Выше и сильнее

ЗАК

Я не успел даже полностью закрыть дверь, как припал к губам Лаки. Казалось, что время идет вспять, пока я наблюдал, как он приближается к домику. Совершенно случайно увидел его через окно, когда отправился на поиски ключей от пикапа. Один только вид Лаки всколыхнул столько эмоций, что сначала я не мог ни пошевелиться, ни даже сделать вдох.

Потом Лаки повернулся спиной к домику, и что-то внутри меня оборвалось. Я чуть было не бросился за ним. Но то же самое, что мешало увидеться с ним после нашего спасения, заставило меня лишь сжать ключи в руке. Настолько сильно, что остались следы, которые, скорее всего, в ближайшие день-два превратятся в синяки.

Но затем Лаки развернулся обратно, и моя душа разбилась. Я знал, чем это обернется.

Для него.

Для меня.

Для нас.

В итоге я снова причиню ему боль. Это так же неизбежно, как дождь с неба. И я бессилен остановить это.

Когда я открыл дверь, в голове уже пронеслись все сценарии того, что хотел с ним сделать. Но ни один из них не отражал того, ради чего он сюда приехал. Я по-прежнему не был мужчиной, который ему нужен, а был эгоистичным сукиным сыном и хотел забрать то, что казалось моим в тот момент.

Лаки всхлипывал, пока я жадно целовал его. Я пытался напомнить себе, что он новичок в поцелуях, но даже не надеялся сбавить темп. Не тогда, когда был настолько близок к тому, чтобы потерять его навсегда.

Я захлопнул дверь ногой и прижал Лаки к твердому дереву. Далеко не нежным движением я расстегнул молнию его ширинки, ожидая, что он будет протестовать против такого грубого обращения, но, к моему удивлению, он лишь помог мне, и сам стянул с себя джинсы и нижнее белье.

При этом его губы ни на мгновение не оторвались от моих. Более того, он быстро подстроился под меня и отвечал на каждый поцелуй.

Тело словно горело, а член был настолько твердым, что это граничило с болью. Как бы мне ни хотелось насладиться великолепным телом Лаки подольше, я понимал, что этого не произойдет.

Во всяком случае, не в первый заход.

Лаки сам прервал поцелуй, но лишь для того, чтобы посмотреть вниз и расстегнуть мой ремень, а затем и пуговицу на джинсах. Я воспользовался секундным отвлечением и достал из бумажника презерватив с упаковкой смазки. Лаки поднял взгляд и горящими глазами посмотрел на презерватив. Губы парня были распухшими и влажными от моих поцелуев. Я наклонился и снова припал к ним. Лаки закинул руки мне на спину и прижался, пока я контролировал каждый аспект того, что вытворял мой рот. Когда я прервал поцелуй, чтобы освободить свой член, Лаки уже тяжело опирался о дверь.

Я не стал говорить ему, что это будет грубый и жесткий трах. Он и так это знал. Его член пульсировал, а головка обильно сочилась смазкой. Это красноречиво говорило — парень был более чем готов к тому, что я собирался ему дать.

Дрожащими пальцами я раскатал презерватив по длине своего ствола и уже собирался разорвать упаковку со смазкой, как Лаки бесшумно повернулся и представил мне свою упругую попку. Он положил руки на дверь, попеременно поглядывая через плечо то на меня, то на мой член. От такой покорности я чуть не кончил раньше времени. Оставалось только сосредоточиться на нанесении смазки на свой пульсирующий член. Я выдавил немного жидкости на палец и прижался к Лаки всем телом, нащупывая дырочку.

Я жадно целовал его, проталкивая палец внутрь. Лаки застонал, но без колебаний насадился на него. Парнишка был совсем новичком в сексе, и я планировал не торопиться с подготовкой, но, когда он начал с жадностью трахать мой палец, терпение лопнуло. Я засунул палец глубоко, как только мог.

— Зак! — воскликнул Лаки.

Мое имя — первое, что он смог проговорить, и это заставило меня застонать в ответ, а затем я снова накрыл его рот поцелуем. Лаки тоже застонал от двойного натиска — поцелуя и пальца внутри. Когда я добавил второй палец и провел обоими по простате, он вскрикнул и подался навстречу, после чего оторвался от моих губ и опустил взгляд вниз. Не удержавшись, я заглянул ему через плечо и тоже увидел, как струя за струей сперма вырывается из головки его члена и стекает по двери. Я продолжал трахать Лаки пальцами до тех пор, пока его колени не подкосились. Свободной рукой я поддержал его, и осторожно вытащил пальцы из его задницы.

Лаки задыхался, по его телу пробегали заключительные волны оргазма. Я протянул руку к его паху и нежно сжал в кулаке член. Парнишка вскрикнул от этого прикосновения и накрыл мою руку своей, но не попытался помешать мне нежно поглаживать его. После нескольких движений я поднес руку к его рту.

— Попробуй себя на вкус, — потребовал я.

Я не стал прижимать ладонь к его губам, предпочитая посмотреть, что он сам решит сделать. Он осторожно взял меня за запястье и без промедления облизал всю ладонь, застонав от вкуса собственной спермы.

Я задрожал, любуясь совершенством его губ. Меня охватило непередаваемое чувство, когда он облизывал мою ладонь, ощущая собственный вкус на моей коже, и делал это без малейших колебаний. Такое отсутствие скованности вывело меня из равновесия. Я не смог удержаться и обрушился поцелуем на прекрасные губы Лаки. Он застонал, когда я исследовал глубину его рта. Я чувствовал терпкий вкус спермы на языке. Это было как подлить бензина в уже бушующий огонь.

— Положи руки на дверь, — прошипел я, хватая Лаки за бедра и подтягивая его к себе.

Он мгновенно подчинился, полностью обнажив передо мной свою задницу. Я раздвинул половинки руками. Дырочка блестела от смазки, нанесенной ранее. Несмотря на то, что использовал достаточно жидкости, я не смог удержаться и выпустил немного собственной слюны. Лаки застонал в ответ.

— Держи себя открытым для меня, — приказал я.

Лаки быстро убрал руки от двери и выполнил приказ. Несколько раз я погладил свой член, левой рукой лаская вход Лаки. Я долго возился с его отверстием, заставляя парня извиваться и всхлипывать, затем переместил головку к дырочке и начал проталкиваться внутрь.

Я не двигался слишком медленно, но и не спешил погрузиться полностью. Как только кончик члена оказался внутри Лаки, я положил его руки обратно на дверь и взял его за бедра, подтягивая к себе. Когда мои яйца шлепнулись о его задницу, на мгновение остановился. Не знаю, что заставило меня сделать это, но я склонился над Лаки и поцеловал его в плечо.

И только тогда разрешил себе двигаться.

Я пытался напомнить себе, что это всего лишь второй раз для Лаки, но, когда стенки его входа обхватили мой член, как вторая кожа, все рациональные мысли вылетели из головы. Мои плавные, тяжелые толчки быстро становились все более неистовыми, пока внутренние мышцы Лаки ласкали меня. Парень всхлипывал при каждом погружении и сжимал мой член, когда я двигался обратно. Благодаря реакции его тела и звукам, которые он издавал, мне не потребовалось много времени, чтобы начать бешено вбиваться в него. Мои пальцы впивались в бедра Лаки с такой силой, что я знал — на следующий день появятся синяки. По лбу струился пот. Я трахал Лаки настолько неистово, что он изо всех сил упирался руками, пытаясь не врезаться в дверь.

— Сильнее, Зак, — выдохнул Лаки.

Его кожа была горячей и влажной, а воздух вокруг нас был наполнен запахами пота и секса. Я сделал, как просил Лаки, и стал долбиться в него без пощады. Звуки, которые он издавал от этого, снесли мне крышу. Давление в яйцах нарастало с каждым толчком в его ненасытное тело. Я протянул руку к своему молодому любовнику и обнаружил то, о чем уже догадывался.

Он снова был твердым.

— Потрогай себя, — рявкнул я, положив обе руки на плечи Лаки.

Его рука метнулась к члену, и парень начал неистово дрочить. Контроль, который я тренировал столько лет, в этот момент решил меня подвести, но мне было все равно. Единственное, что меня волновало, — кончить самому и заставить молодого человека под собой кончить повторно.

— Зак?! — позвал Лаки.

В его голосе слышался страх, и я знал, что это значит. Оргазм, который нарастал внутри парня, был сильнее того, что он уже испытал, и он испугался этого.

Я прижался к спине Лаки, обхватил его за талию, переместив руку к его члену, и стал поглаживать его.

— Отпусти, малыш, — нежно сказал я, безжалостно вколачиваясь в него.

Я прикусил раковину его уха, и Лаки потянулся, чтобы обхватить меня за бедро. Прижимаясь друг к другу, мы гнались за разрядкой, и я представлял себе, как выглядит эта картина со стороны.

Потребовалось еще несколько толчков, и повторная команда «отпустить», чтобы Лаки кончил. Он закричал, и его тело задрожало. Внутренние мышцы сжались, вызвав мой собственный оргазм. Я обхватил шею Лаки, снова и снова толкаясь в него. Он откинул голову и выгнулся дугой, выплеснув струю на дверь и в мою ладонь. Я зарычал ему в ухо, когда моя горячая сперма начала заполнять презерватив, и не раз слышал, как Лаки выкрикивал мое имя, пока оргазм держал его в своей безжалостной хватке.

Прошло несколько минут или часов, прежде чем мое тело начало приходить в себя. Я расслабился, прижав Лаки к двери. Его сильно трясло. Мы оба с трудом переводили дыхание. Только когда по моей коже пробежал холодок, я понял, что нужно вытащить член и снять презерватив. Но когда я сделал шаг назад, Лаки закричал:

— Нет, Зак, пожалуйста, не оставляй меня снова! Пожалуйста!

Я застыл на месте, а Лаки прижался лбом к двери. Он повторял одну и ту же фразу снова и снова, тихонько всхлипывая.

Не уходи.

Я вспомнил, как мы трахались в первый раз, и бессердечно ушел от него. Позже я объяснил причины, но, очевидно, объяснения не помогли залечить раны, которые нанес своей жестокостью.

— Лаки... — начал я, но он яростно затряс головой.

— Нет, Зак, пожалуйста. Я... я могу следовать всем правилам, но мне нужно... внести одно свое.

Он был так расстроен, что трудно было понять его слова, поэтому я прижался к его спине и пробежал поцелуями по шее.

— Ш-ш-ш, сделай глубокий вдох.

Лаки затих и сделал все, как я сказал. Я использовал это время, чтобы осторожно отстраниться от него и снять презерватив, но в итоге не избавился от него должным образом, а просто бросил на пол, не решившись оставить Лаки надолго. Я развернул его к себе лицом, чтобы мы могли поговорить, глядя друг другу в глаза.

— Ты ведь не собирался попрощаться? — спросил он, прежде чем я успел что-то сказать.

Я вздохнул.

— Нет, — признался я.

— Неужели для тебя это так легко? — прошептал Лаки.

Его голос был подавленным, и он не мог смотреть мне в глаза. Это была разительная перемена по сравнению с тем, что было всего несколько минут назад, когда он без колебаний уступал каждому моему требованию.

— Что для меня легко?

Лаки ответил не сразу. А когда ответил, то все-таки посмотрел мне прямо в глаза.

— Оставить меня.

Я знал, что мне следовало сказать... какой ответ заставит его уйти навсегда. Но не мог заставить себя солгать. Охваченный разочарованием, я отошел и натянул штаны. Боль в ноге немного отвлекала, но этого было недостаточно.

— Легко? — прорычал я, отходя к противоположной стене. Я несколько раз стукнул кулаком по дереву, но это лишь усилило мой гнев. — Ничего из этого не было легким, Лаки! — огрызнулся я.

— Тогда почему, черт возьми, ты продолжаешь это делать? — спросил он. — Я думал... думал, что мы умрем на той горе! Я так боялся, что потеряю тебя, а потом они пришли за нами, и я подумал, что наконец-то все будет по-другому...

— Я никогда ничего тебе не обещал, — перебил я.

Лицо Лаки скривилось, будто я ударил его кулаком или что-то в этом роде.

— Нет... нет, ты не обещал, — согласился он.

Лаки, похоже, наконец осознал, что все еще полуголый. Он медленно натянул штаны и застегнул их. Затем повернулся и взялся за ручку двери.

— Прощай, Зак.

Я дернулся раньше, чем успел это осознать. Ударив по двери, я захлопнул ее через долю секунды после того, как Лаки открыл ее.

— Я же говорил, что не могу дать тебе то, что ты хочешь, Лаки, — процедил я.

Лаки уставился на дверь.

— Ты никогда не спрашивал, — прошептал он.

— Что?

— Ты никогда не спрашивал, Зак. Никогда не спрашивал, чего я хочу.

— Мне не нужно было. Ты ясно дал понять два года... — начал я.

— Два года назад я был влюбленным мальчишкой, выставившим себя на посмешище. Ты не единственный, кто изменился с тех пор, Зак, — огрызнулся Лаки. — Но ты даже не дал мне шанса доказать, что я могу... что я могу...

— Что можешь? — нетерпеливо спросил я.

— Быть таким, как нужно тебе, — пробормотал он, снова пытаясь открыть дверь, но я перехватил его руку.

— Я не хочу, чтобы ты был таким, как мне нужно. Я хочу, чтобы ты был таким, какой есть. Потому что быть таким парнем...

— Не надо, — перебил Лаки. — Не говори мне, что я идеальный, удивительный или что-то типа того. То, что мы только что сделали... это было прекрасно. Это было потрясающе.

Лаки убрал руку с двери и придвинулся ближе ко мне. Прежде чем он успел что-то сказать, раздался стук в дверь, испугав нас обоих.

— Зак, это я, — услышал я голос Тега снаружи.

Я взглянул на Лаки, но тот, похоже, не спешил покидать холл.

— Почему бы тебе не подняться в мою комнату и не привести себя в порядок? — предложил я. — А потом я отвезу тебя в бунгало.

Лаки открыл было рот, чтобы возразить, но тут снова постучал Тег.

— Лаки, пожалуйста, — пробормотал я, ущипнув себя за переносицу.

Меньше всего мне хотелось посвящать Тега в наши с Лаки дела. Друг и так наехал на меня за то, что я ушел из программы без всяких объяснений. И тем более я не желал, чтобы он в чем-то обвинил Лаки.

Парнишка вышел из комнаты, не сказав ни слова. Я подождал, убеждаясь, что он скрылся из виду, прежде чем открыть дверь.

— Привет, — сказал Тег.

— Привет, — ответил я, приглашая его войти внутрь.

— Ты не знаешь, где Лаки? У меня есть новости, которыми я хочу поделиться с ним, пока он не услышал их в другом месте, но не могу его найти. Один из парней, его сосед по бунгало, сказал, что видел, как он уходил с собранной сумкой.

Я на мгновение потерял дар речи.

— Что?

Тег вскинул руки.

— Сначала ты, теперь мой лучший ученик. Я ни хера не понимаю.

— Он здесь, Тег, — сказал я.

Я понятия не имел, что Лаки собирался покинуть программу, но мы с ним обязательно обсудим это, прежде чем разойдемся в разные стороны. Тег повернул голову и оглядел комнату.

— Он здесь? — удивился он.

— Что за новости?

— Что он здесь делает, Зак? — резко спросил Тег.

— Ты знаешь, что он здесь делает. Так что за новости?

— Ты что, блядь, издеваешься? Вот в чем дело? Ты и он...

Его реакция почему-то раздражала меня. Как будто идея о том, что между мной и Лаки что-то есть, была какой-то противоестественной.

— Что ты хотел ему сказать? — повторил я.

Тег вздохнул и провел пальцами по волосам.

— Ты знаешь ту девушку, Эми Уильямс?

— Которая помогает обслуживать оборудование и организовывать занятия?

Тег кивнул.

— Она участвовала в программе в прошлом году, но не закончила. У нее были хорошие технические навыки, но она не смогла применить их в полевых условиях. Прежде чем я успел сказать ей, что ПСО не для нее, ее родители погибли в автокатастрофе. Когда весной этого года она спросила, можно ли ей снова пройти курс, я ответил, что подумаю над этим. Мне стало жаль ее, и я сказал, что она может подать заявку.

Я понимающе кивнул. Хотя Тег никогда не рискнул бы отправить в полевые условия кого-то, кто не был к этому готов, в душе он был мягким человеком и не хотел окончательно разрушить надежды Эми.

— А какое отношение все это имеет к Лаки? — спросил я.

— Обычно я беру только старшекурсников, но для Лаки сделал исключение из-за его природного таланта. Он занял последнее свободное место в программе, — ответил Тег.

Я моментально напрягся, когда понял, к чему он клонит.

— Это она преследует его. Посылала записки и разгромила машину. А трос...

Я двинулся к двери, даже не успев осознать, что делаю. Тег схватил меня за запястье.

— Она призналась во всем этом, Зак. Пришла ко мне сегодня днем и рассказала правду... она думала, что Лаки каким-то образом украл ее место в программе. Сказала, что происшествие с тросом было случайностью. Она не знала, что в тот день мы проводили симуляцию. Она использовала на перчатках едкое вещество из сигнальной ракеты, чтобы повредить трос, но нанесла больше, чем намеревалась...

— Даже если бы мы не проводили симуляцию, он бы все равно пострадал, — практически прокричал я. — Где она...

— Она в полицейском участке, дает показания. Я поговорил с ее тетей, Зак. В последний год у Эми было множество проблем с психикой. Это не оправдание, но я не верю, что она действительно хотела причинить ему вред... скорее, просто напугать его.

Я был на грани потери самообладания, вспомнив, как Лаки висел на склоне горы.

— Он был на волоске, Тег! Он...

— Зак, — тихо позвал Лаки.

Я повернулся и увидел, что он стоит на ступеньках на полпути вниз. Он выглядел так же, как и когда я попросил его выйти, так что вряд ли он принимал душ. А это означало, что он наверняка слышал все, что сказал Тег. Я замолчал, потому что знал, — Лаки не хотел, чтобы я вышел из себя из-за всего этого.

— Что с ней будет? — спросил Лаки.

— Ее обвинят в нескольких преступлениях, в том числе в покушении на убийство. Ее адвокат, скорее всего, будет защищать ее, ссылаясь на психическую недееспособность. Если уж на то пошло, Лаки, она выглядела очень расстроенной.

Лаки кивнул.

— Она всегда была добра ко мне до прошлого года. Я даже не могу представить, как на нее подействовала потеря родителей.

Тег кивнул, затем посмотрел на нас с Лаки. Очевидно, у него был миллион вопросов, но, к счастью, он оставил их при себе и быстро попрощался, прежде чем выйти из дома. Лаки присел на ступеньки. Он выглядел бледным и потрясенным, но в целом в порядке.

— Он сказал, что ты уходил с собранной сумкой, — сказал я через минуту.

Лаки кивнул.

— Взял пример с тебя. Только я бежал домой, а не прочь из дома.

Я вздохнул и прислонился к стене напротив лестницы.

— Скажи мне, чего ты хочешь, Лаки, — пробормотал я.

— Я хочу, чтобы ты поехал со мной домой в Колорадо, когда мы закончим программу, — ответил он. — И я хочу быть с тобой как можно больше и здесь, и там. — Я открыл рот, чтобы возразить, но Лаки добавил: — На твоих условиях. — Я не был уверен, что правильно расслышал, но тут Лаки поднялся и медленно подошел ко мне. — Правило первое: ты можешь трахать меня как захочешь и так долго, как захочешь. Не будет никаких неловких слов и признаний. Согласен? — Я кивнул головой. От того, что он повторял мои же слова, мне стало не по себе. — И никто не узнает о нас. — Я снова кивнул. — Ты контролируешь ситуацию, ты решаешь, но только в постели. И когда все закончится, так тому и быть, верно?

— Да, — ответил я, чувствуя себя совершенно не в своей тарелке.

— Окей, все так, — сказал Лаки. — Но у меня тоже есть одно условие. — Палец Лаки прошелся по моей груди. — Несмотря ни на что, ты должен попрощаться со мной. Неважно, уходишь ли ты от меня после того, как мы потрахались, или уезжаешь навсегда, ты должен поцеловать меня на прощание. Никаких исчезновений.

Его просьба была разумной, что только разозлило меня, ведь он заслуживал гораздо большего.

— Ты не справишься с этим, — сказал я.

Лаки наклонил голову и стал возиться с воротником моей рубашки.

— Может и нет. Но ты хороший учитель, Зак, — вкрадчиво сказал он, прежде чем скользнуть рукой вдоль моего тела и провести по моему твердеющему члену. — Даже если я получу всего несколько уроков, это того стоит.

Не уверен, что он имел в виду, говоря это, поскольку сам уже слишком отвлекся. Было идиотизмом даже рассматривать подобное предложение, особенно часть, которая касалась возвращения в Колорадо и секса без обязательств, но мне нужно было время насытиться Лаки, и, наконец, перестать в нем нуждаться. В крайнем случае, это займет несколько недель, а потом я перееду на новое место и найду новую работу.

Три недели, чтобы вытравить из себя потребность в Лаки Риде и вернуться во внешний мир, чтобы позволить парнишке найти кого-то лучше меня, кого-то здорового и несломленного. Этого времени будет более чем достаточно, мысленно уговаривал я себя, даже когда наклонился, чтобы жадно поцеловать Лаки.

Пока наши языки сражались, а он прижимался ко мне своим молодым телом, в голове пронеслась мимолетная мысль, которую я тут же отогнал от себя.

Три недели, мои правила... Так почему же я чувствую, что останусь в проигрыше?