глава 1
Шон остановился на мгновение, прислушиваясь к звукам леса. Ветер шуршал листвой, как будто шептал о том, что грядет, а где-то издалека доносился трель птиц, которые, казалось, беззаботно воспевали песни о свободе и жизни. Но для него эти звуки были лишь фоновым шумом, который не мог заглушить стон его души.
Он продолжал свой путь, сам не зная, сколько времени прошло с тех пор, как он покинул свой дом. Время здесь в лесу текло иначе — растягивалось, как призрачные тени на закате. А сама лесная чаща становилась всё более густой и мрачной, истончающееся серебристое сияние луны лишь изредка пробивалось сквозь ветви.
Шон вспомнил об изгнанниках, о тех, кто покинул свои дома, оставив все позади. Он не одинок в своих муках, но его проклятие было уникальным. Каждый раз, когда его сердце начинало биться быстрее от мысли о том, чтобы привлечь к себе очередную жертву, он чувствовал, как оковы заковывают его в железо, обжигая болью, резкой и тянущей, будто кнут, скользящий по спине.
«Эй, Гримм!», — раздался голос, как будто в ответ на его размышления. Он обернулся, но никого не увидел. «Ты не можешь забыть её! Это невыполнимая задача!» Шон стиснул зубы и продолжил идти, игнорируя внутренние голоса, которые пытались отобрать у него надежду.
Неужели все, что у него осталось, — это поиски? Неужели ему суждено скитаться по этому лесу, задыхаясь от своих страхов? Он должен был найти ту, кто наложила на него эту участь, и снять проклятие, чтобы наконец вернуть себе свободу.
Следы яркого запаха клубники становились всё сильнее знакомыми, манящими его вперёд. Шон потянулся к ингредиентам своей памяти: как же много детских воспоминаний он пронёс с собой — запахи, звуки, даже лица. Все это было в том далеком мире, где он мог быть простым парнем, а не охотником, охраняющим свои осколки души.
Однако с каждым шагом его сердце стучало всё громче, и жар внутри него накалялся. Он сжался от боли, когда перед ним возникла картина — отражение того, что он мог потерять навсегда. Эта девушка, которую он искал, могла стать его спасением, или же окончательной гибелью.
Он шагнул вперед, поплотнее затянув плащ, готовый к встрече с судьбой. Окружение вокруг него мгновенно поменялось, тени, похожие на крылья, обвивали ветви деревьев, а воздух наполнился легким щекочущим запахом волшебства. Шон знал, что они близки друг к другу, и это было не просто предчувствие.
В последний раз он ощутил тепло — как будто сама земли его поощряла идти вперед. Настало время решить, кто он и кем хочет быть. Холодные оковы его проклятия не могут держать его в плену вечно. И если ему суждено сразиться с собственным существом... он был готов. В одиночестве или в любви — это не имело значения.
Он знал лишь одно, что за этой тьмой, возможно, есть свет, и его искреннее желание вернуть себе светлое будущее. Пусть хоть каплю надежды, пусть хоть искру, и он пойдет до самого конца.