное — он держал Эдриана рядом.

Дамиан прошёл вглубь кабинета, подошёл к столу, вытащил сигару и медленно закурил.

Если он партнёр — я сделаю так, чтобы стал врагом.

Он ещё не знал, как. Но знал точно — разделить их будет первым шагом. И в этой игре Дамиан никогда не проигрывал.