Глава 10
- Блять, как же у меня болит голова, - простонал я, хватаясь обеими руками за голову, чтобы хоть как-то снять напряжение.
Сицилийское тёплое солнце било в окно, не давая мне спать и бороться с похмельем. В голове промелькнули воспоминания о холодной России, и я осознал, что сейчас мне этого не хватает.
Прошло уже несколько дней, как я прилетел домой. Помню только, как в аэропорту меня встречал Доменико, Марио и Ольга. Помню, как мы отожгли в клубе с огромным количеством алкоголя и естественно с наркотиками.
- Мда, давно я так не веселился, - процедил я сквозь зубы, всё ещё сжимая больную голову.
- Массимо, доброе утро, - услышал я звонкий, издевающийся голос Ольги.
Как твоё самочувствие?
На, попей холодной воды, - она протянула мне стакан, а я еле как смог оторвать голову от подушки.
- Я смотрю, вы с Доменико прекрасно провели вчера время, он в точно таком же состоянии, - она звонко рассмеялась, но я не мог составить ей в этом компанию, лишь только растянул губы в нелепой улыбке.
- Оля, как бы странно не звучал мой вопрос, но скажи пожалуйста, какой сейчас день.
Услышав это, она ещё громче расхохоталась, вытирая выступающие из глаз слёзы.
- Действительно, отлично погуляли. У Доменико это тоже был первый вопрос, а ещё "который час".
Массимо, ты уже как три дня прилетел. Неужели ты ничего не помнишь?
- Как три дня? Я же должен встретиться с Фернандо и лететь обратно в Москву. А сколько сейчас времени?
- Боже мой, ну нельзя же так скучать друг по другу, что после встречи необходима капельница, - она скрестила руки над выступающим животом и закатила глаза.
Сейчас полдень, а наш повар очень старался, чтобы угодить тебе своим фирменным рецептом овсянки, но ты всё проспал, - Ольга покачала головой, а я виновато уткнулся в подушку.
- Где Доменико, он мне нужен. - пока ещё не знаю зачем, но бороться с похмельем вместе всё равно веселее.
- Если ты можешь ходить, то лучше сам к нему иди, так как мой муж в более худшем состоянии, чем ты. - она глубоко вздохнула и сожалеюще покачала головой. Еле встав с моей кровати, придерживая живот, она направилась к выходу.
- Стой, Оля, побудь со мной, давай поговорим, - поднимаясь с подушки, повернулся на бок, чтобы хоть чуть-чуть видеть собеседницу.
- Хорошо, я с тобой посижу. О чём ты хочешь поговорить? - с нескрываемым интересом отозвалась Ольга.
- Да обо всём. Расскажи мне, как ты себя чувствуешь? Как чувствует себя Лука, - она подходила от двери ко мне ближе, а я протянул руку вперёд, и глазами просил разрешения коснутся живота.
Сев на край моей кровати, она кивнула мне, и рука осторожно легла на живот Ольги. Он был уже такой заметный и круглый, словно она проглотила надутый шарик.
- Оль, а тебе не тяжело тоскать такой большой живот?
- Ты издеваешься? - воскликнув, толкнула меня в плечо, - конечно тяжело, он с каждым днём становится всё больше и тяжелее.
А вообще у нас всё замечательно, ребёнок растёт здоровеньким, ну, а я борюсь с тошнотой и ночными призывами пожрать. - она снова закатила глаза и выпятила нижнюю губу, как маленькая девочка.
Как же сильно она напоминала мне Лауру. Да и висящие в доме её портреты только улучшали и без того яркую картинку.
- Массимо, я знаю о чём ты хочешь поговорить, а точнее о ком....- Ольга замолчала, с тревогой смотря мне в глаза, - у Ла...
- Нет, не надо, - перебил я, не дав ей закончить.
Меня правда больше интересует твоё здоровье, так как под своим сердцем носишь моего племянника.
А Лаура... я уверен, что у неё всё хорошо и она счастлива с этим Начо, - я резко повернул голову к окну, не желая чтобы Ольга видела мой гнев, хоть в сочетании с похмельем на гнев это мало было похоже, скорее жалкая пародия с нахмуренными бровями.
- Дон, да перестань уже сердиться на её. Тебе нужна другая женщина, которая будет более покладистой к тебе. Ты и Лаура, как два огня, которые обжигали друг друга.
А Начо более подходящая для неё кандидатура, так как в их семье должность Дона занимает моя подруга. - Ольга, видя всё ещё не угасающий мой гнев, просто спокойно отвернулась, не требуя ответа.
И знаешь, что я ещё хотела тебе сказать, - повышая тон, собеседница обратилась ко мне, и я повернувшись, вопросительно кивнул, - ты мне никогда не нравился, даже начиная с того, что на вашей свадьбе небыло родителей Лауры. Конечно позже я поняла ситуацию, но это не единственная причина, их множество.
Но всё изменилось, когда я увидела, как ты смотришь на мою подругу. Там в самолёте, помнишь?
Когда мы возвращались из Польши, после нашего никчёмного побега.
Ты смотрел на неё так... - глаза Ольги мечтательно упёрлись в потолок, она не могла подобрать нужных слов, - я даже не могу описать свои чувства, которые возникли тогда, по отношению к тебе. Ты был такой измученный и печальный, будто и правда потерял всё, всего себя, всю свою жизнь.
Честно, мне было очень жаль тебя, и вот тогда я поняла, что суровый, жестокий и грубый ты только снаружи, а внутри у тебя всё-таки тепло и уютно, - говоря эти слова, Ольга коснулась моей груди, смотря мне в глаза. Такой искренней я её вижу впервые. Боже что делает беременность с бабами.
- Что за хрень ты не....
- Подожди, я ещё не закончила, - не дав мне продолжить свои отпирания от темы, она быстро перенесла свою руку с груди на мой рот, предотвращая спор между нами.
Массимо, это был не единственный случай, так как я живу в этом доме ты должен понимать, что я всё вижу и чувствую.
Во второй раз ты был в отчаянии по отношению к Лауре, когда её похитили и твой траур продолжался в течение четырёх месяцев. Было очень много происшествий: похищение, пулевое ранение Лауры, потеря ребёнка, множественные её операции, долгая реабилитация и наконец стресс, отчаяние и холод между вами.
Так ответь мне, зачем друг друга истязать, для чего рвать сердца. Страсть, которая между вами была - это всего лишь секс. Всё остальное боль и разочарования.
Да, так вышло, что она смогла найти своё счастье с другим мужчиной. Так почему же тебе не завести новые отношения?
Доменико рассказывал, что у тебя есть "двойник Лауры" - Виктория, с которой ты иногда утоляешь свою усталость. Так почему бы тебе с ней не попробовать начать всё с нуля? Ведь ты искал не Лауру, а всего лишь её оболочку, которая тебе виделась во снах.
Ну и тарахтелка, я даже слова не мог воткнуть во всю эту бурную историю. Видимо к этому разговору она готовилась все три месяца, которые я провёл в Москве.
На самом деле, всё сказанное ею сейчас, ни разу не приходило мне в голову, за исключением того, что я и моя бывшая жена друг друга морально истязаем.
Ольга замолчала, и пытливо смотрела на меня в ожидании ответа.
- Знаешь, что я тебе скажу, дорогая жена моего брата, что ты террорист - у меня просто ужаснейшее похмелье, мне и так плохо, а ты заставляешь думать и принимать какие-то решения. - Я положил руку на лоб, которая соскользнув на глаза, закрыла мне обзор.
На самом деле я не знаю, что тебе ответить. Сколько себя помню в ребяческом возрасте, я всегда был доброжелателен и открыт близким людям. Но жизнь и смерть моего отца много во мне поменяли. Я стал более разборчив и жесток к людям, которые были способны на предательство за какие-то гроши. Только так я смог продолжить семейный бизнес, смог укрепить и преувеличить и без того крупную корпорацию, созданную отцом.
Моё имя слышал весь мир, за границей многие крупные бизнесмены из разных стран меня знают лично, не говоря уже про родную Италию.
Также ты верно подметила, что я искал именно оболочку, не зная кто на самом деле эта девушка, но чёрт возьми, я нашёл именно её. Не Викторию, которая так похожа на тот образ, ни любую другую девушку, я нашёл именно Лауру, которая мне виделась во снах.
Это доказано гипнозом, лечение которого я прошёл после разрыва с женой. А в доказательство, что я не ошибаюсь, я вспомнил, что когда видел Лауру впервые, с ней был и Мартин, с которым я также познакомился позже, и даже чуть его не убил. Он очень хотел вернуть мою Лауру, но все попытки были тщетны и в итоге несчастный просто выбесил меня. Ну да ладно, это всё в прошлом.
Думаю, что теперь ясно, почему я не могу быть с Викторией, хоть она и похожа на моего ангела, - тяжело выдохнув, я скрестил руки на груди и снова повернул голову к окну.
- С Лаурой я чувствовал себя по-настоящему счастливым, как когда-то в юношеском возрасте. Именно поэтому мне трудно сейчас понимать, что я опять стал чёрствым и грубым, так как меня предал самый дорогой на свете человек. Она была моим спасением и моей погибелью в одном лице.
Спасибо, что хоть кошмары отступили и теперь вы можете спать спокойно, - улыбнувшись процедил я сквозь зубы, всё ещё смотря в окно.
Надеюсь, дорогая собеседница, что я смог ответить на все вопросы, которые тебя мучили.
- Мда, Массимо, я даже и не думала, что ты вот так сможешь мне открыться. На самом деле мне жаль, что так случилось, но с другой стороны я считаю, так будет правильно, возможно что вы с Лаурой всё равно бы разошлись, только может позже, кто знает, - она пожала плечами и уткнула свой печальный взгляд в пол.
- Может и правда, только почему, даже осознавая это, я не чувствую биение своего сердца. Внутри меня царит пустота и мрак. Возможно, что так и будет до конца моих дней, так как даже трахая очередную шлюху во мне совершенно ничего не просыпается, всё умерло... - блять, ну вот зачем я с ней это обсуждаю, чувствую себя в этот момент тряпкой.
- Массимо, всё наладится, вот увидишь, - Ольга бодряще похлопала по моему плечу и как можно веселее улыбнулась.
Через пару месяцев я рожу, помнишь ты обещал стать нянькой. Я уверена, что Лука, подтопит льдинку в твоём сердце, и оно начнёт открываться для новых отношений, - она подмегнула, и еле как начала подниматься с кровати.
Я вижу, что после нашего разговора, ты приободрился, а теперь пойдём приводить в чувства твоего братца.
О, да!
Теперь глядя на Доменико, я понимаю, как здорово мы гульнули прошлой ночью.
Еле сдерживая смех, мы с Ольгой подкрались к сопящему животному, но напугать она не разрешила, а мне так хотелось позабавиться.
Ольга нежно поцеловала мужа, шепнув ему на ухо: "смотри, кто пришёл".
Доменико, что-то мычал на неизвестном мне языке, вот несколько часов назад, я бы отчётливо понял, что он хочет, а сейчас увы.
- Брат, просыпайся, - протянул я, но в ответ лишь рычание.
А может кофе и прогулка на яхте. Морской воздух всегда благоприятно влияет на цвет кожи и похмельное недомогание.
Доменико приподнялся на логтях и единственное, что он смог произнести - "двойной эспрессо и чёрточку кокса".
- Нет, ну ты не исправим, - произнесла Ольга, и стала набирать номер на мобильном, чтобы в комнату принесли кофе.
Спустя пятнадцать минут и несколько чашек эспрессо, животное превратилось обратно в моего брата, и мы втроём пошатываясь направились на террасу подышать свежим воздухом и позавтракать.
Я очень был голоден, да и похмелье давало о себе знать, ещё не выйдя во двор, заказал ту овсянку, про которую хвасталась этим утром Оля.
- Ничего страшного если она уже холодная, разогрейте эту, так как свежесваренную кашу я уже не дождусь, - кричал я в телефон, как разьярённый лев.
Закончив свой завтрак, я наконец за три дня почувствовал себя дома, именно этого мне не хватало, спокойствия и.... и солнца. Такого тёплого Итальянского солнца.
- Массимо, нам с тобой непременно нужно будет съездить в офис, - оторвашись от небольшого зеркальца сказал Доменико уже бодрым голосом.
Ты даже не представляешь сколько предстоит работы.
- Доменико, ты издеваешься? Сегодня точно нет! По плану прогулка на яхте. А завтра мне нужно будет встретиться с Фернандо, отель в Москве почти готов к запуску и нужно перед ним отчитаться за проделанную работу.
Даже не знаю, когда смогу заняться офисными бумагами, - я покачал головой и с сожалением взглянул на молодого итальянца.
- Это не вероятно, - разорялся Доменико, размахивая руками и буквально круша всё на своём пути, - мы с Марио крутимся, как можем, но в любом случае ты Дон, и все наши сотрудники жаждут увидеть именно тебя, я не могу больше кормить их "завтраками", и говорить что ты вот вот приедешь. Что ты мне прикажешь им опять говорить?
- Не надо так орать, я и сам всё понимаю, но пока не могу разорваться, дело с отелем практически закончено, остались формальности, надеюсь что через месяц я окончательно вернусь на Сицилию, - я старался говорить спокойным тоном, так как не хотел ссориться с близкими людьми, по которым так тосковал, находясь в отъезде.
- Мальчики, ну что случилось? Доменико, почему ты такой взьерошенный? - послышался голос Ольги, приближающейся к нам со стороны сада.
Я отошла от вас буквально на двадцать минут, а у вас уже почти драка, что случилось?
- Видетели, у Дона Массимо совсем нет времени на свою компанию. Сегодня ему хочется ещё гулять, а завтра свои дела, а на наши общие наплевать, - никак не успокаивался брат, бурно рассказывая обиды своей жене.
- Ой, я вас умоляю, нашли из-за чего спорить, - Ольга звонко засмеялась, чем ввела в ступор на обоих.
Массимо, а ты можешь свои дела перенести на сегодня. Пригласи Фернандо Алонсо к нам на яхту, совместив приятное с полезным, а завтра у вас будет время на дела фирмы.
- А это ведь великолепная идея, - сняв чёрные солнцезащитные очки с глаз, кивнул Ольге одобрительным жестом.
Я сейчас вернусь, - сообщил я, а сам ушёл в сторону пляжа, для звонка Фернандо.
Как странно бы это не звучало, но этот старикашка был рад меня слышать: "о Массимо, как я рад тебя слышать, ну что, ещё не всё отморозил в холодной России".
Обсудив некоторые моменты, мне удалось вытащить его из "берлоги" чтобы вечером договорится об совместном перелёте в Москву.
Всего несколько часов, и пришвартованная у берега яхта, дала последний гудок и начала отход от пристани.
На главной палубе уже был накрыт шикарный стол, а Фернандо взял с собой новую партию молодого вина из зелёного винограда.
Доменико поддержал нашу компанию, и отметил отличный вкус напитка, хоть сам не любитель вина и его производных.
На самом деле вино было великолепным.
Душевный разговор и воспоминания старика о нашем с Доменико детстве, о наших с ним драках и минутах примирения, об отце и маме, которая очень нравилась Фернандо. Он даже поведал о том, что боролся с нашим отцом за сердце прекрасной девушки, но получив поражение, позже был приглашён на рождение меня и моего брата близнеца Андриано.
В итоге спарринг выиграл мой отец, а прекрасная девушка стала моей мамой.
Только спустя час, мы смогли перейти к разговору об "Рабу хотеру".
- Массимо, что ты так кипишуешь, не переживай, посмотрю я твоё творение, - бесстрастно начал Фернандо, - и вообще, я полностью тебе доверяю и уверен, что отель принесёт нам отличную прибыль.
- Я тоже это знаю, но мне не хочется откладывать дело на потом, тем более, что здесь на Сицилии за эти три месяца накопилось столько работы, что мне ещё три месяца придётся разгребать чёртовы бумаги. Поэтому я не могу больше тянуть время.
Мне нужно немного здесь поработать, а на следующей неделе мы летим в Москву. Чтобы к началу декабря запустить отель в эксплуатацию. Так как я уверен, что первую значительную прибыль нам принесёт русский Новый год.
- Ну вот и отлично! Я знал, что на тебя можно положиться, - старик похлопал меня по плечу, находясь уже в достаточно весёлом настроении от вина и свежего морского воздуха.
Созвонись с моим секретарём и назначь день вылета.
Молодой Дон, ну не делай такие удивительные глаза, я знаю, как тебе важно моё мнение, поэтому так быстро согласился лететь с тобой в эту холодную, мерзкую Россию.
- Это точно! До конца не был уверен, что получу положительный ответ, я рад что мы смогли договориться.
Прошло ещё около часа нашей прогулки, и яхта причалила к берегу.
Часы выдавали начало двенадцати и уже жутко тянуло на сон, несмотря на то, что наше утро началось в полдень.
Прежде чем пойти в свою комнату, Доменико взял с меня обещание, что несколько дней мы проведём в офисе и я помогу ему с некоторыми вопросами по управлению и закупки новой партии дурманящего порошка.
Прежде, чем лечь в свою мягкую постель со свежими простынями, я принял душ. Не знаю зачем, но мысли о душе в комнате, где жила Лаура, после похищения, долго меня не отпускали.
- Зачем тебе это? Давно не снились кошмары? - рявкнул в своё зеркальное отражение и направился в постель.
Ничего не произошло, а горечь внутри начинала разгораться, и пройденный удачный день, уже не так радовал.
В итоге уснул я с трудом, но кошмары не тревожили меня. Не снилось абсолютно ничего, просто закрыл глаза, некоторое время чернота, и ура, новый день.
Утро начиналось, как обычно, душ, гардероб - так как идём сегодня в офис, стиль неизменно чёрный; некоторое время рядом с зеркалом, укладка угольно-чёрных волос и наконец - завтрак.
Утро было великолепное, сияло солнце, а лёгкий тёплый ветерок только добавлял уюта в атмосферу.
Решено, завтрак пройдёт на террасе.
Выйдя из особняка на улицу, я никого не обнаружил, стол был пуст, - неужели я встал первым?
Подошедший официант, принёс на подносе ароматную кашу с фруктами и гляссе.
- Скажи мне, Доменико и Ольга ещё не спускались?
- Господин, Торричелли, они встали очень рано, и видимо уехали в клинику, так как обычно только в этих случаях госпожа Ольга мечется по дому с криками: " мы всё взяли, ничего не забыли?"
Но они скоро должны вернуться, думаю, что в течение часа.
- Да, это на неё очень похоже. Ну ладно, позавтракаю один.
Скажи, какое мороженое в кофе?
- Пломбир, мистер Массимо.
- Отлично! Можешь быть свободен.
Я махнул официанту рукой, а сам принялся за завтрак, параллельно листья свежую прессу.
- Мда, ничего в стране не изменилось за эти месяцы. Всё также убийства, деньги, наркотики, бандитские группировки. Чёрт возьми, а это что ещё такое?
Мой взгляд уткнулся в одну из статей, в которой местные журналюги писали про стрельбу в одном из моих отелей в Риме.
Я вскочил с места словно меня ошпарили кипятком. Вся эта информация не давала покоя. Конечно я понимал, что жёлтая газетёнка и чёртовые журналисты могли просто раздуть небольшой скандал в варварскую погоню с перестрелкой. Но меня больше всего волновал тот факт, что я до сих пор ничего не знаю. Почему Доменико ничего не рассказывал?
Ждать неизвестно сколько их приезда я не мог, поэтому решил сам всё узнать, но так как сегодня были дела в компании и я не мог лететь в Рим, пришлось связать с директором того отеля по видеозвонку.
- Господин Торричелли, доброе утро, - начал растяжко приветствовать меня Николас Кейдж, директор того самого отеля из прессы.
Как ваше самочувствие? Как вы добрались до Сицилии? Я лично сажал вас с Доменико в самолёт.
Его слова полностью поставили меня в тупик. Я не мог даже промолвить слово.
В каком смысле "лично сажал в самолёт".
Бешено собирая осколки памяти, я взял в руки газету, чтобы посмотреть дату выпуска. Издание было сегодняшнего числа, значит происшествие случилось накануне.
- Я был в Риме? - Стучало у меня в висках, - нет, этого не может быть. Я ведь должен хоть что-то помнить?
- Доброе утро, Николас, - нужно хоть что-то у него узнать, так как если я с Доменико в этом замешан, то скорее всего он тоже ничего не помнит.
Если я находился в тот день в таком состоянии, что меня пришлось сопровождать до самолёта, видимо, что всё прекрасно.
- У нас тоже всё нормально, правда набежало куча репортёров, и некая не совсем умная, но жадная до денег дама, всё им доложила.
Я видел утреннюю статью, прошу прощения за этот взброс, эту даму я уже уволил, и через час у меня назначена встреча с директором этой жалкой газетёнки.
Обещаю, что завтра будет опровержение.
- Какие мы понесли убытки?
- Да, практически никаких, пару выбитых стёкол в ресторане, битая посуда и прострелено несколько бра.
Все живы, единственными пострадавшим является Томас Браун, который был очень близок с Флавио, тем самым.... - Николас замолчал, выдерживая паузу, чтобы я мог хоть что-то вспомнить.
- И что было дальше...
- Между вами завязалась потасовка, вы дико кричали и размахивали руками, как настоящие горячие итальянцы, после спор перешёл на новый уровень, когда Томас решил отомстить за убитого Флавио, и достал, из внутреннего кармана пиджака, пистолет, направляя в вашу сторону. Началась перестрелка, которая продлилась буквально несколько минут, до тех пор пока один из моих охранников не выстрелил ему в плечо.
От пулевого ранения и большого количества выпитого алкоголя, Томас упал в обморочном состоянии на пол, приехавшая скорая увезла его в ближайшую клинику.
Он потерял много крови, но остался жив.
- Вот ублюдок! - Прошипел я, ударив кулаком по столу.
- А после, я отвёз вас в аэропорт.
- Всё ясно. Охраннику выдели благодарность в виде премии. Мне точно не нужно прилетать в Рим?
- В этом нет необходимости, мы сделали ремонт, и работаем в том же объёме, что и прежде.
- Тогда всего доброго!
Выключив ноутбук, я всё ещё пытался вспомнить какие-нибудь подробности того вечера, но всё тщетно, может хоть Доменико, что-нибудь помнит.
Я решил снова выйти на террасу, и там дождаться его с Ольгой.
Но спускаясь по лестнице, услышал звонкий голос Ольги, которая что-то кричала мужу путая английские слова с польскими.
- Доменико, срочно зайди в библиотеку. - Громким тоном перебил я бушующую женщину.
- Что случилось, Массимо, ты какой-то взвинченный прямо как... она, - закончил молодой шёпотом, показывая пальцем в сторону жены.
- Ты это видел? - я кинул газету перед ним, - в самом верху крупным планом...
- Что за... не понимаю... как они об этом узнали...
В недоумении брат ещё несколько раз прочёл статью и поднял глаза на меня.
Я же упёршись обеими руками о край стола, повис над ним и уставился на читающего Доменико.
- Я вот, нихрена не помню.
Как мы вообще оказались в Риме?
- Как только твой самолёт приземлился в Катании, мы решили, что твой прилёт необходимо отметить в Риме, в нашем любимом отеле, который находится на побережье моря, в том самом где подают обалденных омаров.
Ещё в самолёте мы изрядно выпили, и я уже смутно помню, как доехали до отеля.
В ресторане к нам подсел Николас, а после была вроде бы потасовка..... с этим... - Доменико рвался в своей памяти, то и дело хмуря брови.
- Потасовка, как ты говоришь, была с Томасом, который является близким другом этого критина Флавио. Ты представляешь он хотел меня пристрелить.
- Кто мог бы подумать, что у этого конченного Флавио, есть близкие соратники, которые готовы пойти на самоубийство. Видимо такие же ублюдки, как и он.
Но я этого практически не помню.
А ты от куда узнал?
- Я только что разговаривал с Николасом, так как сам вообще ничего не помню, даже как оказался в этом проклятом Риме.
Он сказал, что один из его охранников выстрелил Томасу в плечо, он потерял много крови, но в данный момент жив.
- Сука, надо было целиться в лоб.
Доменико встал со стула, и разорвал газету на куски, скулы его ходили из стороны в сторону, а глаза сверкали гневом.
- Массимо, надоели уже эти дебилы, а что если и другие семьи встанут против нас?
- Этого не должно произойти, ведь все мы тогда были изрядно выпившими и никто не умер. Тем более, что Томас первый вздёрнулся.
- Так ему и надо.
Благо, что Ольга не полетела с нами, если бы с ней хоть что-нибудь случилось, я бы достал эту тварь из преисподни.
- Ладно, остынь. - Бросил я брату.
Пойдём выпьем кофе и нам пора ехать бизнес- центр.
Как кстати дела у Ольги и моего племянника?
- Всё просто великолепно, - прозвучал весёлый голос Ольги, когда тяжёлая деревянная дверь открылась.
Сперва в библиотеку заглянул животик, а через пару секунд появилась и вся Ольга целиком.
- У меня и у Луки всё замечательно, анализы хорошие, все показатели в норме. И настроение у этого сорванца тоже прекрасное, так как меня без конца тянет в туалет, от его прыжков на моём мочевом пузыре.
Ольга, схватилась за живот, а Доменико молниеносно подскочил позади неё, чтобы поддержать.
- Любимый, кажется, что мне снова нужно в уборную.
Вот как только я тебя рожу, напорю жопу, это где видано, чтобы так издеваться над мамой, - выругалась молодая мамочка на свой живот и они тихонько побрели к выходу из кабинета.
- Доменико, я буду ждать тебя на заднем дворе, не забудь собрать все необходимые документы и сообщить водителю об нашем отъезде, так как после кофе мы сразу по машинам и в путь.
- Хорошо, - послышалось из за закрывающейся двери.
Некоторое время я ещё сидел в кресле, в полном недоумении от произошедших приключений. Видимо я здорово отметил свой приезд, если забыл самое интересное, что было в тот день.
И вот после нескольких чашек кофе и круассанов с шоколадом, я и Доменико мчимся на мерседесе к чёрному ходу нашего главного офиса...