Сжигая снег

Следующие дни Твиксы не отходили от Орфея даже на мгновение. 31 числа они поехали на свадьбу Лиена и Нана вместе с семьей. Стоящие позади Дарка Лео и Ги жамкали любимые ягодички, а тот только этого и хотел. Сразу после церемонии, Триксы улизнули в ближайший отель.

Фон же с того момента, как Фай забрал у Лиена Акина, не сводил с него взгляда. Этот маленький кукленок заставил Хаски задуматься о том, что из-за того, что Дао женится на нем, его род прервется... Его родители погибли, а он единственный их ребенок... Чувство вины маленьким червячком поселилось в душе парнишки.

На торжестве Дао заметил, что его малыш каким-то странным взглядом смотрит на младенца. Решив, что любимый скучает по племяннику, после ужина, он предложил ему до свадьбы съездить к Лив, чем только подтвердил догадки Фона, который подумал, что именно Дао соскучился по Биу. Прилететь в Вегас они должны были вечером 2 числа, чтобы немного погулять по городу, ну и, конечно, чтобы Тадао подогнал их костюмы. Наряды Химы и Фая сшили в лучшей пошивочной Бангкока под пристальным надзором Тадао. Эскизы он нарисовал уже на следующий день после знакомства с Фаем. Но костюмы для Дао и Фона никак не приходили ему в голову, что очень его расстраивало, ведь он видел момент предложения и это было очень романтично. Вот только коварная муза отказывалась творить для парней.

Внезапный звонок Элайджи смазал все планы, говоря о том, что приехать надо как можно раньше, иначе вместе со свадьбой будут его похороны. Двое бессонных суток японец не отлипал от планшета, словно одержимый, создавая пару костюмов, а после сидел несколько дней над вышивкой. И пусть свадебные костюмы уже были куплены, парни не хотели расстраивать друзей, поэтому по приезду домой, поговорив с семьей, позвонили в диспетчерскую аэропорта. Согласовав вылет на 4 утра, два жениха уехали в аэропорт вообще без багажа, потому что родители сказали, что привезут все сами.

По прилету их уже ждала машина с водителем, который отвез будущих супругов в отель. Нетерпеливый Тадао, словно ребенок, переминался с ноги на ногу в номере парней, ожидая.

— Ну наконец-то! — с каким-то чувством безнадеги выдохнул Элайджа, когда парни вошли в номер, — Они твои, мой хороший! А я спать!

Джа быстренько прошмыгнул в открытую дверь мимо Дао и Фона, пока на них горящими глазами смотрел Тадао.

— Парни! Вы же выспались в самолете, да? Идем! — не дождавшись ответа, он потащил их в самый дальний номер, который оказался швейной мастерской.

— Джанко, Гейб! Модели приехали! — кричал Тадао и из дальней комнаты вышли парень с девушкой.

— Знакомьтесь. Джанко — моя подруга детства, Габриэлл — ее муж. Гэйб поможет с подгонкой, а мы с Джанко займемся пошивом. Это Дао и Фон — будущие молодожены. У нас два дня до свадьбы! — тараторил Тадао, затаскивая малявку Фона на невысокую табуретку.

К обеду прилетевшие женихи поняли, почему Джа так быстро ретировался... Следующие двое суток парней отпускали только на 7-часовой сон, полчаса на поесть три раза в день и на этом все. Спас парней приехавший чуть раньше Антон, к костюму которого у Тадао тоже появились вопросики.

— Джа, почему у меня такое ощущение, что ты держишь Тадао запертым в подвале? — спросил Дао у друга.

— У него не было вдохновения... а потом внезапно среди ночи он начал рисовать... Ну и вот... результат на вас... — вздохнул мужчина, хотя сам с улыбкой и блеском в глазах смотрел на любимого.

— Идите отдыхать. Завтра у вас важный день, вам надо отдохнуть и выспаться, — отпустил их Тадао, а потом продолжил: — Секс — отдыхом не считается!

— Джа, ты его трахни хорошенько, чтоб херни не говорил, — схватив за руку мужа, утаскивая его к выходу, буркнул Фон.

— Малыш, а давай сбежим? — как только дверь закрылась, предложил Дао и Фон, широко улыбнувшись, кивнул.

Спустившись на парковку, они отпустили водителя и, забрав ключи, уехали только вдвоем. Пока Дао вел машину, Фон вводил в навигатор нужные ему координаты.

— Давай сначала поедим?

— Ты хочешь съесть еду или меня? — задал вопрос в ответ Хаски, с хитрой улыбкой проводя рукой от колена до паха мужа.

— Кажется, это ты хочешь меня сожрать... — видя огонек в глазах любимого, погладил по руке Фона мужчина, — Мы еще можем вернуться в номер...

— Я не хочу в отель... хочу на колесо обозрения, а потом в музей мадам Тюссо и на Мотор спидвей! Если бы я знал, что Тадао превращается в одержимое чудовище, то сбежал бы вместе с Джа в первый же день! — жаловался Хаски, а Дао только рассмеялся над его словами.

— Но ведь тебе нравятся его костюмы? Ты же даже сам предложил внести изменения, — дразнил Даоныа любимого, который тут же сжал через штаны его полувставший член.

— Я такой голодный... — отстегивая ремень безопасности, шаловливая ручка достала из расстегнутой ширинки источник протеина и тут же маленькие губки обняли головку члена...

— Малыш.... ах... я же за рулем! — застонал Дао, но член дернулся в мокром плену от наслаждения.

— И что? Дома тебе это не мешало! — причмокивая, возмутился Хаски, а потом опустился почти до самого основания, отодвигая чуть дальше сиденье водителя, чтобы головой не задевать руль.

Ни о каком следовании по указаниям навигатора больше и речи не шло, потому что Дао старался как можно больше ехать по прямой. И пусть это было не впервые, но почему-то сегодня малыш особенно старался, причмокивая и урча от удовольствия. Вид стоящего на четвереньках поперек сиденья Фона, чья милая маленькая попка эротично покачивалась и иногда намеренно виляла из стороны в сторону, сносил мужчине крышу. Постанывающий любимый, опускающаяся все активнее головушка, возбуждали Дао быстрее, чем когда-либо. Яркий оргазм настиг мужчину на светофоре, и он зарычав, вцепился в руль так, что нажал на клаксон.

— Уф... любимый... — застонал Дао, содрогаясь при каждом выплеске спермы.

— Что? — хриплые голосок, нежная улыбка и смотрящие с обожанием глаза делали мужчину ещё более счастливым.

Бип бип

Сигналящая позади них машина немного испортила приятный момент, и Фон снова сел в кресло, пристегиваясь.

— Я люблю тебя, — накрыв ладонью руку Хаски с придыханием почти прошептал он.

— Я передумал! Поедем сначала в музей! — не ответив на признание, Фон потянулся к навигатору, изменяя маршрут.

Через 20 минут парни покупали билеты в кассе музея.

— Хиа! Это ж... Майкл Джексон! Вау... он как настоящий... только холодный... — тряся за руку любимого, Фон заглядывал в глаза фигуры.

Хаски таскал от одного зала к другому мужа, делая фото со знаменитостями с неподдельном восторгом примерно 2,5 часа.

— Недалеко есть кафе, пойдем поедим, — уводил Фона из музея Дао, понимая, что тот точно голодный.

Влюбленные вошли в ресторан японской кухни и сели единственным свободным столиком. Парни заказали по миске рамена и три вида суши. Пока они ждали заказ, Дао начал нервничать, видя какой-то потерянный и неуверенный взгляд своего коротышки, но спросить побоялся.

Когда принесли еду, Фон с довольной улыбкой ел, но она мгновенно померкла, как только он услышал плач малыша.

— Ох, мой сладенький, не плачь. Иди к мамочке! — щебетала красивая девушка, вытаскивая только что проснувшегося малыша из коляски.

— Малыш... — позвал любимого Дао, но ответа не последовало, — Фон?

Только когда влажная ладонь коснулась руки парнишки, он вздрогнул, переводя взгляд со счастливой семьи с малышом на Дао.

— Я пойду в туалет, скоро вернусь, — выпалил он, почти вырвав руку из-под ладони мужа.

«Это предсвадебный мандраж? Или он передумал выходить за меня?» — не на шутку заволновался мужчина и, убрав салфетку с колен на стол, пошел за Фоном.

То, что он увидел в ванной напугало его. Фон стоял у раковины, умывая лицо и всхлипывая.

— Малыш! — бросился обнимать его Дао, но тот только отшатнулся от него, — Что происходит?

— Не надо, не подходи, — выставив ручку, просил Хаски дрожащим голосом.

— Ты... не хочешь выходить за меня? — почти шепотом спросил мужчина, а сердце внутри сжималось от страха услышать ответ.

— Давай все отменим... — отчаяние, что слышал в голосе любимого Дао, убивало.

Двинувшись к своему малышу, мужчина не обращая внимания на его протесты, подхватил его на руки, крепко прижимая к себе. Фон вырывался и начал уже открыто реветь, но Дао усадил его на столешницу, не выпуская из объятий. Когда маленькое тельце перестало брыкаться, а носик только всхлипывал, Волк приподнял его заплаканное личико и нежно целовал каждый сантиметр.

— Я сделал что-то не так? — спросил мужчина, но малыш только замотал головой.

— Тебе кто-то что-то рассказал? — но снова отрицательное качание.

— Ты... меня больше не любишь? — теперь уже горели глаза Дао, ведь он не понимал, что творится с его коротышкой.

И вновь мотание маленькой головушки, вот только мужчина воспринял это как «нет».

— Почему? Я недостаточно уделяю тебе внимания? Мало провожу с тобой времени? Секс стал хуже? Я меньше показываю свою любовь? Ты... полюбил другого? Поэтому ты не хочешь жениться? — перебирал варианты дрожащим голосом он, опустив взгляд, потому что боялся смотреть в любимые глаза.

— Господи, нет... я люблю тебя... безумно сильно люблю... поэтому... ты должен жениться не на мне... а-а-а-а-а... — схватив за руку любимого, заговорил Фон, а на последних словах снова зарыдал.

— Я не понимаю... любимый мой... — обняв покрепче плачущего мальчишку, уже и сам всхлипывал он.

— Я не женщина! Понимаешь?! Не женщина! — почти кричал малыш в плечо мужа.

— Я знаю, ведь женщина меня не заинтересовала бы, — честно ответил Дао, но Хаски зарыдал ещё громче.

— Я не рожу тебе малыша... хнык ... никогда-а-а-а-а... — наконец, мужчина услышал причину слез.

— Ты хочешь ребенка? — гладя по волосам любимого, нежно шептал Дао.

— Это ты хочешь ребенка... — От слов любимого, он аж улыбнулся.

Дао и не думал даже о детях. Малышка Тирак очень непоседливая, всегда носится по дому и что-то делает. Да, Лиен с малышом на руках вызывал у него чувство умиления, но зудящего желания завести ребенка у него не возникало. Он прекрасно знает любимого и понимает, что будь у них младенец, все любовь, внимание и ласка доставались бы этого крохотному человечку, а не ему. А делить с кем-то любовь своего Хаски он не хочет, ему и самому мало.

— Ох... ты прав... я хочу ребенка... — приподнимая за подбородок мордашку Фона, он страстно его поцеловал.

— Вот этого милого и сексуального ребенка хочу... а других не хочу... я не для того на тебе женюсь, чтобы делить с кем-то... ты мой... и я хочу быть твоим до самой смерти... — шаря руками под маечкой на любимом, спускаясь от губ вниз по тонкой шее всхлипывающе постанывающего Хаски, Дао нежно говорил.

— Но...

— Никаких «но»! Я люблю тебя и не хочу, чтобы ты отдавал свою любовь кому-то ещё... я собственник, коротышка! И завтра у меня будут документы, подтверждающие, что ты принадлежишь только мне! — притягивая к себе малявку, он терся о его пах собственным членом.

— Хиа... я люблю тебя... — Фон понял, что сам надумал лишнего и расстроил своим поведением любимого, но решил все же после свадьбы серьезно поговорить на эту щепетильную тему.

Дао отстранился и сделал шаг назад, любуясь сексуальным юношей, что завтра уже будет носить его кольцо и фамилию. Фон сидел на краю у стены, закинув одну ножку на другую. Вязаная маечка сползла с одного плеча, оголяя грудь, шорты задрались так, что было ощущение, будто на нем короткая юбка. Головой он опирался на стену, одна рука заведена за спину, а вторая соблазняюще гладит по собственному бедру. Томный взгляд, слегка приоткрытый ротик, красные щечки и носик от слез...

(тут должен быть секси Фон, но давайте вы его посмотрите в тг?)

Мгновение и ножки Фона уже обвивают талию мужа, который с горловым рыком тащит его в ближайшую кабинку, кусая сладкие губки. Щелкнув замок на двери, Дао ловко расстегнул пуговку на шортах, стягивая их с любимой жопоньки вместе с плавками.

— Будь тихим, мой сладенький ребеночек... и папочка даст тебе вкусняшку... — садясь на закрытый унитаз, он вытащил член из штанов, смазав его слюной и притягивая Хаски сесть.

— М-м-м-м-м... — застонал Фон, опускаясь на жезл любви, сидя лицом к мужу, обнимая его за шею руками.

— Ш-ш-ш-ш... уф... а то нас услышат... — шептал жениху Дао, пока милая маленькая попка набирала темп.

— Поцелуй меня... — попросил малыш, и мужчина прижал его к себе за спинку сильнее, с жадностью проникая в любимый ротик.

Пока один с диким напором сосал язычок и губы, второй все быстрее двигался на члене, помогая себе рукой. Приблизили к оргазму обоих вошедшие парни, обсуждавшие какого-то красавчика, что неподалеку шикарно поет на разных языках, играя на гитаре. И вроде бы надо было остановиться, но слыша разговор людей, Фон еще сильнее сжал колечко мышц, быстрее ерзая бедрами.

Звук захлопывающейся двери в уборную совпал с одновременным оргазмом двоих в кабинке, что в поцелуе обменивались стонами. Тяжело дыша, Дао встал с любимым на руках, развернулся, поднял крышку и усадил Хаски на унитаз.

— Давай отправим деток в водное путешествие... ты моих, а я твоих... — пошутил мужчина, проводя рукой по щечке Фона и целуя в раскрасневшиеся губы, — Они потом встретятся и обсудят, какие мы с тобой жестокие сволочи.

Фон улыбнулся, понимая о чем говорит муж, и кивнул. Дао вышел из кабинки, оставив в ней Фона, а сам подошел к раковине, чтобы смыть с рубашки сперму Хаски.

— Ты правда не хочешь детей? — обвив руками талию, упираясь лбом в спину Дао, тихо спросил Фон.

— Правда, — повернулся к нему Волк, целуя в носик, — Идём, еда уже, наверное, остыла...

Пара вернулась за стол, но мужчина, видя взгляд любимого продолжил незавершенный разговор.

— Милый, послушай. Я не хочу детей, не потому что не люблю их, а потому что это большая ответственность. Мои родители не справились с этим... я знаю, что та авария была случайной. Но они умерли, а я остался жить дальше... Даже не смотря на то, как сильно родители любили меня и на количество денег на их счетах, это не спасло их от смерти, а меня от горя потери. Ты сам видишь, что мы с Химой совсем не лапшой торгуем и у таких, как мы, шанс умереть молодыми гораздо выше, чем у обычных людей. Посмотри на Лиена... он вообще за тортом вышел, а стал отцом. Представь, если бы его не оказалось там? Акин бы просто попал в детский дом, если бы выжил, конечно. Я не хочу потом причинять боль ребенку своей смертью. Я сам проходил через это... — объяснял Даоныа, а Фон его внимательно слушал.

— Хиа... прости...

— Не извиняйся, малыш. Я хочу, чтобы ты знал ещё кое-что... я люблю тебя, больше жизни люблю. Если ты захочешь ляльку, просто скажи. Мы обсудим все варианты. Только умоляю, никогда больше не говори, нет, даже не думай о том, чтобы оставить меня... — искренне говорил Дао, держа руку любимого в своей и едва касаясь гладил.

— Я больше так не буду... я такой глупый... даже не подумал о твоих родителях... — извинялся Хаски, не поднимая головы.

— Ешь, мой впечатлительный малыш, вроде ещё теплое... — поцеловав руку Фона, он вложил в нее палочки, трогая тарелку.

После еды, Дао вспомнил, как его любимый говорил о колесе обозрения и поехал туда. Хаски показалось странным, что муж поинтересовался у сотрудника сколько времени занимает полный оборот колеса, но решил, что Дао интересуется, чтобы успеть ещё и на Мотор спидвей. Но как только они сели в кабинку и колесо немного поднялось, хитрый Волк встал на колени перед Фоном, просто расстегнув ширинку на его шортах и в одно движение накрыл ртом член жениха. Хаски стонал, теребил волосы любимого, приподнимал бедра и почти кричал о любви, когда кончал в горло мужчины, что завтра станет его супругом. Фон и не думал, что так быстро кончит, но теплый рот Дао, его стоны и вид города с высоты очень стимулировали. Довольный шалостью жених проглотив все до последней капли, а потом заботливо привел в порядок одежду Хаски, как раз когда до земли оставалось чуть меньше 3 метров.

— Сумасшедший... — переводя дыхание, выдохнул Фон с улыбкой блаженства, только открывая глаза.

— Тебе с этим сумасшедшим жить всю жизнь, — улыбнулся в ответ Дао, и его пальчиком подозвал к себе Хаски.

Лизь...

Фон слизал с уголка рта мужа белесую капельку, и нежно чмокнув его в припухшие губы, пояснил: — У тебя тут немножко детей осталось. Как там говорят? И в горе, и в радости, и в сексе, и в канибализме...

Дао засмеялся и как раз в это время кабинка достигла отправной точки, останавливаясь. Парни вышли из нее, и Фон увидел огромных плюшевых медведей, которых можно выиграть сбив все кубики. С третьей попытки продавец уже предлагал выбрать понравившегося мишку. Хаски выбрал того, что был в единственном экземпляре — черного с одним белым пятном на глазу и красным бантом на шее.

— Радовать тебя — самое приятное мое времяпрепровождение! — обняв Фона за талию, вел его к выходу Дао.

Последним их местом сегодня был Лас Вегас Мотор Спидвей. Добравшись до трассы, Даоныа договорился с их владельцем об обмене. Они позволят проехать на гоночном болиде, а парни поучаствуют в сегодняшних гонках на мотоциклах, оставив выигрыш на обслуживание трасс. Первым делом парням показали байки и они выбрали одинаковые Кавасаки, на которых привыкли ездить в Бангкоке. Сделав два пробных круга друг с другом, женихи запомнили уязвимые повороты. Владелец был очень удивлен тем, как хорошо катается Фон. Поэтому после обкатки предложил им оставить половину выигрыша себе, если, конечно, они выиграют гонку.

Дао написал Джа, что через час они с Фоном участвуют в заезде на трэке, а тот очень хотел посмотреть его Хаски в деле. Как раз в это время к ним подошел инструктор, объясняя как ездить на болиде. Парней выпустили на трассу для новичков, 300-метровую. Первых два круга они ехали медленно, привыкая к машине, габаритам и трассе, а следующие три на скорости больше 180 км/ч.

Фон хоть и был в восторге от машинки, но все же ощущения в ней были совсем не такие, как на мотоцикле. Возможно, потому что это было для него в новинку, а может быть, просто не его.

Зато, когда он сел на байк на стартовой линии и завел мотор, Хаски ощущал легкий мандраж от участия в гонках в чужой стране. И как только на столбе загорелся зеленый, Фон чувствовал привычное ему единение с байком, трассой и ветром...

Женихи выиграли 5 гонок из 6, и то только потому, что на последней соперник Дао грубо его подрезал на последнем повороте. А тот прекрасно знал, что ни одна победа не стоит слез его любимого мальчишки, который точно будет плакать, если Дао пострадает.

Время было уже почти 10 вечера и Элайджа с Тадао подошли к друзьям. Японец бухтел на парней, что завтра в час у них свадьба, а им еще нужно выспаться.

— Спасибо, Джаспер, что дал возможность посмотреть на Грязную Вишню в действии, — улыбался хозяину трэка Джа, и тот был немного удивлен, что эти парни знакомы.

— Фон, ты охренительно классный гонщик! — хвали друга Элайджа, а потом продолжил: — Нам пора. Через час надо быть в отеле, их как раз к этому времени привезут из аэропорта. Мадам Кира точно будет злиться, если знает, что вы вместо отдыха участвовали в гонках.

— О, спасибо, что внесли разнообразие в рутинные забеги! Мистер Фон, а вы темная лошадка среди гонщиков... Вот держите, ваши деньги, — заговорил Джаспер, протягивая Хаски чек на 170 тысяч долларов.

— Ахаха! Они еще и заработать себе на свадебный подарок умудрились! А я перед нашей свадьбой забывал как дышать! — дразнил парней Тадао, вспоминая, какой у него был мандраж.

— Вы женитесь?! — брови Джаспера вздернулись вверх, смотря на кивающих парней.

— Завтра, — уточнил Тадао, и мужчина достал из кармана маленькую книжку, написал в ней что-то и, вырвав листочек, протянул Дао.

— Мой свадебный подарок друзьям мистера Морана, — улыбнулся Джаспер, передавая второй чек на 100 тысяч.

— Спасибо, Мистер Джаспер, будем рады видеть вас на празднике. Друзья Элайджи — наши друзья! — поблагодарил Дао, но мужчина только замахал руками.

— Утром я улетаю в Сеул вместе с дочкой. Уж очень она хочет на этих BTS посмотреть в живую, — объяснил Джаспер, и Тадао опять начал ворчать, что если они приедут позже Киры, то женить завтра будут трупы.

Попрощавшись с владельцем трека, четверо ушли к машинам. В отель они приехали за 10 минут до появления семей женихов, а ещё все же приехали Пол и Лиу. Мамы сразу же прошли к женихам, чтобы убедиться, что у них все хорошо, никто не передумал и ни у кого нет истерики. Кира больше волновалась за Дао, чем за Фона, ведь знала, что за внешне спокойным на вид парнем внутри прячется тот еще паникер.

Выдав детям по половинки таблетки снотворного, мамы ушли вместе с мужьями в бар отеля снять напряжение. Утро следующего дня женихов началось со смеха маленьких трех проказников, что носились по коридорам отеля, играя в догонялки.

— Какие же они громкие... — вздонул Дао, накрывая голову подушкой.

— Просыпайтесь, женишки! Там Тадао уже больше часа порывается вас разбудить для примерки костюмов и укладки! — вошел в номер Хима, смотря на спящих в обнимку друзей.

— Пи... пожалуйста... можно хоть позавтракать? Я не готов быть игрушкой Тадао на голодный желудок... он же замучает нас до смерти и придется вам проводить свадьбу духов... — бубнил Фон, а вошедший Фай громко рассмеялся.

— Ты преувеличиваешь, Фон. Тадао просто думает о том, чтобы все прошло идеально. Ты должен ему спасибо сказать, что это они с Джа занимались всем и спасли вас от этой свадебной суматохи, — заговорил Щеночек, защищая Тадао, — У вас полчаса принять душ и пойти одеваться в разные номера. Скажите спасибо, что родители вам спать эту ночь вместе разрешили...

Женихи тяжело вздохнули, понимая, что Фай прав, вот только зал для церемонии и ресторан для торжества они не видели. Элайджа и Тадао сказали, что это будет часть их свадебного подарка.

Хима с Фаем дождались парней из душа и забрали их по разным номерам, как и просили мамы. Там уже женихов ждали стилисты, чтобы привести в порядок их прически и лица. И пока женская часть семьи Фона утирала слезы счастья, в комнате, где был Дао все было совсем иначе.

— Дао, сынок... Я так за тебя рада... конечно, я не Савика, но она бы точно сейчас рыдала, повиснув на тебе, а Чай бы пытался ее успокоить, уговаривая дать ребятам работать и не доводить тебя до слез... — улыбалась Кира, предугадывая как вели бы себя родители парня.

Кира подошла к нему и нежно, по-матерински, притянула к себе его голову, оставляя на лбу самый заботливый поцелуй. Это показалось Дао таким интимным и родным, что слезы все же заблестели на его ресницах.

— Ох... прости, мой мальчик... — обнимала она уже взрослого мужчину.

Дао был выше матери на голову и поэтому ее лицо лежало на груди чуть ниже плеча сына. Кира гладила его по спине, а жених всхлипывал в ее объятьях.

— Спасибо, мам... спасибо...

— Все же Тадао был прав, и визажисту есть с чем работать, — пошутил вошедший Най, — Поздравляю, сынок. Сегодня ты станешь главой семьи, своей собственной семьи. Я хочу, чтобы ты запомнил одну важную вещь: в любой ситуации — ты больше не один... все решения вы должны обсуждать и принимать вместе. Фон замечательный мальчик, рассудительный и добрый. Не бывает отношений, в которых пара не ссорится. Поэтому позволь дать совет: как б вы не ругались, но спать ложитесь только помирившись... А теперь... позволь этой милой девушке сделать свою работу, иначе Тадао ее убьет.

Спустя час, Тадао заявился с костюмом в руках, самолично помогая жениху одеться.

— Идеально... через полчаса жених №1 может спускаться в зал, а я пока пойду проверю жениха №2... — хлопнув в ладоши, глядя на Дао, с горящими глазами щебетал Тадао.

Выпорхнув так же быстро из комнаты, как и влетев в нее, модельер направился в номер, где его ждал Фон. Решив сначала проверить всех важных гостей, Тадао напоследок оставил именно женихов. Когда он вошел в номер, вокруг Фона крутился Гэйб, прикладывая гелевые патчи под глаза, чтобы убрать слегка опухшие от слез веки.

— Охохоюшки хохо... и кто виноват в водопаде слез? — спросил Тадао, поворачивая мордашку Хаски из стороны в сторону, чтобы рассмотреть, что можно сделать.

Увидев, как нервничает мальчишка, модельер понимал, что нервы у Фона ни к черту.

— Вот! Держи! Поможет снять мандраж, — достав из кармана какую-то маленькую баночку, мужчина вытряхнул из нее две таблеточки и протянул их потерянному жениху.

Фон быстро закинул в себя таблетки и запил водой, что протянула ему Лив.

— А теперь... давай одеваться, жених. Твой будущий муж нервничает не меньше тебя, а может и больше... — заговорил Тадао, махнул Гэйбу принести костюм.

— Пи... — подал голос Фон, смотря на модельера.

— Э-э-э-э-э, нет! Даже не думай! Сбежать нельзя! Дао же сердечный приступ хватит! — строго говорил японец, смотря на Хаски.

— А можно еще пару таблеток? — попросил Фон, ощущая как его трясет.

— Ахахахах.... балбес! Эти еще не успели подействовать! Давай, я помогу тебе одеться, а когда закончим, то ты будешь чувствовать себя намного лучше! — засмеялся Тадао, хотя прекрасно понимал, что чувствует парнишка.

Через полчаса он закончил полностью образ жениха, приколов к его лацкану пиджака милую синюю брошку.

— Есть обычай... На невесте должно быть что-то новое, что-то старое, что-то синее, что-то взятое взаймы... Я очень старался найти вещь, которая бы вобрала в себя все 4 качества... Эта брошка... ее мне одолжил мистер Най... раньше эта брошь принадлежала матери Дао. Раньше в ней был красный рубин, но ювелир заменил его на синий танзанит. И хотя ты жених, но семья Киттичат решила, что эта брошь должна быть у тебя, — объяснял Тадао, видя как слезы снова наворачиваются на глаза Фона, — Не смей! Реветь запрещаю до того момента, пока ты не скажешь: "Да, я согласен"!

— Да...

— Ух ты! Мы тут так заболтались... давай-ка, малыш, я поскакал вниз, а вы мадам Танья, проконтролируйте, что ваш ребенок не устроит водопад слез до того, как вас не позовут. Пойду маленькой принцессе подарю корзиночку с лепестками... все дети любят наводить беспорядок, верно? — улыбался Тадао, выходя из номера.

Он достал телефон и позвонил мужу: — Скажи, что ты сделал все, о чем я тебя просил?

📞— Конечно. Малышка Тирак очень рада, что ей доверили корзинку с лепестками, да ее и раскидать разрешили! Жених номер один тут, не хватает только Антона. Я собирался ему звонить, но мой телефон занят разговором с владельцем моего сердца...

— Я ему сейчас позвоню, он сегодня сам не свой... представляешь, даже не возмутился, когда я его костюм подгонял на нем. Кажется, и его настигла стрела дьявольского купидончика, — ответил Тадао, и не мог не пошутить про Фая.

📞— Поторопи его... — попросил Джа, отключаясь.

— Олли, осторожно! Черт... я знал, что от тебя могут быть проблемы, но чтоб такие! — увидев, как сестра пятится назад прямо на стоящую к ней спиной Тирак с корзинкой, закричал Элайджа.

Оливия резко обернулась и зацепила малышку. Корзиночка из ее рук упала на пол, а лепестки рассыпались по полу прямо перед дверями в зал.

— Элли... прости... Ангелочек, ты в порядке? — защебетала она на английском, успев подхватить на руки Тирак, вот только малышка ее не поняла.

— Лепесточки... хнык... — увидев на полу корзиночку, расстроилась Тирак.

— Тирак, все хорошо. Смотри как хорошо лежат лепестки? Дядя Фон очень обрадуется, когда увидит их тут! А там ты просто пройдешь, без корзиночки! Зато я тебе доверяю самое важное! Колечки! Договорились? — говорил на тайском Джа, пытаясь предотвратить слезы и малышка кивнула.

— Отлично... кольца малышке потом передашь, она их женихам понесет! — улыбнулся Элайджа, объяснив сестре, и та, чувствуя вину, кивнула.

Тем к ним как раз подошел говорящий по телефону Тадао: — Ты там руки в кровь стираешь на члене? Через 10 минут уже Фон выйдет! Где тебя черти носят?

— Вы чего тут встали? Что с лепестками? — злился японец, видя, что все пошло не по плану.

— Давайте, пора занимать места! Лив, раз уж ты накосячила, тебе и малышку отправлять и встречать Фона! О, вот и его семья... — ругал Оливию Джа, а сам взял под руку мужа, открывая дверь в зал.

На него сразу же повернулись все, особенно Дао, что нервно стучал носком по полу, а в глазах был страх...

«Только бы пришел... только бы пошел...» — крутилось в голове жениха, ведь после вчерашнего разговора о ребенке, Даоныа боялся, что его малыш сбежит...

Парни заняли места и как раз следом за ними вошла семья Фона. Быстро вошедший Антон внезапно остановился посреди прохода, как раз в тот момент, когда за ним уже шла принцесса Тирак, теребя платьице. А это значило, что Фон уже в коридоре и как только малышка встанет рядом с Химой, в зал войдет Фон...

— Эй! Тони! Шевелись! — шикнул на мужчину Джа, и тот слегка вздрогнув, быстро сел на свое место.

Заиграл марш Мендельсона, тяжелые деревянные двери распахнулись и внимание всех было приковано к жениху, что медленно шел в проходе с отцом.

«Мой любимый... просто бесподобен...» — подумали оба, хотя и видели примерные модели костюмов друг на друге, но готовый вариант Джа им не показал.

Теперь оба жениха понимали, что они именно там и именно с тем, с кем должны быть. Сейчас нервный мандраж сменился на дрожь предвкушения от того, что ещё немного и они будут навеки принадлежать друг другу.

Если бы не отец, неспешно ведущий сына по проходу, Фон бы так и остался стоять там в дверях, смотря в глаза любимого.

Как только они оказались друг напротив друга, оба уже готовы были просто наброситься с поцелуем, но голос юного священника вернул женихов в реальность.

— Дамы и господа! Сегодня мы собрались здесь, чтобы засвидетельствовать союз двух любящих сердец: Даоныа Ямнам и Фона Чайсон. Я не буду цитировать послание Филиппийцам, не буду говорить шаблонные фразы, ведь вы и ваша любовь — уникальны. Поэтому, я хочу, чтобы вы знали: узы брака невидимым образом сближают два сердца. Даже когда вы будете наиболее слабы, то сможете найти силу друг в друге. Теперь вы никогда не останетесь одни, когда рядом с вами есть партнер, который рука об руку с вами поможет преодолеть жизненные перипетии. Вы всегда должны помнить, ни вы, ни ваш супруг никогда не будете совершенными, и поэтому ваш брак тоже не будет совершенным. Но уважение, прощение и компромисс будут иметь большое значение — и вернут вас обоих к месту любви. Итак... Даоныа Ямнам, согласен ли ты взять в законные мужья Фона Чайсон? — говорил улыбающийся парнишка с волосами цвета спелой пшеницы.

— Да, я согласен, — смотря на любимого быстро ответил Дао.

— А ты, Фон Чайсон, согласен ли ты взять в законные мужья Даоныа Ямнам? — вопрос второму жениху и секундную тишину прервал ответ.

— Да, я согласен.

— Властью, данной мне, я объявляю вас законными супругами! Можете... — не успел он договорить, как Фон притянул к себе мужа и впился в его губы так пылко и жадно, словно они были в разлуке не 3 часа, а 3 месяца.

Зал заполнили громкие аплодисменты, вот только парни ещё не успели обменяться кольцами. Когда Фон отпустил мужа, Бенджамин продолжил свою речь.

— Итак, их больше не двое, теперь они одно целое. То, что Вселенная соединила вместе, да не разлучит человек. Любите друг друга вчера, сегодня и вовеки. Пусть символом вашего союза станут эти кольца, — улыбался священник и Оливия вместе с Тирак подошли к молодоженам, с белой подушкой в руках, на которой лежали два колечка.

— Я люблю тебя, Фон Ямнам, — надевая колечко на палец любимого, нежно признался Дао.

— И я люблю тебя, Даоныа Ямнам, — сделав тоже самое для мужа, с трудом сдерживая слезы, говорил Хаски.

— Уважаемые гости! Теперь ваша очередь поздравлять молодых! — передавая микрофон ведущей, Бенджамин улыбался, отходя в сторону и смотря как новобрачные снова целуются.

Парней первыми подошли поздравлять родители, потом родственники и друзья. Вот только эти двое уже мечтали о том, как улизнуть с мероприятия. Гости начали постепенно перемещаться в зал ресторана, где должно было быть празднование.

Хима и Джа осматривали гостей, но не видели нигде Антона. Решив, что, возможно, он вышел покурить, ведь когда нервничает, мафиози курит, они с остальными спустились в ресторан. Пока молодоженов поздравляли и дарили подарки, парни снова забыли о пропавшем друге. И только когда все расселись по местам, стул Антона так и остался пустым.

— А где Антон? — спросил негромко Тадао, чтобы не привлекать внимания женихов и не расстраивать их пропавшим другом.

— Не знаю... последний раз я его видел, когда он сидел рядом с Оливией... — также тихо ответил Элайджа.

Ведущая отлично справлялась со своей задачей развлекать гостей, потому что только через 4 часа Хима заметил, что Антона нет. Решив не говорить об этом Фаю, чтобы он не волновался. Ведь он прекрасно знает, что тот сразу перейдет в режим Тигра, и начнет искать друга. Портить праздник он не хотел, поэтому тактично промолчал. Через полчаса он вышел в туалет, и набирал Антона. Гудки шли, но ответа не было. Отвлек его Тадао, что вышел следом, тоже набиравший друга.

— Антону звонишь? — спросил Хима и японец кивнул, — Я только что звонил, трубку не берет. Может, случилось что?

— Не знаю... Хотя... он тут про какого-то парня говорил... может, его искать поехал? Этот мистер «Не знаю», кажется, зацепил Тони... давай не будем поднимать пока панику, если завтра не позвонит, тогда уже будем думать, что делать? — предложил Тадао, вспоминая разговор с другом.

— Ладно. Если объявится, дай знать. Давай вернется, а то Фай заподозрит, — согласился Хима и мужчины вернулись за стол.

Дао и Фон просто сияли от счастья, держась за руки, а иногда Фон опускал голову на плечо мужа. Гости рассказывали что-то интересное о женихах. Особенно понравился всем рассказ Химы, как Дао неделю искал мальчишку, что победил его в гонке. Просматривал фото первокурсников и учеников старших классов, почти не спал ночами, а все, что нужно было — просто спросить у Фая.

К 11 вечера, молодоженов проводили до машины, что должна была отвезти их в аэропорт, ведь родители подарили им в качестве подарка на свадьбу остров — Little Harvest Caye, Белиз. И пусть он всего полтора акра, но разве двоим влюбленным нужно больше?

Этот подарок должен был стать для них сюрпризом, ведь Дао и Фон думали, что сев в свой самолет, они полетят в тот самый отель, в котором мужчина сделал предложение Хаски. Когда спустя чуть больше 7 часов их встречал аэропорт Белиза, а в зале ожидания мужчина с табличкой "семья Ямнам", молодожены поняли, что это точно дело рук либо Фая, либо мамы. Через еще 2 часа парни уже ступали по мокрому и горячему песку, пока их проводник объяснял, что все необходимое есть в доме, но на крайний случай можно позвонить по номеру, внесенному в список контактов, как "Дуглас, смотритель". Стоило только парням остаться одним, как страсть заполнила бунгало под шелест падающей одежды...

На жаркий медовый месяц молодоженов: Сбербанк— 2202202660552427.