Сборник по Галлавичу

1. Школьная раздевалка.

Дверь в зал от­кры­ва­ет­ся с од­но­го пин­ка - ни хуя здесь не ох­ра­ня­ют, сколь­ко бы не тре­пались - сплош­ной гон для иди­отов, го­товых в не­го по­верить.

- Эй, Гал­ла­гер, - зо­вёт Мик­ки, за­жав в зу­бах си­гаре­ту, и за­вора­чива­ет за угол к раз­де­вал­кам. - Я те­бя, блядь, ис­кать не на­нимал­ся!

- Мик, не ори, - Й­ен вы­совы­ва­ет баш­ку из ду­шевой, и Мик­ки чуть не да­вит­ся си­гаре­той. - По­годи там, я сей­час.

Мик­ки са­дит­ся на низ­кую скамью и при­кан­чи­ва­ет си­гаре­ту в че­тыре нер­вных за­тяж­ки. Й­ен вы­леза­ет из ду­ша, и Мик­ки му­читель­но хо­чет­ся сод­рать с не­го сра­ное по­лотен­це, хо­чет­ся вмять его го­лой спи­ной в чей-то шкаф­чик, хо­чет­ся ка­кой-то ебу­чей ерун­ды, от­ро­дясь та­кого в го­лове не бы­ло, а тут по­яви­лось, спа­сибо бляд­ско­му Гал­ла­геру.

Мик­ки вы­бива­ет из пач­ки и су­ёт в рот но­вую си­гаре­ту, что­бы ни­чего из это­го не выр­ва­лось вслух.

- Ты сю­да по­мол­чать при­шёл? - Й­ен смот­рит в упор, с ры­жих во­лос ка­па­ет на пле­чи. Мик­ки пус­ка­ет в не­го дым, что­бы не ви­деть вес­ну­шек на ши­роких пле­чах, и всё рав­но ви­дит, ка­жет­ся, все до еди­ной.

Вот ведь блядь.

Сни­мать шта­ны, ког­да он так смот­рит, бе­сит и воз­бужда­ет так, что пиз­дец, и на ух­мылку его ста­новит­ся по­хер, ког­да Й­ен бе­рёт за пле­чо и раз­во­рачи­ва­ет к шкаф­чи­кам. Мик­ки опи­ра­ет­ся на ло­коть, за­кусы­ва­ет гу­бу, по­ка Й­ен во­зит­ся по­зади - так не вид­но его бляд­ских вес­ну­шек, об­ку­сан­ных губ, глад­кой ко­жи не вид­но, вот толь­ко ког­да он при­жима­ет­ся вдруг сза­ди, рас­ка­лён­ный и жад­ный, Мик­ки не нуж­но ви­деть, что­бы взвыть в го­лос.

- Ти­ше, блядь, - ши­пит Й­ен, за­жима­ет ему рот и встав­ля­ет, наг­нув под се­бя, по са­мые глан­ды, ка­жет­ся, на­сажи­ва­ет на член, и Мик­ки во­ет ему в ла­донь от дол­ба­ного счастья, мо­та­ет го­ловой. Й­ен за спи­ной мол­чит, толь­ко ог­лу­шитель­но гром­ко ды­шит, а по­том за­сажи­ва­ет пог­лубже и бе­рёт од­новре­мен­но за глот­ку, и Мик­ки рвёт кры­шу, так хо­рошо он ебёт, так как на­до, силь­но и гру­бо, наг­ло, съ­ез­дить бы ему по зу­бам, и что­бы...

Да­же этой ру­ки на чле­не не нуж­но, что­бы кон­чить под ним, но Й­ен всё рав­но дро­чит ему, и Мик­ки кон­ча­ет, за­кусив ку­лак, и толь­ко те­перь слы­шит, как дроб­но гро­хотал шкаф­чик, в ко­торый Й­ен его так оху­ен­но вко­лачи­вал.

- От­ва­ли, - впол­го­лоса тре­бу­ет Мик­ки, по­ка Й­ен ла­па­ет его, зад­рав май­ку, - отъ­ебись, ну! - Й­ен раз­во­рачи­ва­ет его ли­цом, упи­ра­ясь лок­тем над го­ловой, и ку­да он так вы­махал, пиз­дец, и не­куда пря­тать­ся от пря­мого взгля­да и спо­кой­ной улыб­ки. - Че­го ус­та­вил­ся?

- Це­ловать­ся, ду­маю, не бу­дем, - ржёт Й­ен, но гла­зами он сов­сем серь­ёз­ный, слов­но не шут­ку не­удач­ную спиз­да­нул, а за­дал ка­кой-то важ­ный воп­рос, слиш­ком важ­ный для сра­ной тём­ной раз­де­вал­ки.

- На­хуй иди, - зак­лю­ча­ет Мик­ки, вы­вора­чива­ет­ся из-под его ру­ки и за­кури­ва­ет, при­дер­жи­вая си­гаре­ту не­лов­ки­ми паль­ца­ми.

Они ос­та­ют­ся на вто­рой ра­унд, и Й­ен за­пира­ет раз­де­вал­ку клю­чом, спёр­тым у тре­нера, и они рас­хо­дят­ся, об­ме­няв­шись ко­рот­ки­ми взгля­дами, без еди­ного сло­ва.

Мик­ки уно­сит с со­бой май­ку Й­ена, за­пих­нув её пог­лубже в кар­ман шта­нов, и не со­бира­ет­ся объ­яс­нять­ся. Или ду­мать об этом.

А по­том, при­жимая чёр­то­ву май­ку к ли­цу и то­роп­ли­во от­дра­чивая се­бе под душ­ным оде­ялом, Мик­ки ду­ма­ет: вот же блядь.

Бляд­ский Гал­ла­гер.

Й­ен.

2.Пустая квартира под самой крышей.

Мик­ки зна­ет в го­роде мно­го тём­ных уг­лов, ку­да ник­то не су­нет­ся, кро­ме сов­сем от­мо­рожен­ных, но та­ким и без ук­ромных ны­чек есть, где ту­совать­ся. Мик­ки при­водит ту­да Й­ена, и они тра­ха­ют­ся - на по­лу, у сте­ны или на ста­ром чу­жом ди­ване, чес­тно го­воря, им обо­им по­хуй - где при­жало, там и сой­дёт. Мик­ки нра­вит­ся ду­мать, что эти за­нюхан­ные уг­лы на вре­мя при­над­ле­жат им дво­им, мысль от­да­ёт пи­дор­ской при­тор­ностью, но Мик­ки уве­ря­ет се­бя, что де­ло ис­клю­читель­но в са­мосох­ра­нении. Тра­хать­ся как-то при­ят­нее, ес­ли те­бя не мо­гут в лю­бой мо­мент зас­тать на го­рячем, и от без­на­казан­ности го­лову иной раз ве­дёт кру­че, чем от за­борис­той нар­ко­ты.

- С на­ших встреч мож­но пи­сать спра­воч­ник са­мых дни­щен­ских уг­лов Чи­каго, - ух­мы­ля­ет­ся Й­ен, за­тяги­ва­ясь, и Мик­ки от­би­ра­ет у не­го ко­сяк.

- Пиз­дуй от­сю­да, ес­ли что-то не нра­вит­ся, - вор­чит он, прик­ла­дыва­ет­ся сам и не да­ёт заб­рать. Й­ен за­тяги­ва­ет­ся ды­мом у не­го из паль­цев, а Мик­ки смот­рит, и у не­го сно­ва вста­ёт.

Й­ен бла­жен­но прик­ры­ва­ет гла­за, вок­руг них ти­шина и ни од­но­го лиш­не­го зву­ка, толь­ко на ули­це вда­леке сиг­на­лят ма­шины. Мик­ки на­жима­ет Й­ену на под­бо­родок и вы­дыха­ет дым ему в рот, меж­ду рас­кры­тых об­ку­сан­ных губ, и тя­нет к се­бе за заг­ри­вок, вми­на­ясь в этот рот по­целу­ем.

И от­пуска­ет.

Й­ен ус­ме­ха­ет­ся и смот­рит из-под ржа­вых рес­ниц.

К ве­черу ста­новит­ся хо­лод­но и за­кан­чи­ва­ет­ся тра­ва. Мик­ки под­ни­ма­ет­ся пер­вым, вы­лезая из-под бо­ка на­валив­ше­гося Й­ена, от­пи­ныва­ет из­гваз­данную май­ку и на­тяги­ва­ет, ёжась, фут­болку Й­ена.

- Да ты оху­ел, - бе­зопас­но бур­чит Гал­ла­гер, са­дясь сле­дом, за­пус­ка­ет паль­цы в во­лосы, и Мик­ки, стоя у раз­би­того ок­на, мол­ча по­казы­ва­ет ему сред­ний па­лец. По­ка Й­ен на­тяги­ва­ет шта­ны, Мик­ки вы­бива­ет пос­леднюю си­гаре­ту из пач­ки и ку­рит, не то­ропясь, опи­ра­ясь на об­лезлый по­докон­ник.

Й­ен вста­ёт ря­дом, и Мик­ки пе­реда­ёт ему си­гаре­ту, смот­рит ко­со, как Й­ен глу­боко за­тяги­ва­ет­ся дрян­ным горь­ким ды­мом. Фут­болка Й­ена ему ве­лика, бол­та­ет­ся на пле­чах, вот ведь ры­жий пиз­дюк, это на­до бы­ло так вы­махать, Мик­ки ведь сам не си­дел на жо­пе, а эту са­мую жо­пу рвал, не вы­лезая из тю­рем­ной ка­чал­ки.

А всё рав­но.

- На­зад не по­лучишь, - за­яв­ля­ет Мик­ки, об­жи­гая паль­цы о бы­чок, и Й­ен от­че­го-то лы­бит­ся, глу­боко за­сунув ру­ки в кар­ма­ны.

- За­бирай.

Пе­ред тем, как раз­бе­жать­ся, они то­роп­ли­во це­лу­ют­ся - не­лов­ко и жад­но, слов­но бы­ло ма­ло це­лого дня, и Й­ен ле­зет ру­ками под фут­болку, и Мик­ки его убить го­тов за то, что под­сел на по­целуи так плот­но, за то, что так плот­но под­сел на это­го ры­жего уб­людка.

Гля­дя до­ма в об­шарпан­ный по­толок, Мик­ки боль­ше не уве­рен, что Й­ен го­ворил о фут­болке.

О бляд­ской тряп­ке так не го­ворят.

3. Восьмой этаж без лифта.

Под ко­сячок Лип бол­та­ет без умол­ку обо всём, что вок­руг про­ис­хо­дит, а Й­ен вни­матель­но слу­ша­ет, уры­вая свою за­тяж­ку меж­ду бра­товы­ми дву­мя. В рос­сказ­нях Ли­па всег­да на­ходит­ся что-то дель­ное, в этот раз ин­форма­ция - ад­рес од­но­го оте­ля и имя од­но­го швей­ца­ра. Й­ен выг­ре­ба­ет день­ги из ныч­ки и де­ла­ет все, что нуж­но, а по­том пи­шет Мик­ки смс со вре­менем и мес­том.

Мик­ки при­ходит вов­ре­мя - за­яв­ля­ет­ся, за­кури­ва­ет нес­пешно, прис­ло­ня­ясь ря­дом к щер­ба­той сте­не, бур­чит:

- Кон­спи­ратор хре­нов, - и сле­дит ко­сым вни­матель­ным взгля­дом. - Че­го хо­тел?

Й­ен ве­дёт его че­рез чёр­ный ход на вось­мой этаж и от­пи­ра­ет дверь вы­менян­ным у швей­ца­ра маг­нитным клю­чом. Мик­ки смот­рит на не­го так, слов­но Й­ен у не­го на гла­зах из­влек из воз­ду­ха кро­лика или че­модан тра­вы.

- Не мог най­ти мес­та поп­ро­ще? - Мик­ки ог­ля­дыва­ет­ся и ощу­тимо пря­чет не­лов­кость. - Мы здесь как во двор­це, блядь, аж обувь снять за­хоте­лось.

- Сни­ми, - по­жима­ет пле­чами Й­ен и ши­роко улы­ба­ет­ся. - Всё сни­май, Мик, до ут­ра всем по­хуй, кто здесь тра­ха­ет­ся, а я всег­да хо­тел наг­нуть те­бя в ван­ной.

- Меч­тай, - ух­мы­ля­ет­ся Мик­ки - и ски­дыва­ет за­ношен­ные се­рые ке­ды пер­вы­ми.

Й­ен на­лива­ет до кра­ев пи­жон­скую бе­лос­нежную ван­ну и ль­ет ту­да не за­бира­ясь из всех фла­конов под­ряд. Под стру­ёй го­рячей во­ды пе­нит­ся цвет­ная аро­мат­ная пе­на, и это как чу­до, Й­ен да­же пя­лит­ся па­ру ми­нут, но быс­тро вспо­мина­ет кое-что по­важ­нее и воз­вра­ща­ет­ся в спаль­ню.

Мик­ки всё ещё топ­чется на ков­ре, бо­сой и без май­ки, и по­ка он то­роп­ли­во пря­чет­ся за си­гаре­той, Й­ен стя­гива­ет с се­бя шта­ны с тру­сами и бро­са­ет вы­зыва­юще на ко­вёр. У не­го сто­ит, и под взгля­дом Мик­ки толь­ко креп­ча­ет. Й­ен не прик­ры­ва­ет­ся, толь­ко цеп­ля­ет неб­режную улыб­ку и ки­ва­ет го­ловой в сто­рону ван­ной.

Во­да неп­ри­выч­но го­рячая, Й­ен сто­нет в го­лос, за­бира­ясь в ван­ну, и Мик­ки дёр­га­ет­ся от это­го сто­на и то­роп­ли­во сди­ра­ет с се­бя по­тер­тые джин­сы.

Во­да шлё­па­ет на пол, ль­ет че­рез край; вдво­ём в ван­ной тес­нее и жар­че, Мик­ки ер­за­ет у Й­ена меж­ду ко­лен, и в воз­ду­хе пар и рас­ка­лен­ное ды­хание. Й­ен на­ходит мо­чал­ку, су­ет её Мик­ки в ру­ку и об­ли­ва­ет не гля­дя из ка­кого-то цве­тас­то­го фла­кона. Мик­ки раз­во­рачи­ва­ет­ся и смот­рит по­пере­мен­но на не­го, то на мо­чал­ку с ка­ким-то ис­крен­ним не­дове­ри­ем, и Й­ен улы­ба­ет­ся, и цеп­ля­ет нем­но­го пе­ны с по­вер­хнос­ти во­ды, и ма­жет ею Мик­ки нос и ще­ку, по­ка тот не­воль­но не ух­мы­ля­ет­ся то­же.

- Гал­ла­гер, ты пиз­дец, - бор­мо­чет Мик­ки, и в этой пи­жон­ской ван­не в этом до­рогу­щем но­мере им обо­им ста­новит­ся вдруг пле­вать на всё ос­таль­ное. Й­ен под­став­ля­ет Мик­ки спи­ну, и тот ело­зит по ней мо­чал­кой, сос­ре­дото­чен­но со­пит, а по­том го­ворит поч­ти шё­потом: - Сколь­ко же у те­бя этих бляд­ских вес­ну­шек, - и за­мол­ка­ет, толь­ко трёт силь­нее и вдруг при­жима­ет­ся гу­бами к пле­чу. Й­ен поч­ти упус­ка­ет мо­мент - и де­ла­ет вид, что упус­тил, что­бы Мик­ки сго­ряча не пос­лал его по­даль­ше.

Й­ен прос­то ждёт, по­ка Мик­ки рас­сла­бит­ся окон­ча­тель­но, улег­шись ему на грудь, и раз­во­рачи­ва­ет его к се­бе за под­бо­родок, и це­лу­ет, об­ры­вая все воз­ра­жения.

Нель­зя бо­ять­ся всю жизнь, и ес­ли вы­пада­ет воз­можность, её нуж­но поль­зо­вать на всю ка­туш­ку. Они оба это по­нима­ют да­же слиш­ком хо­рошо - но всё рав­но пос­ле то­роп­ли­вого жад­но­го сек­са у ра­кови­ны прос­то за­сыпа­ют вдво­ём на ог­ромной пос­те­ли, и Мик­ки дер­жит Й­ена по­перёк ту­лови­ща, и Й­ен за­сыпа­ет так креп­ко, как дав­но не бы­вало.

Ут­ром тот швей­цар бу­дит их за час до наз­на­чен­но­го вре­мени, и Мик­ки утас­ки­ва­ет Й­ена на кры­шу до­ма нап­ро­тив, и ког­да Й­ен спра­шива­ет его, гу­бами об­хва­тив си­гаре­ту:

- Не жа­ле­ешь?

Мик­ки смот­рит на не­го не­от­рывно и мол­ча ки­ва­ет.

4. Спальня

Й­ену нра­вит­ся, как он пах­нет. Ес­ли Мик­ки за­сыпа­ет, обер­нувшись к не­му спи­ной, Й­ен при­тира­ет­ся вплот­ную и зак­ры­ва­ет гла­за, ут­кнув­шись но­сом в заг­ри­вок. Он гла­дит гу­бами мяг­кую впа­дин­ку и за­сыпа­ет, глу­боко ды­ша; ко­рот­кий кол­кий под­шёр­сток ще­кочет ему нос, и Мик­ки ти­хо взды­ха­ет во сне, и Й­ена нак­ры­ва­ет спо­кой­стви­ем с го­ловой, как тя­желым и тёп­лым оде­ялом.

Й­ену нра­вит­ся, как он сто­нет. Нра­вит­ся тра­хать его в сво­ей пос­те­ли, ли­цом к ли­цу, ка­тать на язы­ке слад­кое - за­нимать­ся лю­бовью - и вы­дыхать это Мик­ки на ухо, пе­рег­нув его по­полам, вог­нав глу­боко, что­бы толь­ко и мог, что жад­но ды­шать рас­кры­тым за­цело­ван­ным ртом и сто­нать, ры­чать его имя мяг­ким сво­им го­лосом: "И-ан".

Й­ена кро­ет этим так силь­но, что они оба за­быва­ют о бляд­ских кар­тонных сте­нах, и Мик­ки рас­па­хива­ет гла­за и тя­нет на се­бя за заг­ри­вок, и сто­нет в рот, и не­воз­можно сдер­жать­ся.

Й­ену нра­вит­ся, что ему пле­вать. За зав­тра­ком Мик­ки про­сит ко­фе и уво­дит у Й­ена с та­рел­ки блин­чик, и ос­тавля­ет двад­цать бак­сов на стой­ке, по­тому что на ужин уже ни­чего нет. Й­ен це­лу­ет его в во­лосы, ухо­дя на ра­боту, и слы­шит, как он нес­лышно вор­чит, сби­ва­ясь с "отъ­ебись" на "иди уже", ко­торое зна­чит на де­ле "не хо­чу, что­бы ты ухо­дил".

Й­ену нра­вит­ся ду­мать, что им обо­им мож­но не за­мора­чивать­ся нас­чёт люб­ви.

Мик­ки прос­то лю­бит его, и боль­ше ему ни­чего не нуж­но.

5. Гостиная

Мик­ки па­да­ет на ди­ван и вы­тяги­ва­ет со сто­ном но­ги - за спи­ной про­бега­ет, ру­га­ясь, Фи­она, то­па­ют бо­тин­ки Ли­па, сту­чат каб­лу­ки Деб­би. Мик­ки от­пи­ва­ет пи­ва из за­потев­шей бу­тыл­ки и ду­ма­ет, ка­ким чер­том его уго­раз­ди­ло свя­зать­ся с ёб­ну­той се­мей­кой чок­ну­тых Гал­ла­геров.

- Я за­ебал­ся с этой по­судой, - от­вет при­ходит сам, от­ря­хивая ру­ки, па­да­ет зад­ни­цей на ди­ван и за­киды­ва­ет но­ги на под­ло­кот­ник. - Это пиз­дец ка­кой-то, за­чем нам во­об­ще столь­ко та­релок?

- Что­бы мыть бы­ло ве­селее, - ска­лит­ся Мик­ки, прик­ла­дыва­ет­ся к гор­лышку и чуть не да­вит­ся, ког­да Й­ен наг­ло ук­ла­дыва­ет­ся го­ловой ему на ко­лени. - Блядь, Гал­ла­гер!..

Й­ен смот­рит сни­зу вверх зе­лены­ми блес­тя­щими, су­ка, гла­зами, и бляд­ская зе­лень смы­ва­ет злость. Мик­ки не мо­жет ры­чать, ког­да на не­го на­каты­ва­ет вот это не­удер­жи­мое, ог­ромное, как гре­баный дом, же­лание за­щищать и бе­речь, ко­торо­му не­воз­можно соп­ро­тив­лять­ся. Мик­ки про­бовал - ло­мало так, что рук по­том не мог спус­тить с Й­ена, всё цеп­лялся за сколь­зкие го­рячие пле­чи, пос­ку­ливая от зах­лесты­ва­ющей от­ча­ян­ной ра­дос­ти.

Й­ен цеп­ля­ет его паль­ца­ми за под­бо­родок, гла­дит по ще­ке, и Мик­ки за­совы­ва­ет пог­лубже ли­хора­доч­ную мысль о том, что­бы взять его за за­пястье и це­ловать бе­реж­но его бляд­ски длин­ные паль­цы, каж­дую кос­тяшку, по­ка у Й­ена не собь­ет­ся ды­хание сра­ного сприн­те­ра.

Й­ен улы­ба­ет­ся и прик­ры­ва­ет гла­за. Тус­клые от­све­ты лам­пы пля­шут на его рес­ни­цах и ску­лах.

Мик­ки про­тяги­ва­ет ру­ку, ос­то­рож­но, бо­ясь спуг­нуть, и гла­дит по во­лосам, про­чёсы­ва­ет мяг­кие пря­ди ску­пой не­хит­рой лас­кой, и Й­ен по­да­ёт­ся к его ру­ке.

И по­ебать на весь ос­таль­ной пиз­дец, Мик­ки Мил­ко­вич то­же име­ет пра­во по­быть счас­тли­вым.