Глава 3. Счастливого дня смерти
Когда Макс сказал, что он поведет меня в тихое место, то я никак не ожидала того, что мы придем к нему домой. Он не соврал, его дом действительно находится очень близко от бара, буквально через дорогу.
— Есть небольшая проблема, — предупреждает меня парень, как только мы переступаем порог его квартиры.
— Какая?
В коридор выбегает розововолосая девушка. Как только она видит меня, то ее первоначальная улыбка сразу же гаснет и сменяется на хмурый вид. Видимо, я ей уже не понравилась.
— Привет, — машу я ей ладонью, но та мне не отвечает.
— Она плохо понимает русский, — разувается Макс. — И английский тоже.
— Wer ist sie?* — указывает она на меня пальцем.
Я не знаю, о чем именно она спросила, но предполагаю, что она поинтересовалась моей личностью.
Макс что-то ей ответил махнув рукой, а та показала ему средний палец и продолжила стоять, упирая руки в бока.
— Ты мне на нравишься. — русский этой девчонки настолько плох, что даже я не могу его нормально распознать.
— Что, прости?
— Ты, — указывает она на меня пальцем. — мне, — переводит она палец на себя. — не нравишься.
И это говорит девушка с розовыми волосами? С проколотой бровью, нижней губой и носом?
Я пожимаю плечами, наконец-таки разуваясь.
Макс проводит меня в гостиную, где сидит его мама, а сам уходит к сестре.
— Кимберли! Как я рада тебя видеть, Максим столько про тебя рассказывал! — улыбается женщина, — Присаживайся, не стесняйся. Меня зовут Аврора, ну а про Кэтрин ты уже знаешь.
Я неловко улыбаюсь, садясь рядом с ней.
— У вас... довольно уютно.
Просто захлопни свой рот.
Я не знаю, о чем можно с ней разговаривать. Я же ее никогда не видела.
— Благодарю. Максим говорил, что ты жила в Сан-Франциско.
— Да, мы познакомились на дне рождении Алексы.
— Александра, точно! Такая хорошая девочка в свое время была.
— Что-то изменилось?
Аврора встает с дивана и подходит к стеклянному шкафу, доставая из него толстый альбом. Она возвращается обратно, открывает его и перелистывает пару страниц, натыкаясь на нужное фото.
— Это Саша и Максим в первом классе.
Я перевожу свой взгляд на фото. Не знала, что Алекса носила очки. Она такая застенчивая, я бы и не подумала, что на фото величайшая Алекса Брук, глава русской мафии и просто взрывная личность.
— Я бы не сказала, что это Алекса, слишком уж эта девочка зажатая.
— Саша была такой до восемнадцати лет. Очень тихая девочка, всегда была в стороне от социума, конечно у нее были подружки, но подругами я бы их не назвала.
Эрик рассказывал, что встретил Алексу, когда той было шестнадцать. Может ли быть такое, что он поменял ее отношение к миру? Алекса упоминала, что Эрик хотел ее убить, но, может, дело не в этом?
— Что-то Максима давно нет, — напоминает она. — Кимберли, не проверишь, как он? А то я боюсь, что Кэт снова затеяла с ним драку, — хихикает женщина.
— Да, конечно.
Квартира у них небольшая, найти Макса будет не так сложно, тем более на двери его младшей сестры висят множество каких-то табличек, постеров и наклеек со знаком «стоп».
Я стучусь в дверь.
— Макс, у тебя там все нормально? — интересуюсь я.
— Да, заходи.
Из-за сна у меня появился новый страх: теперь я боюсь заходить в комнаты.
Сделав глубокий вдох, я поворачиваю ручку двери и аккуратно прохожу в комнату. Макс стоит у стола и с кем-то переписывается в телефоне, а как замечает меня, то откладывает мобильник в сторону.
— Твоя мама попросила тебя проверить, — я оглядываю помещение, замечая множество медалей, кубков и дипломов.
— Прости, сначала я говорил с Кэтти, а потом отвлекся на телефон.
— Ты занимался каким-то видом спорта?
— Да, боксом, пока не переехал в Германию.
Смотря на огромное количество медалей и кубков, я сделала вывод, что Макс занимался боксом с детства.
— Ты мне не рассказала, почему переехала в Россию.
Стоит ли ему вообще рассказывать правду?
— А ты мне не рассказывал, почему переехал в Германию, — сменяю я тему.
— Мой отец умер. Мама не могла справиться с потерей и решила кардинально сменить обстановку. Ей все мешало жить, и поэтому мы уехали в другое место.
Я не думала, что он так детально расскажет о причине своего переезда. Наверное, будет не честно, если я не отвечу ему той же правдой.
Я сажусь на кровать, притягивая ноги к груди и обвивая их руками. Макс также садится рядом со мной.
— Помнишь наш последний разговор? — начинаю я издалека.
— Предположим.
— Примерно через десять дней после него у меня умер папа, — я ковыряю заусенец на пальце, ощущая что-то липкое.
Макс молчит, ждет, пока я продолжу.
— Он был на задании, а в здании была заложена бомба, — я смотрю на свой окровавленный палец, начиная растирать по нему кровь, — Отец умер от взрыва, когда я об этом узнала, то на мой телефон пришло сообщение от неизвестного номера.
— Что там было написано? — голос Маска настолько успокаивающий, что я хочу уснуть.
Все эта обстановка впервые не давит на меня, а наоборот, словно заворачивает в теплое пуховое одеяло и убаюкивает.
— Что игра только началась. Мы с мамой приняли решение уехать из Калифорнии. Я с ней не разговаривала два года, но знаю, что у нее есть новый мужчина и от него она родила дочь. Заменила меня. — я впиваюсь ногтем в кожу на пальце, чтобы кровь шла сильнее.
— Уверен, что она скучает по тебе и все также любит.
Я чувствую прикосновение пальцев парня на своей щеке. Я не заметила, как начала плакать, а Макс вытирает мои слезы через чур нежными прикосновениями. Ко мне так никто не прикасался. Разве что Кристиан.
— Не думаю, что возможно любить человека, который сломал тебе всю жизнь.
— Но в этом нет твоей вины.
Макс притягивает мое тело к своему, обвивая меня руками.
Ненавижу, когда меня жалеют. Но сейчас мне это жизненно необходимо, поэтому я обнимаю его в ответ, продолжая плакать.
***
Вернулась я домой только к пяти утра. Аврора настаивала, чтобы я осталась переночевать, но я не хотела им мешать, да и сестре Макса я настолько не понравилась, что она не выходила из своей комнаты все то время, пока я была у них.
Когда я пыталась открыть дверь, то обнаружила, что она уже открыта. Я помню, что закрывала ее. Кто-то проник в квартиру, и теперь это точно не Алекса. Она бы не оставила дверь открытой.
Я сжимаю ручку двери, не решаясь зайти. По спине стекают струйки холодного пота, пока в голове крутятся разные сценарии будущего. Пистолет в квартире, я без оружия, а если внутри кто-то есть, то он явно нашел пушку. Но кто это может быть?
Мне ничего умного не пришло в голову, как написать Алексе.
КИМБЕРЛИ: В моей квартире кто-то есть.
АЛЕКСА: Выйди на улицу и жди меня, через пару минут буду.
И как у нее только получается добираться от своего дома до меня за пару минут, когда же мне приходится ехать час с лишним?
Глупо было писать ей. Наверное, в ее глазах я показалась трусихой.
Я не послушала Алексу и зашла в квартиру. Аккуратно разулась, чтобы не создавать шум от подошвы, и прошла на кухню. Слишком тихо и темно, как в том сне. Я пытаюсь привыкнуть к темноте, ища на столешнице нож, но как только я нащупала рукоять — к моему затылку приставили дуло.
— Доброе утро, Кимберли. — мужской и незнакомый голос сильнее подталкивает меня к панике. — Прошу прощения за столь ранний визит, но мы не могли найти вас.
— Кто ты и что тебе от меня нужно? — я пытаюсь сохранить хладнокровие, но голос дрожит.
— Не волнуйтесь, убивать я вас не намерен. Я всего лишь хочу вас предупредить о сегодняшнем дне.
Я сглатываю ком в горле, продолжая неподвижно стоять.
— Дело в том, что сегодня ровно в три часа дня произойдет передача двух девушек. Она будет проводиться в торговом центре. Александра знает об этом, как и вы, но спешу сообщить, что лучше вам там не появляться.
— С чего такое опасение?
— Опасений нет, но именно вы, Кимберли, наведете лишнего шума. Мы же оба понимаем, что если ваше лицо засветится в обществе, то у Александры появятся проблемы.
— О каких проблемах идет речь?
— Вы сами о них знаете. Мое дело всего лишь предупредить вас, но вот прислушаетесь ли вы к моему предупреждению — это решать только вам. — незнакомец убирает пистолет, кладя тот на стол. — В ваших интересах прислушаться к совету моего босса. До свидания, Карма.
Меня словно ударили по голове чем-то тяжелым после того, как я снова услышала этот псевдоним. Может быть, это галлюцинация?
Мужчина ушел, а я все еще остаюсь окутанная в темноте и тишине, переставая осознавать все вокруг.
— Ким!
Алекса включает свет и подбегает ко мне, беря мое лицо в руки и начинает осматривать его, вертя из стороны в сторону.
— С тобой все нормально? Кто приходил, кого ты видела? — нервно расспрашивает она, но я даже рот открыть не могу из-за шока. — Кимберли, не молчи!
— Я... я не видела лица. Какой-то мужчина приставил дуло к моей голове и сказал, что сегодня мне не нужно появляться в торговом центре, в котором будет проходить передача девушек.
Алекса сразу же замирает, а брови ее сводятся к переносице.
— Сукины дети, — рявкает она.
— Ты знаешь кто это был?
— Знаю. Что он еще говорил?
— Больше ничего. Когда ты хотела мне рассказать о перехвате?
— Еще вчера. Я узнала о нем, когда ты ушла из резиденции, но я не могла до тебя дозвониться.
Она отпускает меня, делая пару шагов назад.
— Где ты вообще была? — интересуется она, замечая на столе пистолет.
— Сначала я поехала в бар, потом встретила Макса и мы пошли к нему.
Алекса приподнимает брови в изумлении, приоткрывая рот, потом она достает телефон и начинает кому-то звонить.
— Поехали, — подгоняет меня та, направляясь к выходу.
— Куда? — я иду за ней.
— В резиденцию. Алло, мне нужна твоя помощь, за тобой приедут мои люди.
Мы выходим на улицу и садимся в черный Бумер Алексы, за рулем которого сидит Инга.
Я просидела в резиденции три часа. Все это время Алекса и Инга не отвечали ни на один из моих вопросов. Я понятия не имею кому она звонила и за кем должны приехать ее люди.
— Если вы мне не ответите, кто именно сюда должен приехать, то я сейчас встану и уйду домой! — повышаю я голос, вскочив с места.
В эту же секунду дверь в зал переговоров открывается, а за спиной я слышу знакомый голос:
— Пупс, а тебя как занесло в эти края?
Пупс.
Я оборачиваюсь на Эрика, пока из моих легких выходит весь кислород. Мужчина медленно сокращает между нами дистанцию, осматривая зал.
— Давно я тут не был, ты сделала перестановку? — обращается он к Алексе.
Я все еще не понимаю, зачем Алекса позвонила Эрику и для чего позвала сюда. Разве, все настолько плохо?
— У нас проблемы, — сухо отвечает девушка, пока Инга что-то печатает на клавиатуре ноутбука.
— Нет, Саша, у нас не проблемы — мы в полной заднице, — девушка поворачивает ноутбук на нас троих. — Соболев усилил охрану, они решили перестраховаться. Только я не понимаю, почему передача именно в торговом центре?
— Чтобы создать невидимость. В торговом центре шквал лиц, и передать девушек из рук в руки будет не так сложно, — поясняет Алекса.
Мы с Эриком переглядываемся друг с другом, не осознавая всю суть разговора тех двоих. Потом он странно улыбается, хватаем меня за руку и уводит из зала переговоров так быстро, что я не успеваю среагировать на его хватку.
— Какого хрена ты здесь забыла? — мужчина сразу же меняется в лице.
— Работаю, — растерянно отвечаю я, бегая глазами по его лицу.
— Пупс, ты хоть понимаешь, в какое дерьмо вляпалась? Алекса не тот человек, на которого нужно работать, поверь.
— В тебе говорит ревность или неуверенность? — я скрещиваю руки на груди, выгибая брови.
— Ни одно из них. Просто держи мои слова у себя в голове.
***
Я захожу через главный вход в торговый центр, Алекса и Эрик зашли через черный ход, а Инга находится в комнате охраны и следит за ситуацией по камерам.
— Кимберли, подойди к фонтану и стой там. Алекса, ты подойти к эскалатору. Эрик, поднимайся на второй этаж и стой у левого крыла, оттуда должна выйти цель, — раздает указания Инга по наушнику.
По плану Алексы: Эрик должен проводить цель до первого этажа, Алекса их встретит, а передача должна проводиться у фонтана, рядом с которым я заняла свою позицию. Моя задача заключается в том, что я должна перехватить у них девушек, не убив при этом кого-то. В здании слишком много гражданских, Алексе не нужны проблемы.
— Эрик, ты на месте? — интересуется Инга.
— Давно.
— Они выходят, незаметно пройди за ними и проследи, чтобы цель дошла до эскалатора.
— Я их вижу, — сообщает Алекса. — Ким, они идут к тебе.
Мужчина с двумя запуганными до смерти девушками подходят к фонтану и останавливаются рядом со мной. Теперь мой ход.
Я смотрю в телефон и делаю вид, что чем-то шокирована, громко вскрикивая:
— Твою мать!
Специально несусь на мужчину и толкаю того в фонтан. Девушки испуганно отходят, но не убегают. Бедняжек запугали настолько, что они даже бояться сделать лишний шаг.
— Сука, ты видишь куда идешь? — рявкает мужчина.
— Простите, я вас не заметила, — машу я руками в растерянности, а потом перевожу свой взгляд на девушек. — Бегите, чего встали? — шикаю я, но они продолжают стоять, держась за руки.
Мужчина вылезает из фонтана, теперь вся его форма насквозь мокрая, а его лицо искажает гримаса ярости.
— Я тебя утоплю в этом фонтане.
— Я же извинилась, чего вам еще нужно? — я пытаюсь тянуть время, пока размышляю над новым планом.
— Свали с моих глаз.
— Что за не уважение к девушке? — наигранно удивляюсь я. — Вы также говорите со совей мамой?
— Ты тупая? Могу мозги быстро вправить.
— Нельзя так разговаривать с девушками, урод!
Я толкаю мужчину в грудь двумя руками и тот снова падает в фонтан.
— Твою мать, я сказала вам бежать! — повышаю я голос на тех двоих, но они лишь вздрагивают.
Я замечаю, как за спинами девушек к нам приближается еще один мужчина в форме, доставая из-под пиджака пистолет. Моя рука машинально тянется к пушке, спрятанной у меня в кобуре под курткой.
— Кимберли, нет! Я не давала разрешения стрелять! — кричит Алекса через наушник, но я ее уже не слышу.
Если на меня направляют оружие, то я не буду стоять и ждать своей смерти от свинцовой пули.
— Сучка, я убью тебя! — кричит тот, что в фонтане.
Сначала я убиваю того, кто сзади девушек, потом убиваю того, кто в фонтане. От звука выстрелов люди в здании начинают паниковать и кричать, создавая беготню.
— Кимберли, уводи девочек! — кричит уже Инга.
Несколько пуль со свистом проносятся мимо меня, я сшибаю девушек, роняя тех на пол, прикрывая их своим телом. Оглядываюсь по сторонам в поиске выстрелов и вижу из дальнего угла мужчину, видимо, он и стрелял.
Пока он выходил из укрытия, я быстро схватила девушек и начала убегать.
— Пригнитесь! — командую я им.
Снова несколько выстрелов. Я стреляю в слепую, чтобы оторваться от преследования пуль, стараясь не задеть обычных людей.
— Прикройте меня! — прошу я у Алексы и Эрика.
— Эрик за тобой, веди девочек к выходу, я вас жду, — говорит Алекса.
Я добегаю до главного входа, большинство людей уже покинуло торговый центр, но именно в дверях происходит дикая давка.
— Я веду их к черному ходу, у главного много людей!
Я снова хватаю девочек за руку и бегу с ними в противоположную часть здания.
Добежав до места, там нас уже ждала Алекса.
— Ким, ты идешь с нами и это не обсуждается!
— Да, хорошо.
Свист от пули и острая боль пронзает мое плечо. Я оборачиваюсь и стреляю несколько раз. Одна пуля задела руку человека, который в меня стрелял, а когда я получше разглядела его, то увидела Криса.
Меня покидают все мысли. Я стою перед ним в нескольких шагах, пока тот зажимает кровоточащую руку. Я снова направляю на него пистолет. Теперь я его точно убью.
Но как только Крис замечает мои действия, он ринулся бежать. И я бегу за ним, забыв о своем ранении. Сейчас я не чувствую боль, только ненависть и агрессию.
Алекса обманула меня? Крис жив и работает на тех ублюдков, что продают девушек, или он главный?
— Пупс, куда ты ринулась? — в наушнике раздается голос Эрика, но я не отвечаю ему.
Я поймаю его. Любой ценой.
Меня сбивает с ног какой-то мужчина и я падаю на пол. Оглядываюсь на него, но тот уже убежал дальше. Из-за столкновения я выронила пистолет, а когда попыталась дотянуться, то увидела перед собой дуло, а только потом лицо.
Это был не Кристиан. Я ошиблась.
Я отползаю назад, но он продолжает идти на меня, все еще держа пистолет.
Из-за своей глупости я сейчас умру. Из-за своей галлюцинации я снова все испортила.
Мои глаза не отрываются от лица светловолосого мужчины, а потом происходит выстрел в его голову. Он замертво падает у моих ног, а тот, кто стрелял, смотрит на меня хмурым взглядом.
— Я спас твою задницу, пупс.
Эрик начинает идти в мою сторону, но происходит то, чего мы оба не могли предвидеть.
Эрику стреляют в голову с правой стороны. Мои глаза расширяются, сердцебиение учащается, я перевожу взгляд на того, кто стрелял, но мужчина уже переводит оружие на меня и готовится совершить новый выстрел. Я быстро хватаю с пола пистолет и делаю несколько выстрелов в него. Он мертв, и я нахожусь с тремя трупами.
Встав с пола, я не решаюсь подойти к телу Эрика. Я боюсь, что его убийство окажется правдой.
— Эрик? — шепчу я, делая первый шаг к нему навстречу, но меня хватают со спины и оттаскивают.
— Кимберли, на выход! — пытается оттащить меня Алекса.
— Нет! Отпусти! Там Эрик, он... он... — я не могу договорить, мысли и действия опережают слова, а глаза обжигает прилив слез.
— Эрик мертв, Кимберли! На выход!
— Нет, пожалуйста! Отпусти меня, мне нужно к Эрику! — я пытаюсь вырваться, но у меня не получается.
Я плачу, пока Алекса тащит меня к выходу из здания. Плач перерастает в истерику и крик. По моей вине убили Эрика. Я виновата в его смерти. Сколько еще людей умрет из-за меня? Скольких я должна видеть в гробу и хоронить?
Из-за приступа психоза, который снова появился у меня за два года тишины, я не заметила, как меня уже вывели на улицу и посадили в машину. Я продолжаю плакать, сгибаясь в спине и зарываясь пальцами в свои волосы, сжимая и оттягивая их. Я начинаю задыхаться от приступа и слез, все тело лихорадочно трясет так сильно, что кости начинает ломать. Я кричу, бью кулаками по переднему сиденью, но легче мне не становится.
Когда мы подъехали к резиденции, Алекса вытаскивает меня из машины и заводит в здание. Я продолжаю вырываться, думая, что я сейчас побегу в торговый центр, чтобы увидеть тело Эрика, но Алекса толкает меня на пол, садится сверху и крепко держит за руки.
— Успокойся, сейчас же! — пытается она вразумить меня.
В голову лезут воспоминания, когда Марк нашел меня в приступе психоза в бывшей штаб-квартире, когда мне сказали, что мама мертва.
Мою щеку обжигает удар со стороны Алексы. Она берет меня за лицо, больно сжимая челюсть.
— Прекрати орать, или я вызову санитаров, и тебя отвезут в психиатрическую больницу! Ты поняла меня?
— Из-за меня умер Эрик, ты не понимаешь?! Из-за меня! Я увидела Криса и побежала за ним, но это оказался не он! — выпаливаю я, — Эрик спас меня, но умер по моей вине!
Когда я открываю глаза, то вижу над собой и Кэша. Он отталкивает Алексу, хватает меня за грудки и поднимает, почти отрывая мои ноги от пола.
— Повтори, что ты сказала, — требует он.
— Кэш, не надо, — останавливает его девушка.
— Повтори, что ты сказала! — повышает он свой и так грубый голос.
— Эрик умер, его убили, — всхлипываю я. — Прости, я не...
— Если бы ты не была моей подругой, то я бы убил тебя прямо сейчас. Будь ты проклята, Кимберли Франкс.
— Кэш! Она не хотела этого!
— Мне плевать, Алекса. Она сделала дохера дерьма, но всегда ей сходило это с рук. — Кэш отпускает меня, отталкивая от себя. — А теперь пошла на хер, Ким.
— Прости, пожалуйста, я не хотела этого, — шепчу я.
— Не хотела?! А перед могильной плитой Эрика ты тоже будешь извиняться?! Эрик умер по твоей вине, из-за твоих блядских галлюцинаций! Тебе нужно лечить голову, а не находиться в обществе!
Я больше не могу слушать это. Не могу слушать горькую правду о себе.
Я срываюсь с места, отталкиваю Алексу и выхожу из резиденции, а потом просто бегу домой, пока слезы искажают картину реальности.
Пока я неслась со всех ног по всему району, мой телефон разрывался от звонков. Когда забежала в квартиру, то оказалось, что мне звонила Алекса, но сообщение от матери сделало мне вдвойне хуже.
Отбросив телефон в сторону и скатившись по двери, я обвиваю себя руками, упираю лоб в колени, снова срываясь на истерический крик, смешанный со слезами отчаяния.
МАМА: С днем рождения, моя милая Кимберли! Мы очень скучаем по тебе.
Отправлено в 10:32
«...You won't escape
Тебе не сбежать.
So dig your grave
Так что выкопай себе могилу.
No use in trying to hide
Бесполезно пытаться спрятаться»
Erick Serna and The Killing Floor — Dig Your Grave