Эпилог
- Привет, дорогая, - широко и счастливо улыбнулась девушка за прилавком кафе-мороженого. На ней был белый фартук с глубоким карманом, который был туго завязан на тонкой талии, что подчеркивало ее достоинства; волосы были заплетены в слабую косу, из которой яркой петляющей полосой выбивалась ярко-розовая прядь.
- Здравствуй, Дора, - мягко улыбнулась Руби бывшей "куколке" по кличке Пинки.
- А вот и наша принцесса, - с умилением произнесла девушка, чуть привстав на носки и заглянув за прилавок. Она увидела маленькую худенькую девочку с волнистыми льняными волосами и глазами невероятной красоты. Они напоминали голубой холст, на котором были оставлены следы от разбрызганной темной краски. Это был бескрайний океан с множеством крошечных островков. Девочка скромно улыбнулась Доротти и молча прошла к своему столику рядом с большим аквариумом с экзотическими рыбами. Ей нравилось проводить время за разглядыванием того, как пузырьки скачут в соленой воде, а рыбы, напоминающие сказочных существ, проглатывали их жадно и целиком. - Она так быстро растет.
- Да, - вздохнула миссис Аттвуд, которая для всех останется Юнис, и села на высокий стул, положив руки на поверхность прилавка. На ней были черные брюки, однотонная блузка и пальто бронзового цвета, темно-русые волосы были собраны в низком хвосте. Она не была похожа на себя прежнюю, материнство и работа поменяли ее. Строгость в одежде, мягкость в душе.
- Все так изменилось, - сказала Дора и начала сгребать большой ложкой любимое банановое мороженное малышки Аттвудов. - Кто бы мог подумать, что "Кукольный домик" превратиться в кафе, в которое частенько забегают дети со своими родителями? Но иногда я вспоминаю те времена, когда вместо этой розово-голубой плитки были красные обои, вместо запаха сливок и карамели здесь пахло клубникой и табаком, естественный свет из окон был полностью исключен, повсюду был полумрак, и я ничуть не жалею, что так все произошло, - Пинки поставила чашу с мороженным перед задумавшейся над чем-то девушкой и тепло улыбнулась. - А ты все такая же. Вся в себе, вечно умная-разумная. Как вспомню тот вечер с тобой и Дэймоном, не вериться, что вижу перед собой ту самую девушку, которая с таким увлечением целовала меня, - брюнетка засмеялась, но ее слова не смутили Руби, напротив, та загадочно ухмыльнулась, погружаясь в воспоминания прошедших лет.
Девушка оглянулась и посмотрела на дочь, которая с прежней заинтересованностью наблюдала за рыбами в аквариуме. Она была невинным и хрупким цветком, чуть надломленным, но не сломленным окончательно. К сожалению,беды, свалившиеся в один момент на Руби во время беременности, дали о себе знать. Они отняли у малышки голос, возможность говорить, смеяться, кричать от восторга или же горя. Но этот факт никак не мешал ей жить и полноценно развиваться. Руби восхищалась упорством и стойкостью дочери, порой видела в ней себя, но все же чаще замечала истинную породу Аттвудов.
Дверь в кафе-мороженное открылась, раздался мелодичный звон колокольчика. Руби оглянулась и увидела Дэймона. Он был как всегда неотразим. Пшеничные волосы старательно уложены, в глазах переливался тягучий мед, на губах играла обольстительная улыбка, верхние пуговицы белоснежной рубашки были расстегнуты и открывали вид на сильную шею, руки, на одной из которой красовались дорогие часы, покоились в карманах брюк. Он кивнул Пинки и перевел взгляд на свою жену. Девушка оторвалась от своего места и подошла к парню, цокая каблуками строгих туфель по полу. Она чувствовала себя скованным подростком, смущающимся всего. Румянец на ее щеках выдал странное и необоснованное волнение, и это позабавило Аттвуда. Он обнял девушку за талию и подошел вместе с ней к дочери. Она все так же вдумчиво рассматривала морских обитателей, пытаясь что-то понять и уяснить для себя. Руби поставила перед ней чашу с мороженным, та благодарно улыбнулась матери и принялась с удовольствием поглощать десерт. Счастливые родители смотрели на свое дитя с особенной нежностью, что выглядело весьма странно со стороны, ведь все в округе знали об их вражде, знали о взаимной ненависти, которая в миг переросла в страстную и пылающую красным пламенем любовь, но к этому никто не мог привыкнуть до сих пор, уж больно непривычно было видеть счастливую семью Аттвудов.
- А вот и мы! - воскликнул Иб, распахивая перед собой дверь, заглушая своим голосом звон колокольчика. Белокурый, все еще похожий на совсем юного парня, тут же уселся на стул напротив девочки и лучезарно улыбнулся ей. - Привет, малышка, - с присущей ему беззаботностью произнес Форк. Та улыбнулась ему в ответ, вмещая в эту улыбку всю радость от встречи с близким другом семьи. Следом за Иборизом вошел Адам, который все никак не мог привыкнуть к взбалмошному и ребячьему поведению зеленоглазого парня.
- Все в силе? - спросил старший из Аттвудов, водрузив руки на узкие плечи Форка.
- Да, едем к озеру, - кивнула Руби и взглянула на супруга. Дэймон ближе прижал ее к себе и поцеловал в висок. От этого места по телу разбежались волны и вызвали у девушки легкую улыбку.
- Прекрасно! -потянулся Иб, после окольцевал руками позади стоящего Адама. Младшая в семье Аттвудов посмотрела на родителей, встала и жестом попросила их наклониться, после чего обхватила их своими тоненькими ручками и подарила каждому свой теплый поцелуй, такой необходимый и согревающий в прохладный день.
В жизни бывают встречи, которые связывают навсегда. Однажды совсем незнакомый человек становится твоей вселенной. Ты знаешь все его недостатки, милые привычки, каждую родинку и шрам на его теле. До сих пор не понимаю, как обычный прохожий становится твоим всем. Ты влюбляешься в самого неожиданного человека в самое неожиданное время.
Если люди созданы друг для друга, они обязательно будут вместе.