Часть - 45
Лиса вернулась в приёмную и медленно опустилась на своё место. Она чувствовала лёгкую слабость в ногах, словно всё её тело всё ещё отзывалось на поцелуй Чонгука.
Она провела пальцами по губам, на которых всё ещё оставался его вкус.
"Я люблю его."
Лиса позволила себе прикрыть глаза, представляя их вместе. Она видит, как они просыпаются в одном доме, а он, сонный, притягивает её ближе. Как он целует её лоб перед работой. Как они вместе ужинают, а потом Чонгук дразнит её своими шутками.
Лиса почувствовала непроизвольную улыбку на губах. Она не планировала влюбляться. Но её сердце уже сделало выбор. Она не могла сказать, что это было мгновенным чувством. Это не вспыхнуло внезапно, как искра.
Нет.
Чонгук медленно, но уверенно заполнял её мысли, её дни, её жизнь.
Теперь, когда она осознала свои чувства, что с этим делать? Она могла бы продолжать, как прежде — играть, позволять ему тянуться к ней, будто ничего не изменилось.
Но изменилось.
Теперь каждое его прикосновение будет чувствоваться иначе. А если он не чувствует того же? Лиса знала, что его манит к ней, это было очевидно.
Он смотрел на неё с жадностью, будто она была чем-то, что нельзя упустить. Но что, если он тянется к огню, а не к ней самой?
Что, если его просто завораживает это пламя в её глазах — его собственное бездумное влечение к опасности?
А если оно однажды угаснет? Он развернётся и уйдёт?
От этой мысли в груди сжалось. Она не знала, чего боится больше — что он не любит её, или что однажды перестанет любить.
Её брови непроизвольно нахмурились.
Эти мысли не давали покоя, их тяжесть давила на грудь, мешая дышать ровно. Она не боялась огня, но боялась, что однажды он угаснет.
Боялась, что Чонгук не держит её так же крепко, как она держится за него в своём сердце.
Лиса прикрыла глаза, стиснув пальцы на коленях.
— Чёрт... — прошептала она себе, пытаясь заглушить это неприятное ощущение внутри.
Лиса резко встала со своего места. Решимость застыла в её глазах — она просто спросит. Прямо. Открыто. Без намёков и недомолвок.
Но едва она сделала шаг вперёд, как в голове пронеслась новая мысль, и ноги словно налились свинцом.
А что, если...
Если в ответ на её признание он просто пожмёт плечами?
Если он даже не задумывался об этом? Она ведь сама поняла это спонтанно, внезапно. Вдруг у него этой спонтанности не было? Вдруг он не знает, что ответить? А что, если он не сможет дать ответ?..
Лиса глубоко вдохнула и медленно опустилась обратно на кресло.
— Трусиха... — тихо выдохнула она себе, откидываясь назад и прикрывая глаза.
Раздался стук в дверь.
— Входите, — сдержанно ответила она, выпрямляя спину.
В кабинет зашли двое: сотрудник из отдела кадров и новый главный менеджер отдела маркетинга.
— Добрый день, Лиса-щи, — начал менеджер с лёгкой улыбкой. — Мы к вам с хорошими новостями.
Лиса подняла брови, ожидая продолжения.
— Мы нашли нового секретаря для директора, — добавил кадровик. — Уже завтра он выходит на работу. А это значит...
— ...что вы можете приступить к работе в отделе маркетинга, — подхватил менеджер, наблюдая за её реакцией.
Лиса замерла.
Вот оно.
То, чего она добивалась. То, чего ждала.
Лиса моргнула, осознавая услышанное, но радость так и не пришла
Лёгкое напряжение сжало грудь, словно что-то важное ускользало.
Чонгук.
Мысль возникла мгновенно, и сердце тут же сжалось сильнее.
Перевод означал одно: ей больше не нужно будет находиться рядом с ним. Не нужно приносить ему кофе, встречать его взгляд, слышать, как он произносит её имя. Не нужно будет чувствовать его близость каждый день.
Лиса поймала себя на этом и разозлилась на себя же.
Она ведь сама этого хотела, правда?.. Почему тогда её горло сдавило так, будто она глупая девчонка, осознавшая, что теряет что-то важное?
Лиса глубоко вздохнула, и заставила себя сосредоточиться. Это же её шанс. Её цель. Она столько работала ради этого!
Теперь она сможет двигаться дальше. Не быть просто секретарём Чонгука, не зависеть от его настроения, взгляда, его присутствия. Теперь она будет подниматься выше по карьерной лестнице. Не зависеть от его чар, не ловить себя на том, что весь день крутится вокруг него.
А если... их разлука поможет и ему?
Если, оставшись без неё, Чонгук поймёт, что она для него значит? Лиса опустила взгляд на стол, пальцы слегка подрагивали. Она должна это сделать. Ради себя. Ради них обоих. Она не может быть его секретарём вечно.
Лиса подняла голову, стараясь взять себя в руки.
— Каковы условия? — её голос звучал ровно, без дрожи.
Сотрудник из отдела кадров кивнул, передавая ей несколько документов.
— Ты уже являешься штатным сотрудником, поэтому никаких дополнительных испытательных сроков. Зарплата увеличивается, рабочий график остаётся стандартным, и с завтрашнего дня ты официально в маркетинговом отделе.
Главный менеджер отдела маркетинга улыбнулся.
— Мы давно наблюдали за твоей работой, и уверены, что ты быстро вольёшься в коллектив. Если будут вопросы — всегда можешь обратиться ко мне.
Лиса кивнула, принимая документы.
— Благодарю.
Лиса взяла бумагу, ощущая странное волнение внутри. Это был новый этап. Новый путь. И она не могла повернуть назад.
***
Чонгук сидел в своём кабинете, бегло просматривая документы, но время от времени мысли то и дело ускользали в другую сторону. Он не мог перестать думать о Лисе. И заставляло его улыбаться без видимой причины.
Но в этот момент экран телефона засветился. Входящий звонок.
Чонгук посмотрел на имя и его улыбка тут же исчезла.
Когда поднял трубку, и его голос стал серьёзным:
— Привет, дядя.
На другом конце послышался весёлый голос, полный лёгкости, как будто разговор был не о чём-то важном, а просто дружеская болтовня.
— О, племянник, не будь таким строгим! Я тут покопался и узнал кое-что интересное про женщину Нари.
Чонгук напрягся, его пальцы сжали телефон крепче.
— Слушаю.
— Так вот, — продолжил дядя, — Нари была сиротой. У неё не осталось ни одного кровного родственника, кроме сестры её матери. Когда она потеряла родителей, та забрала её с собой в Корею. Тогда Нари было всего десять лет.
Чонгук внимательно слушал, пропуская каждое слово через себя.
— То есть в Таиланде у неё ничего не осталось?
— Совершенно верно. Для неё здесь нет ничего ценного. Поэтому она и не возвращалась.
Чонгук глубоко вдохнул.
— А что с ней было в Корее?
Дядя на секунду замолчал, а потом с ноткой извинения в голосе добавил:
— Вот этого я выяснить не смог. Ни у кого нет информации о том, что с ней случилось после переезда.
Он глубоко выдыхает, немного ослабляя хватку, а затем говорит:
— Спасибо, дядя. Всё равно благодарен за информацию.
— Не за что, племянник. Если что-то ещё узнаю, сразу сообщу.
Чонгук коротко кивает, хоть дядя его и не видит, затем разъединяет звонок и кладёт телефон на стол.
Ему это не нравится. Слишком мало информации.
Чонгук тяжело выдохнул, опрокидываясь назад в кресле. Стоящей информации он не получил.Тупик.
Он провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями. Что теперь?
Хотя бы одно утешение есть. Теперь он знает, что искать нужно в Корее, а не за её пределами. Это сузит круг и даст больше возможностей для манёвра.
Но он всё равно не знал, с чего начать.
Чонгук нахмурился, затем быстро набрал номер человека, которому поручил следить за Нари.
— Что-то новое? — спросил он, едва собеседник взял трубку.
Он не хотел терять время. Теперь, когда стало ясно, что в Таиланде нет ответов, вся надежда оставалась на Корее.
— Она до сих пор там. Не покидала особняк, — раздался голос в трубке.
Чонгук сжал челюсть, вспоминая, что ещё не разобрался с владельцем этого дома.
— Пусть твой напарник ускорит поиски об этом особняке. Кто владелец, какие у него связи. Мне нужна любая информация и как можно быстрее
— Понял, сделаем.
Чонгук коротко кивнул и сбросил звонок.
Он не любил ждать, но сейчас ничего другого не оставалось.
Чонгук провёл рукой по шее, ощущая, как напряжение давит на него. В кабинете стало душно, и он решил выйти в приёмную, чтобы немного развеяться.
Но, едва выйдя за дверь, увидел, как из кабинета Лисы вышли несколько сотрудников. Он перевёл взгляд на Лису, которая уже вернулась к своему месту.
— Что они хотели? — его голос прозвучал спокойно, но в глазах проскользнуло напряжение.
В её глазах мелькнула грусть — такая глубокая и тяжёлая, что она не позволяла себе показывать её перед посторонними, но сейчас не смогла сдержаться.
Чонгук тут же напрягся, когда Лиса молча встала и подойдя близко к нему, просто обняла его. Её руки сомкнулись у него на талии, плотно прижимая его к себе.
— Лиса, что случилось? — тихо спросил он, чувствуя, как её дыхание неровно касается его груди.
Лиса, не разжимая объятий, глубоко вдохнула, словно собираясь с духом, и тихо произнесла:
— Чонгук, у тебя новый секретарь. Я перехожу в отдел маркетинга.
Она чувствовала, как его мышцы напряглись, но не осмелилась посмотреть ему в глаза.
Чонгук замер, его руки машинально легли на спину Лисы, удерживая её ближе. Он моргнул, словно осмысливая сказанное, а потом слегка отстранился, чтобы заглянуть ей в лицо.
— Что? — его голос прозвучал тише обычного, но в нём чувствовалась напряжённость.
Лиса сжала губы. Она не хотела этой реакции. Не хотела, чтобы он смотрел на неё так... с недоумением, с чем-то похожим на тревогу. Она собиралась сказать это спокойно, уверенно. Но сейчас, оказавшись так близко к нему, ощутив его тепло, она сама почувствовала, как в груди сжимается что-то болезненное.
— Мне предложили место в маркетинговом отделе, — повторила она, на этот раз громче. — Я согласилась.
Чонгук нахмурился.
— Ты даже не говорила мне об этом.
— Я только что узнала, — ответила Лиса, отступая на шаг, чтобы вырваться из его тёплой хватки.
Чонгук проводил её взглядом, и его сердце дрогнуло. Он не ожидал этого. Он привык, что Лиса всегда рядом, что стоит лишь поднять взгляд — и она уже смотрит на него, поднимая брови в ожидании указаний или бросая ему тихий, насмешливый взгляд.
Теперь её не будет.
— Это то, чего ты хочешь? — спросил он, внимательно изучая её лицо.
Лиса кивнула.
— Да.
Он продолжал молча смотреть на неё, но она отвернулась, пряча эмоции.
— Я останусь в компании. Просто на другом месте, — добавила она, как будто это могло его успокоить.
Но его это не успокаивало. Чонгук чувствовал, как в груди медленно разгорается странное раздражение. Он не хотел терять её рядом с собой.
Но он не мог отрицать очевидного — Лиса заслуживала большего. Она всегда была умнее, сообразительнее, чем требовалось для работы секретаря. Удерживать её на этом месте означало бы тратить её талант впустую.
Но почему тогда внутри него всё сжималось?
Он провёл рукой по затылку и глубоко вздохнул, заставляя себя смириться.
— Хорошо, — сказал он наконец, глядя прямо на Лису. — Ты действительно этого хочешь?
Она кивнула, но он уловил долю сомнения в её глазах.
— Тогда я не буду мешать, — добавил он после короткой паузы.
Лиса внимательно посмотрела на него, словно ожидая чего-то ещё, но Чонгук больше ничего не сказал. Он не собирался показывать, что ему это не нравится.
— Когда ты начинаешь? — спросил он ровным тоном.
— Завтра.
Чонгук сжал губы в тонкую линию. Завтра. Так скоро.
— Значит, сегодня твой последний день в качестве моего секретаря, — проговорил он медленно, а затем, приблизившись, наклонился чуть ближе. — Тогда ты должна сделать это правильно.
Лиса нахмурилась.
— Что?
Его губы тронула лёгкая усмешка.
— Принеси мне кофе. В последний раз.
Лиса горько улыбнулась, глядя на него с лёгкой тоской.
— Ты хочешь выпить его вместе? — спросила она, сжимая пальцы на ткани его пиджака.
Чонгук не сразу ответил. Он смотрел на неё, ловя в её глазах смешение чувств — решимость, грусть, что-то ещё, что он пока не мог разобрать.
Затем он кивнул.
— Да. Давай выпьем его вместе.
Лиса молча отвернулась, сделала пару шагов и начал делать кофе на кофе машие в углу её комнаты.
Чонгук следил за ней, ощущая странное напряжение внутри. Ему не нравилась эта ситуация. Не нравилась мысль, что Лиса будет не рядом. Но он понимал, что это решение, к которому она шла давно.
Когда кофе было готова, Лиса потянула одну из чашек Чонгуку, котрый не сводил с неё глаз.
— Тогда выпьем, — тихо сказала она, поднимая чашку на уровень груди.
Он медленно взял свой стакан с кофе с её рук и приподнял его, встречаясь с ней взглядом.
— За новое начало? — спросил он, пытаясь прочитать её эмоции.
Лиса чуть улыбнулась, но в её глазах не было прежнего огня.
— За новое начало, — эхом повторила она, и в следующее мгновение их стаканы тихо столкнулись друг с другом.
Чонгук медленно опустил свой стакан на стол, не сводя с неё взгляда. Лиса стояла напротив, её пальцы сжимали стакан с кофе, но взгляд всё ещё был потухшим.
Он шагнул ближе, наклонился и легко коснулся её губ своими. Поцелуй был мягким, почти невесомым, но в нём чувствовалось что-то большее — не желание, а что-то более глубокое.
Когда он отстранился, Лиса моргнула, словно возвращаясь в реальность.
— Это... за что? — прошептала она, чувствуя, как её сердце снова начинает биться быстрее.
Чонгук чуть усмехнулся.
— За твоё новое начало, — сказал он, наклоняя голову набок. — И за то, что кое-что останется неизменным.
Лиса смотрела на него, ощущая тёплую волну, разливающуюся внутри. Она не знала, что именно он имел в виду. Но одно было точно — этот поцелуй был чем-то большим, чем просто прощание с её должностью.
***
Как только машина остановилась у особняка, Чонгук и Лиса неспешно выбрались наружу. Ночь была тёплой, но воздух казался пропитанным чем-то ещё — чем-то невидимым, что заставляло их двигаться медленнее, ловить каждый взгляд, каждое прикосновение.
Чонгук, не выпуская ладонь Лисы из своей, повёл её к входной двери. Их шаги глухо отдавались в тишине, но ни один из них не торопился. Было странное осознание: завтрашний день принесёт перемены. И возможно, этот вечер — последний, когда всё ещё по-прежнему.
Как только за ними захлопнулась дверь, Чонгук резко развернул Лису к себе и, не дав ей опомниться, прижал к холодной деревянной поверхности. Его губы тут же накрыли её, требовательные, жадные, наполненные нетерпением. Он целовал её так, будто пытался оставить на губах отпечаток своих эмоций, будто этот поцелуй должен сказать ей больше, чем любые слова.
Лиса ахнула, но руки сами потянулись к его шее, зарываясь в волосы, отвечая ему с таким же жаром. Спина ощущала прохладную поверхность двери, но внутри неё бушевал огонь. Она чувствовала, как его пальцы скользят по её талии, притягивая ближе, как он целует её с отчаянной жадностью, словно пытаясь запомнить вкус её губ, запах её кожи, тепло её дыхания.
— Ты с ума меня сводишь, — пробормотал Чонгук, отрываясь от её губ лишь на мгновение, чтобы взглянуть в её глаза. В его голосе звучало что-то почти болезненное, будто он не хотел отпускать её даже на секунду.
Лиса смотрела на него, тяжело дыша. Она чувствовала, как его сердце бьётся в бешеном ритме, совпадая с её собственным. Завтра всё изменится, но сейчас... Сейчас они принадлежали только друг другу.
Чонгук наклонился к её шее, осыпая кожу горячими поцелуями, пока его руки изучали изгибы её тела. Лиса закрыла глаза, откидывая голову назад, позволяя ему всё, что он захочет.
— Тогда не отпускай меня, — прошептала она, чувствуя, как по телу пробегает дрожь.
Чонгук замер на секунду, а затем, не говоря больше ни слова, поднял её на руки и понёс наверх, в спальню, где их ждала ночь, полная любви и страсти.