Глава двенадцать: театр Фатуи.
В подвальном помещении веет таким холодом, что кожа может мгновенно порыться мурашками, но Иль Дотторе не обращает на это никакого внимания, делая плавный надрез на коже подопытного. Точные движения помогают добраться до органов. Этот расходный материал не был виноват в том, что сегодня Доктор выбрал его. Воспоминания о студенческих годах лёгкой дымкой покрывают мысли гения...
Лаборатория в университете была что надо. Многие бы могли позавидовать её оснащению. Именно поэтому Иль Дотторе часто пропадал там в процессе своих экспериментов.
Всё началось с модернизации живых – протезирование, попытка замены живых органов на механические... Потом была попытка оживить мёртвых. Записи в дневниках, которые Дотторе оставил в камере хранения в лаборатории, были свидетельством его работы. Деканат университета, прознав о проектах учёного, выперли его с огромным скандалом.
Плавным движениями, стараясь ничего не повредить, почки перекочевали из человека в специальный консервирующий раствор. После в такой же раствор отправилось сердце. Ещё пара движений и Доктор оканчивает работу.
— Крапп, приберись здесь. – командует Третий предвестник, выбрасывая медицинские перчатки и приспуская маску с лица.Адъютант произносит "Да, господин", но Дотторе не слушает его. Мужчина выходит из операционной, направляясь в свой кабинет.
Доктор в последний раз затягивается тлеющей сигаретой и щелчком выкидывает её в окно, продолжая записи в ежедневнике. Вечером у него будет назначена дипломатическая встреча, где он обменяет товар на деньги. Работа лёгкая, но платят за неё просто прекрасно. Он пытается нащупать в кармане рубашки новую сигарету, но пачка пуста. Помрачнев, он смотрит на дверь, через которую зашёл Крапп.
— Всё сделано, сэр. – отчитался подчинённый.
— Отлично. – кивнул Иль Дотторе. — Теперь... – мужчина смотрел на него через стол, обдумывая свою просьбу. — Сходи за сигаретами.
— Да-с, господин. – чернорабочий тут же выходит.
Крапп – мужчина пятидесяти лет не самой приятной внешности и личности. Он подхалим и трус. Имеет маленькое толстое тело и усы на лице. Он, хоть и верный прислужник, часто совершает ошибки, а в результате ошибок его ожидают наказания. Дотторе и сам не понимает почему ещё не избавился от этого ничтожества.
Прекрасная леди, стоя перед всеми десятью Предвестниками, чувствует себя более привилегированной, ведь Её Величество ей доверяет намного больше, чем им всем остальным вместе взятым. Чуть прокашлявшись, она дожидается конца предложения, чтобы передать его остальным Фатуи.
— Кажется, вам следует напомнить наши правила. – ровным голосом произносит Розалина-Кручка Лоефальтер,— Предательство карается убийством предателя и всех его родственников. Под предательством подразумевается даже произнесение любых слов в стенах тюрьмы во время следствия. – обводя присутствующих холодным взглядом, Синьора останавливается на Дотторе и Чайльде Тарталье. — А также, смею напомнить, если вы подзабыли, никаких покушений на других членов организации. – вновь обведя помещение и собравшихся в нём взглядом, Восьмая удалилась.
Синьора — высокая женщина с очень бледной кожей, белыми волосами и светло-серыми глазами с сиреневым оттенком. Часть её волос собрана сзади в два пучка в виде роз. В Фатуи Розалину пригласил Пьеро, нашедший её не в лучший период жизни.
Розалина-Кручка Лоефальтер была талантливой вокалисткой. Была, пока её молодой человек не погиб. Рустам попал в аварию, пока Лоефальтер дарила улыбки людям на концерте.
В тот момент, когда 17-летняя девушка узнала об смерти своего любимого, она приняла решение больше не петь. Родители не одобряли такого резкого ухода со сцены и потери хорошего заработка. Розалин было плевать на то, что они думали по этому поводу.
Всё дошло до ссоры с матерью и отцом, нервным срывом Розалин и побегом из дома.
Купить билет в совершенно другой город, где у Лоефальтер никого не было казалось ей самой лучшей идеей. Так Розалина-Кручка оказалась в Новосибирске.
Какое-то время она скиталась по улицам, пока её не нашёл мужчина, предствившийся тогда как Педролино. Выслушав историю девушки, он предложил ей вступление в Фатуи.
— Послушай, что я скажу: Прекрасная леди, в твоём сердце живёт гнев и вечная зима. Раз уж мы с тобой познали абсурдность и жестокость закона мира, так давай же наденем маски, высмеивающие мир, и перепишем эти законы?
Приняв его предложение, теперь уже Синьора была представлена Царице.
Властная женщина оценила способности Синьоры лить человеку в уши, добиваясь своего. С того времени Розалина-Кручка Лоефальтер стала Прекрасной леди Царицы, доносяшей поручения и новости предвестникам от вышестоящей.
— Слышал, Чайльд Тарталья? – обратился к нему Дотторе, — Её Величество знает о крысе в нашей организации.
— А я-то тут причём? Ты всё ещё думаешь, что я тогда в полиции кому-то о нас растрепал?! Драки со мной ищешь?!
— Я не думаю. Я знаю, что ты определённо всё распиздел ментам.
— Дотторе, – обратился к нему Сказитель, — Тарталья, конечно, попуск тот ещё, но он ведь не настолько глуп, чтобы направо и налево всем об организации рассказывать. Верно, Чайльд? – рыжий активно закивал в знак согласия.
— Можешь сколько угодно прикрывать своего друга, но я всё равно знаю правду.
— Иль Дотторе. – шестой начал заметно выходить из себя. — Иди на хуй.
Перепалка прекратилась также быстро, как и началась. Обе стороны разошлись по своим делам, и лишь в голове у Дотторе была холодная расчётливость и тёмные мысли.
Дотторе выдыхает едкий дым, направляя свой взгляд прямо в небо. В его голове уже был план по запугиванию Одиннадцатого. На лице расползалась зловещая ухмылка. Потушив бычок о стенку, Доктор скрывается за дверьми.
Некто передаёт официанту деньги и зип-пакет с белым порошком. Приказ добавить содержимое в бокал Прекрасной леди за восьмым столиком. Ошибки быть не могло: точная дозировка, нужное время и место, Синьора бы ни о чём не догадалась, если бы она не знала вкус своего любимого вина, что делают на вино-ликёрном заводе "Рассвет", в любимом ресторане, который она посещает уже последние пять лет. Синьора не допивает свой бокал. Она подзывает того официанта, что принёс ей вино, строго смотря на него.
— Я дам тебе намного больше, чем тебе заплатили... Если ты скажешь, кто приказал тебе добавить стрихнин. – протягивая деньги, — Это аванс.
Молодой официант описывает человека, что передал ему крысиный яд, упоминая приметы в внешности.
— Ясно. Возьми, – Синьора отдаёт ему визитку, — Придёшь в указанное место. Скажешь, что тебя послала Восьмая. Сможешь забрать столько денег, сколько только захочешь. – лёгкой подступью Розалина покидает заведение.
Утром следующего дня женщина чувствует лёгкое недомогание, решаясь поехать на такси до офиса Царицы. Списав своё плохое самочувствие на отголоски похмелья, Синьора начинает работу, так и не узнав что в то утро тормоза в её машине были перерезаны.
Во время обеда, Синьора заходит в кафе, заказывая айс американо. Лёд в чашке медленно тает и Восьмая чувствует лёгкую сонливость. Кофе совсем не помогает взбодриться и Леди уходит из посещения.
Вечером того же дня Восьмая предвестница Фатуи сонно доходит до ванной комнаты. Привычка принимать тёплую ванну после каждого рабочего дня вошла в её обиход после того, как она смогла самостоятельно оплатить немаленькие счета за воду. Синьора распускает собранные волосы, снимает одежду, откладывает пистолет на стиральную машинку. В последнее время покушения на её жизнь происходят всё чаще. Синьора крутит между пальцев лезвие и, отложив его куда подальше, берёт в руки пистолет. Женщина прижимает дуло себе в висок и нажимает на курок. Её жизнь прерывается в этот же момент.
Ванну освещали флуоресцентные трубки. Очень яркие. Никаких теней. Человек мог видеть всё, хотел он того или нет. Вода в ванной ярко алела. Розалина-Кручка полусидела спиной к ближней стенке. Её голова была сильно опущена вперёд, так что её длинные светлые волосы скрывали лицо. Если бы её глаза были открыты в этот момент, она могла бы заметить высокую фигуру. Рот раззявился, будто распахнутая дверь. На лице было умиротворение, что только добавляло ужаса в мысли смотрящих. На бортике ванной лежала упаковка бритвенных лезвий, одно из них оказалось на полу. На запястье левой руки, сжатой в кулак, она всё-таки вскрыла себе вены. Очертания порезов напоминали цифру 11.
[От: Неизвестный номер]
Тема: У нас труп ♡
Приезжай. И рыжего своего бери
A.R.