Часть 6
Впервые за многие годы Тэхён действительно спокойно спал. И впервые за всю жизнь ему было жарко во время сна. Он настолько вспотел, что волосы приклеились ко лбу, а одежда к телу. С самого рождения Ким спал в одежде, но после сегодняшней ночи он понял, что, наверное, стоит заменить тёплые спортивки и большую оверсайз толстовку на лёгкую пижаму. Но, вынув позже ногу из-под одеяла, на секунду отбросил эту мысль.
Под одеялом тепло, мягко, комфортно. Ещё и Чонгук, который словно солнце тепло излучает. Его полуобнаженное тело настолько горячо, что Киму действительно несколько раз хотелось подняться с кровати и снять с себя одежду. Рукой, которой он обнимал Гука за спину, была очень мокрой, как и сама спина младшего, поэтому постоянно скользила, но Ким возвращал её в предыдущее положение.
Чонгук проснулся через несколько минут после Кима. Буквально, тот его разбудил, хоть и не специально. Нос Тэхёна очень защекотало, и у него не было никакого выхода, кроме как потереться им о грудь младшего, которая за всю ночь так и не сменила своего положения.
Открыв глаза, Чонгук засмущался от растрёпанного, сонного вида старшего. Ким некоторое время не поднимал головы, так как ему было действительно стыдно от того, что он сейчас в таком положении перед племянником: сонный, слабый, в какой-то мере, нежный и маленький, желающий тепла, объятий и ещё поспать.
Оба молчали до тех пор, пока в дверь не постучал дворецкий и не сказал, что пора просыпаться. Оба одновременно отстранились, не проронив и слова. Чонгук быстро сказал, что пойдёт в душ в другой комнате, и испарился за дверью, перед тем захватив вещи, чтобы одеться.
Тэхён, в свою очередь, вернул своему лицу привычное выражение: холодное, отстранённое, мрачное, суровое и в какой-то степени безразличное ко всему. Во сне своё лицо он контролировать не может, поэтому редко оставался на ночь с человеком, которому не доверяет.
***
Приведя себя в порядок, разогрев своё тело несколькими отжиманиями в ванной, Гук помчал готовить завтрак. Оладушки получились очень вкусными, но на вкус Тэхёна они были очень сладкими, поэтому он с силой доедал второй сразу запивая его несладким зелёным чаем. Но говорить ничего плохого не стал, ведь Гук старался. Пока оладьи дожаривались, Чонгук быстро делал салат из нескольких простых, но вкусных ингредиентов, которые были в холодильнике: несколько мандарин, куриное филе, которое осталось с ужина, щепотка горчичных зёрен, немножко красного лука, совсем чуть-чуть, чтобы не было плохого послевкусия и запаха, листья салата. Гук всё смешал, немного посолил и приперчил.
Тэхён оценил салат, сказав, то он действительно вкусный. Пока они ели, секретарь Ли отчитывал Кима за то, что он не появился вчера на работе и что ему пришлось делать всё самому. Также рассказал план работы на сегодня, который вместо Тэхёна, продолжавшего смотреть на Гука, словно заворожённый, услышал сам Чон, что внимательно слушал их, делая вид, что это не так, пока мыл тарелки.
***
Тэхён решил подбросить Чонгука в школу, поэтому из дома они выезжают в пол восьмого. Перед выходом Чонгук где-то пять минут рассматривал свою одежду в большом зеркале в спальне. Утром ему принесли школьную форму. Она состоит из чёрных брюк, простой белой рубашки, поверх которой бордовый галстук с крупной полоской и чёрная жилетка с названием школы.
— Не знал, что ты носишь очки... у тебя плохое зрение? — Спрашивает Тэхён, как только Гук выходит из комнаты, и он успевает его рассмотреть.
— Ну, у меня средняя ступень астигматизма. — Отвечает Гук, надев портфель на одно плечо. — Но всё не так серьёзно. Я могу ходить без очков. Но с ними мне комфортнее. — Добавляет, идя к лестнице.
— Почему не сделали операцию? — Идя за младшим, спрашивает Ким.
— Ну, это дорого... — Спокойно говорит, не спеша спускаясь по лестнице. — Очки тоже неплохой вариант. — Уверяет Гук, за что Тэхён ещё больше злиться на свою сестру. Ким снова вспоминает о тех деньгах, что отправлял сестре на каждый день рождение Гука, которая откладывала их в чемодан. И с каждым разом ему всё больше хочется воскресить и убить её снова.
— Мы можем сделать лазерную коррекцию... — Предлагает Ким, на что Чонгук замирает.
— Дядя, вам не нужно тратить такие деньги... — Обернувшись, говорит он. — Я и так вам очень благодарен... за всё то, что вы уже мне купили.
— На гардероб и всякий хлам, мы вчера потратили гораздо больше денег! Если не хочешь чтобы я тратил на тебя деньги, ты должен быть здоров! — Недовольно говорит Тэхён. Резко вскипев. Подходя к младшему ближе и остановившись на одной ступеньке выше его, он продолжил: — Хочешь экономить мои деньги – экономь. Но деньги на здоровье я экономить не позволю. — За тем проходит мимо и лишь предупреждает: — Секретарь Ли скажет тебе когда вы поедете к доктору. Сделаем операцию к тому времени как учёба закончиться.
***
Чонгук молчал почти всё оставшееся время. Пока они шли к машине. И даже пока ехали. И снова он заговорил лишь после того, как по приезду в школу Тэхён протянул ему новую модель какого-то смартфона и сказал, чтобы тот обязательно позвонил, если что-то произойдёт, и написал, когда занятия закончатся, чтобы его забрали домой.
— Постарайся найти друзей... хорошая компания не будет лишней. — Говорит Ким, когда водитель вышел из машины, в ожидании, когда можно будет открыть дверь.
Чонгук кивнул.
— Не позволяй никому оскорблять себя, а тем более бить. Тебя никто не знает, поэтому смотря на твой внешний вид, мало кто захочет тебя обидеть. Но если ты будешь показывать свой характер и своё слишком правильное воспитание, тебя сделают козлом отпущения, как это было в предыдущей школе. И тогда не останется ничего, кроме моего вмешательства..., а то что я могу сделать, тебе частично известно. — Спокойно говорит Ким, смотря в переднее лобовое стекло. Впереди, наверное, какие-то конкурсы проводят. Так рано утром... Возможно, выпускники к чему-то репетицию делают. Может репетируют какие-то конкурсы, потому что на вид всё не настолько громко, как если бы уже были конкурсы. Несколько людей смотрят на тонированный автомобиль Кима и начинают перешёптываться, вовлекая и других школьников.
— Знаю... не позволять себя унижать... что ещё? — спрашивает Чонгук с опущенной головой, тихо теребя пальцы и по-невинному терзая зубами губы.
— Завести друзей. — отвечает Ким, переведя взгляд на младшего, быстро скользнув глазами по всему его напряжённому телу.
— Завести друзей... — Повторяет за старшим Гук, продолжая смотреть на свои пальцы и грызть губы.
— Попытаться быть не избитым в первый же день. — Продолжает Тэхён.
— Попытаться быть не избитым в первый же день... — снова повторяет Чонгук.
— Вести себя уверенней.
— Вести себя уверенней...
— Быть упрямей.
— Быть упрямей...
— Защищать и иметь свою точку зрения.
— Защищать и иметь свою точку зрения...
— Подогнать учёбу.
— Подогнать учёбу...
— Полюбить меня. — Произносит Тэхён и сразу замолкает в ожидании реакции и ответа.Чонгук поднимает растерянный взгляд и прекращает перебирать пальцы.
— Полюбить вас? — Переспрашивает Чон, а Тэхён молчит. — Но я ведь и так уже люблю вас... вы же мой дядя. Как же я могу не любить... — Говорит смотря на Кима, а тот всё ещё застывший и молчит. — Или вы не это имели в виду? — Вопросительно смотрит Гук, заглядывая в тёмные мрачные глаза старшего.
— А как же, лишь это... — Улыбнулся Тэхён, прикоснувшись ладонью к щеке младшего. — Верно, малыш... лишь это. — И отворачивается, убрав руку со щеки Гука, сразу взявшись за ручку двери. Он кивнул, и водитель, поняв смысл этого кивка, обошёл машину, открыл дверь со стороны Чона, уважительно кивнул и провёл рукой по воздуху, приглашая парня выйти. — Я хотел бы выйти с тобой и проводить, но боюсь, меня могут узнать, и тогда от головной боли не отделаюсь ни я, ни ты.
— Ничего... — Взяв в руки портфель, кивает Чонгук. — Я люблю вас, дядя. — Произносит он.
— И я тебя, малыш. — Даже не смотря на младшего, отвечает Ким, глядя в окно. Чон выходит и, напоследок, улыбается Тэхёну. Но тот улыбки не видит и своей не показывает. — И я тебя... — тихо повторяет мужчина, сквозь стекло смотря на детей и школу, недовольно (огорчённо) сведя брови.
****
Выйдя из машины, Чонгук заметил на себе кучу посторонних взглядов. И не все они были доброжелательными и приятными.
Водитель сел за руль, а Гук напоследок посмотрел на прекрасное мраморное лицо дяди, неожиданно заметив на том грусть. "Я сделал что-то не так?" Чонгук сразу подумал о том, что огорчил чем-то дядю. Но он совсем не может понять, чем именно и как это исправить.
Новенькому в этой школе было достаточно сделать шаг, чтобы абсолютно все люди смотрели на него в этот момент. Ему не нравится. Всё это внимание не для всю жизнь тихого и незаметного Чонгука. Он хочет домой. Чтобы там был его ангельски-красивый дядя, желательно улыбающийся. Но тот уже уехал. Привёз, отдал в руки этим диким людям, которые пялятся на него, как на какого-то зверька из зоопарка. Оставил и уехал. Не показал что тут и как. Дал лишь несколько заданий, которые нужно как-то попытаться исполнить. И уехал.
Страшно. Гуку стало страшно идти дальше. Он привык к людям из предыдущей школы, привык к ударам определенных рук и ног, а сегодня появятся новые... он знает это... чувствует.
Кто-то точно снова обидит растерянного мальчика, который, уже забыв о том что говорил дядя в машине, стоит, дрожит и смотрит на посторонних людей, видя в их глазах маленькую ненависть. Ведь он отличается от них.
Неожиданный, не сильный толчок в плечо вынуждает парня, вздрогнув, повернуться.
— Привет, ты тот новенький, которого неожиданно перевели за месяц до окончания учебного года? — Прилетает от толкнувшего парня, что стоит перед Гуком с пятью друзьями. Парень улыбается во все тридцать два, когда протягивает новому ученику руку, а его друзья не уступают ему в улыбке. Неприятную ауру почувствовал от них Чонгук, но ответил на рукопожатие. Видно на лицо - школьные хулиганы. Это можно увидеть по их школьной форме, которая просто отсутствует, но витает явный запах сигаретного дыма. У толкнувшего парня на шее татуировка в виде китайских иероглифов, которые должны были означать "Я наверху, ты внизу". Но мастер тату, наверное, решил пошутить, поэтому изменил всего лишь три чёрточки и получилось: "Я - отброс и лузер". Но владелец тату, видно, совсем не знает китайский, поэтому гордо задирает голову. Его приспешники не лучше. У всех есть тату. У кого-то проколото ухо, у кого-то нос, кто-то сделал прокол губы, а кто-то языка. Но больше всего внимание Гука привлёк один парень, у которого был прокол брови. Конечно, Гука больше привлёк прокол, не же ли сам парень. Но это не важно. Он хочет такой же. Выглядит красиво. Но больно.
— Я - Пильгён, но в школе меня никто по имени не зовёт... даже учителя. — Намёк понятен? Влиятельный парень. — Чаще всего обращаются: Босс, Господин, Хозяин. Но я зовусь Аидом... в наших кругах. — Клоун. Чонгук увидел в этом молодом человеке настоящего клоуна или шута, но явно не владельца преисподней. Ему даже на секунду стало смешно. Но от Пильгёна веет слишком опасной атмосферой, поэтому Гук никогда этого не скажет. И в каких это таких кругах? — Но я позволю тебе обращаться ко мне моим настоящим именем, если будешь работать со мной. Ты, как я заметил, из влиятельного широкого мира, как и я. Поэтому, думаю, мы можем сдружиться. — Дядя запретил связываться с плохими ребятами, но если Гук сейчас не скажет им что-то, они сделают ему больно. А дядя сказал, что нельзя никому разрешать делать себе больно. Поэтому он слегка улыбается, кивает и поднимает свой не менее серьезный и устрашающий взгляд, который нацепляет крайне редко.
— Позволишь? Ты что мне... царь? Никакой ты мне не царь, чтобы позволять что-то делать. — Говорит, а внутри резко органы сжимаются. Дурак... Что он ляпнул только что? Его сейчас эти шесть парней отключат и сдадут куда-то на органы? Может заставят курить?... а если вырвут все волосы и ногти?.. а может вырвут глаза и язык из-за того, что посмел сказать такое здешнему боссу. А если убьют? Дядя разозлиться... он сделает с этими парнями что-то хуже, чем они с ним.
— Ха-ха... — Звучит от Пильгёна, и его друзья повторяют за ним, из-за чего у Чона волосы становятся дыбом. — Ну ты и чудной. — Подходит ближе, закидывая руку на плечо парня, другую всё ещё держа в своей ладони. — Давай дружить... будем друзяшками...
— Друзяшками? — Непонимающе переспрашивает Чонгук.
— Конечно... только для начала хоть имя своё скажи. — Отвечает Пильгён, улыбаясь. Он положил голову на плечо Гука, пока рукой держится за второе.
— Ким Чонгук. — Недавно им стал. Дядину фамилию носит с того самого дня (оформления документов на усыновление). Настоящий член его семьи. Родной и любимый.
— Так вот, Ким Чонгук, будешь с нами в банде? — Спрашивает, отстранившись и вернувшись туда где стоял минуту назад. — Посвящение пройдёшь, и считай наш. Никто криво не взглянет, никто неправильно не подышит возле тебя и даже пальцем не тронет. Все будут ходить, головы склоняя... — Продолжает парень, а Гук даже слушать его не хочет, ведь он и так уже "не прикосновен". Дома этого хватает. Непонятно, почему все ходят и кланяются, каждый раз даже взгляд на парня не поднимая. Ладно горничные и весь персонал. Но даже друзья дяди, живущие в доме, при виде младшего выказывают ему поклон.
Но Гуку сейчас не нужны лишние проблемы и заботы, поэтому он лишь спрашивает:
— И какое посвящение?
— Вот... так сразу бы... преподносишь денежный взнос и считай ты с нами. — Теперь Гук окончательно всё понял. Но что ему делать? Он не может отказать, потому что не знает, что они сделают. Могут побить. А бить в ответ парень совсем не умеет. Да и что он сделает один против шестерых парней, которые такого же, как и он, телосложения, а некоторые даже больше.
— У меня нет с собой денег. — Разумный ответ преподносит Чон, на что на него недовольно бросают взгляд сразу все шесть парней. — Обязательно делать взнос именно сейчас? — Спрашивает, смотря на неожиданно потемневшие лица. Ответ банду явно не устроил.
— Чонгуки, разве такое может быть...? — Спрашивает Пильгён, уже с призрением смотря на парня. — Ну, думаю твой телефончик сойдёт за первый взнос. — Вытянув пальцами телефон Чона из заднего кармана, произнёс он.
— Но...
— Ей, придурок, ты чего к новенькому пристаёшь, давно по еблсецу не получал?! — Слышит Чонгук за своей спиной и сразу получает свой телефон от другого парня, который только что забрал его у Пильгёна.
Один парень тянет Гука за рукав назад, и перед ним оказываются трое: два среднего роста и один высокий. Тот что повыше выглядит словно телохранитель первых двух, но это явно не так.
— Юнги... — Хлопая глазами, произносит хулиган, явно немного насторожившись. — Давно тебя не было видно, как твой зад? — Резко усмехается он, положив руку на поясницу достаточно низкого парня.
— По сравнению с твоей рожей, в порядке и чиста. — Говорит, и приставшему к нему парню прилетает в глаз. Намджун, стоящий тихо возле друга, с кулака зарядил пафосному школьнику прямо в глаз, от чего тот с болезненным стоном отскочил, с визгами, прикрывая глаз рукой.
Пятеро приспешников делают шаг вперёд, чтобы отомстить высокому парню, но стоит тому встать перед двумя маленькими друзьями, все сразу были остановлены. Не осмеливаются. Парень огромен. Для старшеклассника, он выглядит явно очень большим.
Ростом Намджун выше Чонгука на сантиметров пятнадцать. Ноги и руки намного длиннее, а плечи широки настолько, что он полностью закрывает своих двух друзей, даже не напрягаясь.
Предъяви этот парень что-то Гуку, он бы тут же получил сердечный приступ, заплакал бы и кинулся ему в ноги, умоляя о пощаде. Потребуй Намджун у Гука деньги, он отдал бы абсолютно всё что у него сейчас есть. А есть у него не мало, хоть и сказал что это не так, ведь дядя лично запихивал ему их в каждый карман куртки.
Несколько секунд было достаточно, чтобы пять хулиганов подобрали своего главаря и со скоростью света убежали в школу.
Все трое одновременно поворачиваются к Гуку, и он по настоящему напрягся и испугался, хоть и был им благодарен.
— Привет. — Улыбается третий парень, который кроме того, что отдал телефон Чонгуку, больше ничего не делал. — Меня зовут Чон Хосок. — Протягивает руку он, Гук сразу отвечает на рукопожатие. Хосок светиться словно солнце. Его улыбка совсем не настораживает, даже наоборот, немного успокаивает.
— Я - Мин Юнги. — Говорит другой парень, также протянув руку, на что ему тоже отвечают. Он низкого роста, но на вид, уверенности и силы в нём столько, что двадцать Чонгуков победит одной левой. На этом парне тоже нет школьной формы, как и на двух его друзьях, но они не вызывают столько страха и отвращения, как предыдущая банда. — Староста класса, в который ты перевёлся.
— Ким Намджун. — До мурашек низким голосом говорит он, повторив за друзьями, и тоже протягивает руку парню.
— Ч...Чон Чонгук. — Кивает Гук, потоптавшись на месте.
— Не волнуйся, те упыри больше тебе ничего не сделают. — Успокаивает его Мин. — Они хулиганы конечно, но вообще ни на что не способны. — Добавляет он, подойдя к новенькому и похлопав его по плечу. — Будешь теперь с нами крутиться, и это не вопрос. Друзьями, короче, просто будем. И, к слову, те одноклеточные лишь делают вид что очень блатные, хоть и могут выкинуть что-то плохое. Но школа здесь под нами ходит, поэтому пока ты с нами, тебе ничего не угрожает... — Добавляет парень и возвращается к толпе. Двое друзей медленно следуют за ним. Хосок напоследок дарит новому ученику дополнительную порцию своей солнечной улыбки и уходит.
Гук стоит на месте не больше пяти секунд, а за тем поворачиваться и быстро идёт за новыми друзьями.