Глава 51. Ночь спокойствия.
Прошел день. День, который Хуа Чэн провел в абсолютном напряжении, улаживая последствия в особняке и гарантируя, что его новое положение останется незыблемым. К вечеру следующего дня его дела были улажены, но усталость давила на него тяжелым грузом, а рана на плече неприятно ныла.
Наконец, когда за окном сгустилась тьма, он оставил Хэ Сюаня на посту и направился в небольшую комнату, которую Се Лянь занял в этом временном убежище.
Хуа Чэн тихо вошел. Се Лянь лежал на кровати, не спит, глядя в потолок. Комната была освещена лишь одной настольной лампой, создающей мягкий, призрачный свет.
Увидев Хуа Чэна, Се Лянь тут же сел.
— Сань Лан, — его голос был тихим, обеспокоенным. — Как... как все прошло?
— Все улажено, Гэгэ, — ответил Хуа Чэн, стараясь говорить максимально спокойно. Он подошел к кровати и сел на край, нежно касаясь лба Се Ляня тыльной стороной ладони. — Ты в порядке?
Се Лянь молча кивнул, но его глаза, большие и влажные в тусклом свете, выдавали его. В них была глубокая, невыносимая тревога.
— Ты не спишь.
— Не могу, — признался Се Лянь, опуская взгляд. — Я все время думаю о нем.
— О Безликом Бае, — констатировал Хуа Чэн, и в его голосе не было ни страха, ни гнева, только понимание.
Се Лянь сжался. Он обхватил себя руками, словно пытаясь удержать ускользающее спокойствие.
— Сань Лан, ты не понимаешь. Он... он не просто враг, который хочет меня убить. Он... он сама судьба. Он всегда был рядом, во всех моих падениях, во всех моих бедах. Он не сражается честно. Он разрушает твою волю, он превращает твои силы в твои слабости. И он всегда возвращается.
Глаза Се Ляня наполнились слезами, но он не дал им упасть.
— Я боюсь, Сань Лан. Я боюсь, что он использует меня, чтобы причинить боль тебе. Ты уже... ты уже заплатил слишком высокую цену. Ты не должен был убивать из-за меня.
Хуа Чэн мягко взял его руки, разжимая пальцы. Его прикосновение было теплым и твердым.
— Гэгэ. Я не заплатил никакой цены. Они сами сделали свой выбор. И я сделал свой. Моя жизнь, моя власть, все, что я имею, существует только для того, чтобы ты был в безопасности. Не вини себя за их решения.
Он подвинулся ближе и прислонился плечом к Се Ляню, его поза выражала преданность и защиту.
— Ты боишься его, потому что он причинил тебе боль в прошлом. Ты боишься, потому что он — часть твоей старой, одинокой жизни. Но сейчас все иначе, Гэгэ. Я не позволю ему прикоснуться к тебе. Он больше не твоя судьба.
Се Лянь прислонился головой к плечу Хуа Чэна, и от тепла его тела ему стало немного легче дышать. Он ощущал напряжение в плечах Хуа Чэна, но чувствовал его непоколебимую силу.
— Но если он... если он снова использует твою слабость, — прошептал Се Лянь.
— Моя единственная слабость — это ты. А моя величайшая сила — это тоже ты, — тихо ответил Хуа Чэн. Он нежно поглаживал Се Ляня по волосам. — Он может прийти. Мы будем ждать. Но он не застанет нас врасплох.
Они долго сидели в тишине. Се Лянь чувствовал, как медленно отступает ледяной ужас. Ему было страшно, но Хуа Чэн был рядом, и эта близость была единственным настоящим щитом в его жизни.
Со временем его дыхание стало ровнее. Хуа Чэн остался сидеть рядом. Он не собирался спать. Он остался прислушиваться к каждому шороху за стенами, его сознание было напряжено, как тетива лука.
Ночь прошла в этом спокойном, молчаливом бдении. Хуа Чэн охранял не только вход в комнату, но и покой Се Ляня, и впервые за долгое время Се Лянь заснул спокойно, зная, что его Сань Лан не отойдет от него ни на минуту.
Автору есть что сказать:
После всего хорошего.. всегда начинается что то плохое..))