Глава 2. Ночные шёпоты
Прошла неделя, и Лилит постепенно погрузилась в атмосферу особняка Хилшеров. Сперва непривычные шаги в пустых коридорах вызывали в ней дрожь и настороженность, но со временем они стали для неё привычным фоном, словно недовольные духи прошлого шептали свои старые истории.
Она часто ловила себя на том, что останавливается, прислушиваясь к этим звукам, ища в них смысл, который ускользал от неё. Шорохи за дверью — то ли ветер, то ли что-то иное, — порой заставляли её сердце биться быстрее, но вскоре Лилит научилась не обращать на них внимания, принимая их как часть жизни в этом странном месте.
Ночью, когда дом погружался в тишину, холодные прикосновения, которые пробегали по её коже, казались неотъемлемой частью бытия здесь. Иногда они были похожи на легкий ветерок, иногда — на невидимые руки, нежно касающиеся её, как будто кто-то хотел её утешить или предупредить. Эти моменты, хоть и вызывали легкий страх, теперь дарили ей ощущение, что она находится под чьим-то присмотром, и это придавало ей сил.
Однажды, разбирая старые вещи на чердаке, наполненном пылью и воспоминаниями, Лилит наткнулась на потёртый кожаный дневник. Он был укрыт под слоем пыли, словно ждал, когда кто-то снова обратит на него внимание. Обложка была потрёпанной, но всё ещё сохраняла свою изысканность, что говорило о том, что этот дневник когда-то был важным для кого-то. Она осторожно приоткрыла его, и её сердце забилось быстрее.Страницы были заполнены аккуратным детским почерком, который казался таким знакомым и близким. Читая, Лилит погружалась в мир Брамса — мальчика, который жил здесь много лет назад и чья жизнь закончилась трагически. Она встретила его страхи и мечты, его радости и горести, и с каждой фразой становилось всё более очевидным, что этот дневник был не просто записями, а окном в его душу. Он описывал свои игры, свои надежды на будущее, но также и одиночество, которое его одолевало, и страх перед неизведанным.
С каждым прочитанным словом Лилит всё больше ощущала, что Брамс не просто кукла, а потерянный мальчик, чья жизнь была прервана, и теперь его дух оставался здесь, в этом доме, в ожидании понимания и освобождения. Она понимала, что всё это время, возможно, он искал кого-то, кто смог бы его услышать и понять.
— Ты всё ещё здесь, да? — прошептала она, нежно проводя пальцем по фарфоровой щёке куклы. Её голос был трепетным, полным надежды и сочувствия. Она не знала, что ожидать, но в то же время чувствовала, как в ней растёт связь с этим мальчиком, как будто они были связаны невидимой нитью, тянущейся сквозь время и пространство.
И в этот момент... его рука дрогнула. Лилит замерла, её сердце забилось так быстро, что казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Она моргнула, не веря своим глазам, и снова взглянула на Брамса, его неподвижное фарфоровое лицо стало для неё живым, полным эмоций. Этот момент был полон волшебства и тайны, и Лилит почувствовала, как внутренняя сила, которую она не могла объяснить, переполняет её.
Она наклонилась ближе, пытаясь понять, что происходит. Возможно, это была игра её воображения, но в её сердце росло ощущение, что Брамс действительно *слышит* её, что он реагирует на её слова и прикосновения. В этот момент между ними возникло что-то большее, чем просто связь, это было как обещание, как надежда, что вместе они смогут разгадать тайны, скрытые в этом доме.
Лилит поняла, что её жизнь, жизнь Брамса и загадки особняка переплетены, и теперь она не только исследовательница, но и участница этого удивительного, иногда пугающего, но в то же время захватывающего путешествия. Она была полна решимости узнать, что же произошло с Брамсом, и какие тайны хранят стены этого старого дома, чтобы, возможно, помочь ему найти покой и освободить их обоих от тяжести прошлого.