Глава 32 Признание
После сеанса Юна, несмотря на протесты, Юнги отправилась домой. Она каждый день отвечала на звонки бабушки и знала, что та должна приехать на днях. Тетушке стало лучше и она в скором времени выписывалась из больницы. Кан нужно было подготовиться к бабушкиному возвращению. Уборка дома в одиннадцать вечера была просто необходима. Однако сердце юной девушки считало по-другому. Дойдя до середины уборки, Юна почувствовал легкое покалывание. Кое-как закончив наводить порядок в доме и помыв руки, девушка рухнула на кровать и провалилась в глубокий сон.Юнги, вернувшись в общежитие, как и договаривались с Чимином, устроил вечер с пивом. Прихватив закуски из холодильника, ребята расположились в гостиной и обсуждали прошедший день. Чимин после пары бутылок наконец разговорился поведав о своих странных снах (историю Чимина можно будет узнать в работе Dream Girl). Их непринужденный вечер прервал телефонный звонок, на который Юнги тут же ответил.
— Добрый вечер, Юнги. Это доктор Ан, — пояснила Мина.
— Добрый, я узнал вас, — весёлым голосом ответил айдол. — Что-то случилось?
— Нет, просто мне необходимо побеседовать с вами отдельно, без Юны, если это возможно, — попросила психотерапевт. — Если вы не можете приехать, то видеосвязь тоже уместна, — замолчала Кан, ожидая ответа.
— Да, конечно, без проблем, — ответил Юнги, смеясь над младшими, которые устроили бой подушками в центре комнаты. Чимин наконец повеселел и вступил в неравный бой с Гуком.
— Тогда выберете любой день недели после девяти вечера, — вывела из раздумий Ан. — Хотите приезжайте, хотите созвонимся. Только не затягивайте, — попросила доктор. Шуга согласился и отключился, направляясь к столу, за которым сидел RM и Джин, что-то рьяно обсуждающие.
* * *
Будильник сегодня взбесился, по крайней мере так показалось Юне. Он звонил так яростно и громко, что девушка непроизвольно заткнула уши. Что же это такое? Да что с ним не так? У него что неожиданно громкость увеличилась? Кан с трудом нащупала этот отвратительный источник шума и нажала кнопку. Наступила долгожданная тишина, сквозь которую прорывались завывающий звуки ветра. Юна поднялась на локтях и посмотрел в окно. Темные серые тучи заволокли небо, грозясь пролиться холодным дождем, а порывы ветра изгибали деревья в причудливом танце. Юна поморщилась. Кан не любила такую промозглую погоду. Да и кто её любил? С трудом выбравшись из-под одеяла, девушка начала собираться на работу.
— Привет, малышка Юна! — послышался задорный голос кондитера, когда Кан пыталась завязать фартук заледеневшими непослушными после уличного холода пальцами. — Что, никак? — смеясь спросил кондитер, подходя ближе. — Давай помогу, — Донги остановился в шаге от ученицы как бы спрашивая разрешения. Кан согласно кивнула даже не думая отходить и уклоняться, позволяя сонсэнниму подойти со спины и завязать злополучные завязки фартука. Донги улыбался во все тридцать два зуба. Наконец-то этот ребёнок перестал его бояться и испуганно шарахаться. Видимо влияния Юнги и работа психотерапевта давали свои плоды. Других мужчин, конечно, она еще опасалась, но с Ли у них наконец-то сложились нормальные дружеские отношения.
— Мирэ передавала тебе большой привет! Просила организовать совместную прогулку в парке, как в прошлый раз. Ты не против? — спросил кондитер, но тут же осекся, вспомнив, что прогулка закончилась для Юны очередным приступом.
— Я только за, — весело отозвалась Кан, забыв про последствия прогулки. — Мне очень нравится ваша жена, она такая добрая, общительная и открытая. А ещё мне нравится ваш малыш. Я очень люблю маленьких детей, они такие миленькие и славные, — зажмурившись от удовольствия, добавила ученица.— Вот и отлично, — выдохнув от волнения за напоминания о плохом окончании прогулки, закончил Донги. Работа закипела.
***
— Юнги, срочно в зал беги! — заорал Чимин в трубку. — Тут Юна! Без сознания! Опять!Юнги сорвался с места как ошпаренный. Почему? Все только стало налаживаться. Его мышонок только осмелел. Ходит на курсы кондитеров, потихоньку начинает общаться с новыми людьми. Наконец-то стала более-менее спокойно реагировать на незнакомых мужчин в ее окружении. Юнги, конечно, не позволяет ей самостоятельно добираться до дома после занятий, слишком поздно, но днем она передвигалась сама без каких-либо панических атак.
— Кто посмел подойти? — заревел Мин, едва войдя в зал для практик. Он тут же снял с себя рубашку и накрыл ей тело девушки, лежащее без сознания на диване.
— Хён, успокойся, — подлетел к разъяренному другу Чимин. Еще никто из присутствующих не видел айдола в таком отчаянном бешенстве. Он был готов разорвать любого на месте. Он был похож на безумца, защищающего свою единственную. Глаза горели гневом, желваки ходили ходуном, кулаки сжаты до белых костяшек.Один из охранников говорил с кем-то по телефону, а затем обратился к Юнги.
— Мы отследили все камеры наблюдения. Она зашла в здание одна, на лифте тоже поднялась одна. Ни кого рядом с ней не было.
— Кто её принёс, — зарычал Юнги, осматривая всех мужчин в зале.
— Я, — опустив голову ответил Пак. — Я шёл от PD-нима и увидела как Юна сползает по стене. Меня она не боится, поэтому я тут же подлетел, но она уже сознание потеряла. Я её занес в зал и сразу тебе позвонил, потом в охрану, менеджеру Со и доктору Тан.
Юнги переваривал информацию. Значит никто её не напугал. Это уже радовало. Тогда почему ей опять плохо? Может не поела? Но она же обещала ему хорошо кушать, тем более сейчас деньги у Юны были.
— Может кто-то напугал её до прихода сюда или что-то произошло? — предположил Чимин. — Что это за звук? Телефон? У Юны? — засыпал вопросами Пак. Юнги нашёл сумку и достал оттуда телефон. Звонил Донги.
— Да, — резко ответил Мин.
— Юнги? — спросил Ли. — Значит Юна у тебя? С ней всё хорошо? Я целый час не могу до неё дозвониться, — начал причитывать кондитер.
— Это ты её довёл? — сквозь зубы прорычал Юнги, пренебрегая вежливостью.
— Что? Довёл? Ей плохо? — только и успевал задавать вопросы Донги.
— Она без сознания! — рявкнул Мин. — Опять, мать твою! Всё же было нормально, — переходя на крик, сорвался Мин. — Какого хрена это происходит снова? Её организм скоро не выдержит, — уже с какой-то безысходностью прошептал Юнги.
— Я не знаю, что точно произошло, — начал объяснять Ли. — Мы были на кухне, работали, вдруг у Юны зазвонил телефон. Она взяла трубку и молчала, только слушала. Затем резко рванула к шефу и выбежала из кафе. Потом я у него узнал, что ей нужно было срочно встретиться с бабушкой. Юна обещала вернуться через полчаса. Но её нет уже два часа. К телефону не подходит. Мы все на нервах. Шефа уже успокоительными отпаиваем. Телефона бабушки у нас нет, — закончил кондитер.
— Я понял! — выдохнул Мин. — Извини, Донги-хён, что накричал. Я просто не могу понять, кто это сделал. В компании она ни с кем не общалась. Значит что-то с бабушкой. Сейчас буду узнавать.
Пока шли разборки, врач осмотрел Юну. Состояние было не критичным, поэтому мужчина не спешил приводить её в сознание, пытаясь разобраться в ситуации. Но как оказалось, без беседы с Юной не обойтись.
— Спасибо за работу, — спокойно сказал Юнги и кивнул охраннику. Тот поспешно покинул зал. Репер нажал вызов и стал дозваниваться бабушке Юны с телефона девушки. Ответа не было. Юнги начал злиться.
— Может они поссорились? — предположил менеджер Со. — Давай я со своего наберу, — он быстро нажал на вызов.
— Да, — тут же отозвался пожилой голос. — Что ты хотел?
— Аджумма, здравствуйте. Как ваши дела? Как здоровье? — начал издалека Со. Он остановил рукой рвущегося к телефону Юнги, давая понять, что сам поговорит с бабушкой. Мин слишком взвинчен.
— Всё хорошо, — ответила женщина. — Чего тебе?
— Юна с вами? Не могу до неё дозвониться. Они с дочкой хотели мороженое вместе поесть, но Юна трубку не берёт, — соврал Со.
— Я понятия не имею, где это распутная девка, — рявкнула бабушка. — Не звони мне больше и не спрашивай о ней. Я не хочу больше о ней ничего слышать и видеть её не хочу. Она теперь здесь даже жить не будет! Я ее на порог не пущу, — закончив свою тираду, отключилась аджумма.
— Вот и причина, — выдохнул Чимин. — Что опять не так? Ребёнок и так заработал панические атаки, пытаясь угодить этой старой грымзе, — вырвалось у Пака. — Да сколько можно! — в сердцах воскликнул айдол.
— Я догадываюсь о причине! — только и сказал Мин. — Это я виноват! — все посмотрели на него с удивлением.
— Я говорил вам, что Юне становится лучше, если она носит вещи с моим запахом. Я отдал ей свою куртку пока бабушка была в отъезде. Юна ее сегодня не надела, в сумке её тоже нет, значит она осталась дома. Думаю бабушка увидела новую дорогую вещи, да еще явно мужскую, вот и сделала свои выводы. Но не из дома же выгонять! — рявкнул Юнги.
— Так, давай успокаивайся! — вступил в разговор доктор. — Тебе сейчас ее нужно в сознание приводить. Если она почувствует твою злость, может подумать, что ты на нее злишься, тогда нам точно реанимации не избежать. Организм и так сильно истощен всеми этими атаками. Только-только стали выходить на нормальный уровень. Соберись, Юнги. Предельно ласково и мягко! — напомнил доктор. — Не спрашивай ни о чём пока сама не решит рассказать. Не дави!
— Да, да, — поспешно согласился айдол, — Я знаю. Давайте лекарство, — тихо произнес Мин.
Врач передал айдолу нашатырный спирт. Юнги подошел к дивану и наклонился, бережно убрав выбившиеся пряди с лица, нежно провел большим пальцем по бледной щеке, а затем по таким же бледным пухлым губам. Сейчас в груди Мина всё ревело. Ему хотелось схватить в охапку этот беззащитный комочек, прижать как можно сильнее и никогда не отпускать, спрятать ото всех людей и невзгод, закрыть собой, забрать на себя всю боль, лишь бы ей было хорошо! Глубоко вздохнув, Юнги как обычно поднес вату с лекарством вначале к холодным вискам, а затем к носу, который тут же поморщился. Однако глаза девушки не открылись. Юнги кивком головы подозвал Чимина, передав ему ватный диск, а сам подхватил девушку на руки, а затем вместе с ней уселся на диван. Он бережно прислонил ее голову к своему плечу. Ее прохладный лоб коснулся его шеи. По телу пробежал электрический ток. Юнги был страшно напряжен.
— Помоги накрыть её, — попросил он Пака. Чимин передал диск Юнги и бережно расправил рубашку друга на плечах девушки.
— Хочешь, я плед принесу? — спросил Чимин. Юнги кивнул в ответ.
— Сделай ещё чай, пожалуйста, — уже в спину добавил другу Юнги. Чимин лишь кивнул в ответ и вышел из зала. Менеджер с доктором тоже засобирались на выход, попросив Юнги звонить в случае необходимости. Мин повторно поднес лекарство к носику девушки, она медленно открыла глаза. Юнги прижал хрупкое тело любимой к себе.
— Всё хорошо, мышонок! Я с тобой, — срывающимся голосом шептал айдол. — Просыпайся, моя хорошая!
Юна прижалась к шее айдола и вдыхала такой необходимой ей сейчас аромат. Он заполнял и лёгкие без остатка, выгоняя страх и тревоги, даря ощущение полного блаженства. Если бы это было возможно, девушка никогда бы не отходила от этого парня, касаясь своим носом его нежной кожи. Мин блаженно закрыл глаза. Такие минуты пробуждения его мышонка были желанными моментами их близости, когда он мог так открыто касаться её тела. Ведь Юнги понимал, что несмотря на то, что девушка привыкла к нему и уже давно испуганно не шарахается и даже позволяла себя обнимать, в обычном состоянии вряд ли бы забралась на его колени и так спокойно сидела. Юнги ругал себя за то, что радовался этим редким минутам, ведь его мышонок потерял сознание, что сказывалось на её и так истощенным молодом организме. Однако сегодня, пришедшая в себя, девушка не спешила выбираться из тёплых и настойчивых объятий айдола. Она сидела, тихо вдыхая его аромат, уткнувшись в его ключицу, не произнося ни единого слова. Мин начал нервничать.
— Не молчи, мышонок! Голова кружится? — спросил репер. Юна лишь помотала головой. И тут Юнги почувствовал, как по его ключице вниз сползает горячая слеза. Затем ещё одна, и ещё! Юна бесшумно плакала, роняя слёзы на бархатную кожу молодого мужчины, которые скатывались на уже часто поднимающуюся от волнения мужскую грудь.— Не плачь, девочка моя! Ну что ты? — поглаживая спину Юны шептал Мин.
— Она... она... — всхлипывая начала Юна. — Она выгнала меня из дома, — наконец выговорил девушка. — Она нашла твою куртку, поняла, что она мужская, — заливаясь слезами объяснила Кан.
— Успокойся, мышонок! Больше никто не сможет тебя обидеть! Я тебе обещаю, — гладя по голове и спине рыдающую девушку уговаривал айдол. — Со мной тебе не о чем беспокоиться. Ты будешь жить у меня и это не обсуждается! Твоё здоровье сейчас важнее всего. Врач сказал, что еще пара таких стрессов и придется обращаться за серьезной врачебной помощью. Я не переживу если с тобой что-то случится! Слышишь?Вчера вечером после беседы с психотерапевтом и посиделок с ребятами Шуга принял решение переселить Юну от бабушки, заметив как Кан Юна изменилась за эти несколько дней пока аджумма была в отъезде. Отсутствию постоянного психологического давления со стороны родственница положительно сказывалось на настроение девушки. Даже несмотря на то, что Юне пришлось познакомиться с новым человеком — психотерапевтом, посетить ее сеансы, проехать в машине с RM и Тэ, девушка держалась, и атаки её не мучили. Юнги уже давно понял, что причиной атак была бабушка, нагнетающая обстановку. Проблема была в одном, как уговорить Юну съехать от вредной родственницы? Сейчас самое время. Нужно принять это волевое решение, иначе Юна попадёт в больницу. Благо дело совсем недавно Мин приобрёл квартиру в престижном районе с охраняемой территорией. Правда ее еще предстояло обставить мебелью, но это уже второстепенный вопрос.
Юна молчала. Она даже не слушала айдола сейчас. Все её мысли были об одном: «Я устала! Устала так жить! Больше не могу! Я всё время виновата в том, чего даже не совершала. Что будет, если я действительно это сделаю? Не могу! Хочу к папе! Он один меня любит!»
— Хочу к папе! Он один меня любит! — вслух произнесла девушка, продолжая всхлипывать на груди айдола.
— Что? Но твой папа... — начал Мин. — Нет, малышка! Даже не думай об этом! Слышишь? Я не позволю тебе расстаться с жизнью! Это черная полоса временная. Всё будет хорошо. У тебя есть я! Слышишь меня, мышонок? — тряс за плечи рыдающую девушку Мин.
Юна подняла заплаканное личико на Юнги. Мин наклонился и начал целовать эту заревную мордашку. Поцеловал горячий лоб, мокрые глазки, соленые щечки, распухший от слез носик и дотронулся до губ. Они были солеными от слез, но такими желанными. Парень нежно захватил верхнюю губу. Кан не отвечала, тогда он проделал то же самое с нижней губой. Девушка чуть расслабилась и приоткрыла ротик. Мин недолго думая, проник острым языком внутрь. Он медленно двигался, поддерживая голову девушки. Наконец она ответила ему. Кан неумело коснулась своим тёплым язычком языка айдола. Мин застонал в поцелуй. У него сносило крышу от её неловких движений. Сейчас Юнги был готов покрыть все тело девушки своими жаркими мокрыми поцелуями. Она поддалась! Это мысль лишила его рассудка. Юнги опомнился только, когда из груди Юны послышался легкий стон, а он осознал, что давно покинул губы девушки и вырисовывался своим острым языком невообразимые узоры на её нежной шее.
— Солнышко мое, — шептал айдол вперемешку с поцелуями. — Не вздумай! Я люблю тебя больше жизни! Ты мой кислород! Если ты с собой что-то сделаешь, я умру! Теперь я твоя семья, твоя опора и поддержка. Доверься мне! Я никогда тебя не обижу и не оставлю, мышонок! — шептал Мин оставляя на ключицах девушки горячие поцелуи, слегка оттягивая нежную кожу.
— Я тоже тебя люблю, сильно, — вздыхая от наслаждения, проговорила Кан. — Но я боюсь. Вдруг я буду как она? Что если я разобью твое сердце, как мама папино? Что тогда?— О, тогда я запру тебя дома и буду наказывать тебя каждую ночь в нашей спальне, — усмехнувшись ответил Мин смущенной Кан. — Малышка, ты не такая как твоя мама, — уже серьезно заверил молодую девушку. — Ты в тысячу раз лучше. У вас только внешнее сходство, но ты намного красивее, — серьёзно добавил айдол. Юна уткнулась в его висок и улыбнулась. Ей так хотелось верить в его слова, верить, что всё у них будет хорошо.Дверь в зал тихо открылась и появилась светлая макушка Пака. Он стоял в нерешительности, боясь нарушить идиллию этих двоих.
- Чимин, — тихо произнесла Юна, пытаясь отстраниться от Мина. Но Юнги не отпускал её, а лишь сильнее прижал к себе.
— Чимин, ты чай принёс? — спросил Юнги друга. Пак кивнул в ответ, держа в одной руке чашку с чаем, а в другой мягкий тёплый плед. — Давай сюда. Сиди спокойно, — уже обращаясь к сидевшей на коленях Юне, тихо сказал Мин. — Чимин, Юна моя... девушка, — после паузы добавил Шуга, смотря на смущенную Кан. — Даже не думай отказываться, — засмеялся Юнги, чмокнув раскрасневшуюся девушку. -Ты отдала мне свой первый поцелуй. Теперь ты моя! — обжигая нежную кожу розового ушка, прошептал Шуга.— Мы вечером поедем к тебе домой, Пока нет бабушки, ты соберёшь всё необходимое, и больше туда не вернёшься. Она заставляет тебя нервничать испытывать стресс, из-за этого все эти атаки. Хватит! — громко подытожил Мин.
Юна смущенно опустила голову. Она конечно была рада их совместному признанию, но её пугала близость с Юнги. Ведь наверняка за поцелуем должно последовать продолжение, тем более из его слов стало понятно, что жить они будут вместе. Юна начала неосознанно ерзать на месте и нервно дрожать. Юнги ощутил под своими пальцами мелкую дрожь, взглянул на девушку на коленях.
— Ну что опять себе напридумывала? — тихо шепнул Юнги на ушко своему мышонку. — Не бойся меня, я тебя не трону, пока ты сама этого не захочешь, — всё также шептал слегка касаясь горячими влажными губами ушка девушки. Юна вздрогнула от легкого тока, прошедшего по всему телу. — Я совсем недавно купил квартиру вот и будешь там жить, — громко произнес Шуга.
— Я так рад за вас, — расплылся в улыбке Чимин. — Наконец-то вы вместе. Юна не смущайся! Это правда прекрасно для вас обоих. Ты будешь под надежной защитой, а он наконец-то перестанет нервничать и переживать по пустякам. Вы очень красивая пара, — улыбаясь ответил Чимин. — Правда! А-а-а-а, — прыгая на месте, кричал Пак. — Круто!Мин засмеялся, поражаясь такой восторженной реакции Чимина. Ребенок! Радуется, как будто это у него появилась девушка. Холодная влажная кожа неожиданно коснулась шеи айдола. Юнги тут же перевел взгляд на девушку, сидевшую на коленях. Кожа сильно побледнела и покрылась холодным потом. Некогда коралловые губы на глазах стали бледнеет, а затем приобрели синюшный оттенок. Юнги испугался. Очень сильно испугался! Такой своего мышонка он еще не видел. Юна пыталась что-то сказать. Шуга наклонился к ее губам и услышал одно лишь слово: «Больно!»
— Чимин, быстро дай сумку, — громко крикнул Шуга, указывая в нужном направлении. Ведь там лежали таблетки, которые выписал врач как раз на такие экстренные случаи. Мин вытряхнул сумку девушки на диван, но лекарства там не обнаружил. — Зови врача, — крикнул Юнги Паку, который и так уже направлялся за ним, открывая дверь зала. — Малышка, где таблетки? — спросил бледнеющую на глазах Кан. Но поняв, что ответа не получит, поднялся вместе с Юной и аккуратно уложил ее на диван, расстегнув куртку, а затем и кофту, предоставляя больше воздуха и обнажая кожу для осмотра врача. Доктор Тан забежал в зал вместе с Чимином. Распаковав на ходу тонометр и стетоскоп, он немедленно приступил к осмотру. Юнги бегал глазами от Юны к доктору и обратно, ожидая вердикта.
— Надо везти в больницу! — как гром прозвучали слова доктора. — Чем быстрее, тем лучше. Юнги выхватил телефон и судорожно набрал номер.