Счастливый конец.
Свадьбу мы смогли сыграть только спустя аж полгода после предложения. Начало теплого лета, красивые виды, живые цветы. Приглашения разослали сугубо близким людям, потому что не хотели устраивать из церемонии какой-то цирк. Признаться, легче было бы просто расписаться и жить счастливо, но мне хотелось провести денёк в свадебном платье и проникнуться праздничной атмосферой. И вот сейчас, примеряя уже десятое из предложенных мне платьев, я поглядываю на Юлю. В момент, когда наши взгляды пересекаются, становится ясно – это оно.
По просьбе Разумовского расплачивается Пчелкина, чтобы мне потом "не было неловко и все такое", как выразился сам Сергей. Мы с Юлей, конечно, только посмеялись в ответ на такую идею, но каково было моё удивление, когда подруга действительно не рассказала мне цену. Конечно, я попыталась нахмуриться и обидеться, только вот все безуспешно. Спутница так и продолжила настаивать на своём, а я решила, что лучше потом повторю все то же самое, но с мужем. Уж он-то точно расколется.
— Так. — Тянет собеседница, еще раз осматриваясь. — Тебе больше ничего не надо? Туфли, может?
И когда я уже собираюсь сказать, что белые туфли у меня есть, тут же вспоминаю одну пренеприятнейшую историю, связанную с ними.
***
Сергей приглашает меня в картинную галерею, а я не смею отказать, потому что выходной с ним – это лучший выходной, даже несмотря на то, где он проходит. Будь то целые сутки дома за просмотром сериала или свидание в дорогом ресторане. Сегодня захотелось надеть светлое платье, единственное, что было в гардеробе, но на мне сидевшее лишь пару раз за эти несколько лет. Как раз у меня были белые туфли, доставшиеся от двоюродной сестры, достаточно симпатичные и строго выглядящие. Но перед самым выходом, я понимаю, что обувь сидит на мне слишком плотно, да и размер явно меньше моего. Только вот я не хочу отнимать у спутника чересчур много времени, а потому решаю, что потерплю пару часиков. Все равно ходить надо будет мало.
Но, Господи, как же я ошибалась...
К концу второго часа, проведенного в картинной галерее, я уже еле держусь, чтобы не взвыть от жгучей боли, которая расползается чуть ли не по всей стопе. А вокруг столько элегантных дам, что просто невозможно позволить себе идти прихрамывая или скрючившись. Мы останавливаемся у очередной картины, и я прошу Сергея взять меня под руку, а сама едва заметно опираюсь на спутника, позволяя себе передохнуть. Парень, конечно, не понимает, что происходит, а я лишь отмахиваюсь. Но его беспокойство не спешит отступать.
И только усиливается, когда, по приходе домой, я с протяжным и болезненным стоном стягиваю с себя туфли.
— Т/И? — Разумовский подступает чуть ближе к пуфику, на котором я расположилась, а затем приседает напротив.
И сейчас спутнику удается увидеть то, что мучило меня весь этот вечер – потертая кожа чуть выше пятки, настолько красная, что на ее фоне даже незаметна небольшая ранка.
— Почему ты не сказала? — Ужасается тут же Сергей, а я только виновато увожу взгляд в сторону. Молчу. — Ладно, сейчас обработаем.
Собеседник бесшумно вздыхает, однако не спешит подниматься. Осторожно складывает ладонь на моем колене и начинает поглаживать голую кожу, сосредоточенно глядя на мои ноги.
— Прости. — Говорю, наконец, я, понимая, что Разумовскому безмерно тяжело, когда мне по какой-то причине больно. — Если такое вдруг повторится, то я обязательно скажу.
— Ох, Т/И. — Шепчет парень и чуть крепче сжимает мою ногу. — Не извиняйся.
Я перехватываю взгляд Сергея и в этот же миг пальцы зарываются в ярко-рыжих волосах. Больше не получается думать о боли, даже несмотря на то, что она никуда не отступает. Спутник осторожно касается губами второго колена, а сразу после утыкается в то же место подбородком. И я уже не могу сдержать улыбку, глядя на этого кота. Ласкового и жаждущего тепла.
***
— Да, давай посмотрим туфли. — Отвечаю я, стараясь сдержать уголки губ, что так и норовят приподняться.
Мы с Юлей блуждаем по магазинам еще с час, присматриваемся не только к одежде или обуви, но и к различным аксессуарам. Признаться, я даже взяла себе колье и серьги, но и то было срепя сердце. Это ощущение стыда после каждой потраченной на меня копейки, кажется, останется со мной на всю оставшуюся жизнь. И почему только я отношусь к чужим деньгам как к своим? Это так откровенно глупо.
Уже скоро мы с подругой вышли на парковку, где и принялись искать машину Пчелкиной.
— Никогда меня так не изматывал поход в магазин. — Хмыкает девушка, усаживаясь за руль.
— Прости. — Я миловидно улыбаюсь, переводя взгляд с лобового стекла на спутницу.
— Да ладно тебе. — Юля тоже поворачивается ко мне. — Ты хотя бы рада, Т/И?
— Рада ли я? — Кажется, что брови сами подскочили после услышанного. — Ну я ж не дура совсем.
— Получается рада? — Переспрашивает подруга, ухмыляясь и чуть прищуриваясь.
— Да я просто самая счастливая! — Восклицаю я, в процессе даже чуть подавшись вперед, не скрывая восторга. — Муж вроде Сергея - это же сказка. Я о таком только мечтать могла.
— Это тебе не твой Ваганков, да? — Кажется, что собеседница тихо смеется.
— Нетушки, к черту этого Сашу. — Надо было видеть, с каким нелепым выражением на лице я замерла после упоминания бывшего.
— Да. А Разумовский впрям хорош.
— И я о том же, Юль. — Как только подруга переводит тему, я немедленно приходу в себя. — Не представляю, чем я только заслужила такое счастье.
— Поверь, Т/И, ты заслуживаешь дальше больше того, о чем мечтаешь. — Говорит Пчелкина после недолгой паузы, а затем накрывает мою ладонь своей. — Я рада за тебя. Правда.
— Ну-ну, Юль, чего это у нас происходит? — Тут же усмехаюсь я, возвращая все внимание к подруге.
— Понятия не имею. — Та только морщится с довольной улыбкой на лице. — Не туда меня понесло, да?
— А мне нравится. — Честно отвечаю я, а затем накрываю наши ладони второй рукой. — Люблю тебя.
— Обещаешь, что твой брак нас не разлучит? — Сразу после этого интересуется спутница.
На секунду вопрос даже лишил меня дара речи. И как только подруга могла подумать о таком? Что, теперь все люди из моего окружения будут сомневаться в моей преданности? Это сущее проклятие.
— Конечно нет. Нет, не смей больше думать об этом! — Я крепче хватаюсь за пальцы девушки, начинаю смотреть на нее чуть строже, чем прежде. — Совсем дурочка?
— Наверное дурочка. — Вздыхает Юля, после чего уводит взгляд от моего лица. — Ладно, прости, бредовый был вопрос. Я тоже тебя люблю, Т/И.
Несколько дней спустя.
— Вы правда сможете приехать? — Я широко улыбаюсь, когда слышу ответ мамы. — Тогда
давай
я оплачу билеты, чтобы чересчур не наглеть.
— Нет-нет, дочь, мы со своего кармана. Не нервничай. — Слышно, что собеседница волнуется. Но разве я могу не настоять на своем, как делаю это всегда?
— Мам, чего
ты? Дай лучше трубку папе, с ним куда легче о таком разговаривать. — Хмыкаю я. — Напиши потом, какая сумма вышла.
— Т/И, я же сказала! — Обреченно вздыхает женщина.
— Не хочу ничего слышать! — Протягиваю я, продолжая говорить все в том же радостном тоне. — Иначе папе позвоню, не забывай.
— Моя ж ты хорошая. — Наконец сдается мама. — Совсем уже взрослая девочка.
— Ага.
— Отвечаю я практически шепотом, после чего с полминуты молчу. — Так хочу вас увидеть. Столько хочу
показать.
Мам, ты не представляешь...
— Все покажешь, родная моя. — Голос собеседницы становится более ласковым. — Когда я впервые взяла на руки свою дочку, то тоже пообещала ей, что покажу весь мир. А она хныкала и дрыгала ножками, представляешь?
—
Как думаешь, она это помнит? — Я улыбаюсь шире.
— Сомневаюсь.
— Наверное, она бы очень хотела помнить. Мне так кажется.
— Может тебе не кажется, Т/И?
— Знаешь, мам, все бывает. — Я качаю головой, а сама чувствую, что мне становится тяжелее от осознания того, что я действительно уже «взрослая девочка». — Все бывает...
***
Я примеряю
свадебное
платье, и в этот же момент в комнату проходит Сергей. Уставший и вымотанный сегодняшней деловой встречей, он теряется, когда встречает меня. Первое время не может свыкнуться с тем, что видит, но мне удается вырвать его из сети бесконечно возникающих в голове мыслей.
— Мне идет? — Я кручусь на месте и хихикаю, ощущая на себе пристальный взгляд.
— Как ничто другое. — Отвечает спутник, а сам широко улыбается. — И как мне дождаться дня свадьбы, а, Т/И?
— Ну, если будешь немного терпеливее. — Я подступаю ближе, и собеседник делает то же самое. — То даже не заметишь, как пролетят эти три дня.
— Как предлагаешь мне быть терпеливее? — Хмыкает Сергей, после чего обхватывает меня и плавно притягивает к себе. — С такой-то девушкой рядом?
В меру пышное платье приминается между нами, но и оно не мешает мне прижаться к спутнику. Когда мои ладони ложатся на плечи парня, то я слегка задираю голову и встречаюсь с его взглядом. Таким чутким и нежным, что в груди пробуждается трепет, а в животе порхают бабочки. Мы так и продолжаем смотреть друг на друга, не решаясь прерывать этот момент. Особенный, полный чувств и эмоций, находящихся внутри. Но ведь они не могу быть в заточении вечность. И вскоре сливаются воедино, когда губы Разумовского накрывают мои. Я уже представляю, как Сергей поцелует меня после обмена кольцами. Как прижмет к себе, точно так же, как и сейчас, как его теплые ладони найдут свое место на спине.
А на нас будут смотреть, как на двоих безмерно любящих друг друга людей. И зрители ничуть не ошибутся. Потому что так оно и есть.
Мы с Сережей есть друг у друга, и пока мы вместе, нас будет ждать только счастливый конец.
Только счастливое будущее, полное заботы, ласки и тепла. Ведь совсем скоро моя фамилия сменится, и тогда я буду Т/И Разумовская.