Часть - 11
Лиса осталась стоять на месте, пока шаги Чонгука затихали за дверью. В кабинете воцарилась тишина, но её сердце ещё не успокоилось. Грудь слегка вздымалась, пальцы едва заметно подрагивали. Она провела ладонями по юбке, словно пытаясь стряхнуть с себя остатки напряжения, но огонь внутри не угасал.
Она и раньше умела флиртовать, играла словами, но с ним это было иначе. Не просто забава, не просто невинное развлечение. Чонгук играл иначе — опасно, хищно, будто проверяя, выдержит ли она его темп, или же дрогнет. Но вот что забавно... Она вовсе не собиралась дрогнуть. Наоборот, этот вызов подстёгивал её, заставлял хотеть играть дальше.
Лиса медленно опустилась в кресло, закусив губу. Её взгляд скользнул к ноутбуку, где всё ещё была открыта презентация. Вот и всё. Она доказала, что достойна быть здесь, но, кажется, теперь перед ней стояла новая задача — выдержать другой вид испытания. Игра с огнём... Ну что ж, значит, так тому и быть.
Она усмехнулась, подалась вперёд и закрыла ноутбук.
***
Чонгук захлопнул дверь своего кабинета, опираясь на неё спиной. Глубокий выдох сорвался с его губ, но выражение лица оставалось непроницаемым. Он знал, что Лиса опасная. Он чувствовал это с самой первой встречи. Но до сегодняшнего момента он был уверен, что контролирует ситуацию. Теперь же... теперь он был не так уверен.
Её взгляд, её смелость, её неспешные движения, будто она нарочно испытывала его терпение... Чонгук провёл рукой по волосам и усмехнулся. «Ты ведь понимаешь, что играешь с огнём?» — сказал он ей. Но, похоже, именно она вела эту игру. Лиса... Она удивляла его снова и снова. Он видел в её глазах искру вызова, то, как она не отступала, даже когда он пытался поставить её на место. Она не боялась жара, даже, возможно, искала его.
Он подошёл к столу и сел в кресло.
Почему-то он знал, что Лиса не позволит ему заскучать.
***
Офис уже давно опустел. Лиса лениво провела рукой по шее, ощущая напряжение в мышцах. На экране ноутбука сияли последние правки документа, но мысли о завершении работы её совсем не радовали. За окном шумел дождь, капли барабанили по стеклу, создавая мерный фон к тишине, царившей вокруг.
Она вздохнула и потянулась, затем встала и подошла к окну. Небо было затянуто густыми тучами, а лужи на улице уже успели превратиться в миниатюрные озёра. Лиса прикусила губу, осознавая, что зонт она, конечно же, оставила дома. Придётся либо ждать, либо идти под ливнем.
Когда она развернулась, то вдруг заметила, что в кабинете босса горит свет. Она нахмурилась. Чонгук тоже всё ещё здесь? Что ж, это было даже не удивительно. Он всегда был на работе допоздна.
В тот момент, когда Лиса решила выключить компьютер, свет неожиданно замигал, а затем раздался короткий щелчок — офис погрузился в темноту. Она замерла, пытаясь привыкнуть к резкому изменению обстановки.
Она встала, чтобы проверить, не выбило ли пробки, и в этот момент дверь кабинета распахнулась. В темноте послышались тихие шаги, и прежде чем Лиса успела среагировать, она столкнулась с чем-то твёрдым и тёплым.
Чонгук.
Она резко вдохнула, потеряв равновесие, и вцепилась в его рукав, пытаясь удержаться. Чонгук инстинктивно обхватил её за талию, удерживая от падения.
— Осторожнее, — его голос прозвучал приглушённо, но близко, почти у самого уха.
— Это ты ворвался в мой кабинет, — пробормотала она, стараясь сохранять спокойствие, но чувствовала, как её сердце пропустило удар.
Лиса почувствовала, как тепло его руки проходит сквозь ткань её блузки. Её сердце застучало быстрее, но она попыталась отступить, сделав неловкий шаг назад. Однако темнота сыграла с ней злую шутку — вместо свободного пространства она снова натолкнулась на него.
Чонгук тихо усмехнулся, не отпуская её.
— Похоже, тебе нравится на меня налетать, — его голос звучал лениво, но в его голосе проскользнуло лёгкое поддразнивание.
Лиса тихо фыркнула.
— Это ты всё время оказываешься у меня на пути. Может, тебе стоит быть осторожнее?
Лиса чувствовала, как жар поднимается к её щекам, но в темноте это было незаметно. Она сделала ещё одну попытку отступить, но Чонгук чуть крепче сжал её талию, не позволяя разорвать эту неожиданную близость. Он склонил голову ближе, и она почувствовала его дыхание у своего виска.
— Не торопись, — его голос стал мягче, глубже. — Пока света нет, ты рискуешь снова на меня упасть. Генератор скоро включится,
Лиса прикусила губу, понимая, что в его словах есть доля истины, но отступить это не в стиле Лисы. Темнота словно подчёркивала их близость, создавая ощущение, будто они оказались в отдельном, скрытом от мира пространстве. Лиса прищурилась, хотя в темноте это было бесполезно.
— А ты, похоже, не против, — её губы тронула лёгкая усмешка.
Чонгук чуть сильнее сжал её талию.
— Возможно. Мне нравится, когда ты рядом.
Лиса почувствовала, как её дыхание сбилось, но она быстро взяла себя в руки.
— Уверен? — её голос прозвучал чуть тише. — А если я вдруг передумаю и решу держаться подальше?
Чонгук хмыкнул.
— Тогда мне придётся выяснить, почему.
Лиса подняла голову, представляя его взгляд даже сквозь темноту.
— И что же ты сделаешь?
Чонгук склонил голову ближе, настолько, что она уловила лёгкий аромат его парфюма.
— Разве тебе не любопытно?
Лиса не отвела взгляд, её голос был чуть тише, но твёрже.
— Возможно. Но я не люблю, когда меня проверяют.
Чонгук улыбнулся, словно именно этого ответа и ожидал.
В этот момент свет внезапно вспыхнул, возвращая реальность. Чонгук медленно убрал руки с её талии, но взгляд его остался тем же — задумчивым, изучающим.
— Теперь можешь снова убегать, — сказал он с лёгкой усмешкой.
Лиса выпрямилась, скрестив руки на груди.
— Это ты всё время оказываешься слишком близко.
Чонгук ухмыльнулся.
— А ты всё ещё играешь с огнём.
Она наклонила голову, глядя на него с лукавой улыбкой.
— И что теперь? Ты предупредишь меня, что я обожгусь?
Он посмотрел на неё долгим взглядом.
— Нет, — ответил он, не оборачиваясь. — Просто интересно, когда ты поймёшь это сама.
Лиса медленно выдохнула, с трудом сдерживая улыбку.
«Ох эти опасные игры с огнём, которые так заметны этой темноте», — мелькнула у неё в голове мысль. Лиса кивнула, отпуская лёгкую усмешку, словно всё было в порядке. Но у неё внезопно начало все трясти. Она не заметно подошла к своему столу, стараясь не показать что ей не по себе пока Чонгук наблюдал не ушёл из кабинета.
Она не выдержала это странно чувство поэтому прислонилась к краю стола. Сердце всё ещё бешено стучало в груди после неожиданного отключения света. В воздухе витал остаточный адреналин, заставляя её пальцы едва заметно дрожать.
Чонгук изучающе взглядом скользнул по её лицу, задержался на сжатых кулаках.
— Ты в порядке? — его голос был низким, но твёрдым.
— Да, всё хорошо, — слишком поспешно ответила Лиса, но выдала себя, когда попыталась взять документы со стола, а пальцы предательски дрогнули.
Чонгук заметил это.
— Правда? — он приподнял бровь, делая шаг ближе.
Лиса невольно сглотнула, её дыхание всё ещё было неровным.
— Просто... адреналин ещё не спал, — призналась она, избегая его взгляда.
Чонгук чуть усмехнулся, но в этой усмешке не было насмешки — лишь лёгкое понимание.
— Значит, я действительно заставил тебя понервничать?
— Это не ты, — выпалила она, но тут же пожалела. В голосе прозвучало слишком много неуверенности.
Чонгук молча наблюдал за ней, а затем, словно приняв какое-то решение, подходя ближе аккуратно взял её за плечи. Его пальцы были тёплыми, прикосновение — уверенным, но мягким.
— Дыши глубже, — его голос стал ниже, почти убаюкивающим. — Это поможет.
Но вместо того чтобы её успокоить, этот жест вызвал новую волну жара, пробежавшую по телу. Лиса напряглась, ощущая, как сердце забилось ещё быстрее.
— Чонгук... — её голос дрогнул.
Он тоже почувствовал перемену. В кабинете повисла напряжённая тишина. Их взгляды встретились, и в воздухе будто что-то заискрилось.
— Всё в порядке, — тихо сказал он.
И почему-то именно эти три простые слова заставили её расслабиться. Её дыхание выровнялось, напряжение постепенно ушло, как волна, отступающая от берега.
Лиса вдруг заметила нечто необычное в его глазах — словно за холодной, ясной поверхностью скрывался живой огонь. Этот свет был тихим и мягким, но одновременно жгучим, как пламя, которое не требует пламени, чтобы гореть внутри. В его взгляде горела искра, которую она не могла ни объяснить, ни игнорировать — она словно согревала и обжигала одновременно.
Её собственные глаза будто притягивались к этому свету, и на мгновение всё остальное перестало существовать — только они, этот невидимый жар, тихий зов в глубине его взгляда.
Чонгук ловил её взгляд, и в его глазах свет медленно мерцал, отражая те чувства, которые слова боялись назвать.
Он смотрел на неё ещё мгновение, затем резко разорвал контакт и направился к выходу. Уже у самой двери он остановился, словно собираясь что-то сказать, но передумал.
— До завтра, — коротко бросил он и вышел, оставляя Лису одну в комнате.
Она провела ладонью по лицу, глубоко вдохнула и медленно выдохнула.
Чонгук был прав. Всё действительно в порядке. Но почему тогда её сердце всё ещё билось так быстро?
Когда Чонгук вышел из её кабинета, Лиса всё ещё чувствовала тепло его рук на своих плечах. Она провела ладонями по рукам, словно пытаясь стереть это ощущение, но оно не исчезало.
Она сделала глубокий вдох, а затем выдохнула, пытаясь привести себя в порядок. Всё закончилось. Свет снова горел, её тело больше не дрожало, но ощущение той странной близости с Чонгуком никак не отпускало.
Почему именно он смог её унять? Почему его голос, его прикосновение оказались тем, что вернуло её в реальность? Если бы это был кто-то другой, помогло бы ей это так же?
«Нет, — мысленно ответила она себе. — Это был не просто кто-то. Это был Чонгук».
Лиса хмуро посмотрела в сторону двери. Она не знала, что раздражало её больше: сам факт, что именно он помог ей, или то, что она снова размышляет о нём.
Но одно было очевидно — между ними было что-то, что невозможно просто игнорировать.
***
Чонгук вышел из кабинета и остановился в коридоре. Он машинально поправил манжеты рукавов, пытаясь отвлечься от того, что всё ещё ощущал на кончиках пальцев.
Её тёплая кожа. Её напряжённые плечи.
Он стиснул зубы и провёл рукой по лицу.
Он не планировал касаться её. Это произошло само собой. Её лёгкая дрожь, взгляд, в котором смешались испуг и растерянность, заставили его действовать прежде, чем он успел обдумать.
Но почему? Почему именно Лиса вызвала в нём такую реакцию?
«Ты ведь понимаешь, что играешь с огнём?» — снова вспомнились его же слова.
Чонгук усмехнулся, выходя из здания.
Похоже, в этой игре гореть предстояло им обоим.
Чонгук вышел из здания, но прежде чем направиться к машине, замедлил шаг. Холодные капли дождя тут же коснулись его кожи, но он не торопился скрыться под крышей.
Он посмотрел на небо — плотные тучи, ливень даже не думал утихать. В его голове мелькнула мысль.
А Лиса? Она всегда уезжает на такси, но в такую погоду найти машину будет непросто.
Чонгук невольно вспомнил её растерянный взгляд в темноте, дрожащие пальцы, которыми она сжимала край стола. Если она так встревожилась из-за внезапного отключения света, то сколько времени ей потребуется, чтобы дождаться машину под таким ливнем?
Он глубоко вздохнул и, вместо того чтобы уехать, направился к своей машине, но не заводил её. Просто подождёт. Не для неё. Для себя.
***
Лиса вышла из здания, натягивая пиджак плотнее, чтобы хоть немного защититься от внезапного дождя. Вода струилась по улице, освещённой редкими фонарями, а воздух был наполнен свежестью после ливня. Она держала в руках телефон, напряжённо вглядываясь в экран, надеясь, что хотя бы один водитель примет заказ. Но похоже, в такую погоду никто не хотел работать.
Она раздражённо выдохнула, проведя рукой по мокрым волосам, когда вдруг заметила машину, припаркованную у самого выхода. Фары мигнули, а затем окно плавно опустилось, открывая знакомое лицо.
Чонгук сидел за рулём, облокотившись на руль, наблюдая за ней с лёгкой ухмылкой.
— Садись.
Лиса замерла на мгновение, колеблясь, но очередная капля дождя, скатившаяся за воротник, заставила её отбросить сомнения. Она быстро открыла дверь и села внутрь, ощущая, как тепло салона окутывает её, резко контрастируя с холодом снаружи.
— Совсем не умеешь заботиться о себе, — бросил Чонгук, заводя двигатель.
Лиса закатила глаза, но не смогла сдержать лёгкую улыбку.
В салоне машины повисла напряжённая тишина. Единственным звуком был стук дождя по лобовому стеклу и приглушённый гул работающего двигателя. Лиса пристегнула ремень, сжимая холодные пальцы в кулаки, и украдкой взглянула на Чонгука. Он спокойно держал руки на руле, взгляд его был направлен вперёд, но в этой расслабленной позе всё же читалось напряжение.
Машина тронулась с места, и в тот же момент они оба заговорили одновременно:
— Ты в порядке?
— Всё хорошо, просто...
Они резко замолчали. Лиса неловко моргнула, встретившись с его взглядом, а Чонгук чуть приподнял брови, словно давая понять, что уступает ей право говорить первой.
— Говори, — произнёс он, голос был чуть мягче, чем обычно.
Лиса сжала пальцы на ремне безопасности, будто это могло помочь унять внутренний дискомфорт. Она глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.
— Это просто... Всё накопилось, — начала она, глядя на капли дождя, стекающие по стеклу. — Презентация, потом это внезапное выключение света... Думаю, адреналин слишком долго держался, а потом резко отпустило. Вот и вышло так.
Она пожала плечами, пытаясь говорить непринуждённо, но Чонгук продолжал смотреть на неё, не спеша отвечать. От его взгляда казалось, будто он видел её насквозь, будто понимал больше, чем она готова была признать.
— Понятно, — наконец произнёс он, переводя взгляд обратно на дорогу.
Лиса краем глаза заметила, как он слегка сжал руль, но ничего больше не сказал. В салоне снова воцарилась тишина, но теперь она уже не была такой напряжённой, как раньше.
Лиса смотрела в окно, наблюдая, как капли дождя стекали по стеклу, оставляя за собой извилистые дорожки. Она только что сказала Чонгуку, что всему виной накопившееся волнение — презентация, внезапное отключение света, общий стресс. Это была правда... но не вся. В глубине души она знала, что причина крылась в другом.
Этот холод, пробежавший по её телу после включения света, был слишком знакомым. Он возвращал её в прошлое, в моменты, которые она старалась забыть. Её страх темноты был не таким, как у большинства людей. Это не был просто страх неизвестности или одиночества. Это было нечто глубже, болезненнее.
Глаза Лисы слегка прикрылись, и её сознание, поддавшись дождливой атмосфере и тишине в машине, потянуло её назад — туда, где всё началось.
***
Она помнила, как в детстве старалась быть полезной, угождать, быть незаметной. Её мать работала в этом доме, выполняла любые поручения, лишь бы сохранить место, лишь бы обеспечить Лисе хоть какую-то стабильность. Лиса пыталась помогать, бралась за любые задания, но иногда... иногда её сил просто не хватало.
— Ты даже это сделать не можешь? — холодный, разочарованный голос миссис Чон. — Какая же ты бесполезная.
Её маленькие руки с трудом удерживали тяжёлый ящик, и когда он, в конце концов, выскользнул из пальцев и глухо ударился о пол, сердце Лисы замерло. В следующее мгновение на неё обрушился ледяной взгляд хозяйки дома.
— Раз ты не справляешься, значит, тебе нужно научиться.
Она помнила, как её отвели в тёмный подвал. Там было холодно, слишком холодно. Стены будто впитывали весь свет, а воздух был сырым и тяжелым. Дверь захлопнулась, оставляя её одну в кромешной темноте.
Она прижимала колени к груди, пытаясь сдержать дрожь. Хотела позвать маму, но знала — это только ухудшит ситуацию. И тогда она молчала, сжимая себя изо всех сил, представляя, что это тепло её матери, которое защитит её от холода.
Её нельзя было выпускать, пока для неё не находили новое задание. Иногда это длилось час, иногда два. А бывало, что и дольше. Она не знала, когда дверь откроется снова, и это было самым страшным. Ожидание. Мрак. Холод, который постепенно пропитывал кожу, добираясь до костей.
Сначала она пыталась думать о чём-то другом. Вспоминала уроки, которые учила с мамой, или напевала про себя песни, что слышала по телевизору. Но тишина поглощала её голос, делая его хрупким, почти несуществующим.
Проходило время, и страх медленно накрывал её с головой. Она сжимала пальцы в кулаки, вжималась спиной в стену, надеясь, что это даст хоть немного тепла. Но тело всё равно начинало дрожать. Её мысли путались, дыхание становилось неровным. Темнота стирала границы между реальностью и кошмаром.
Она боялась, что однажды дверь больше не откроется.
Прошло много лет, но тело не забывает такие вещи. Холод и темнота всё ещё оставались её тенями, следовали за ней, прятались в глубинах сознания и появлялись в моменты, когда она меньше всего этого ожидала.
***
Лиса моргнула, возвращаясь в настоящее. Она сжала пальцы на коленях, стараясь незаметно выровнять дыхание. Нет, Чонгуку не обязательно знать об этом. Да и какая разница? Это было давно. Она уже выросла, уже не та беспомощная девочка.
Чонгук мельком посмотрел на Лису, сидящую рядом. Она смотрела в окно, её взгляд был отстранённым, но в нём не было той беспомощности, что он когда-то видел. Она изменилась. Стала увереннее, сильнее. Но какой ценой?
Ему вспомнился один из дней их детства.
Он тогда стоял в коридоре, когда услышал приглушённые голоса. Любопытство заставило его заглянуть в комнату, откуда доносились звуки. Он увидел, как его мать говорила с Лисе холодным, ровным тоном. Лиса опустила голову, её плечи подрагивали, но она не плакала.
— Ты даже на это не способна? — голос матери был тихим, но от этого ещё более страшным. — Бесполезная. Ты хоть понимаешь, как мне стыдно за тебя?
Лиса молчала. В этот момент вошла одна из служанок, державшая в руках ремень. Чонгук напрягся, но не сдвинулся с места. Он знал: если вмешается, Лисе станет только хуже. Его тоже контролировали, не давали самому решить чем ему заняться или что ему учить. Он мог лишь стоять и смотреть, как её наказывают, глотая собственное бессилие.
Когда ремень опустился в первый раз, Лиса даже не вздрогнула. Второй раз — она зажмурилась, но не издала ни звука. Только когда удар повторился в третий раз, её губы сжались, а пальцы вцепились в ткань юбки.
Чонгук стиснул кулаки. Хоть он знал что Лисе непринуждённо относились в этом доме, он надеялся что это в первый раз когда бьют маленькую девочку с ремнём.
Он ненавидел это. Ненавидел, что ничего не мог сделать. Ненавидел, что был вынужден подчиняться чужим правилам, как и она.
Но ещё больше он ненавидел, что её мать наблюдала за этим с полным безразличием.
В машине Лиса чуть шевельнулась, возвращая его в реальность. Чонгук крепче сжал руль. Прошло много лет, но почему-то именно этот момент из прошлого не давал ему покоя.
Теперь Лиса стала сильнее. Теперь она могла за себя постоять.
Но знал ли он, насколько глубоко в ней остались шрамы?
***
Тёплый летний день окутывал сад мягким солнечным светом. Лиса осторожно ступала по зелёной траве, наслаждаясь свежим воздухом. Она всегда любила бывать здесь, среди цветов и деревьев, где можно было ненадолго забыть о строгости госпожи и бесконечных обязанностях.
Проходя мимо одной из скамеек, она заметила Чонгука. Он сидел, чуть наклонив голову, полностью поглощённый страницами книги. Лиса замерла. Она любила книги. Они были её спасением, её утешением, её единственным способом убежать от реальности. Поэтому, увидев книгу в руках Чонгука, она не смогла устоять.
Подойдя ближе, она тихонько наклонилась, чтобы разглядеть обложку. В этот момент Чонгук поднял взгляд. Его голубые, как небо, глаза внимательно посмотрели на неё. Лиса не отвела взгляд, её собственные глаза загорелись любопытством. Она так хотела узнать, что он читает, какие истории скрыты на этих страницах.
Но Чонгук неожиданно закрыл книгу, поднялся со скамейки и, не сказав ни слова, ушёл. Лиса моргнула, ошеломлённая его внезапной холодностью. Она не понимала, почему он так грубо её проигнорировал. Может, он считал, что она недостойна этой книги? Или просто не хотел её рядом?
Однако, когда её взгляд опустился вниз, она заметила, что книга осталась лежать на скамейке. Её сердце забилось быстрее. Он оставил её? Для неё? Лиса осторожно взяла книгу в руки, пальцы пробежались по жёсткому переплёту. Она раскрыла первую страницу, вдыхая знакомый запах бумаги.
Чонгук тем временем быстрым шагом уходил в сторону особняка, не оглядываясь. Он чувствовал, как напряжение сковывает его плечи. Он знал, что если его мать увидит Лису рядом с ним, последствия для неё будут ужасными. Он не мог этого допустить.
Он ушёл не потому, что не хотел находиться рядом. А потому, что боялся, что его присутствие принесёт ей лишь страдания. Но об этом Лиса никогда не узнает.